Заговоры, как одна из древнейших форм русского фольклора, занимали особое место в жизни древнерусского человека. Они представляли собой словесные формулы, произносимые с верой в их магическую силу, направленную на достижение определенного результата, воздействие на человека, природу или сверхъестественные силы. Произнесение заговора сопровождалось особыми ритуалами, жестами, использованием амулетов или трав, что усиливало его действенность в сознании исполнителя.

Ключевая особенность заговоров - их магическая функция. Они создавались для оказания влияния на реальность – для исцеления от болезней, защиты от зла, привлечения удачи, достижения любви, обеспечения плодородия и т.д. Структура заговора, как правило, была весьма специфична: часто он начинался с обращения к высшим силам (Богу, святым, природным стихиям, солнечным и лунным светилам, а также к сверхъестественным существам – как добрым, так и злым), затем следовало описание желаемого действия или цели, и завершалось все формулой, утверждающей исполнение желания (например, «Слово мое крепко»).

Заговоры отличались архаичностью лексики. В них часто сохранялись отголоски древних языческих верований, перемешиваясь с христианскими образами и именами. Эта двойственность отражала сложный процесс христианизации, когда новые верования не полностью вытесняли старые, а накладывались на них, создавая уникальный синкретический пласт. Повторы, ритмизация, использование имен собственных (как людей, так и сверхъестественных существ), а также символические действия были неотъемлемыми элементами, призванными усилить магический эффект.

Функционально заговоры подразделялись на несколько основных типов, исходя из их назначения.
1. Целительные - наиболее обширная категория, направленная на исцеление от различных недугов – от простых ссадин и ушибов до серьезных болезней. Они могли быть направлены на остановку крови, снятие боли, лечение лихорадки, избавление от грыжи и прочих недугов.
2. Обереги и защитные предназначались для защиты человека, его жилища, скота или посевов от сглаза, порчи, болезней, врагов, диких зверей и стихийных бедствий. Они могли произноситься над амулетами, дверными косяками, скотом.
3. Любовные использовались для привлечения любви, возвращения любимого человека, наведения на него чар.
4. Хозяйственные связывались с ведением домашнего хозяйства, обеспечением урожая, плодородия скота, сохранностью имущества. Сюда можно отнести заговоры на хороший сбор урожая, на сохранность зерна, на удачную торговлю.
5. Заговоры на успех привлекали удачу в делах, в игре, в пути, обеспечивали достижение целей.

Несмотря на магические и, с точки зрения христианской церкви, греховные элементы, заговоры часто включали в себя элементы христианского мировоззрения, обращаясь к Богу, Богородице, ангелам, святым, прося их помощи в исцелении или защите. Это демонстрирует сложную взаимосвязь языческих и христианских представлений в народной культуре. Заговоры были не просто архаичными пережитками, а действенным инструментом древнерусского человека, попыткой через слово и ритуал управлять реальностью и справляться с трудностями бытия.

Логос

Пословицы и поговорки представляют концентрированное выражение народной мудрости, жизненного опыта и этических представлений, формировавшихся на протяжении веков. Они функционировали как краткие, меткие и образные изречения, передаваемые из уст в уста и глубоко укоренившиеся в повседневной речи и сознании древнерусского человека.

Пословица представляет собой законченное суждение, завершенную мысль, часто имеющую прямое или иносказательное нравоучение или обобщающий вывод. Она формулирует некую житейскую истину или моральный принцип, например, о значении труда, дружбы, справедливости. Поговорка, в свою очередь, является лишь частью суждения, образным выражением, метким замечанием, которое вставляется в речь для придания ей красочности, но сама по себе не содержит законченного поучения. Она скорее ярко характеризует что-либо, не делая при этом вывода.

Ключевая особенность - лаконичность и афористичность. Каждая пословица или поговорка содержит максимум смысла в минимальном количестве слов, что делает их легко запоминаемыми и воспроизводимыми. Обладают яркой образностью, часто используются сравнения, метафоры, олицетворения, что придаёт им выразительность и глубину. Народность этих форм проявляется в их коллективном авторстве и анонимности: они рождались в народной среде, отражая общий опыт и мировоззрение. Многие из них характеризуются ритмичностью, а иногда и рифмой, что облегчало их запоминание и передачу.

Функционально пословицы и поговорки выполняли множество ролей. Прежде всего, они служили мощным дидактическим инструментом, передавая от поколения к поколению этические нормы, правила поведения, предостережения и советы. Через них формировались представления о добре и зле, чести и бесчестии, трудолюбии и лени. Также играли оценочную функцию, позволяя дать меткую характеристику человеку, событию или явлению, выразить отношение к ним.

В социальном контексте выступали как средство регуляции общественных отношений, закрепляя обычаи и традиции. Кроме того, пословицы и поговорки обогащали речь, придавая ей выразительность и авторитетность, неся в себе эстетическую ценность благодаря красоте и меткости слога.

Тематически древнерусские пословицы и поговорки охватывали практически все сферы жизни: труд и земледелие, отражая важность усердия и связи с землей; затрагивали вопросы семьи, родства и брака, подчеркивая ценность домашнего очага; осмысливали понятия ума и глупости, богатства и бедности, дружбы и вражды, формируя систему социальных и моральных координат. Многие из них выражали отношение к власти, справедливости и закону, а также к природным явлениям, становясь своего рода народными приметами и наблюдениями. Таким образом, пословицы и поговорки были не просто набором фраз, а живым кодексом древнерусской культуры, сохранявшим и транслировавшим фундаментальные ценности и миропонимание народа.

Логос

#фольклор #пословицыипоговорки #традиции

Песенное творчество занимало центральное место в древнерусском фольклоре - это живое выражение коллективного духа, мировоззрения и эмоций народа. Песни, передаваемые из уст в уста на протяжении веков, были неотъемлемой частью повседневной жизни, обрядов и праздников, выполняя множество функций и отражая глубокую связь человека с природой, обществом и духовным миром.

Значительную часть песенного наследия составляли календарно-обрядовые песни, тесно связанные с земледельческим циклом и сменой времен года. Они исполнялись во время языческих, а затем и частично христианизированных праздников, таких как Колядки, Масленица, Купала, а также при посеве, сборе урожая. Несли мощную магическую функцию: через них люди стремились воздействовать на природные силы, обеспечить плодородие земли, богатый урожай, здоровье скота и благополучие в семье. В них звучали обращения к солнцу, дождю, ветру, приговоры и заклинания, призванные умилостивить стихии и отвратить беды.

Помимо земледельческих циклов, жизнь человека была наполнена семейно-обрядовыми песнями, сопровождавшими важнейшие вехи его бытия. Особое место занимали свадебные песни, представлявшие собой сложный комплекс ритуальных песнопений. Среди них выделялись причитания невесты, выражавшие ее прощание с родным домом, девичьей свободой и страх перед неизвестностью новой жизни, а также песни, прославляющие жениха и невесту, несущие пожелания счастья и плодородия.

Колыбельные песни, полные нежности и защитной магии, исполнялись матерями для своих детей, оберегая их сон от злых духов и напевая о будущем. Похоронные причитания были глубоко эмоциональным выражением скорби по усопшему, прощанием с ним и надеждой на загробную жизнь.

Отдельное и весьма значимое место занимали былины — эпические песни, повествующие о подвигах богатырей, их сражениях с врагами, защите родной земли и установлении справедливости. Отличались героическим пафосом, масштабом событий и часто базировались на полуисторических или мифологических сюжетах, формируя образ идеального защитника и героя.

Не менее важными были и лирические песни, отражавшие повседневную жизнь, личные переживания, любовь, тоску, радость труда. Они не были строго привязаны к обрядам: могли исполняться во время работы, на гуляниях, в моменты отдыха. Их содержание было более свободным, затрагивая темы несчастной любви, разлуки, тягот жизни, но также и простой радости бытия. К этому же типу можно отнести хороводные и игровые песни, сопровождавшие танцы и игры, часто обладавшие простой ритмичной структурой и незамысловатыми сюжетами, призванными объединить участников в коллективном действе.

Существовали исторические песни, которые, в отличие от былин, стремились более точно, хотя и в поэтической форме, отразить реальные исторические события и судьбы конкретных личностей, ставших знаковыми для народа.

Все эти песенные формы, несмотря на свои различия, объединяла общая черта: они были голосом древнерусского человека, способом передать знания, эмоции, верования и ценности, составляя живую, дышащую летопись его мира.

Логос

#фольклор #песни #культураруси

В старых дореволюционных текстах часто встречаются странные, незнакомые символы, которые, казалось бы, выбиваются из привычного русского алфавита. Сегодня мы окунемся в мир пропавших букв.

Расскажу сегодня историю одного книгоориентированного джентльмена - Стивена Блумберга, у которого страсть к книгам зашла куда дальше, чем просто чтение. Книжный авантюрист украл более 23 тысяч книг из сотни библиотек.

Он не выбирал книги наугад, а использовал энциклопедический подход. Чаще его добычей становились книги, которые ему действительно были интересны, что делает его скорее коллекционером поневоле. Отчасти я его даже понимаю: некоторые книги великолепны сами по себе.

Блумберг необычный воришка: талант прятать книги у него на лицо. Иногда они оказывались в широких брюках, иногда - под шляпой, а иногда он умудрялся уносить их, просто притворившись, что ищет что-то в другом отделе. Он мог незаметно свернуть книгу и спрятать ее, словно фокусник, исчезающий занавес. Иногда он просто садился в магазине, брал книгу, как бы намереваясь ее прочесть, а потом, когда взгляд продавца или охранника отвлекался, книга волшебным образом перемещалась в его личные запасы.

Блумберг мог даже маскировать украденные книги, например, меняя обложки или вырывая страницы, чтобы они меньше напоминали украденный товар. Его страсть была настолько велика, что он попал в Книгу рекордов Гиннесса как человек, совершивший наибольшее количество арестов за кражу книг. Однажды достопочтенного господина арестовали с целой коллекцией книг, спрятанных внутри пустой упаковки из-под пиццы.

Его история стала настоящей легендой в определенных кругах, демонстрируя, как сильна может быть книжная страсть.

Логос

Сегодня мы привыкли, что новую книгу можно купить в магазине или заказать онлайн: она окажется в руках сразу и полностью. Но когда-то выход романа был настоящим событием, растянутым во времени и вызывающим бурные обсуждения.

Ваш любимый автор мог выпустить новую главу своего романа раз в месяц, а то и раз в квартал! Представьте: вы ждете целый месяц, чтобы узнать, что же случилось с героями дальше. Этот формат создавал невероятное напряжение и ажиотаж. Читатели обсуждали повороты сюжета, строили теории, спорили о судьбах персонажей.

«Русский вестник», «Современник», «Отечественные записки»: это были настоящие гиганты, куда стремились попасть лучшие авторы. Публикация в таком журнале давала писателю статус, признание и, конечно, гонорар.

Публикация по частям была своеобразной формой литературного сериала. Это позволяло писателям корректировать сюжет по ходу дела, учитывая реакцию читателей (хотя это делалось не всегда сознательно). Иногда, если глава оказывалась слишком скучной, следующую могли ждать нетерпеливые отклики.

1. По частям в журналах и газетах

Самый распространенный способ публикации романов в XIX веке – это журнальная форма. Произведения печатались по главам (или частям) в литературных журналах. Это было выгодно всем: авторы получали гонорар по мере публикации; журналам это обеспечивало постоянный интерес аудитории, которая с нетерпением ждала следующего номера.

2. Роман-газета

Позднее появился формат роман-газеты – более доступный, чем толстые литературные журналы. Такие издания позволяли донести произведения до широких масс, часто по очень низкой цене.

3. Отдельные издания – по выходе

После завершения журнальной публикации роман обычно выходил отдельным изданием – в виде книги. Это уже была более полная и окончательная версия произведения. Эти книги становились предметом коллекционирования и бережно хранились.

Со временем, особенно к концу XIX века, стало набирать силу издание романов целыми книгами. Отдельные части, опубликованные в журналах, собирались и издавались в виде толстых томов. Это стало важным шагом к современному книгоизданию. Издание книг в
виде томов открывало для писателей новые возможности заработка, хотя и требовало других договоренностей с издателями.

Иллюстрации играли огромную роль: помогали читателям лучше представить героев, обстановку, сцены. Известные художники нередко работали над иллюстрациями к романам, что повышало привлекательность издания. Иллюстрации становились визуализацией текста, помогая читателю сформировать образное представление о произведении.

Логос

Сколько стоит слово?

Обсуждая гений того или иного писателя не многие осознают, что для них это не только потребность выразить себя, но и работа. Вопрос оплаты труда писателей раньше стоял очень остро. Например, всемирноизвестные Кафка и По скончались в нищете - только таланта было не достаточно.

В 19 веке книжный рынок только формировался. Правила игры были не всегда четкими, издатели имели большую власть. Авторское право в современном понимании только зарождалось, и писатели не всегда могли контролировать, как их произведения используются и кто на них зарабатывает. Судьбы писателей 19 века – это пестрая картина.

Многие поэты начала XIX века жили в долг, а их произведения нередко издавались за счет меценатов или друзей. Декабристы часто финансово поддерживали своих литературно одаренных товарищей.

Чернышевский говорил, что романы надо писать так, чтобы читатели бежали в газетный киоск за следующим номером. Авторы учились мастерски держать интригу, создавать крючки в конце каждой главы.

Помимо непосредственной оплаты, публикация в авторитетном журнале давала автору статус, признание и возможность дальнейших публикаций. Иногда гонорар могли выплачивать не сразу, а по выходе всей части, что создавало дополнительную финансовую неопределенность.

Михаил Юрьевич Лермонтов, как и многие его современники, испытывал финансовые трудности. Несмотря на гениальность, его произведения не всегда приносили ему стабильный доход.

Александр Сергеевич Пушкин был гением, но с финансами у него всегда были сложности. Его публиковали в журналах, он получал гонорары, но эти суммы часто не покрывали его расходы: светскую жизнь, долги, содержание семьи. Издатели тоже не всегда щедро платили. Несмотря на свою славу, Пушкин часто испытывал нужду.

Николай Васильевич Гоголь тоже не был олигархом. Его «Мертвые души» принес ему известность, но не гарантировали богатства. Он получал деньги за публикации, но часто жил в зависимости от своих издателей или друзей. Его доход был непостоянным, и он, как и многие, искал финансовой стабильности.

Иван Сергеевич Тургенев – один из ярчайших примеров успешного писателя. Его романы были популярны не только в России, но и по всей Европе, особенно во Франции. Он получал значительные гонорары от издателей, жил на свои средства, владел поместьем, вел светский образ жизни. Его переводы на иностранные языки также приносили ему доход. Тургенев был настоящим европейцем и в финансовом плане.

Лев Николаевич Толстой получал очень хорошие гонорары от издателей. Однако, Толстой был человеком сложной натуры. Его увлечение философией, идеей опрощения, стремлением к народу привели к тому, что он отказался от авторских прав на свои произведения, желая сделать их доступными для всех. Это значит, что прибыль от его книг шла не лично ему, а издателям или в общественные фонды.

Николай Алексеевич Некрасов – уникальный пример. Он был не только выдающимся поэтом, но и талантливым издателем и коммерсантом. Будучи редактором журналов «Современник» и «Отечественные записки», он умел привлечь лучших авторов, увеличить тиражи и, соответственно, заработать. Его доход был весьма значительным, что позволяло ему не только жить в достатке, но и поддерживать других писателей, в том числе тех, кто испытывал финансовые трудности.

Логос

С детства нам знаком удивительный мир принцесс и волшебных существ, который собрал для нас дуэт гениальных братьев — Якоба и Вильгельма Гримм. Их имена знает каждый, но что стоит за этим легендарным дуэтом, откуда взялись их сказки и почему некоторые из них кажутся нам такими суровыми?

Якоб (1785–1863) и Вильгельм (1786–1859) Гримм — это не просто писатели, а настоящие столпы немецкой науки. Их научная деятельность не ограничивалась одной сферой деятельности.

1. Лингвистика. Братья Гримм заложили основы германской филологии. Якоб сформулировал закон Гримма — первый установленный фонетический закон в индоевропейских языках, который описывает изменения согласных в германских языках. Они также начали работу над монументальным «Немецким словарем» (нем. «Deutsches Wörterbuch»), который стал одним из самых полных словарей немецкого языка.
2. Культурология. Их страстью было сохранение немецкого фольклора, традиций и языка. Они видели в народных сказаниях душу нации.
3. Фольклористика. Именно благодаря им мир узнал о Золушке, Белоснежке, Гензеле и Гретель и многих других историях, которые стали неотъемлемой частью детства миллионов.

Важно понимать: братья Гримм не придумывали эти сказки. Они были настоящими археологами слова, которые с большой любовью и тщательностью собирали народное достояние.

Главным источником были истории, которые они слышали от простых людей: крестьян, служанок, ремесленников. Они записывали эти предания, передававшиеся из уст в уста на протяжении веков. Братья также исследовали и использовали более ранние письменные варианты народных историй, которые находили в архивах и библиотеках.

После сбора, Якоб и Вильгельм литературно обрабатывали тексты, придавая им форму и единый стиль. Они стремились к тому, чтобы сохранить дух и суть народной мудрости.

Кто сталкивался с оригинальными версиями сказок может обратить внимание на их жестокость. В финале сказки о Золушке голуби выклевывают глаза сёстрам, наказывая их за злобу и зависть. В белоснежке мачеху наказывают, заставляя танцевать в раскаленных железных туфлях. Кровожадность— это не прихоть братьев, а отражение реалий.

Сказки возникли в суровые времена, когда жизнь была полна лишений, опасностей и несправедливости. Народные истории часто служили предостережением, уча выживать и быть осторожными.

Изначально эти истории рассказывались не только малышам. Они были частью жизни всего общества и несли в себе как радость, так и суровые уроки. Наказание злодеев было частью народной справедливости.

Стоит отметить, что сами братья Гримм в последующих изданиях смягчали некоторые наиболее пугающие моменты, чтобы сделать сказки более подходящими для детей. Современные версии — это часто результат дальнейшей адаптации.

Логос

Имя Александра Николаевича Афанасьева неразрывно связано с золотым фондом русской культуры — о подарил нам не просто сборники сказок, но и глубокое понимание русской души, ее верований и традиций.

Афанасьев (1826–1871) был русским учёным, фольклористом, историком литературы и исследователем русского народного творчества. Его главное достижение — сбор и публикация «Народных русских сказок», которые стали одним из самых полных и авторитетных собраний сказочного фольклора России.

Афанасьев подошел к делу с настоящей научной страстью и системностью. Его методы сбора сказок были весьма разнообразны.

1. Личные поездки. Афанасьев много путешествовал по России, особенно по центральным регионам. В своих экспедициях он встречался с крестьянами, солдатами, ямщиками — и записывал сказки, которые они ему рассказывали.
2. Помощь собирателей. Афанасьев также активно привлекал к своей работе других энтузиастов и собирателей фольклора, которые присылали ему собранные материалы.
3. Использование печатных источников. Он не брезговал и уже опубликованными, но не полными сборниками, которые дополнял и уточнял.
4. Акцент на устные варианты. Главным приоритетом для него были сказки, услышанные непосредственно от рассказчиков. Он стремился к максимальной аутентичности и точности записей.

Афанасьев не просто записывал: он тщательно сопоставлял разные варианты одной и той же сказки, выбирая наиболее полную и выразительную версию, иногда объединяя элементы из нескольких рассказов, чтобы создать идеальный вариант.

Как учёный, Афанасьев понимал колоссальную ценность народного творчества для изучения истории, языка, верований и быта русского народа. Он видел в сказках отражение древних языческих представлений, которые постепенно трансформировались в народной культуре.

В середине XIX века, когда грамотность росла, а народные традиции начинали меняться под влиянием урбанизации и новых веяний, Афанасьев видел угрозу утраты этого бесценного наследия. Он стремился сохранить его для будущих поколений.

Афанасьев собрал и опубликовал огромное количество народных сказок (более 600 произведений), которые до него существовали в устной форме. Его сборник стал самым полным и авторитетным собранием русского сказочного фольклора.

Афанасьев был одним из первых, кто начал систематически изучать сказки с точки зрения мифологии: он не просто записывал сказки, а подходил к их изучению с научной точки зрения, анализировал сюжеты, мотивы, персонажей, пытаясь выявить их древние корни и связь с мифологией.

Например, его работа «Поэтические воззрения славян на природу» - одна из первых систематических исследований русской мифологии. Он видел в сказочных персонажах (Баба-Яга, Водяной, Леший) отголоски древних славянских божеств и духов природы. Через сказки он исследовал верования, обычаи и мировоззрение русского народа, показывая, как они отражались в народном сознании.

Логос

Вопрос о существовании общего индоевропейского праэпоса — интересная тема, которая касается как лингвистики, так и сравнительной мифологии.

Праиндоевропейцы — это гипотетическая праобщность народов, говоривших на праиндоевропейском языке, из которого произошли современные индоевропейские языки (славянские, германские, романские, кельтские, индоиранские, балтийские и многие другие). Учёные реконструируют этот язык на основе сходств в лексике, грамматике и фонетике.

Праиндоевропейцы жили примерно в IV–III тысячелетии до нашей эры, скорее всего в районе степей Восточной Европы или на юге России. Мигрировавшие на эти территории племена впоследствии расселились по всей Евразии.

Они говорили на праиндоевропейском языке — гипотетическом языке, который реконструируется через сравнительный анализ других современных языков. Ни единого письменного источника не было найдено, но лингвисты могут восстановить часть базовой лексики, грамматических структур и звуковой системы.

Вопрос о наличии у праиндоевропейцев единого эпоса или мифологического канона — предмет научных дискуссий. Прямых свидетельств о наличии цельного эпоса нет, поскольку письменности у них не было. Однако сравнительный анализ мифов, фольклора и религиозных представлений разных индоевропейских народов выявляет общие мотивы и сюжеты (например, борьба богов с хаосом, герой, убивающий змея, мотивы священного огня, концепции загробного мира и т.д.).

Общие элементы позволяют предположить, что у праиндоевропейцев существовал некий набор мифологических представлений — прото-мифология, от которой потом пошли дифференцированные мифы в разных культурах. Некоторые исследователи, например, Владимир Топоров, Гарт Вилькинсон и Джеймс Фрэзер, пытались реконструировать общие эпические сюжеты на базе набора мотивов, но это скорее теоретические гипотезы, нежели доказанные факты.

Логос

Фольклор — это уникальное явление культуры, которое отличается от авторских произведений тем, что у него нет одного конкретного автора.

В отличие от литературных текстов, которые создаёт конкретный человек и подписывает своим именем, народные сказки, песни, пословицы и легенды появились и развивались коллективно.

Фольклор формируется в народной среде, где каждый последующий исполнитель может видоизменять, дополнять или упрощать произведение, адаптируя его под местные традиции и реалии.

Автором фольклорного произведения можно назвать народ — сообщество, коллектив, из которого оно вышло. Поэтому фольклор — это продукт коллективной творческой деятельности, где тексты постоянно эволюционируют и передаются из уст в уста.

В фольклоре действует «цензура коллектива» — это не формальный контроль, а совокупность традиций, устоявшихся норм и ожиданий, которые ограничивают и направляют изменение и развитие текста.

Если рассказ или песня воспринимается сообществом как неудачная, абсурдная, неуместная или противоречащая моральным нормам, она просто не приживётся и не будет передаваться дальше. Народ отбраковывает элементы, которые кажутся лишними, непонятными или неприемлемыми. Таким образом коллектив контролирует содержание и форму произведения, сохраняя в нём основные мотивы и ценности.

Благодаря «цензуре» фольклор остаётся живым и релевантным для своего народа, отражая его мировоззрение, традиции и социальные нормы. В то же время тексты остаются гибкими, позволяя каждому поколению адаптировать их под свои условия и вкусы.

Народная традиция действует как «цензор», отсеивая неприемлемые или неудачные элементы, сохраняя при этом суть и дух произведений. Благодаря этому фольклор существует уже тысячелетия, оставаясь живой частью культурного наследия разных народов.

Логос

Названия нот – До, Ре, Ми, Фа, Соль, Ля, Си это не просто случайные звуки, а целая история, уходящая корнями в средневековую Европу. Начало этой истории связано с латинским гимном Иоанну Крестителю, который был очень популярен в XI веке.

UT queant laxis
REsonare fibris
MIra gestorum
FAmuli tuorum,
SOLve polluti
LAbii reatum.
Sancte Iohannes.

Чтобы открытыми устами
Смогли воспеть рабы
Твоих деяний чудеса,
Вину с порочных губ ты отпусти,
Святой наш Иоанн.

Каждая новая строчка этого гимна начиналась с последующей ноты гаммы. Изначально нот было всего шесть: Ut, Re, Mi, Fa, Sol, La. Считается, что монах Гвидо Аретинский, итальянский теоретик музыки, систематизировал эту систему и использовал гимн для обучения певчих, помогая им легче запоминать ноты.

Позже, в XVI веке, к гамме была добавлена седьмая нота – Si. Ее название образовано из первых букв слов последней строчки гимна. Таким образом, полная гамма приобрела семь нот.

Есть несколько версий как Ut превратилось в До:

1. Удобство произношения. Ut было трудно произносить, особенно в быстром пении. Поэтому со временем его стали заменять на более благозвучное До.
2. Связь с Dominus. Некоторые исследователи предполагают, что До могло произойти от слова Dominus (Господь), так как первая нота часто ассоциировалась с божественным началом.
3. Итальянское влияние. В итальянском языке, где музыкальная терминология развивалась особенно активно, До прижилось быстрее, и его распространение привело к замене Ut по всей Европе.

С развитием музыкальной теории и распространением итальянской музыки, новые названия нот – До, Ре, Ми, Фа, Соль, Ля, Си – стали общепринятыми.
В англоязычных странах (Великобритания, США и др.) до сих пор используется система буквенных обозначений, восходящая к первоначальным латинским названиям:
До = C
Ре = D
Ми = E
Фа = F
Соль = G
Ля = A
Си = B

Логос

Сникерсни – это не только батончик, но и история кровавых поединков. Термин snickersnee (или его вариации, такие как snickersnacke, sniker-snack, nickersnack) использовался в Англии, особенно в XVII-XVIII веках и обозначал ножевой бой, схватку с использованием кинжалов, коротких мечей или других острых предметов. Это было время, когда ношение оружия было более распространено и подобные стычки не были редкостью.

Также термин известен и в Нидерландах: сникерсни стало более узнаваемым названием для народной дуэли на ножах. Это была своеобразная форма выяснения отношений, часто более спонтанная и менее формализованная, чем дуэли на шпагах среди знати. Если в Англии термин мог обозначать просто стычку с ножами, то в Нидерландах он приобрел более устойчивое значение именно как дуэль.

Со временем, с развитием военного дела и изменением видов оружия, такие специфические названия ножевого боя стали уходить из активного употребления. Сегодня сникерсни – это исторический термин, который встречается в литературе, изучении истории оружия или в узкоспециализированных кругах.

Все совпадения с батончиком случайны и шоколад не имеет отношения к жесткой поножовщине. Шоколадка Snickers была названа в честь любимой лошади одного из основателей Mars.

Логос

Очень люблю читать Конан Дойля. Обсуждая с друзьями его творчество, неоднократно сталкивалась с тем, что кроме Шерлока Холмса никто ничего не читал. Сам автор не любил своего персонажа, поэтому немного восстановим литературную справедливость.

Артур Конан Дойл, шотландский врач по профессии, начал писать рассказы о Шерлоке Холмсе в конце 1880-х годов. Его целью было не создание бессмертного героя, а поиск литературного заработка и возможность уделять больше времени серьезной исторической прозе, которую он считал своим истинным призванием.

Холмс затмевал все остальные работы Дойла. Читатели требовали новых историй о детективе, игнорируя исторические романы, которыми автор очень гордился, что вызывало у него досаду и раздражение. Он чувствовал, что застрял в образе. С одной стороны Шерлок дал ему популярность и деньги (Дойл одно время считался самым высокооплачиваемым автором), с другой он не мог получить признание многих коллег по цеху, которые ситали Шерлока бульварной литературой.

Накопив обиду, Конан Дойл решил положить конец мучениям – как своим, так и Холмса. В 1893 году он публикует рассказ «Последнее дело Холмса», где описывает эпическую схватку детектива с профессором Мориарти у Рейхенбахского водопада и смерть обоих.

Реакция публики была катастрофической. Конан Дойл был завален тысячами гневных писем от читателей, умоляющих вернуть Холмса. Лондонская подземка, где печатали рассказы, на некоторое время даже убрала рекламу Холмса, чтобы не вызывать гнев пассажиров.

Легенда гласит, что сама Королева Виктория была большой поклонницей Шерлока Холмса. Узнав о его гибели, она лично обратилась к Конан Дойлу с просьбой оживить детектива.

Под давлением читателей, издателей и, возможно, даже королевской особы, Конан Дойл неохотно согласился вернуть Шерлока Холмса к жизни. В 1901 году выходит повесть «Собака Баскервилей», действие которой происходит до Рейхенбахского водопада, но это было лишь временное решение. Настоящее воскрешение состоялось в рассказе «Пустой дом» (1903), где Холмс объясняет, что инсценировал свою смерть, чтобы иметь возможность бороться с остатками империи Мориарти. С тех пор Конан Дойл продолжал писать о Шерлоке Холмсе, хотя и признавал, что его герой жил своей жизнью и заслонил автора.

Но если вы поклонник Шерлока Холмса, не ограничивайте свое знакомство с Артуром Конан Дойлом только Бейкер-стрит. Его исторические романы отличаются глубокой проработкой деталей, увлекательными сюжетами и колоритными персонажами.

«Белый отряд» (The White Company, 1891) один из самых известных исторических романов Дойла. Действие происходит во время Столетней войны между Англией и Францией. Роман полон батальных сцен, рыцарской доблести и романтики.

«Затерянный мир» (The Lost World, 1912). Группа исследователей отправляется в экспедицию на отдаленное плато в Южной Америке, где обнаруживает мир, населенный доисторическими существами – динозаврами и птеродактилями. Научно-фантастический роман вдохновил множество фильмов и книг.

Это всего лишь два произведения из обширной библиографии автора.

Логос

Сегодня мы погрузимся в мрачный мир происхождения слова «бес» - одного из самых распространенных и зловещих в русском языке.

Слово «бес» имеет глубокие корни в праславянском языке. Его первоначальная форма - *besъ, которую, в свою очередь, связывают с более древними индоевропейскими корнями, хотя точная связь остается предметом дискуссий среди лингвистов.

Фасмер предлагает версию, что *besъ связано с индоевропейским корнем *bohs- или *bews-, который имеет значение богатство, изобилие, достаток. По этой версии бес мог означать существо, которое насыщает или наслаждает человека земными благами, ложными удовольствиями, соблазнами. Это существо, которое богато на искушения.

Еще одна интересная версия: связь с небытием. Индоевропейский корень *bu- или *bew-, который означает «пустота», «небытие». В этом случае бес - это олицетворение зла, как отсутствия добра.

Черных также выводит слово от праславянского *besъ, но связывает его с глаголом бесить (в древнем значении быть в неистовстве, ярости). Глагол бесить происходит от индоевропейского корня *bhes-, который, по мнению ученого имел значение «хлопать», «стучать», «быть в неистовстве». Он видит более прямую связь с понятием безумия.

Есть также менее распространенная версия, связывающая беса с индоевропейским корнем *buh- («дымить», «туманить»). Это может указывать на изменчивую, неуловимую природу демонов, которые могут являться в виде дыма или тумана, скрывая свою истинную сущность. Есть и те, кто подводит беса к лит. baidýti — «пугать» и рус. «бояться».

Изначально в славянской мифологии бес мог быть более общим обозначением для различных злых духов, младших демонов, нечистой силы. Со временем это слово стало синонимом дьявола, главного противника бога, а также нарицательным обозначением для очень злого, коварного или упрямого человека.

Все словари согласны, что слово «бес» происходит от праславянского *besъ. Версия Черных о связи с бесить очень наглядна и понятна, а версия Фасмера о богатстве открывает неожиданную грань понимания демона как искусителя. Даже одно слово может иметь несколько версий происхождения, каждая из которых открывает свой уникальный взгляд на историю языка и мышления наших предков.

Логос

Николай Васильевич Гоголь - гений, виртуозно владеющий как потусторонним ужасом, так и сатиристическим комизмом. Писатель умел заставить одновременно смеяться до слез и содрогаться от леденящего ужаса.

Гоголь – это художник, который видел мир многогранно, и на холсте своего творчества умел сочетать, казалось бы, несочетаемое. Ужас, граничащий с реальностью: его мистические произведения не выдумка ради выдумки. Гоголь брал за основу народные поверья, страхи, суеверия и вдыхал в них жизнь. Он черпал вдохновение из самой глубины русской души, из темных уголков народной фантазии.

«Вий» - это рассказ квинтэссенция славянского фольклора об упырях и нечисти. Описания ведьм, мертвецов, потусторонних сил настолько ярки и натуралистичны, что читатель буквально чувствует холод смерти. Страх здесь - не абстрактный, а почти осязаемый, проникающий в каждый уголок сознания.

В произведении «Нос» ужас приобретает черты абсурда. Исчезновение и самостоятельная жизнь носа - это фантасмагория, которая одновременно пугает своей иррациональностью и заставляет задуматься о том, насколько хрупка наша реальность и самоощущение.

В «Вечерах на хуторе близ Диканьки» преобладает комическое, но мистические элементы черти, ведьмы, русалки создают особую атмосферу, где граница между реальным и потусторонним зыбка.

Если в мистике Гоголь часто черпал из фольклора, то в сатире он безжалостно препарировал общество своего времени. Его смех - это не легкое веселье, а скорее горькая ирония, направленная на обличение человеческих слабостей.

Гоголь был мастером детали. Он описывал мелочи так, что они оживали, становились частью атмосферы. Будь то скрип половиц или блеск глаз черта - все работало на создание нужного настроения. Он смело смешивал трагедию и комедию, мистику и быт, высокое и низменное. Это создавало эффект гротеска - преувеличенного изображения, где реальность искажается, но при этом обнажает свою суть.

Яркий, образный, сочный язык Гоголя - это отдельный вид искусства. Он умел находить точные слова, которые создавали и пугающие, и уморительные картины. Писатель знал, чего боятся люди (темноты, смерти, потери себя, разоблачения) и над чем они смеются (над глупостью, жадностью, трусостью, чванством) и мастерски играл на этих струнах.

Логос