…самый страшный гнев, гнев бессилия.

А увлекают меня такие книжки, что как их дочитаешь до конца — так сразу подумаешь: хорошо бы, если бы этот писатель стал твоим лучшим другом и чтоб с ним можно было поговорить по телефону, когда захочется.

По-моему, мне надо перестать думать. Я долго думал, прежде чем пришел к этому заключению.

Не требуйте гарантий. И не ждите спасения от чего-то одного - от человека, или машины, или библиотеки. Сами создавайте то, что может спасти мир, - и если утонете по дороге, так хоть будете знать, что плыли к берегу.

Секрет быть скучным состоит в умении рассказать о себе всё.

Если мне бы сказали, что за это меня завтра казнят — я все равно бы на нее смотрел.

Главное — не научиться читать. Гораздо важнее научиться сомневаться в прочитанном.

Пожалуй, они правы, помещая любовь в книги. Пожалуй, только там ей и место.

Неужели зло так привлекательно?

Вы вызываете у меня странное чувство. Словно нас с вами связывает тонкая нить. Она тянется у меня откуда-то из груди. Я очень боюсь, что если вы уедете, то нить оборвется. Я начну изнутри истекать кровью, а вы меня просто забудете.

Иногда я слышу, как мои кости ломятся под тяжестью всех жизней, которыми я не живу.

Пытаясь жить в ладу со всеми, заканчиваешь разладом с самим собой.

Зачем же гнаться по следам того, что уже давно окончено?

У каждого есть о чём рассказать.
У каждого есть о чём помолчать.

Это удивительно, непостижимо, как может опустеть большой город с отъездом одного человека.

Вы так уверенно вторгаетесь в чужую жизнь, как будто своей довольны.

Дойдя до конца, люди смеются над страхами, мучившими их в начале.

Мною управлять трудно. Я же человек, а не ваша мысль.

Сами по себе мы ничего не значим. Не мы важны, а то, что мы храним в себе.

Совесть обычно мучит не тех, кто виноват.

Если вы так заботитесь обо мне, начните с себя - мне будет спокойнее.