Пусть извергает мир свой гнев
На циркуль наш с лекалом,
Мы Божью волю, гнев презрев,
Творим в большом и в малом.

Кого подвязкой наградит
Король, кого булатом,
Но никому не запретит
Он называться братом.

Лишь ты, наш Орден, наделен
Мистическою силой
Жестокосердие смирять
Любовью, сердцу милой.

Эдвард Бульвер-Литтон

Куранты Петропавловского собора в Санкт-Петербурге ежедневно играют мелодию гимна “Коль славен наш Господь в Сионе”, написанного весной 1794 года композитором Дмитрием Бортнянским на стихи Михаила Хераскова. Он широко использовался как неофициальный государственный гимн Российской империи с конца XVIII века до момента утверждения композиции «Боже, Царя храни!» в 1830-х годах; в нотных изданиях XIX века сопровождался отметкой «национальный русский гимн». С 1856 года по октябрь 1917 года часы-куранты Спасской башни в Московском Кремле вызванивали мелодию «Коль славен» наряду с «Преображенским маршем».


С русским масонством Михаил Херасков был связан, по крайней мере, с 1773 года. В Петербурге он состоял в ложе «Гарпократ», с 1776 года — был оратором ложи «Озирис», и в 1781 году стал её почётным членом. Переезд Хераскова в Москву в 1775 году было связано с объединением лож Ивана Елагина и барона Рейхеля. 

В 1780-е годы месте с А. М. Кутузовым стал одним из основателей капитула «Латона», и в 1782 году был посвящён в теоретический градус Ордена розенкрейцеров, в течение двух лет был членом его провинциального капитула. Масонское его имя — «Михаил от натурального колоса» (лат. Michael ab arista naturante). 

В августе 1779 года усилиями Хераскова в университет был назначен новый профессор немецкого языка И. Г. Шварц, член московской масонской ложи князя Н. Трубецкого. По инициативе Шварца и при поддержке Хераскова были открыты масонами Педагогическая (1779) и Переводческая (1782) семинарии. Последняя была организована на средства членов «Дружеского учёного общества», в которое также входили видные масоны. Труды воспитанников «Дружеского общества» и университетских студентов составляли значительную часть сочинений и переводов, опубликованных в журналах «Московское ежемесячное издание» (1781), «Вечерняя заря» (1782), «Покоящийся трудолюбец» (1784).

Под палящим солнцем человек кладет на камень камень. Такая у него работа. Столько ему за нее платят... Ох, как он от нее устает... Усталость – вот все, что он получает, укладывая камни, он принял свою усталость и не ропщет. Не в чем его упрекнуть, если только он строит не храм.

Ты взращивал любовь к храму, чтобы она взрастила любовь к укладыванию камней.

Ибо жизни нужны питающие соки, чтобы расти и облагораживаться.

Чтобы узнать, что такое жизнь, нужно перевидать немало людей. Самых разных. Ты словно бы узнаешь, что же такое корабль, при помощи гвоздей, парусов и досок.

Разуму жизнь недоступна. Суть ее в том, чтобы длиться и распространяться. Превращаясь в действия и поступки, она сопрягается с разумом. Но не сразу, а постепенно. Иначе как выжить ребенку? Он так слаб перед лицом мира! Кедру не выстоять против пустыни. Кедр рождается вопреки пустыне и живет, ее поглощая.

Антуан де Сент-Экзюпери, “Цитадель”.

Запон — это первый подарок масонства кандидату, хотя он может поначалу не понять всю глубину его символической природы. Запон остается центром самоанализа и размышлений кандидата по мере его роста и взросления в жизни и в масонстве.

“Вы ждете того волшебного дня, когда кто-то выйдет с вами на связь и увидит вас, как вы есть. Может быть, прежде всего он уловит блеск в ваших глазах. Или, возможно, он восхитится вашей проницательностью и глубиной вашего духа. Этот некто поможет вам соединить точки, поверить в себя и разобраться во всем, поймет, подбодрит и без колебаний поддержит вас, чтобы жизнь могла сорвать ваше спелое, созревшее Я с ветки древа великолепия. Что ж, я пришел, чтобы сказать вам: ваше ожидание закончилось. Этот кто-то – вы сами”.

Майк Дули

Мудрецы Нила через изучение ремесел трудились над улучшением обычного человека, которого считали спящим, ведя его к пробуждению космического сознания. Греческие философы настаивали на интеллектуальной работе, необходимой для понимания перехода, который ведет от свободы мира феноменального к свободе ноуменального мира. А в Израиле Хирам из Тира, мастер-архитектор, трудившийся под руководством Царя Соломона над построением Иерусалимского Храма, учился раскрывать науку состояний сущности во внутреннем храме, учился искать спасение в контакте Сущности с верховным Истоком. Рабочим, точившим камень, он указывал на важность творческого действия, а не количественного производства, а скульпторам раскрывал глаза на великую красоту творения, которая является отражением чистейшей души. Эта инициатическая наука по-прежнему жива в масонских храмах.

Под лавой Везувия в Помпеях археологи нашли мозаики, гармонично сочетающие строительный отвес и череп, два важных масонских символа, которые наставляют человека в равенстве всех перед смертью и в необходимости повернуться лицом к ценностям, связанным с построением вечной Сущности, способной победоносно пройти испытание смертью.

Масонское обучение происходит через соответствие символа и состояния Сущности. Масон должен совершить усилие, чтобы следовать по пути, ведущему от уровня символа к уровню Сущности, он должен сделать усилие и возвыситься, чтобы понять символ своим сердцем. Размышление позволяет разрезать тьму на части, за которыми масон может наблюдать, но не может трансформировать их в свет. Только око сердца может увидеть свет во тьме.

А.П.