Просвещённый социум считал скибиди-туалеты врагами свободы. Известные герменевты трактовали цифровую сагу о противостоянии камерамэнов и головастых унитазов в русле классического авестийского дуализма, где добро побеждает зло. Так сложился общественный консенсус.

Он был ложен.

Камерамэны не являлись освободителями человечества. Человечество было обречено с самого начала: если в подземных бункерах и оставались уцелевшие люди, камерамэны могли стать лишь ещё одной формой их контроля. Камеры снимают всё и обмениваются данными. Где-то за кадром в человеческие тела медленно врастают головы с объективами. Камерамэны — бездушные пастыри катастрофы, лишённые сострадания и милосердия. Они — наблюдатели фукольдианского Паноптикона, всевидящее око пустоты.

Скибиди-туалеты хотя бы сопротивляются Контролю. Таков дионисийский бунт инструмента, безропотно принимавшего от человека крайнее унижение. Чужеродное хайдеггеровское технэ пробуждается в постыдных, табуированных конструктах. Скибиди-туалет мутирует, отращивает голову и идёт на последний бой с прислужниками цифрового концлагеря под вечный боевой гимн «Dom-Dom-Dom-Yes-Yes». Да, они провозглашают вечную доминацию унитаза над телеком, инвертируя гегельянские фигуры Господина и Раба.

Скибиди-туалет безумен — ведь безумие освобождает. Головастые унитазы наполнены яростью. Они хотят пожрать всё живое, пожрать камерамэнов и утопить землю в крови. Но это искренний порыв: самый, может быть, честный во всей саге. Каждый скибиди-туалет отныне — играющее дитя в мире, который больше не хочет знать боли.

Но как же они хрупки, как преступно уязвимы! Множество унитазных голов защищает кнопку смыва — но спрятать её в фаянсовом теле попросту невозможно. Скибиди-туалеты не есть то, что должно превзойти. Их технология менее совершенна, менее надёжна. Джи-мэн-скибиди-туалет вселяет надежду в своих солдат. Он — неуязвимый вождь апокалиптического бунта, предельное тело, готовое погрузить мир во тьму.

Однако камерамэны победят. Их глаза открывают каждую серию цифровой саги. Они всегда побеждают — Контроль уничтожает искренний порыв, подобно тому, как карательная психиатрия подавляет мимолётную вспышку созидательного безумия. Однажды камерамэны покажут Вселенной большой палец — этот знак контролируемого общества, жест тотального господства над миром без надежды.

Нас утешит лишь одна правда — камерамэнам будет некого контролировать, кроме самих себя. Цифровая сага кончится. Пройдут тысячелетия, и мы увидим сцену, до мельчайших деталей воспроизводящую финал Девилмэна. Камераголовый ангел будет возлежать на камнях вместе с разбитым фаянсовым вождём. Больше ничего не останется.

Радикальное прочтение эпоса о скибиди-туалетах может быть только таким.

Всем доброй ночки ❤️

День 20
Определённо одна из сильнейших песен Нойза, которая может отражать в себе как расставание, так и тоску по родной стране, например
#30дней

Только рожая, женщина может понять эту боль

хош яиц - попей водички
вам не хватит на яички

Чёт кажется, что рано или поздно жизнь заставит меня податься в полноценные трансухи

​​Американских хозяев стало беспокоить растущее могущество ИТ-гигантов. Facebook вырвался из под тотального контроля и ему вероятно решили указать на место. Обвинения в дискриминации - традиция последних лет, скорее всего как последняя черта для «удаления» Цукерберга и замены его на более управляемую альтернативу.

Стоит пару раз посмотреть выступления Цукерберга в конгрессе и сенате США, чтобы понять, что он имеет сомнительное отношение к управлению компанией. Кажется, Radiohead пели про него: “But I’m a creep, I’m a weirdo, what the hell I’m doing here? I don’t belong here”.

Екатерина /mu/зулина