Дисклеймер: данная работа позиционирует себя исключительно как зарисовка и не претендует на звание полноценного фанфика. просто захотелось.
время действий: после окончания Хогвартса
p.s.: не бейте

«Когда умирает близкий и любимый человек, мы оказываемся в совершенном одиночестве. Самый большой и сильный человек становится вдруг маленьким, которому страшно».
...
Слишком много людей. Слишком много голосов. Она изчезает из его поле зрения, теряется в толпе. Улыбается. Черты лица расплываются, превращаясь в бесформенный туман.
Парень подрывается с кровати. Судорожно сминает простынь, ткань собственной футболки в области груди, тяжело дышит, глотая воздух. Он будто задыхается от нарастающей внутри боли и тоски. Липкое и неприятное чувство ужаса от очередного кошмара сковывает, недавая пошевелиться. Сердце глухо и бешено стучит. Это единственное, что он сейчас слышит. Звук нарастает, эхом отдавая в барабанные перепонки. Как же его тошнило от этого ощущения безысходности.
Кошмар отступал, оставляя за собой неприятно, давящее чувство.

С каждым днем было всë сложнее вспоминать еë лицо. Она будто растворялась в его памяти. Это злило. Хотелось кричать, крушить всë вокруг. Спасали лишь фотографии, которые, казалось, были теперь практически везде: на прикроватной тумбочке, в коридоре на полке шкафа, в кошельке. Адам прятал их от других глаз, будто пытаясь доказать хотя бы самому себе, что всë в порядке. В какой-то степени это, наверно, помогало. Мнимое ощущение присутствия той, кого так не хватало, успокаивало.

В соседней кроватке кто-то зашевелился и издал крайне недовольный, полный возмущения от того, что на него не обращают внимания, звук. Послышалось шебуршание и какое-то копошение. Кот, лежащий на кровати рядом с новым хозяином, что его бесцеремонно разбудил своим резким пробуждением, мяукнул, будто намекая, что пора бы поднять свою пятую точку, что Адам и сделал.

—Ну привет, любительница не спать ранним утром..

Негромко, будто для самого себя произнёс Адам, беря дочь на руки. Он делал это сотни или тысячи раз, но каждый был аккуратнее прошлого. Навредить любимому человеку, частичке себя, не хотелось. Так что юноша носился с ней, как наседка с яйцом. В будущем, наверно, он еë жутко разбалует, но это будет только в будущем. Да и простительно. Уж больно она напоминает мать.

Ему только исполнилось 21, а как жить дальше толком и не понимал. Он мог бы спиться, пустить свою жизнь на самотек, но кто тогда будет заботиться о его крохе? Судьбы знаменитого Гарри Поттера для неë он не желал, да и та, из-за которой Смит, кажется, медленно сходил с ума, явно этого не хотела бы. И не одобрила бы.
Вообще, Криста знатно подпортила ему всë, что могла своей смертью. И Адам мог бы заставить себя ненавидеть еë за это. Или забыть. Всего одно простое заклинание и все мучения закончатся. Но Смит каждый раз упрямо выбирал просыпаться от кошмаров, но помнить. Ведь страшнее всего было забывать. Забывать то, как она готовила ему, запах еë выпечки, духов, которые давно выветрились. Забывать еë смех.. Мысль о том, что она действительно однажды бесследно исчезнет из его воспоминаний ужасала, и будто холодными пальцами бралась за горло, душила. Было страшно. Это было сравнимо с чувствами магглорожденного при встрече с Тёмным Лордом, когда первый знает кто перед ним и зачем он здесь.

Скоро придут родители, чтобы посидеть с любимой внучкой. Они помогут.

...

Здесь было тихо. Просто некому шуметь. Могильные плиты неподвижно стояли, с годами всë больше погружаясь в землю под собственной тяжестью. Трава желтела, листья потихоньку опадали, готовясь к осени. Адам прошёл сквозь ряды надгробий, уже наизусть зная нужную дорогу. Первое время он находился здесь целыми днями. Сейчас же всë ещë мог часами сидеть, просто молчать или наоборот, негромко рассказывать что-то из жизни, делясь проблемами. О том, как растет их дочь, как иногда сложно ему справляться одному и как не хватает еë.

Было до ужаса тоскливо.
Через время придет кот. Или кошка, потому что это явно не Полноч, ведь тот сейчас предпочитает большую часть времени проводить с новой маленькой хозяйкой, всюду следуя за ней. Животное будет тереться, просить ласки и будто утешать. Смотрит так осознанно, будто это человек, понимающий всю скорбь Смита. Кто знает, может быть, реинкарнация и правда существует?..

Пройдет час, два или даже больше. Зазвонит телефон. Уже начало темнеть и родители, забеспокоившись, решили узнать, когда сын вернется. Ребенок спокойно спит в обнимку с котом.
Адам с трудом найдет в себе силы уйти, оставив за собой лишь букет еë любимых цветов. У надгробия, где аккуратным шрифтом выгравированно имя его любимой жены.

Брюнет никогда не любил шумные компании,собиравшиеся по вечерам пятниц в каких-либо клубах, желавшие оторваться за прошедшую неделю. Вместо этого он всегда шёл домой с пакетом вкусностей, зная, что в небольшой двухкомнатной квартирке его уже ожидает его темно-русое чудо.

Вот и в эту пятницу он не изменял своеобразной традиции и шёл по улицам вечернего Лондона в приподнятом настроении, предвкушая ещё один замечательный вечер. Тёплый летний ветерок лохматил тёмные пряди его волос, играя с ними. В бездонных карих глазах отражалась вся красочность многочисленных огней многоэтажных зданий и различных вывесок. Два тёмных омута смотрели изучающе, холодно и отчуждённо, но только с виду. Или только когда рядом не было еë?

По дороге парень зашёл в круглосуточный магазин, перед этим мысленно поблагодарив за то, что они существуют, иначе никак не смог бы выкрутиться в столь поздний час. Закупившись всем, что нужно, Адам вновь направился в свою обитель, ускорившись, дабы поскорее оказаться в объятиях любимой.

И этот момент настал.

Тихо щелкнул открывающийся дверной замок, пропуская из тёплой квартиры тонкую линию света и запах уюта, перемешанный с таким уже привычным ароматом корицы и ванили. В полутьме коридора сверкает пара внимательных кошачьих глаз. Удостоверившись,что пришли «свои», питомец лениво перебирая лапами, бредёт обратно на кровать хозяев, даже не удосужившись уделить и капли лишнего внимания персоне прибывшего. Но вскоре послышался торопливые шаги, и на брюнета, счастливо улыбаясь налетит с объятиями его солнце. Они постоят так пару минут,после чего брюнет торжественно вручит своей девушке пакет с продуктами ,а та в свою очередь заливисто засмеётся, смотря на слишком уж серьезную физиономию своего парня и приняв пакеты, отправится на кухню, где ждёт ещё не остывший ужин.

Немного позже они будут сидеть вдвоём на небольшой кухне и пробовать очередной кулинарный шедевр Девоншир, который брюнет с удовольствием попробует и даже попросит добавки. Девушка с теплом будет смотреть на него, иногда забывая про собственную порцию, залюбовавшись, на что парень недовольно поворчит и начнет сам еë кормить, вопреки протестам старшей.

После,перебравшись на кровать вместе с вкусностями, купленными немного ранее Смитом, они включат на ноутбуке незамысловатый фильм. Может про вампиров или зомби, может детектив, может и романтику, просто для того, чтобы убедиться, что там снимают полный бред и на самом деле в жизни всё по-другому. Не важно. Главное, что они сейчас вместе лежат бок о бок, переплетая пальцы, и иногда кидая какие-нибудь нежные, а порой и колкие фразочки.
Очередной спор перейдёт в войну, ноутбук полетит, на заранее застеленный предусмотрительными обитателями квартиры, одеялами пол, еда отправится за ним. Битва не на жизнь,, а на смерть подушками будет длиться, пока оба не устанут, соглашаясь на перемирие, коим являются те ленивые, но нежные поцелуи, с каждой секундой становясь всё настойчивее.

Чуть позже, они будут лежать вместе, слушая собственное размеренное дыхание.
Темно-русые волосы Крис, захваченной в кольцо рук еë парня, растрепались и сейчас щекотали нос, заставляя младшего чуть поморщиться и вдохнуть этот родной запах. Через минуту раздастся тихое сопение ,что означало одно - его чудо уснуло.

Под размеренное дыхание любимой и стук собственного сердца, Адам Смит отправится следом в царство Морфея, чтобы на следующее утро были силы убрать очередной бардак,устроенный им и его беситией — Крис Девоншир..

Самый обычный день. Самый обычный коридор в самой обычной школе. Хотя... Школа, может и не самая обычная. Школа волшебства, как никак — Хогвартс. Крис шла по этим обычным коридорам и разглядывала обложку книги, которую только что взяла из библиотеки. Адам выбежал навстречу, неожиданно выпрыгнув из-за угла. Бам! И вот, оба ученика уже лежали на полу. Только вот в чем разница. Крис не упала полностью и облакачивалась на руки, а Адам развалился на полу, потирая голову рукой и крехтя.

— Да, Адам, — вздохнула Крис, тянувшись рукой до упавшей книги — Ты не только на тренировках позорник.

— Чё? — Адам поднял спину с пола и уже сидел на нём — Вообще-то это ты высунулась тут, не пойми откуда.

Крис помотала головой и встала с пола. Она встряхнула свою мантию от пыли и посмотрела на Адама с усмешкой.

— Чё уставилась? — спросил Адам, встав с пола и скрестив руки на груди, даже не встрехнув мантию — И вообще, с каких пор ты читаешь? Я думал, что ты не умеешь. — Адам рассмеялся.

— Ха-ха-ха, — саркастически "посмеялась" Крис — Я, в отличие от некоторых, хотя бы читаю и что-то делаю. Например, сегодня я на лёд иду, — сказала ученица.

— На лёд? — в недоумении спросил Смит — На каток, то есть? А откуда здесь, в Хогвартсе, каток?

— Голову включай, дубина! — Крис постучала Адаму по голове книгой — Сейчас какое время года? Зима! Чёрное озеро, это что? Вода! А вода что делает зимой? Превращается в лёд! Значит, я иду к чёрному озеру! Думай, Адам.

— Ай! — крикнул парень, убрав от своей головы книгу — А-а-а... Ну, так бы и сказала.

Крис в недоумении посмотрела на Адама. Разве она не сказала и так все напрямую с самого начала? Из раздумий её выгнал вопрос Гриффиндорца:

— А ты умеешь кататься то? Помню, ты с Сальваторе недавно ходила. Он успел научить тебя?

— Нет, — вздохнула Девоншир — Не успел. А сегодня он занят. Так что, иду одна, надо быть самоучкой.

— О, так давай я тебя научу! — радостно сказал Адам — Я сегодня как раз свободен. А так, подумаешь, пару раз тебя в снег кину. Не разкиснешь.

— Ну, — Крис осмотрела Адама с ног до головы, неужели он сможет научить её? — Эх, была не была. Давай! Но, если что, я брошу тебя там.

Адам рассмеялся и весело кивнул.

— Ну, погнали, самоучка! — Адам хлопнул в ладоши и развернулся, чуть не задев стоящую рядом статую рыцаря. — Только предупреждаю: я тренер строгий. Если будешь плохо слушаться — оставлю тебя на озере в компании гигантского кальмара.

Крис фыркнула, засовывая книгу в сумку.

— Кальмар хотя бы молчит, в отличие от некоторых.

Они направились к выходу из замка. Зимний Хогвартс сиял: на башнях искрился иней, гобелены на стенах изображали танцующих снежных фей, а в Большом зале, судя по доносившемуся гулу, начинался обед. Но ребятам было не до еды — лёд звал.

— Знаешь, — Адам на ходу поправил шарф, — я, между прочим, с пяти лет на коньках. Дядя учил. Говорил: «Сынок, если упадёшь — не реви, а вставай и делай вид, что так и задумано».

— Мудрый совет, — усмехнулась Крис. — Буду падать красиво.

Они вышли на заснеженный двор. Морозный воздух обжёг лёгкие. Вдалеке, за деревьями Запретного леса, виднелась серебристая гладь Чёрного озера. Сегодня там было пусто — ни души, только тишина и белый, нетронутый лёд.

— Ого, — Крис остановилась, вглядываясь. — А никого нет… Повезло. Никто не увидит моих позорных падений.

— Тем интереснее, — усмехнулся Адам. — Будешь падать в гордом одиночестве. Я как свидетель — обязуюсь молчать.

Через десять минут они уже стояли у кромки озера. Крис вытащила из сумки коньки — простые, школьные, с блестящими лезвиями. Адам, напротив, извлёк на свет божий нечто невероятное: чёрные, с серебристыми искрами, которые переливались на солнце.

— Это что, магические? — спросила Крис, приподнимая бровь.

— Ага, — гордо ответил Адам. — Папа подарил на день рождения. Сами затягиваются, греют ноги и даже показывают голографические подсказки, если падаешь.

— Хвастун, — фыркнула Крис, но в голосе её звучало любопытство.

Они уселись на деревянную лавочку, вбитую в лёд, и начали переобуваться. Крис с трудом зашнуровала ботинки — пальцы замёрзли и плохо слушались. Адам щёлкнул пальцами, и его коньки сами плотно обхватили ноги.

— Готов, — объявил он, вскакивая.

Крис встала осторожно, пошатываясь. Лезвия непривычно скользили по льду, ноги разъезжались, и она инстинктивно вцепилась в плечо Адама.

— Ого, полегче, — хихикнул он. — Ты меня не урони.

— Я сама боюсь упасть, — процедила сквозь зубы Крис, делая первый неуверенный шаг.

— Давай просто попробуем: ноги на ширине плеч, колени чуть согни, руки в стороны для равновесия. И главное — не смотри вниз. Смотри вперёд, на горизонт.

Крис выдохнула и попробовала. Первые метры дались с трудом — она постоянно хваталась за воздух, пару раз чуть не рухнула, но Адам успевал подхватывать её за талию.

— Неплохо, — похвалил он, когда она проехала целых десять метров без падения. — Для первого раза — отлично. А теперь попробуй оттолкнуться одной ногой.

Крис кивнула, сосредоточилась… и тут же поскользнулась, заваливаясь назад. Адам рванул к ней, но не удержался сам — его ноги разъехались, и оба ученика с глухим стуком рухнули на лёд.

— Ой... — простонала Крис, лёжа на спине и глядя в хмурое зимнее небо.

— А это уже программа «произвольное падение», — прохрипел Адам, лежа рядом. — Пять баллов за артистизм.

Несколько секунд они просто лежали, тяжело дыша, а потом одновременно рассмеялись. Эхо разнеслось над пустым озером, и даже пара пролетающих сов удивленно ухнула. Адам протянул ей руку.

Крис взяла её, и они с трудом поднялись. На этот раз она чувствовала себя увереннее. Возможно, потому что падать уже было не страшно — хуже некуда.

— Ладно, — тряхнула головой Крис, поправляя растрепавшиеся волосы. — Давай ещё раз. Только без фокусов.

— Обещаю, — кивнул Адам. — Первый урок выживания на льду пройден. Теперь переходим к базовым элементам.

И под смех и крики они вновь скользнули в сторону середины озера, оставляя за собой царапины на льду и искры зимнего солнца.

Сначала они катались раздельно, потом Адам стал подхватывать Крис, когда та падала. Не заметили они сами, как уже держались за руки и болтали обо всем, о чем можно.

— Ладно, — сказала вдруг Крис, поправляя волосы — Беру свои слова назад, с тобой весело.

— Приму это за комплимент — Адам усмехнулся и потрепал Крис по волосам — Видишь? Ты уже катаешься.

— Ага, — сказала Гриффиндорка, смотря то себе в ноги, то на Адама восхищенными глазами — Это чудо какое-то. Спасибо.

— Не за что, — улыбнувшись, сказал Гриффиндорец и повёл Крис обратно — Так, уже поздно. Мы тут три часа торчим. Давай обратно. Если хочешь, встретимся тут завтра, часов в 5 наверное. В это время я буду уже свободен.

— Хорошо, — ответила Крис, когда они ступили на землю, она начала снимать коньки — Дава тогда, до завтра!

— До завтра!

На этих словах они дошли до Хогвартса и распрощались. Жили они в одной гостиной, но сейчас ещё не время отбоя, у каждого было ещё немного собственных дел.

Они встретились и завтра. Снова катались, смеялись, держались за руки. Кто-то увидел это из окна, и вот Адама и Крис уже называют влюблённой парочкой. Но, кажется, им это никак не мешало. Так шли дни. Потом недели.

В один из таких дней они вели себя друг с другом особенно тепло. Адам смеялся над шуткой Крис. А Крис... Её взгляд застрял на Гриффиндорце. Через время парень это заметил и усмехнулся. Он уже хотел было остановиться, но поздно. Крис поскользнулась и упала на спину, из-за того, что она все еще держала руку Адама, тот полетел за ней. Несколько секунд молчания. Ну, конечно. Крис лежит на льду, а Адам сверху неё. Но, вскоре они оба злились смехом.