По словам исследователя элит Ольги Крыштановской, которая в 90-е организовала серию интервью с первопроходцами российского капитализма, весь комсомольский поход в предпринимательство от начала и до конца контролировался Компартией.

Ольга Крыштановская, социолог: «Это был эксперимент, и никто не знал, получится у них или нет. А на ком тренируются? На мышах. И комсомол, молодежь, играла роль таких подопытных мышей. Кураторы же были внутри партии, в ЦК КПСС, и идея принадлежала ЦК КПСС — но вдруг не получилось бы, вдруг какой-то перекос. Тогда, чтобы на партии не было пятна, смогли бы просто убрать и не говорить об этом».

Впервые мысль о том, что комсомольцы — это локомотивы русского бизнеса, появилась в 90-е после двух публикаций, которые почти дословно переписывают к очередному юбилею ВЛКСМ. Одна из них — Washington Post от 1991 года — приводит слова комсомольского секретаря Александра Бека: 20% московского бизнеса так или иначе связаны с ВЛКСМ.

Николай Комягин "Shortparis"

Золочение куполов Исаакиевского собора в 1838—1841 годах проводилось методом огневого золочения. В процессе получили отравление парами ртути и скончались 60 мастеров. По сообщениям современников, от 60 до 120 человек (вероятно, имелись в виду не только работы по золочению купола, но и золочение деталей интерьера), погибли от ртутного отравления при строительстве собор.. Впоследствии золочение не очень больших деталей проводилось безопасным методом гальванопластики. Всего в строительстве собора приняло участие 400 000 рабочих — государственных и крепостных крестьян. Судя по документам того времени, около четверти из них умерло от болезней или погибло в результате несчастных случаев.

Вальтер Беньямин призывал «гладить историю против шерсти». Это не значит, что мы должны отринуть историческое наследие и бесконечно горевать по жертвам. Нет. Мы всего лишь должны понять ,что памятники культуры это не только историческое наследство, но и мемориал варварским временам. Именно такое понимание истории является диалектическим.

Необходимо четко видеть тот путь, который мы прошли. И то, куда мы идем. Ведь задача человечества по сути заключается в том, чтобы делать лучше, быстрее и безопаснее. Чтобы люди имели возможность жить, а не становились фундаментом грандиозных сооружений.

В России на данный момент существует множество троцкистских организаций. Почти все они так или иначе враждуют между собой и претендуют на звание самых верных «большевиков-ленинцев». Это не может вызывать заметной доли иронии. В 21-м веке быть сторонников узкого исторического течения выглядит весьма странно. Марксистская теория куда глубже и включает в себя огромное число работ различных авторов.

Наследие Карла Маркса не богато макроэкономическим анализом. Этот пробел частично закрыли марксисты начала 20-го века: Ленин, Люксембург, Бауэр. У их работ есть сильные и слабые стороны. Тем не менее, они оказали огромное влияние на развитие марксизма.

У Сталина было много врагов. По большому счету, большинство старых большевиков оказались предателями и изменниками Родины. Среди них были видные теоретики, такие как Бухарин, Зиновьев, Сокольников, Преображенский и т.д. Все они сейчас практически полностью забыты.

И лишь Троцкий до сих пор вызывает у левопатриотов неистовую ярость.
Причина этого отнюдь не в личности самого Троцкого и не в его предполагаемой «связи» с немецким Абвером.

Дело конечно же в его теоретических работах.
Проблема в том, что современные марксисты зачастую продолжают страдать «синдромом СССР» и пытаются заниматься некромантией.

Теоретическое наследие Троцкого как раз позволяет поставить жирную точку в этом вопросе и начать двигаться дальше. Возможно поэтому в «новых левых» партиях так много бывших троцкистов.

В Перманентной революции» Троцкий подробно раскрывает причины Октябрьской революции, ее ход и место в мировой истории.
«Преданная революция» позволяет взглянуть на советский проект и понять, почему он потерпел крах.

Сама фигура Льва Давидовича не играет уже совершенно никакой существенной роли. Но удар троцкизма по теории «социализма в отдельно взятой стране» злит очень многих. В конечном счете можно сказать, что троцкизм это интернационализм.
Не нужно быть большевиками-ленинцами. Но интернационалистами быть необходимо.

Это куда важнее, чем бесконечное обсасывание исторических фактов. И сдается мне, Андрей Рудой своим видео не вызовет ничего, кроме очередного неконструктивного срача.

Не хотелось бы принижать значение работы Рудого. Все таки столько времени потратил, а анонсировал так вообще в течении месяца.
Но есть в этом во всем некая архаичность.

Штефанов весьма точно сыронизировал на счет "фактов". Вот только факты работают в обе стороны.
Можно уже начинать ждать сотни видео с критикой ролика Рудого от обиженных сталинистов.

Хотелось бы надеяться, что однажды позиции левых в России будут сталкиваться по реальным и актуальным вопросам, а не по историческим.
Ведь еще так много вопросов и так мало ответов.
Что для нас социализм, что для нас реальная демократия? Возможен ли социализм в отдельно взятой стране? Нужна ли национализация и в каком виде? И т.д. и т.п.

Юдин о коллективной вине и ответственности.

День сурка российского марксиста.

1) Сталинские репрессии;
2) Все бросаемся строить кружки;
3) Все бросаемся строить профсоюзы;
4) Все бросаемся на улицы;
5) Все бросаемся развивать теорию.

Годы идут, а темы все известны, аргументы подобраны, правда, периодически появляются молодые активисты, которым эти споры в новинку. Но ветераны могут достать материалы старых дискуссий.

Кагарлицкий выдал базу

18+ НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ РУДЫМ АНДРЕЕМ ВЛАДИМИРОВИЧЕМ ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА РУДОГО АНДРЕЯ ВЛАДИМИРОВИЧА

Классовое сознание рождается только в борьбе, а не в чтении книжек.

Кстати, Борис Юльевич (внесенный не только в список иноагентов, но и в список экстремистов и террористов) давеча в письме выдал ещё мощную базу по фанатам Сталина. Спрошу у него, можно ли публиковать.

Можно бесконечно смотреть на то, как коммунисты с либералами выясняют, являются фашисты левыми или правыми. Причем никому не пришло в голову спросить самих фашистов. Ну или хотя бы прочитать что-нибудь из фашистской литературы. Гораздо проще делать выводы по какому то одному критерию, уподоблять и упрощать.

На это счет хорошо высказался Лев Троцкий в статье «Их мораль и наша»:

"Взамен этого они оценивают и классифицируют разные течения по какому- либо внешнему и второстепенному признаку, чаще всего по их отношению к тому или другому абстрактному принципу, который для данного классификатора имеет особую профессиональную ценность. Так, для римского папы франк-масоны, дарвинисты, марксисты и анархисты представляют близнецов, ибо все они святотатственно отрицают беспорочное зачатие. Для Гитлера близнецами являются либерализм и марксизм, ибо они игнорируют "кровь и честь". Для демократа фашизм и большевизм -- двойники, ибо они не склоняются перед всеобщим избирательным правом. И так далее.»

"Но ведь Крупп спонсировал Гитлера» - скажут коммунисты. «Но ведь Гитлер кошмарил бизнес и строил экономику на основе 4-х летних планов" – скажут либералы.

Если углубиться в историю фашистских государств, то мы увидим, что экономическая доктрина фашизма менялась в зависимости от условий. Так Италия проделала путь от экономического либерализма до социальной Республики Сало. А Испания наоборот, от этатизма до либеральной модели ( и тесному сотрудничеству с иностранными компаниями).

Самый простой способ хоть немного разобраться в вопросе – это открыть что-нибудь по философии. Например «Так говорил Заратустра» Ницше. Именно эта работа оказала огромное влияние на фашистскую мысль.

Что можно сказать после ее прочтения? Социализм и капитализм равно отвратительны для ницшеанства.

Тот кто стремится к равенству и помощи слабым – это последний человек в интерпретации Ницше (аналог унтерменша). Тот кто стремится к богатству и роскоши (капиталист), тот тоже последний человек.

Всем этим низшим существам противопоставляется сверхчеловек. Этакий средневековый рыцарь, сражающийся за свою честь. Ну и конечно центральной мыслью у Ницше выступает воля к власти. Сверхчеловек рожден чтобы обладать властью. А рабы должны подчиняться.

Фашизм – абсолютно классовая идеология. Но ее классовость несколько отличается от того, как ее понимают коммунисты. Власть является центральным звеном, а экономика второстепенна. Фашисты в равной степени опираются и на капиталистов, и на пролетариат. Точнее говоря, в бесконечных боях они завоевывают право власти над классами.

И это еще один момент, который не понимают коммунисты и либералы. Они настоятельно ищут в войне чей то интерес, какую то конечную цель. НО для фашиста война и есть главная цель. Война ради войны. Именно так человек становится сверхчеловеком.

Сальвадорского диктатора Найиба Букеле (он недавно произвел "обнуление", поэтому называть его диктатором можно официально) часто описывают как человека, который добился беспрецедентного снижения уровня насилия в стране. На самом деле за этим скрывается всего лишь констатация того, что он разгромил местные банды, банды теперь не убивают и не грабят. Однако в стране теперь хозяйничают военные, которые по малейшему подозрению и без всякого due process могут хватать кого угодно за шкирку и тащить в крупнейшую тюрьму на континенте, откуда неизвестно когда выберешься. Можно ли это назвать "снижением уровня насилия в стране" или все-таки точнее будет сказать, что насилие просто поменяло свой формат и источник? Можно ли называть безопасной страной ту, где в тюрьмах сидит 2% населения?

Специалист по истории насилия Синиша Малешевич в своем споре со Стивеном Пинкером напирал на то, что модерн принес расширение других форм насилия, помимо физического уничтожения. Убивать (в % от населения), быть может, и стали меньше. Зато появились тюрьмы, концентрационные и фильтрационные лагеря. Целые государства, основанные на слежке и контроле над населением. Разве это не форма насилия, пускай и менее интенсивная? Пресловутая "гуманизация" представляет собой лишь замену форм насилия на менее интенсивные, зато более массовые.

Но публику больше волнуют интенсивные формы. Винить в этом можно эпоху Просвещения, позитивизм и утилитаризмом. Человека начали воспринимать как физический объект. Есть физическое тело, это тело должно быть накормлено и напоено, защищено от холода и болезней. Во Всемирной декларации прав человека есть слова о защите от произвола и унизительного обращения. Но довлеет надо всем "право на жизнь", понимаемое как простая физическая сохранность. Сохранность тел оказалась во главе угла, все остальное (совесть, свобода, достоинство) - вторично. Такое понимание человека принесло авторитарным государствам двойную выгоду. Во-первых, все прошлое столетие прошло под флагом международной помощи автократиям в обмен на "гуманитарные программы" (см. "Тирания экспертов" Уильяма Истерли). Кормишь и лечишь подвластное население? Получай кредиты, инвестиции, технологии. Политическое участие, свобода слова? Пфф, это не срочно! Надо сначала накормить и вылечить! Во-вторых, появился на свет ложный пацифизм формата "лишь бы не умирали люди". Если важнее всего сохранность тела, то можно как угодно умиротворять агрессора, который угрожает этой сохранности. В том числе ценой того, что эти тела будут жить в тоталитарном концлагере и ходить там строем по расписанию. Главное, что живы.

Это разительно отличается от того, как человека представляли в античной традиции. "Политическое животное", то есть "политический субъект". Человека отличает наличие рациональности и способность к коммуникации. То есть, человек лишенный возможности выносить собственные суждения, строить социальные связи, участвовать в жизни сообщества — это уже не человек, а раб, "говорящее орудие". При этом раб может быть здоров, одет и накормлен. У разумного рабовладельца он будет именно таков. Тоталитарные государства 20го века убивавшие собственное население миллионами — это досадная аберрация, рабовладелец работавший себе в убыток. Умный рабовладелец дает своим рабам безопасные улицы, прожиточным минимум и бесплатную медицину. А порою даже возможность заказывать соевый латте одним кликом, сидя в похорошевшей столице.

Древнее республиканское кредо: "невозможно быть свободным человеком в несвободном сообществе". Это значит, что благожелательная тирания может вас даже не трогать, но внутри вы все равно будете рабом, переживающим, как бы не прогневать хозяина. Интересно, как это выглядит в нынешнем Сальвадоре? Что делают люди из страха попасть в те 2%, которые потащат в инновационный концлагерь, созданный при помощи лучшего американского айти? Бегут сводить любые двусмысленные татуировки, которые могут бросить тень подозрения? Фильтруют слова на предмет сленга? Убирают из общего доступа любые фото в компании с подозрительными субъектами? Ох уж эта беспрецедентная безопасность...

"Для нас любовь - и Библия и пища. Но можем дать и по лицу, за родное Катманду".

Непал, если что, одна из беднейших стран мира. Начиная с середины 90-х годов в стране шла Гражданская война, сопровождавшаяся многочисленными жертвами как среди коммунистических повстанцев, так и среди королевских сил. (Например в 2001 году наследный принц Дипендра расстрелял королевскую семью, убив 10 и ранив еще 4 человека.

Противостояние можно условно считать последней Перманентной революцией. В 2007-м году монархия пала и ей на смену пришли объединенные силы коммунистов и умеренных сил. Сама партизанская война не привлекала особо внимания мировой общественности, в том числе и левой. Непал это не Рожава и не мексиканский Чьяпас. В стране нет значительного запаса ресурсов, для империалистических держав она в целом бесполезна (на момент войны). Даже соседний Китай проявлял неоднозначную позицию. На словах поддерживал монархию, идеологически повстанцев, а по факту старался не вмешиваться.
В Непале две основных коммунистических партии: марксистско-ленинская и маоистская. Не смотря на напрашивающиеся аналогии со странами советского блока, Непал не стал социалистической страной в привычном смысле. Ключевые посты коммунисты смогли занять только в 2015 году, потеснив на выборах умеренные (прежде всего социал-демократические силы). По своей сути коммунистические силы Непала ближе не к китайским или вьетнамским компартиям, а к левым правительствам Латинской Америки.

Как и положено, непальское правительство погрязло в коррупции (третий мир же), а теперь еще и в уличном насилии (давно не было).

Не совсем понятны политические взгляды и намерения протестующих. Основной причиной произошедшего называются запреты социальных сетей в интернете. Интересно бы узнать, какой процент населения Непала вообще имеет доступ к гаджетам.

Уже понятно, что это всего лишь повод и конфликт назревал давно.

Для наших либералов сегодняшние события могут стать предметом гордости и подражания. Правда непонятно чем гордиться. В странах подобных Непалу беспорядки редко приводят к положительным изменениям, зато уровень кровопролития зашкаливает.

Новые левые и анархисты тоже не расстроятся. Непальские коммунисты скучные, идеология старая, почерпнуть особо нечего. Одна бюрократия и коррупция.

Ну а мы просто следим за новостями, следим за мнением геополитиков (кому это выгодно, Китаю, Украине или США? )
Есть конечно небольшой шанс, что подобно кризису в Боливии, коммунисты смогут подтянуть сторонников из деревни. Либо власть захватит военная хунта. Посмотрим.

В Непале таки введены войска для разгона восставших и объявлен комендантский час.

Судя по всему, первоначальная цель восставших - отмена новых ограничений интернета. Им были недовольны как люди, уезжающие на заработки в соседние страны, так и малый бизнес.
А поводом для запретов, в свою очередь, стали многочисленные материалы, подтверждающие коррупцию и роскошную жизнь местной бюрократии.

Да, коммунисты облажались. Правда ни о каком падении режима речи не идет. Как и о существовании этого режима. Пострадали все: коммунисты, социал-демократы, националисты.
И самое главное, пострадала их репутация как партий.
Подобное уже не раз было в Латинской Америке.

Отмена запретов была лучшим решением со стороны властей. Теперь восставшие хотят сделать премьером рэпера и одновременно мера Катманду.
Это конечно все очень интересно, но реальный политический результат будет виден на предстоящих выборах. Ведь кроме столицы есть и другие регионы.

Объективная теория классового сознания есть теория его объективной возможности. Насколько дифференцируются здесь вопросы и насколько дифференцируются экономические интересы внутрипролетариата, к сожалению, остается почти что полностью неисследованным, а между тем такое исследование совершенно определенно может повести к очень важным результатам. Но в рамках сколь угодно глубокой типологии слоев пролетариата, равно как и проблем классовой борьбы, в любом случае возникает вопрос о фактическом осуществлении объективной возможности классового сознания. Если раньше это был вопрос только для неординарных индивидов (вспомним о совершенно неутопическом предвидении диктатуры у Маркса), то сегодня уже реален и актуален для всего класса один вопрос: вопрос о внутреннем преобразовании пролетариата, его развитии до уровня собственной объективно-исторической миссии. Это вопрос об идеологическом кризисе, разрешение которого впервые сделает возможным практическое разрешение мирового экономического кризиса.

Было бы губительно питать иллюзии относительно длительности идеологического пути, который должен пройти здесь пролетариат. Но столь же губительно было бы не видеть тех сил в самом пролетариате, которые действуют в направлении идеологического преодоления капитализма. Уже сам тот факт, что всякая пролетарская революция создает боевой орган совокупного пролетариата, вырастающий в государственный орган, — рабочий Совет, и притом делает это все более уверенно и сознательно, является, например, свидетельством того, что классовое сознание пролетариата находится на пути к победоносному преодолению буржуазности руководящего слоя пролетариата.

Дьердь Лукач. История и классовое сознание. 1920 год

Следовательно, никогда нельзя игнорировать ту дистанцию, которая отделяет состояние сознания даже революционного рабочего от истинного классового сознания пролетариата. Но и само это положение дел объясняется марксистским учением о классовой борьбе и классовом сознании. Пролетариат вполне становится самим собой благодаря тому, что себя упраздняет; доводя до конца свою классовую борьбу, он создает бесклассовое общество.Борьба за это общество, лишь первую фазу которой составляет также диктатура пролетариата, является не только борьбой с внешним врагом, с буржуазией, но также борьбой пролетариата с самим собой,с опустошительным и унизительным воздействием капиталистической системы на его классовое сознание. И только тогда, когда пролетариат преодолеет в себе самом это влияние, он добьется действительной победы. Разрыв между отдельными областями, которые должны быть воссоединены, различные ступени сознания, которых достиг до сих пор пролетариат в различных областях, — суть точный показатель того, что достигнуто и чего еще надо достигнуть. Пролетариат не вправе бояться никакой самокритики, ибо победу ему может принести лишь правда; вот почему самокритика должна стать его жизненным элементом.

Дьердь Лукач. История и классовое сознание. 1920 год

Мем времен первого президентского срока Трампа вновь актуален.

Александр Гордон о Балабанове и отношении к СССР.

Либералы зачастую не понимают марксистов. Это взаимно.

Я не то, чтобы не понимаю логику либералов, скорее мне не понятна их мотивация. Вот стоят Солодников и Дудь (признан иноагентом). Вещают на многомиллионную аудиторию. У Солодникова на глазах проступают слезы. Он говорит : "Юра, мы занимались хуйней». Нужно было говорить о сложном, а мы говорили о простом (ну чисто пелевинские «клоуны у пидарасов»).

А Юра ему с каменным лицом такой: "Президенты должны меняться. Отсидел два срока и все!."

И почти весь либеральный дискурс сводится к этому. Гражданское общество, честные выборы. Собственно та демократия, которая появляется раз в четыре года лишь для того, чтобы народ мог свободно поставить галочку в бюллетене, а потом отвалить обратно в стойло.

Ну давайте тогда говорить о сложном. Либералы в этом плане могли бы многому научиться у марксистов. В сложном изложении даже самых простых вещей мы действительно хороши.

Только не очень понятно, кого и зачем нужно учить. Ну вот посмотрели россияне все ролики ломов и стали интеллектуальными гиками. Что дальше? Это как то изменит расстановку сил? Уничтожит противоречия между богатыми и бедными, капиталистами и работниками?

Для чего нужна сменяемость президентов? Просто для галочки? Наверное нет. Это нужно чтобы президент не забывал, что его истинная цель – служение народу. Т.е. президент должен выражать интересы как Потанина, так и алкаша Дяди Васи.

Дядя Вася не хочет работать, а хочет получать социалку и тратить свободное время только на себя любимого (бухать). А Потанин хочет чтобы Василий работал, причем за минимальную плату. Государство тоже заинтересовано в том, чтобы дядя Вася вкалывал и отчислял налоги.

Так какой выход? В либерализме есть решение. Это общественный договор. По нему гражданин отказывается от части своих прав и свобод в пользу государства. А тот в свою очередь обеспечивает ему защиту и поддерживает функционирование всей системы.

Но не является ли нынешнее положение дел именно таким общественным договором?
Дядя Вася нуждается в минимальной зарплате, вкусной колбасе, развлечениях и конечно защите от врагов. Все это он получает. Взамен Вася отдает свою свободу.

В этом смысле не имеет никакого значения, кто в стране президент и сколько сроков подряд. Пока общественный договор исполняется, все нормально.

Образованность может привести к увеличению потребностей. Но здесь нужно учесть тот факт, что и возможности элит тоже возрастают. Т.е. если баланс не нарушен, все остается на своих местах.

Если же мы всерьез говорим о пересмотре условий договора в сторону увеличения прав и свобод, то неизбежно возрастают и обязанности. Об этом либералы почему то всегда умалчивают. Демократия это трудно. Она требует каждодневной работы. Нет никакого универсального гражданского общества, которое просто существует и тем самым обеспечивает всеобщее счастье. Есть каждодневный труд миллионов активистов, профсоюзников, наблюдателей и т.д.

Прежде чем желать чего то, нужно задать вопрос самому себе: А я сам то готов к изменениям? Или проще быть просто потребителем и ни за что не отвечать?