Весьма интересное определение понятие неолиберализма. Не в контексте вывода капитала в страна 3-го мира. А именно как экономическая политика государства времен Рейгана, Тэтчер и компании.

Логика неолиберализма действительно очень схожа со сталинизмом. Ради прогресса нужно чем то жертвовать. Личной свободой, независимостью, больше работать. Причем работать за копейки, в условиях давления на профсоюзы. Все ради укрепления средств производства.

Критики часто обвиняют "леваков" в популизме.
И отчасти они правы. Большевики были популистами. Они давали то, чего хотела основная масса населения. После Революции и в период до 1927 года рабочие получили заводы ,а крестьяне землю. Образовывались рабочие советы, которые до 1937 года формировались по производственному, а не по территориальному принципу. Крестьяне получили право распоряжаться землей (которую они успешно экспроприировали уже после Февральской революции). Формировалась новая с сельская знать. Ускоренными темпами решался жилищный вопрос за счет коммуналок, впервые появилось бесплатное образование, медицина и т.д.

Т.е. даже в условиях кризиса экономики, большевики больше давали, чем получали.
Похожая ситуация была в СССР с 50-х по 80-е годы. В том числе и на нефтяные доходы, в стране было построено гигантское количество предприятий, жилой площади и всевозможной инфраструктуры. Это наследие нещадно эксплуатируется уже не один десяток лет.

В этом большинство левых очень похожи.
Даже такие слабые экономики, как например Южноамериканские республики. Хосе Мухика не раз говорил, что Уругвай очень маленькая и небогатая страна. Что можно сделать прямо сейчас? Легализовать каннабис? Вообще не проблема.
. Сократить траты на бюрократию и нужны президента, построив социальное жилье или купить вертолет? Да, это крупицы, но мы это можем. Совпадение или нет, но именно в этот период ввп Уругвая рос сильнее всего.

Логика неолиберализма - это всегда жертвы ради прогресса. Будь то Китай, США или Россия.
Примитивный экономизм сближает некоторых российских коммунистов с неолибералами. Вот сейчас мы потерпим, освободимся от западного влияния и тогда Россия станет Великой.
Причем это родство работает в обе стороны. Стоит вспомнить те дифирамбы, которые буржуазные публицисты пели в сторону сталинской индустриализации. Когда весь западный мир был в депрессии, экономика СССР росла семимильными шагами. И никого тогда не волновало, какой ценой достигался этот рост.
И вот уже в 21-м веке буржуазные лизоблюды начали наперебой нахваливать Китай.
Меня всегда забавляло, с каким придыханием коммунисты любят рассказывать о советской промышленности. Но за Илона Маска что то не радуются. И уж тем более сами идти работать на завод не спешат.

В этом основное различие между левыми соевиками и тру-коммунистами.
Если соя не может сделать жизнь людей лучше, то зачем она вообще нужна? А коммунистам остается только ждать либо краха капитализма, либо, как это не парадоксально, его колоссального развития.

"Империалистская война есть канун социалистической революции. И это не только потому, что война своими ужасами порождает пролетарское восстание, — никакое восстание не создаст социализма, если он не созрел экономически, — а потому, что государственно-монополистический капитализм есть полнейшая материальная подготовка социализма, есть преддверие его, есть та ступенька исторической лестницы, между которой (ступенькой) и ступенькой, называемой социализмом, никаких промежуточных ступеней нет."

— Ленин, В. И. Грозящая катастрофа и как с ней бороться.

Собственно об этом и был недавний пост Держать Курс. Ленин считал, что раз уже созрел государственно-монополистический капитализм и мир охватила война, значит этому капитализму конец.
Естественно, речь идет о передовых странах начала 20-го века. Ибо для России на тот период у Ленина была теория о перерастании буржуазной революции в пролетарскую.
Очевидно, что Ленин неверно оценил фазу капитализма в развитых странах. Даже спустя 100 лет, капитализм в в странах центра не достиг пределы развития. Государственная монополия находится в стадии формирования, причем периодически происходит откат в рамках неолиберальных реформ.
Ошибся Ленин и в непримиримости вражды крупных империалистов. Те страны, которые ранее были заклятыми врагами, теперь объединились в один военно-экономический союз.
Пора уже дать Ленину оценку в стиле Мао. На 70% прав, на 30 нет. Цифры можно менять, особой роли это уже не играет.
В современных реалиях ленинизм актуален разве что в самых бедных странах 3-го мира, не способных развиваться в условиях рыночной конкуренции.

Уже во второй половине XX века на Западе пошла волна по поводу утраты пролетариатом своей революционной роли. Марксисты заявляли, что это — ревизионизм и оппортунизм, а пролетариат по-прежнему революционен. Просто благодаря грабежу колоний он был подкуплен империалистической буржуазией.

Это объяснение никуда не годится. Оно теоретически неверно, так как предполагает, что пролетариат метрополий стал (со)эксплуататором пролетариата в колониях. Но пролетариат не может быть эксплуататором — это противоречит марксистским принципам. Таким образом, марксисты, ради сохранения ортодоксальной теории, пошли по пути ее ревизии. Вот такая диалектика.

Каков же правильный ответ? Почему пролетариат утратил свою революционную роль? Ленин неоднократно говорил, что пролетариат не может самостоятельно осознать необходимость революции, что революционная теория должна быть привнесена в рабочее движение извне. Это верно.

Но из этого также следует, что сам по себе пролетарий не является революционером. Ему не нужен социализм. Пролетариату необходимо социальное государство, и ему всё равно, кто его обеспечит — капиталисты или коммунисты.

Более того, ошибочно утверждение, что пролетариат стремится к самостоятельному управлению производством. Пролетариат инертен к тому, что не касается социального государства. Ему не нужна ответственность.

Исторически доказано, что всякий раз, когда пролетариат получал эту ответственность, он тут же начинал безответственно относиться к производству. Ему было всё равно на воспроизводство основных фондов. Свою власть он использовал для увеличения собственной зарплаты, а не для модернизации и технологического перевооружения.

В лучшем случае пролетариат проест собственный социализм, как это было в Югославии и СССР. В худшем — просто разворует собственные предприятия под лозунг «Ты здесь хозяин, а не гость — тащи с работы каждый гвоздь».

Таким образом, если вам всё же удалось построить государство диктатуры пролетариата, то вы априори будете вынуждены стоять с плетью над рабочими. В противном случае они развалят всё хозяйство. Им безразлично самоуправление и ответственность; им нужно только повышение собственного потребления.

Получается, что «единственная революционная сила общества» не имеет в себе никакого революционного стимула. И построение социальных государств при капитализме это наглядно доказало. Пролетариат и капитализм совместимы.

Другого и быть не могло, потому что пролетариат — это продукт капитализма, а не социализма. Пролетариат нужно не холить и лелеять, как это делают до сих пор коммунисты, а экономически уничтожать и презирать.

Нужно не льстить пролетарию словами о том, какой он несчастный трудяга, создавший всё богатство мира «вот этими ручищами». А говорить ему прямо: ты, пролетарий, хочешь жрать в три горла и чтобы тебя никто не трогал, как и те, кто тебя нанял: «Бая собакой называешь, а сам Баем хочешь стать».

Люди с таким отношением к жизни неспособны построить социализм. Они способны лишь влачить своё жалкое существование в надежде, что кто-то придет и подаст им всё, что нужно.

Высокая доля государства в экономике не противоречит принципу неолиберализма. В этом его ключевое отличие от классического либерализма времен Маркса и Ленина.

Отрывок из книги Аарона Бенанава "Автоматизация и будущее работы". В ней автор размышляет о том, как в ближайшие десятилетия изменится спрос на труд под влиянием автоматизации и можно ли достигнуть общества постдефицита.

Соединенным Штатам настанет конец, если на президентских выборах победу одержит Харрис, считает Маск.

"Это был бы конец Америки", — прокомментировал он публикацию, в которой утверждалось, что в случае победы демократов США превратятся в "однопартийное социалистическое государство".

Я уже устал ждать.

Сталинград XXI века: крупнейшее поражение «Исламского государства»

Десять лет назад, осенью 2014 года, молодой и революционный Сирийский Курдистан вёл тяжелейшие бои за город Айн-эль-Араб более известный как Кобани или Кобаниград.

Всё началось 17 сентября 2014 года, когда 9 тысяч закалённых в боях боевиков ИГ при поддержке артиллерии и танков начали масштабное наступление на курдские территории. Уже к 5 октября более 350 деревень оказались в руках радикальных исламистов. Город окружён. Отступать некуда. Мир облетает новость о подвиге Арин Миркан. Мать двоих детей, доброволец женского отряда самообороны, она подорвала себя, уничтожив тем самым немало врагов.

В мире начались массовые протесты, участники которых требовали спасти население кантона. Режим Эрдогана, однако, отказал курдам в помощи и беспощадно разогнал протестующих. Аппарат насилия открыл по ним огонь...

Тем временем, вооружённые силы ИГ смогли взять под контроль около 40 % территории Кобани, в том числе штаб-квартиру курдских сил самообороны. 1500—2000 ополченцев ведут борьбу за каждый дом. А уже 16 октября выбивают исламских фундаменталистов из центральных и ряда восточных кварталов города. Отступая, джихадисты минируют здания. Только 26 января 2015 года, отрядам народной самообороны и подоспевшим армейским формированиям Иракского Курдистана известным как пешмерга удалось установить полный контроль над городом.

ИГ ждало ещё не одно поражение, но именно Кобани стало Сталинградской битвой курдского народа. Самые боеспособные подразделения ИГ были уничтожены такими людьми как Миркан — теми, кто жил и умирал в нелёгкой борьбе за счастье людей.

Каждый, кто хоть немного знаком с трудами Ленина и обладает хотя бы незначительной способностью к рефлексии, рано или поздно приходит к ряду неудобных вопросов. А именно:

Ленинская теория практически целиком вертится вокруг теории об империализме, как высшей стадии капитализма. Суть ее в том, что капиталистическая система образца начала 20-го века полностью достигла предела развития, что выражается в мировой империалистической войне. Т.е. проще говоря, капитализму кирдык, пора делать революцию и строить социализм. Именно так и понимают ленинизм большинство его современных ортодоксальных последователей.
Но мы то с вами живем в 21-м веке и видим, что капитализм вполне себе живет и развивается. И погибать в пучине мировой бойни пока не собирается.

Выходит что Ленин был совсем тупой? Устроил революцию в аграрной стране, которая даже капитализм то толком не построила. Предрекал скорый крах капитализма, а его не произошло.

Я решил прочитать работу Льва Троцкого «Перманентная революция» чтобы понять, зачем нужна была Октябрьская Революция и какой логикой руководствовались тогдашние революционеры.

Перманентная революция - это теория революционного процесса в периферийных и слаборазвитых странах. Т.е. проще говоря, в тех регионах, где преобладают докапиталистические отношения.

В своей пожалуй главной работе «Перманентная революция» Троцкий много критикует оппонентов из правого лагеря, которые обвиняют его то в перепрыгивании через демократическую диктатуру, то в отступлении от собственной теории образца 1905 года.
Не вижу смысла в установлении преемственности работ Троцкого, (кому интересно, можете прочитать его ранние статьи). Поэтому перейдем сразу к перепрыгиванию через формации.

Троцкий утверждает, что никто из социал-демократов до 1917 года даже не мечтал о социализме. Пределом мечтаний было свержение монархии и установление буржуазного парламентаризма.
В этом смысле большевики мало чем отличались от меньшевиков.
Кроме одного нюанса. Ленин еще в 1905 году считал, что буржуазная революция не сможет устоять в условиях империализма. Скорее всего он предполагал, что Германская империя задавит любую революцию в России (похожей теории придерживался немецкий социал-демократ Парвус).

Меньшевики были более оптимистичны и надеялись на скорое установление демократической диктатуры.Об этом писали Маркс и Энгельс, это было логическим выводом теории формаций.
Ленин даже рассматривал возможность коалиции с либералами, но в отличии от меньшевиков, настаивал на лидерстве большевиков.

Отношение к крестьянству у социал-демократов, в отличии от народников и эсеров, было весьма скептическим. В классическом марксизме революционной силой всегда считался пролетариат, так как классики описывали преимущественно развитые индустриальные страны. Этому принципу российские социал-демократы безоговорочно следовали до поры до времени.

И вот наступает долгожданная буржуазная революция.
Ленин выступает с апрельскими тезисами и задает курс на пролетарскую революцию. Троцкий его поддерживает.
Почему же большевики решили «перепрыгнуть» капитализм и буржуазную демократию?

Троцкий дает на это такой ответ.
Оценивая опыт европейских буржуазных революций, Маркс делает вывод, что основной политической силой в ней был городской люд, мелкая буржуазия и пролетариат. Немаловажную роль играли еще и крестьянские массы. Подытоживая, Маркс пишет , что если крестьянство подопрет пролетариат, то дело пойдет как надо.
Меньшевики считали, что у демократической диктатуры есть социальная база.
Троцкий иронично замечает, что сторонники буржуазной демократии искали ее то среди работников образования, то среди торговцев.

Но ситуация была такова, что капитализм в России формировался по принципу зависимого развития. Главной движущей силой был иностранный капитал. Это он мобилизовал сотни тысяч деревенских батраков из деревни и привлек к работе на фабриках. А после начала кризиса и мировой войны просто оставил новоиспеченных пролетариев на произвол судьбы.
Все это на фоне неразрешенного земельного вопроса в деревне, который спровоцировал настоящую крестьянскую войну.
Ленин указывал, что крестьянин идет либо за буржуазией, либо за пролетариатом. Самодостаточную политическую силу он из себя представлять не может, так как является докапиталистическим классом.
Он может выбирать или-или. В силу того, что экономика России развивалась неравномерно, революционная роль буржуазии легла на плечи пролетариата.
Т.е. по мнению Троцкого, пролетарская революция стала единственно возможным вариантом победы демократической диктатуры.
Слабость буржуазии неуклонно клонило их к союзу со старыми реакционными силами, т.е. вела к реставрации монархии.
Ошибка меньшевиков состояла не в ревизии марксизма, а в слепом копировании европейского сценария революции.

И так, революция победила. Что дальше? Социализм?

И вот здесь содержится ключевой момент Троцкизма.
Троцкий принципиально не признает возможность построения социализма в отдельной стране.
Он утверждает, что в связи с неравномерностью развития, пролетариат периферийной страны может захватить власть раньше, чем пролетариат развитых западных стран. Но построение социализма возможно только в странах, где капитализм уже изжил себя. Те. в данном случае Лев Давидович не может пренебрегать теорией формаций.
Какова дальнейшая судьба русской революции?

Троцкий указывает, что это вопрос времени. Который состоит из двух факторов.
1-й фактор. Как скоро произойдет социалистическая революция в Западных странах. Ее победа снимет империалистическую блокаду с России и даст возможность быстро догнать в развитии передовые страны.
2-й фактор. Сможет ли пролетариат удержать власть. Сможет ли он справиться с рабочей аристократией или же бюрократия захватит власть и положит начало реставрации капитализма.

Возможен ли импорт перманентной революции?

Значительная часть работы Троцкого посвящена Китаю 20-х годов. Лев Давидович яростно критикуют линию Коминтерна и в особенности Карла Радека.
Все они считали, что Китай не готов к пролетарской революции. Гоминьдан виделся как аналог Керенщины, а китайским коммунистам советовали участвовать в демократическом правительстве.

Троцкий считал иначе. В В Перманентной революции он пишет, что ситуация в Китае очень похожа на российскую. С одним исключением. В Китае практически нет помещиков, капиталистические отношения там созрели раньше. (напомню, что буржуазная революция в Китае произошла в 1911 году). Но вместо земельного кризиса, есть другой важный фактор. Это потребность в национальной независимость. На протяжении долгих лет Китай страдал от империалистического влияния и вторжений иностранных государства. Очевидно, что демократическая диктатура Гоминьдана не могла справиться с этой проблемой. Совершенно очевидным это стало спустя 10 лет, когда началась японо-китайская война.
По мнению Троцкого, терять время на буржуазный парламентаризм является огромным преступлением против китайского народа. Борьбу нужно начинать уже сейчас.

В тоже время он критикует Радека за то, что тот предлагает просто копировать опыт Октябрьской революции на все слаборазвитые страны.
Троцкий четко указывает на ошибочность этого суждения, ибо в разных странах разные условия.
Если в России буржуазная революция наслоилась на кризис в деревне, то в Китае искрой может стать национально-освободительная война. Не каждая периферийная страна готова к революции.

Рецепт перманентной революции.
1. Преобладание докапиталистического способа производства
2.. Неспособность буржуазии разрешить революционные задачи. Крестьянин идет или за буржуазией, или за пролетарием.
3. Ослабление давления империализма в виду кризиса и мировой войны.
На этом пункте стоит остановиться поподробнее.

Радек указывает на неоценимую помощь пролетариата западных стран в антивоенной и антиимпериалистической борьбе.
Троцкий возражает. Не лозунги «Руки прочь от Советской России» спасли революцию.
Во-первых империалистические державы были сильно ослаблены войной. Первая –мировая не привела к краху капитализма, как мечтал Ленин, но она очевидно сыграла на руку революции.

Во-вторых, в Западных странах происходили непросто выступления в поддержку советской России. Это была именно классовая война ,борьба за свержение местной буржуазии. Именно в связи с этим фактом, империалистические державы не послали внушительные силы для подавления революции. Прежде всего им было необходимо решить внутренние проблемы.
Почему последние 50 лет не происходит пролетарских революций? Нет условий. Периферийных стран, подходящих под критерии все меньше и меньше. В эпоху неолиберализма у западного капитала было достаточно средств, чтобы вкладываться потенциально выгодные регионы и проводить индустриализацию по принципу зависимого развития.
Империалистические страны совсем не в кризисе, а наоборот. Всегда готовы бросить воска на подавление любого неугодного режима.

Какие выводы можно сделать из теории перманентной революции?
Очевидно, что она не может быть актуальной сейчас. В России давно сформировался крупный национальный капитал. Произошла планомерная деиндустриализация и развитие сферы услуг.
Но все же ,некоторые выводы я для себя сделал. А именно, что нельзя использовать готовые сценарии из других стран, и уж тем более ,из совершенно других эпох. Даже если это очень ортодоксально и в соответствии с учением классиков. Всему свое время. Нужно учиться распознавать конкретные условия и выстраивать тактику на их основе.

В целом, если лень читать Льва Давидовича , легче прочитать «Периферийную историю» Кагарлицкого. Там многие его мысли отображены в более простом и сжатом виде, буквально за одну главу.

ЗА что можно критиковать теорию Троцкого? За то же, за что и ленинизм. В ней нет готового рецепта, что делать левым развитых индустриальных и постиндустриальных стран в эпоху позднего капитализма. Странно, да?

Куда пропал ленинский империализм.

Согласно марксизму-ленинизму капитализм зависит от непрерывного расширения объема продаж. Маркс полагал, что колонии должны стать основным фактором в деле достижения этой цели. Его идеи развил Ленин сказав, что покуда мир был поделен, теперь настало время для его передела. Отсюда перманентное стремление империалистических держав к войне за хозяйственные территории.

Однако ни Маркс, ни Ленин не могли предположить появление корпоративного капитализма. Действительно, современный капитализм заинтересован во внешних рынках сбытах точно также, как и раньше. С той лишь разницей, что его интересуют рынки сбыта не колониальных, а промышленно развитых держав.

Современные бедные страны просто не в состоянии обеспечить спрос на ту продукцию, которую производят такие развитые державы, как США или Япония. Они также не могут стать желанным местом для размещения инвестиций. Потому что накопление капиталов достигло таких размеров, что свободные инвестиции значительно превышают капиталоемкость отсталых стран. Конечно, туда все еще можно инвестировать, но лучшие в другие места. Всякий капиталист знает, что гарантом успеха в современном мире является выход отнюдь не на африканские рынки сбыта, а на европейские и американские.

Это переворачивает понимание ленинского империализма. Никакого стремления к захвату колоний и оккупации государств с целью оградить рынки сбыта от конкурента больше не существует. Единственное, что интересует современных капиталистов в отсталых странах, как и раньше, это сырье. Пожалуй, сырье стало играть даже большую роль, чем это было при Ленине.

Следовательно, если мы говорим о современном империализме, то мы должны говорить о преимущественно сырьевом империализме, о контроле над источниками сырья и над их траффиком.

Таким образом вопрос о банках и банковском проценте, о ростовщических и бухгалтерских конторах, в общем вопрос о существовании ленинского империализма утрачивает всякий смысл. Это не важно. Важен контроль над ресурсами. Важно насколько стабильно и по какой цене поступает газ, нефть, бокситы, лес и другие продукты природы.

У Спички опять КНДР строит социализм. И это заявляет якобы марксистский журнал!

Что вообще значит «строит?» Мы теперь слушаем заявления вождей и всегда принимаем это за чистую монету? В СССР тоже коммунизм строили, причем даже в перестроечный период. И кстати, совершали хоть какие то телодвижения. КНДР вот уже 30 лет находится в почти полной изоляции и пережила серьезный экономический кризис. Сами авторы Спички не раз заявляли, что нельзя критиковать КНДР, ведь недостаточно информации. А вот заявлять о построении социализма можно. Хотя все данные, которые приходят из этой страны, говорят от том, что от плановой экономики там постепенно отходят.

На любую критику Спичка отвечает, что в КНДР переходный период. От чего к чему? И какие критерии этого перехода? В теории деформированного рабочего государства все было куда проще. Если большая часть средств производства принадлежит пролетариату, то это государство рабочее, т.е. как раз происходит переход от капитализма к социализму. Если над этим пролетариатом стоит бюрократия, рабочая аристократия, вожди или даже монархи, то это деформированное рабочее государство. Оно может постепенно развиваться, а может застрять на 30 лет, как КНДР.

Но Спичка отрицает такую терминологию и придумала свою: «Переходный период». Ну хорошо. Пусть будет так. Вот только не надо рассказывать сказки про «строительство социализма». Мы ничего об этом не знаем. Как и о тысячах боевых бурятов.