Вероятность наводнения
[англ. Flood Probability]

Расчетная вероятность возникновения события наводнения определенного объема (уровень и площадь); например, затопление со 100-летней периодичностью может произойти в любой год с вероятностью 1 %.

💡 Полное определение термина читайте в Глоссарии журнала «Экоурбанист»

#экоурбанист_Глоссарий #термины #определения #словарь

Школа дополнительного образования «ЭКОУРБАНИСТ» приглашает специалистов на курсы повышения квалификации


📅 Старт — 7 сентября

• Водно-зелёная инфраструктура города (36 ак. часов)

• Климатическая адаптация городской среды (36 ак. часов)

Для записи и пред записи пишите в @ecourbanist_pro

📚 Также на нашей платформе доступны бесплатные материалы

• Круглый стол «Снег в городе» получить доступ

• Паблик-ток «Водно-зелёный городской каркас» получить доступ

📩 Получить доступ: @ecourbanist_pro

Водопотребление
[англ. Water Consumption]

Использование водных ресурсов с безвозвратным изъятием воды из водоисточника (ГОСТ 19185—73 «Гидротехника. Основные понятия. Термины и определения»).

💡 Полное определение термина читайте в Глоссарии журнала «Экоурбанист»

#экоурбанист_Глоссарий #термины #определения #словарь

Здесь, кстати, видео с подробным раскрытием темы от Анны Ленько.


Смотреть

Илья, поздравляем вас и всю команду ЯУЗЫ с победой! Это действительно значимый международный успех.

Российский проект признан лучшим решением для Савской площади в Белграде

Сегодня основатель архитектурно-градостроительной компании ЯУЗА Илья Заливухин сообщил о победе в своём Telegram-канале:

«Наша архитектурно-градостроительная компания ЯУЗА выиграла международный конкурс в Сербии».

Проект ЯУЗЫ получил первую премию открытого международного анонимного конкурса на преобразование части Савской площади. Жюри рассмотрело девять работ от участников из Сербии и других стран.

Победившая концепция предлагает создать за зданием Старого железнодорожного вокзала Галерейный парк — новый общественный центр с озеленёнными пространствами, выставочной зоной, местами для отдыха, игр и спорта. Территория свяжет будущий музей, станцию метро, школу и жилые кварталы.

Подробнее

📣 Опубликован проект программы конференции SSC-2026

Можно отправлять коллегам и делиться в своих блогах 👆🏻

С программой можно ознакомиться по ссылке: www.ssc-conf.org/program

Присоединиться к профессиональному сообществу участников конференции

Чему вообще сегодня нужно учить ландшафтного архитектора?

Вопрос кажется довольно простым, пока не начинаешь разбираться, из чего в России исторически складывалась эта профессия.

#понедельник_с_экоурбанистом

Лесотехническая школа дала работу с растениями, почвами и эксплуатацией. Архитектурная — пространство и форму. Географическая — понимание ландшафта как системы процессов. Экологическая линия — оценку воздействия и природоохранную логику.

Всё это есть. Но складывается ли из этого современный ландшафтный архитектор?

Например:

— Достаточно ли изучать климатологию отдельным курсом, если климатические риски, перегрев и управление водой становятся частью практически каждого проекта?

— Почему студент может пройти десятки дисциплин, но из учебного плана всё равно не вполне понятно, что именно он должен уметь на выходе?

— Нужны ли будущему ландшафтному архитектору переговоры, проектный менеджмент, работа с жителями и управление конфликтами — или этому по-прежнему предполагается научиться уже «на практике»?

— Что важнее сегодня: знать, как лечить отдельное растение, или уметь проектировать устойчивое растительное сообщество?

— Можно ли сохранить сильные стороны российской школы — дендрологию, почвоведение, инженерию, ландшафтоведение — но собрать их уже не вокруг перечня дисциплин, а вокруг понятной системы компетенций?

В новом материале «Экоурбаниста» Галина Елагина разбирает российскую традицию подготовки ландшафтных архитекторов и сопоставляет её с рамкой компетенций британского Landscape Institute.

Спойлер: речь не о том, чтобы заменить одну образовательную систему другой.

Гораздо интереснее вопрос — какого специалиста мы вообще хотим получить на выходе. И должен ли современный ландшафтный архитектор уметь отвечать не только на вопрос «как сделать», но и на вопрос «что будет через 30 лет»?

Ответы — в статье «Образование ландшафтных архитекторов: от учебных дисциплин к системе компетенций».

Рекомендуем читать новый материал не отдельно, а вместе с другими статьями «Экоурбаниста».

Так становится виден гораздо более широкий разговор.

По сути, мы пытаемся ответить на один вопрос: какими знаниями должен обладать человек, который сегодня проектирует городскую природу?

Весной Евгений Сапунов в статье «Научная типология растительных сообществ как основа национальной школы ландшафтного дизайна» предложил начать с ботаники.

Его тезис: российская природа сама может быть основой профессионального языка ландшафтного архитектора. Лес, луг, степь, болото — не просто набор видов растений, а сообщества со своей структурой, динамикой и логикой развития.

И здесь возникает первый важный сдвиг: проектировать приходится уже не только композицию.

Нужно понимать, как она будет жить через пять, десять, двадцать лет.

Следующий текст в этом разговоре — статья Виктора Матасова «Ландшафт как географическое явление: к переопределению профессии экоурбаниста».

Ботанической оптики уже недостаточно.

Есть рельеф, вода, почвы, микроклимат, история формирования территории, природные и культурные связи. Парк, набережная или жилой квартал существуют не сами по себе — они являются частью более крупной системы.

Отсюда следующий вопрос: умеет ли проектировщик читать территорию до того, как начинает её менять?

Эта линия продолжается в материале Анны Ленько «Город как культурный ландшафт: почему водно-зелёный каркас начинается с рек, истории и геосистем».

К природным процессам здесь добавляется память территории.

Реки, овраги, старые русла, рельеф, исторические маршруты и культурные коды перестают быть фоном для проектирования и становятся исходными данными.

Но территория — это ещё и человек.

В статье «Повседневность как критерий качества городской среды: как ежедневный опыт человека меняет проектирование» появляется ещё один слой профессиональной работы.

Можно создать экологически грамотное, инженерно рассчитанное и визуально выразительное пространство. Но станет ли оно частью ежедневных маршрутов? Будут ли здесь останавливаться, встречаться, искать тень, сокращать путь, гулять с детьми?

Ещё одна линия — климат.

В материале «Климатическая адаптация городов: как проектные решения меняют городской микроклимат» климатические данные рассматриваются уже не как абстрактная информация о погоде, а как часть проектного решения.

А статья «Город глазами климатолога: как климатическое моделирование помогает проектировать городскую среду» идёт ещё дальше: моделирование позволяет не просто описывать существующее состояние, а проверять, как разные проектные решения могут изменить микроклимат территории.

И параллельно возникает вопрос о самой профессии.

В статье «Экоурбанист: новая профессия для устойчивого города» мы уже пытались собрать этот профессиональный профиль: архитектура, ландшафтная архитектура, градостроительство, экология, климат, водно-зелёная инфраструктура, данные, социальные и управленческие компетенции.

Получается довольно сложная конструкция.

Растения.

Почвы.

Рельеф и вода.

Геосистемы.

Климат.

История территории.

Поведение людей.

Экономика и эксплуатация.

Данные и моделирование.

Коммуникация с заказчиком, жителями, инженерами, экологами и городом.

И вот после всех этих текстов статья Галины Елагиной задаёт, пожалуй, самый практический вопрос:

а как всему этому учить?

Можно добавить в учебный план климатологию. Потом ГИС. Потом социальное проектирование. Потом ещё один курс по устойчивому развитию.

Но в какой момент набор хороших дисциплин превращается в специалиста, способного одновременно видеть растение, человека, воду, климат, рельеф и долгосрочные последствия собственного решения?

Именно поэтому разговор о компетенциях здесь гораздо шире образования.

Это разговор о границах самой профессии.

Возможно, современному ландшафтному архитектору уже недостаточно уметь хорошо проектировать объект.

Нужно уметь понимать систему, в которую этот объект вмешивается, и последствия этого вмешательства во времени.

И тогда вопрос «чему учить ландшафтного архитектора?» становится совсем не академическим.

От ответа на него зависит то, какие города мы будем проектировать через десять–двадцать лет.

С Днём знаний, дорогие читатели!

Для школы дополнительного профессионального образования «Экоурбанист» это важный профессиональный праздник и начало нового учебного сезона.

Уже 7 сентября стартуют новые потоки курсов повышения квалификации.

Чтобы подробнее узнать о программах и наборе, напишите в @ecourbanist_pro

В новом сезоне мы подготовили много нового: новые темы, форматы, материалы и профессиональные встречи.

Будем рады видеть вас в школе «Экоурбанист».

С Днём знаний! Ура!

Судьба урбанистики в реформе высшего образования

Дорогие подписчики, с Днем знаний! Как говорил один из наших учителей, образование — это насилие, а значит желаем вам просто выжить в новом учебном году!

Вообще 1 сентября хороший повод поговорить о судьбе урбанистики в высшей школе. Поскольку в стране во всю силу разворачивается реформа высшего образования, в этом году городские историки как никогда были погружены в эти думы — участвовали в стратсессиях, защищали проект специализированного ВО по урбанистике перед вышестоящей комиссией, меняли учебные планы, разрабатывали проект базового образования по градостроительству, делали большой доклад об урбанистике в образовании для тусовки рефлексирующих урбанистов, а в августе с коллегами участвовали в паблик-токе на эту тему. Короче, переживаем об этом много.

В целом, поводов для тревоги хватает. Формально урбанистики в номенклатуре Минобрнауки не существует, есть только «Градостроительство», по которому в России работают более 20 образовательных программ. Но, понятное дело, урбанистика и градостроительство далеко не одно и то же. А сколько из этих программ реально дают урбанистическое знание, выяснить невозможно. Урбанистика в вузах не является отдельной специальностью, она существует только в рамках профилей к дисциплинарным направлениям.

Так, одни программы растут из градостроительства и архитектуры, другие из географии, менеджмента и истории. В итоге получается не единое поле, а россыпь автономных урбанистик, которые существуют сами по себе, со своим языком и своей аудиторией, почти не разговаривая друг с другом. Однако вместе с коллегами из ведущих вузов, в первую очередь ВШЭ и РАНХиГС, медленно, но верно преодоливаем дисциплинарные ограничения. Это положение дел мы в своей статье назвали «множественной урбанистикой».

С 2025 по 2027 год высшее образование переходит на новую систему, где бакалавриат и магистратура заменяются базовым и специализированным высшим образованием. Главный вызов для урбанистики в этой реформе связан с внедрением так называемых УГСН — укрупненных групп специальностей и направлений. Ключевая деталь в том, что поступление на специализированный уровень, пока нынешнюю магистратуру, для части треков планируется открывать только выпускникам с совпадающим по профилю базовым образованием, привязанным к этим УГСН.

Если это случится, для урбанистики это может стать катастрофой. Как известно, урбанистика наиболее полно раскрывается на уровне магистратуры, куда на нее поступают абитуриенты, имеющие базовое образование из самых разных сфер, таких как архитектура, социология, менеджмент, география, история, журналистика и т.д. Если УГСН станут обязательны, то на специализированное ВО (бывшие магистратуры) смогут поступать только те, кто уже имеет образование по этой специальности. Например, в Высшую школу урбанистики будут поступать только архитекторы и градостроители, на кафедру Глазычева в РАНХиГС одни менеджеры и экономисты, а к нам в «Концептуальную урбанистику» ТюмГУ — только историки и делопроизволители.

В таком случае урбанистика будет существовать не в виде «профилей», объединяющих разных специалистов, а в формате «областей» внутри одной специальности. В дипломах будет прописываться что-то вроде «Градостроитель в области урбанистики», «Менеджер в области урбанистики», «Географ в области урбанистики». Звучит неплохо, но только если не знать, что эти специальности станут доступны только тем, кто уже имеет базовое образование градостроителя, менеджера и географа.

Мы не владеем последней инсайдерской информацией, будут ли на уровне специализированного ВО внедрены УГСН или нет. В этом году те вузы, которые попали в пилот реформы, вроде бы пронесло. Однако если к 2027 году сторонники УГСН победят, урбанистика рискует перестать быть междисциплинарным полем и окончательно осесть внутри слабо коммуницирующих друг с другом дисциплинарных границ. Когда это случится, то нашу концецию множественной урбанистики мы переименуем в концепцию туземной урбанистики, без всяких множественностей.

Резервная система
[англ. Off-line System]

Дополнительная часть системы водоотведения, которая принимает стоки при экстремальных осадках.

💡 Полное определение термина читайте в Глоссарии журнала «Экоурбанист»

#экоурбанист_Глоссарий #термины #определения #словарь

🔥Городское сообщество и деньги: как выйти из роли «одинокого героя» и превратить свой продукт в устойчивую систему🔥

Если вы делаете городской проект, вам знакомо это чувство: идея есть, энергия есть, желание сделать что-то важное для города — есть. Команда собирается на энтузиазме первых участников. Партнеры приходят, вдохновляются, помогают с первым событием.
А потом наступает тишина. Партнеры переключаются на свои задачи. Вы остаетесь с проектом один на один — снова несете всё сами, потому что «так надежнее» и «пока некому передать». А ресурсов — и человеческих, и денежных — категорически не хватает, чтобы двигаться дальше.

8 сентября в 15:00 (МСК) Городской университет 2.0 проведет открытый вебинар «Городское сообщество и деньги: как развивать сообщество, находить партнеров и выбирать финансовую модель»

Говорить будем предметно:
— как понять, какие роли нужны проекту прямо сейчас, и где искать под них людей
— как превращать зрителей и разовых участников в сообщество, которое продолжает жить своей жизнью
— как выстроить бизнес-модель проекта и найти источники финансирования
— какие есть модели привлечения денежных ресурсов в городские проекты: от краудфандинга и партнерских взносов до платных продуктов и услуг для сообщества

❤️Опытом поделятся эксперты, которые прошли это на практике:
Святослав Мурунов — урбанист, социальный инженер, основатель сети Центров прикладной урбанистики. За плечами 40+ городов России и больше 300 тысяч человек, которые благодаря этой методологии запустили свои городские инициативы. Автор методологии «Сетевая модель города».
Мария Романова — директор по развитию образовательных продуктов «Городского университета 2.0», организатор крупных мероприятий для IT-сообщества.
Вебинар бесплатный, разговор будет прикладным, с конкретными инструментами для вашего проекта.
Регистрируйтесь на вебинар по ссылке

Реклама. АНО ВО «Городской университет 2.0». ИНН 4205423727. Erid:2VtzqwUw9Nb