вышел на улицу, из дому, в полюшко.
выстрелы небушко, синее морюшко.
линии лэп; их опоры несущие -
это ли лес из голгоф
сколько христов на них было и будет,
скольких запомнили, скольких забудем;
хватит на всех мотыльков фонарей -
этих крестов, что стоят на дворе.

вышел на улицу, словно на кладбище -
ночкою тёмною. вечером, разве что.
вижу тот лес из бетонного тополя -
это ли куполы храмов некрополя?
города, что под землёй, мегаполиса.
колокол бьёт что колёсами поезда -
я прочитаю под них эпитафию.
вышел на улицу. ночью, как мафия.

вороны кружатся, крыльями хлопают,
перья на землю ссыпаются чёрные.
оберегая гробы под сугробами
вороны каркают, крыльями хлопая.
тем, кто лежит в деревянных хоромах,
вороны песнь поют похоронную.
боже, храни мою грусьть православную -
ветром гонимую птицу двуглавую.

вышел на улицу, из дому, в полюшко -
к чёрту ошибки, когда хапнул горюшка.
ветер свистит меж бетонных коробок
что меж зубов. на часах полвторого.
в несколько нот очертания песенки -
я узнаю в этом ганса хорст весселя
ступина; ночью привидится всякое -
одним фонари, другим лестница якова.

вышел на улицу - чисто за сигами
в двор мой, наполненный знаками, стигмами,
эйдосом, смыслом, тенями, эт кетэра.
шрамы на теле, я вышел из шредера -
там, где о камни ломаются лопасти
вылез из короба, выполз из пропасти
и за двенадцать ступеней - из падика
собственно, вся математика

вышел на улицу, из дому, в полюшко,
где схоронили последнего кореша.
знаки картинкой цепляются жуткою
с ангельской точностью маршала жукова.
мимо проходит девчонка из моссакр
и по асфальту косой скребёт острою.
веки накрашены русскою хтонию -
это по-нашему, если по-моему.

линия жизни - сюжет пятикнижия
в нескольких главах про жизнь скоропостижную:
детство и юность, взросление, старость;
смерть - это всё, что от жизни осталось.

взглядом читай как открытую книгу
меня, притворяясь, что видишь интригу.

это ноль ноль восемь помни памятную дату
жизнь такая типа поезд просто катимся куда-то
остановка на рассвете чиста-поля посреди
только небо только ветер только счастье впереди(

еду в метро в некрополе
в подземном городе

скелеты заходят в самоходный склеп
что как червь уползает по катакомбам
в самое сердце яблока
яблока раздора
надкусанного всеми понемногу
со всех сторон
осторожно двери закрываются

открываются
закрываются
открываются
закрываются

целую вечность повторяется этот луп
но я проезжаю всего лишь лимб
в одну и в другую сторону
сначала смотря вперед
потом оглядываясь на прошлое
лунной походкой петляя в чертогах памяти

02.04.26 02.22

словно кляксы в огромных лужах никелодион на дворе
пей пока мне не стало хуже рюмка водочки на столе
только к черту отвертку с соком настроение на штык нож
быть с тобою что верить в бога точно зная что не придешь

виски с колой кенийский молотый нийский молотый плюс любовь
было время я пил без повода и вино что вторая кровь
анонимные алкоголики мы общаемся по сети
в двух потерянных метрополиях нам друг к другу не по пути

хоть и связаны самолетами пароходами и жд
путь кончается ненаходами по маршруту нд - нд
не распутают камень ножницы в узел скрученные пути
я не помню дороги города но я в курсе за твой айди

пусть грохочет байкал амурская транссибирская магистраль
плачет дождиком небо тусклое но ему никого не жаль
настроение в цвет киркорову выпить водки и слушать гроб
шаришь не выходи из комнаты это антиклаустрофоб

вечная весна пришла как будто
бесконечно вечная весна
прямиком из центра ниоткуда
из хмельного крепкого из сна

принесло течением ветрами
бесконечно вечную весну
не проси не верь она обманет
отойдет к последнему ко сну

и весна пройдет наступит лето
бесконечно вечное опять
не об этом песня не об этом
ну и хули блять ни дать ни взять

а затем настигнет вечну осень
участь лет и вёсен ну и пусть
не проси не верь и там не бойся
не прошу не верю не боюсь

и зима придёт всё так же вечна
постоит и свалит по делам
что поделать друже жизнь циклична
улица аптека бла бла бла

вот и всё без конца и без края
ля финита шерше ля фам
путеводная в небе мигает
равнодушная к этим стихам
для чего их пишу я не знаю
антистресс или так графоман
жизнь дорога от ада до рая
говорят доказал перельман
я иду тут и там спотыкаясь
по лесам по морям по дворам
иногда я действительно каюсь
иногда я действительно хам
но беда моя память дрянная
ни дорог ни имён; номера
их я тоже порой забываю
их смывает событий волна
и боюсь я опять заплутаю
и не вспомню куда и зачем
и пойду в направлении к лаю
это цербер он друг ччч
это цербер он друг он подскажет
он на запах почует тропу
ту не ту я хз и не важно
я привычный ходить наобу
типа сталкер по старым заброшкам
типа сквоттер по ветхим домам
путеводная в небе поможет
равнодушная к этим стихам

из точки а до точки я
минуя точки б в г д е ё ж з и й к л м н о п р с т у ф х ц ч ш щ ъ ы ь э ю
меня преследует легкое чувство незавершенности
и оно меня настораживает

перегоревшая надпись юность
на старой колонке маршалл
улыбнусь порою порой отплюнусь
порой прокашляюсь

вспомню стихов из бродского и из рыжего
выкину сигарету
свидания на крыше - да, я о них слышал
но я на них не был

не об этом песенка не об этом
ну так о чём же
время проходит, дописываются куплеты -
и все об одном и том же

это поезд саратов тверь
и мы пялимся в небеса
а во мне опять просыпается древний зверь
называется дединсайд

это хандра весенняя
это ментальный волк
пялится на деревья он
пялится между строк

желтую пасть облизывает
скалит свои клыки
этот лес то ли буковый то ли тисовый
образ тайги