Ответственность регистратора за достоверность сведений в ЕГРН нам только снится. А вот, например, в Канаде, Сингапуре, Австралии и ряде других стран это объективная реальность.

Система Торренса предполагает 100% достоверность сведений в реестре недвижимости. Ответственность, в том числе материальную, за наличие ошибок и неточностей несёт исключительно государство.Такая система, позволяет максимально защитить интересы как собственников, так и потенциальных приобретателей. Кроме того, для передачи объекта недвижимости регистратору достаточно волеизъявления собственника на проведение сделки, а не многостраничного договора.

Наверное, юристам, специализирующимся на сопровождении сделок с недвижимостью, в странах с титулом Торренса делать нечего.

Советую более подробно почитать про данную систему и оценить ее преимущества, в сравнении с тем, что реализовано в нашей стране на данный момент.

Я за упрощение, рациональность и максимальную защиту прав добросовестных покупателей.

Судьи с большей вероятностью предоставляют условно-досрочное освобождение с утра или после обеденного перерыва. Голодные судьи более суровы.

Исследование тысяч решений суда по делам несовершеннолетних выявило, что когда в выходные местная футбольная команда проигрывает, в понедельник судьи выносят более строгие приговоры (а также, хотя и в меньшей степени, в течение всей недели).

Анализ 6 000 000 приговоров, вынесенных во Франции за двенадцать лет, показал, что к подсудимым относятся более мягко в дни рождения.

В результате обзора 207 000 решений иммиграционного суда была замечена существенная роль дневной температуры: в жаркие дни вероятность получить политическое убежище снижалась.

Из книги Д. Канеман "Шум. Несовершенство человеческих суждений" 2021 г

Рекомендую к прочтению книгу об эффективном мышлении, эмоциональном интеллекте, коммуникативных и управленческих навыках современного юриста. Как заявляют авторы, книга поможет современным юристам выйти на качественно новый уровень своей профессиональной и личной самореализации. Распространяется бесплатно на https://m-logos.ru
#softskills

https://youtu.be/rzO-gs2-2SU
Сколько бы раз мне не хотелось уйти из семейного права, каждый раз, когда приходит новый интересный кейс, мне не терпится заняться разработкой стратегии.
Пожалуй, здесь можно применить все те изученные психологические стратегии и коммуникационные секреты.
Делюсь записью заседания Клуба семейного права, за деятельностью которого мне всегда интересно наблюдать.
Дискуссионная тема: родительские правомочия и субъективные права

Эффект свидетеля
Представьте ситуацию: вы идете по оживленной улице, и тут прохожему неподалеку от вас становится плохо. Скорее всего, вы не поможете бедолаге — как не помогут и десятки людей вокруг.

Плохим человеком это вас не делает: в данном случае работает «эффект свидетеля», понижающий шансы на то, что в большой толпе пострадавший вовремя получит помощь.

Если говорить о том, что какие-то когнитивные искажения могут быть опасны в реальной жизни, то «эффект свидетеля» (также известный как «эффект постороннего», «эффект наблюдателя» и под любыми другими названиями — переводами словосочетания 'bystander effect'), несомненно, принадлежит к их числу. Но он несет в себе угрозу не тому, кто ему подвержен, а совершенно случайным людям. Это когнитивное искажение заключается в том, что человек с меньшей вероятностью придет на помощь пострадавшему в том случае, если вокруг есть другие люди.
Впервые этот эффект был описан психологами, Джоном Дарли (John Darley) и Биббом Латане (Bibb Latane), в 1968 году. Их научная статья была вдохновлена случаем, произошедшем в Нью-Йорке четырьмя годами ранее, и даже послужила неким откликом на него.

Вечером 13 марта 1964 года на жительницу района Квинс Китти Дженовезе было совершено нападение: злоумышленник нанес девушке два удара ножом в спину. Китти отбивалась и кричала, но на ее крики никто не откликнулся — только один из жителей ближайших домов выкрикнул из окна: «Оставь девушку в покое!», после чего преступник ненадолго скрылся. В течение следующих нескольких минут Дженовезе, истекая кровью, пыталась найти безопасное укрытие — и все так же без чьей-либо помощи. Затем нападавший вновь настиг Дженовезе и нанес ей еще несколько ударов, после чего скрылся. От полученных ранений девушка скончалась по дороге в больницу.

Для Нью-Йорка середины 1960-х годов подобный случай не был редкостью. Тем не менее, убийство Китти Дженовезе получило широкую общественную огласку. В ходе расследования выяснилось, что свидетелями преступления были 38 жителей близлежащих домов (хотя информация об их количестве иногда оспаривается), поэтому публичному осуждению в ходе суда подверглись и «добропорядочные законопослушные граждане», проигнорировавшие случившееся. Масла в огонь подлила колонка, опубликованная в The New York TImes, в которой сообщалось, что ни один из предполагаемых свидетелей не помог Дженовезе и даже не сообщил о случившемся в полицию или скорую помощь (за исключением кричавшего из окна человека, который на время отогнал преступника от жертвы).
Во время судебного разбирательства свидетели отмечали самые разные причины, по которым не оказали никакой помощи Дженовезе: многие говорили, что не хотели вмешиваться (по-видимому, считая происходящее на улице обычной бытовой ссорой или же опасаясь за свою собственную жизнь), один свидетель признался, что был очень уставшим, а еще один сказал, что не знает причины своего бездействия.
На деле же ими руководили не только страх и нежелание вмешиваться, но и присутствие других свидетелей. Проснувшись от громкого шума, включив свет и подойдя к окну, жители домов, расположенных рядом с местом преступления, увидели несколько других таких же освещенных окон. Каждый свидетель знал, что он не один, и мог предполагать, что ответственность за предотвращения убийства возьмет на себя кто-то другой.

Многие исследователи и журналисты в течение нескольких лет после убийства отмечали, что колонка The New York Times, посвященная происшествию, сильно преувеличила количество свидетелей преступления и их бездействие. Тем не менее, случай с Китти Дженовезе, даже будучи менее спорным, чем описали журналисты, послужил причиной для начала социально-психологических исследований, посвященных реакции свидетелей на происшествия.

С целью подробнее изучить поведение прохожих в подобной ситуации, Дарли и Латане провели эксперимент. Они приглашали студентов на специальные встречи для обсуждения их проблем и переживаний. На каждой встрече присутствовал актер, который начинал говорить первым и спустя несколько минут изображал припадок.

Экспериментальные группы отличались количеством участников: актер мог быть один на один с «подопытным» участником, или в комнате могло быть три человека, или даже шесть.
Ученые заметили, что в тех случаях, когда «подопытный» участник эксперимента был единственным свидетелем «припадка», какая-либо помощь пострадавшему оказывалась в 85 процентах случаев, если свидетелей было двое — в 62 процентах, а если пятеро — лишь в 31 проценте случаев. При этом от числа свидетелей также зависело и то, как быстро оказывалась помощь: оставшись с «пострадавшим» вдвоем, участники предпринимали попытки помочь уже к 52 секунде, в то время как пятерым, чтобы решиться на какие-то действия, нужно было больше двух минут.
Этот эксперимент позволил ученым сделать вывод о том, что поведение людей в подобной ситуации может быть обусловлено так называемой «диффузией ответственности», предполагающей, что человек с меньшей вероятностью примет ответственность за действие или бездействие, если вокруг него есть кто-то еще.

Диффузия ответственности заставляет человека думать, что в большой группе людей всегда найдется кто-то, кто сможет помочь пострадавшему, а значит, ему самому можно остаться сторонним наблюдателем. Кроме того, в некоторых случаях люди не помогают пострадавшему, так как считают, что кто-то еще сделает это более квалифицированно (например, окажется врачом), тогда как они своими неквалифицированными действиями лишь помешают настоящему спасителю, а то и (что, пожалуй, самое неприятное для злополучного свидетеля) должны будут взять на себя ответственность, возможно, даже юридическую, в случае, если их помощь только навредит.

Разумеется, свидетели происшествия объясняют свой отказ от предоставления помощи пострадавшему не только переносом ответственность на других людей (кстати, доподлинно не зная о том, помогут ли те лучше и помогут ли вообще), но также, например, соображениями собственной безопасности («А вдруг и на меня нападут?») или субъективной оценкой серьезности ситуации. Также оказалось, что свидетель скорее поможет в том случае, если местность, в которой он столкнулся с происшествием, ему знакома.
«Эффект свидетеля» — одно из самых изучаемых явлений социальной психологии. За те почти 55 лет, прошедшие со дня знаменитого нью-йоркского убийства, ученым удалось неоднократно показать, что бездействие в ситуации, когда другие нуждаются в помощи, обусловлена не апатией и безразличием, а более глубокими особенностями человеческой психологии.
#softlawskill

Даже не знаю, как это комментировать. Будем следить за практикой, но остаётся только надеятся, что здравый смысл восторжествует. Такой вот правовой откат на пару сотен лет назад.

Интервьюирование клиента, как по мне, первый и основной этап налаживания коммуникации. Именно на этом этапе мы выстраиваем линию доверия, позволяющую впоследующем комфортно взаимодействовать в рабочем процессе. Прикрепляю отрывок из работы А.И. Шевченко о правилах и тактиках интервьюирования доверителей, с разбором основных ошибок, допускаемых юристами.
#softskill

Коллеги, как вы считаете, должен ли юрист обладать знаниями и навыками психологии?

Мой ответ однозначный. Должен. Если рассматривать идеальное сочетание высших образований, юрист-психолог одно из наиболее выигрышных и практически применимых. Самопрезентация, коммуникация, разработка тактики защиты, то малое количество сфер, где юрист может применить знания психологии.

Буду рада услышать ваши рассуждения на данную тему.

Делюсь с вами одним из наиболее полных пособий по юридической психологии под редакцией доктора психологических наук А.М.Столяренко.

Европейский суд по правам человека
(ЕСПЧ) заявил о приостановлении рассмотрение всех жалоб против РФ.

Как вступить в наследство через 19 лет? Разбирался Верховный суд.

#hs_case

В 1997 году умерла владелица квартиры в Москве. У умершей было две дочери: Екатерина* и Анна* (*имена изменены), причём Анна проживала с матерью и своей дочерью в этой квартире до самой её смерти. В 2015 году дочь Анны умерла, и женщина осталась проживать в этой же квартире со своими внучками.

В один день Анна решила обратиться к нотариусу (спустя 19 лет) с целью вступить в наследство, однако ей было в этом отказано, поскольку срок принятия наследства составляет 6 месяцев (1154 ГК РФ).

Женщина решила обратиться с исковым заявлением в суд. Иск о признании права собственности на данную квартиру был предъявлен к Департаменту горимущества Москвы и к сестре Екатерине. Департаментом был подан встречный иск о признании квартиры выморочным имуществом, акцентируя внимание суда на том, что у Анны отсутствовала регистрация в этой квартире, а также она имела задолженности по комму оплате коммунальных услуг (более 350 тыс. руб.), что, по мнению юристов Департамента, характеризовало её как не содержащую должным образом имущество.

Дело было рассмотрено в Бутырском райсуде города Москвы, и суд встал на сторону Департамента, мотивировав это тем, что необходимо было принимать наследство в срок, а раз срок пропущен – квартира должна быть обращена в собственность государства. Эту же точку зрения поддержали апелляционная и кассационная инстанции.

Далее дело попало на рассмотрение в Верховный суд.

ВС РФ пришлось применять ГК РСФСР, т.е. к актуальной редакции на момент смерти наследодательницы. Там, аналогично современной редакции, содержалась норма, позволявшая принять наследство без обращения к нотариусу – фактическим вступлением в наследство: «наследник должен относиться к имуществу как к собственному» – осуществлять правомочия собственника и поддерживать в надлежащем состоянии. В этом случае можно говорить о владении данным имуществом и, как следствие, о принятии наследства.

При этом ВС отметил, что отсутствие регистрации по адресу такой квартиры не должно влиять на признание права собственности, важно учитывать лишь фактор фактического проживания в ней. Аналогично не должен влиять и накопивший коммунальный долг.

В итоге Верховный суд пришёл к выводу, что нижестоящие суды неправильно рассмотрели дело и, таким образом, акты всех нижестоящих инстанций были отменены, а дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Как вчерашний студент или начинающий юрист может войти в российскую юридическую элиту? Что надо делать и о чем думать, чтобы всегда быть востребованным и не оказаться аутсайдером?

На эти и другие вопросы, ответы можно найти в книге Ларисы Скабелиной «Психологические аспекты адвокатской деятельности».
#hs_books