«Это победа для Соединенных Штатов, которую обеспечили президент Трамп и наши невероятные военные.

С самого начала операции "Эпичный гнев" президент Трамп оценивал, что это будет операция продолжительностью 4-6 недель.

Благодаря невероятным возможностям наших воинов, мы достигли и превысили наши основные военные цели за 38 дней.

Успех наших военных создал максимальное влияние, позволив президенту Трампу и его команде вести жесткие переговоры, которые теперь создали возможность для дипломатического решения и долгосрочного мира.

Кроме того, президент Трамп добился
возобновления работы Ормузского пролива.

Никогда не недооценивайте способность президента Трампа успешно продвигать интересы Америки и добиваться мира»

ОАЭ одержали победу в войне, которую мы искренне стремились избежать. Мы победили благодаря героической национальной обороне, которая защитила суверенитет и достоинство и отразила жестокое нападение.

Сегодня мы стоим перед управлением сложной региональной ситуацией, обладая большим опытом, более глубокими знаниями и более сильным влиянием на формирование будущего.
Наша сила, стойкость и непоколебимость укрепили прогрессивную модель ОАЭ.

«Глубинное государство ЕС» утверждает (через государственные СМИ и НПО, финансируемые Соросом), что Telegram — это проблема, потому что люди могут обсуждать контент из других социальных сетей в закрытых телеграм-группах. Этот абсурд используется как оправдание для слежки и цензуры.

Эта повестка была запущена организацией AI Forensics (подрядчиком Еврокомиссии, финансируемым Соросом), подхвачена глобалистскими изданиями — El País, Der Spiegel, Wired, — а затем растиражирована агентством France-Presse и почти дословно перепечатана «свободной» французской прессой: Le Parisien, France 24, Ouest-France, Le Figaro.

Сомневаюсь, что кто-то до сих пор воспринимает эти организации всерьёз — большинство из них утратили доверие людей ещё во времена пандемии COVID. Но важно указывать на все подобные попытки манипуляции общественным мнением, потому что именно так постепенно отнимают то, что осталось от наших свобод.