kowwe. uor 🐾
Сегодня день рождения у самой лучшей женщины на свете, которая является для меня целым миром. С днём рождения, мам 😭 🖤
Большое спасибо всем тем, кто её поздравил, она всё почитала. Ей очень приятно! 😥 ✨
P. S: просила не обижать её доченьку
#щп
P. S: просила не обижать её доченьку
#щп
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Я всё ещё наивно верю в том, что, не смотря на свой обманчивый образ и враньё, Елена на самом деле очень милая женщина. 🤩
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
#ЗАРИСОВКА
#артвик
Воздух внутри кофейни "Дача" густо пропитался ароматом сладкой выпечки, свежесваренного эспрессо и ванилью, которую Кира нещадно распыляла в зале, пытаясь заглушить запах сгоревшей партии пирожков с вишней, пока Фил отвлекал внимание приставучего посетителя спорами о том, почему в "League of Legends" пора вводить третью ветку развития лесников.
Артëм провёл тряпкой по стойке в седьмой раз за последний час. Уголки его губ были сжаты, а меж бровей залегла едва заметная складка, которую он даже не пытался разгладить. Боксёры обычно рефлекторно контролируют мимику, чтобы вовремя уворачиваться, но здесь, за дубовой стойкой с натёртым до блеска краем, все эти навыки были бесполезны. Он надраивал поверхность до зеркального блеска, потому что когда руки заняты, голова может спокойно заниматься своими бесконечными мыслями.
— Арт, ёмаё, отвали от стола, — бодрый голос Филипп раздался совсем близко к нему. Черных наконец-то отшил поклонника MOBA игр и теперь возвышался над стойкой. — Он у тебя скоро начнёт электричество вырабатывать. Сила трения и тип того.
— Аккуратность — залог успеха, — сухо ответил Арт, не поднимая глаз. Он наконец отложил тряпку и принялся протирать чашки, которые и так сверкали. Телефон в кармане джинс был на беззвучном, но за час до открытия он уже успел вытащить его дважды, чтобы проверить уведомления.
Кира вылетела из подсобки, завязывая на ходу задник своего фартука. Чёлка торчала в сторону, а на голове красовалась бейсболка с логотипом кофейни, которую она ненавидела до глубины души, но правила есть правила.
— Всё, парни, хватит трепаться, — бросила она, закатывая глаза. — Арт, там в углу у окна столик отодвинут, я случайно ногой задела, когда дверь открывала. Поправь, пожалуйста, а то если упадёт кто-то, мы за ним ещё полгода мыть будем.
Мещеряков хмыкнул, но послушно вышел из-за стойки. Он потянулся, чувствуя, как противно хрустит позвоночник после двух часов стояния на ногах. Поправляя тяжёлый дубовый столик с резными ножками, он краем глаза увидел, что дверь снова открылась. Вошла женщина с коляской, громко обсуждая по телефону какой-то семейный скандал. Тень от рамы упала на бежевый пол, и за её спиной на пороге появился Вик.
Артëм выпрямился, забыв про стол, который вдруг показался ему невесомым. Он поймал себя на том, что смотрит на то, как его друг — нет, парень — поправляет лямку рюкзака на плече. Сменкин был сегодня выглядел обычно: темные узкие джинсы, белая футболка, которая выгодно подчёркивала его фигуру, и небрежно накинутая поверх рубашка в клетку, расстёгнутая, чтобы было видно цепочку на шее. Волосы, собранные в низкий хвост, слегка растрепались от ветра, и пара тёмных прядей выбилась и касалась его скул, за которыми громоздилась оправа очков. Он выглядел так, будто только что сошёл с обложки какого-то инди-журнала.
Арт почувствовал, как внутри, в районе грудной клетки, расцветает что-то тёплое и одновременно острое, как хороший перцовый баллончик, который прыснули прямо в глаза. Виктор, заметив его взгляд, на секунду задержался на пороге. Глаза скользнули по вытянувшейся фигуре парня, коснулись его лица, задержались на сжатых от напряжения руках, а затем Мещеряков увидел едва заметный изгиб губ и лёгкий наклон головы. Они всегда так здоровались, подобный обычай уже давно стал чем-то очень родным.
— Братец, — разнеслось по залу. Кира, позабыв про бейсболку и правила приличия, перемахнула через стойку и повисла на брате. — Ты чего так долго? И я думала, что вы с Ильёй вместе придете.
— Илья на занятии, я не стал его дёргать, — спокойно ответил Виктор, выкручиваясь из её объятий с лёгкой улыбкой, которая сменилась привычной спокойной маской. — Он сказал, что к трем должен быть свободен. Если доживёт до этого времени.
— Ой, ну ты и шутник, — фыркнула девушка, отходя к стойке. — Арт, ты чего застыл? Воротник бы поправил, а то торчит сильно.
#артвик
Что ж, небольшая история, где наши герои, кроме Ильи и Вика, работают в кофейне "Дача".
Внимание! Здесь присутствуют намеки на пейринги: фивина и илькира.
Воздух внутри кофейни "Дача" густо пропитался ароматом сладкой выпечки, свежесваренного эспрессо и ванилью, которую Кира нещадно распыляла в зале, пытаясь заглушить запах сгоревшей партии пирожков с вишней, пока Фил отвлекал внимание приставучего посетителя спорами о том, почему в "League of Legends" пора вводить третью ветку развития лесников.
Артëм провёл тряпкой по стойке в седьмой раз за последний час. Уголки его губ были сжаты, а меж бровей залегла едва заметная складка, которую он даже не пытался разгладить. Боксёры обычно рефлекторно контролируют мимику, чтобы вовремя уворачиваться, но здесь, за дубовой стойкой с натёртым до блеска краем, все эти навыки были бесполезны. Он надраивал поверхность до зеркального блеска, потому что когда руки заняты, голова может спокойно заниматься своими бесконечными мыслями.
— Арт, ёмаё, отвали от стола, — бодрый голос Филипп раздался совсем близко к нему. Черных наконец-то отшил поклонника MOBA игр и теперь возвышался над стойкой. — Он у тебя скоро начнёт электричество вырабатывать. Сила трения и тип того.
— Аккуратность — залог успеха, — сухо ответил Арт, не поднимая глаз. Он наконец отложил тряпку и принялся протирать чашки, которые и так сверкали. Телефон в кармане джинс был на беззвучном, но за час до открытия он уже успел вытащить его дважды, чтобы проверить уведомления.
Кира вылетела из подсобки, завязывая на ходу задник своего фартука. Чёлка торчала в сторону, а на голове красовалась бейсболка с логотипом кофейни, которую она ненавидела до глубины души, но правила есть правила.
— Всё, парни, хватит трепаться, — бросила она, закатывая глаза. — Арт, там в углу у окна столик отодвинут, я случайно ногой задела, когда дверь открывала. Поправь, пожалуйста, а то если упадёт кто-то, мы за ним ещё полгода мыть будем.
Мещеряков хмыкнул, но послушно вышел из-за стойки. Он потянулся, чувствуя, как противно хрустит позвоночник после двух часов стояния на ногах. Поправляя тяжёлый дубовый столик с резными ножками, он краем глаза увидел, что дверь снова открылась. Вошла женщина с коляской, громко обсуждая по телефону какой-то семейный скандал. Тень от рамы упала на бежевый пол, и за её спиной на пороге появился Вик.
Артëм выпрямился, забыв про стол, который вдруг показался ему невесомым. Он поймал себя на том, что смотрит на то, как его друг — нет, парень — поправляет лямку рюкзака на плече. Сменкин был сегодня выглядел обычно: темные узкие джинсы, белая футболка, которая выгодно подчёркивала его фигуру, и небрежно накинутая поверх рубашка в клетку, расстёгнутая, чтобы было видно цепочку на шее. Волосы, собранные в низкий хвост, слегка растрепались от ветра, и пара тёмных прядей выбилась и касалась его скул, за которыми громоздилась оправа очков. Он выглядел так, будто только что сошёл с обложки какого-то инди-журнала.
Арт почувствовал, как внутри, в районе грудной клетки, расцветает что-то тёплое и одновременно острое, как хороший перцовый баллончик, который прыснули прямо в глаза. Виктор, заметив его взгляд, на секунду задержался на пороге. Глаза скользнули по вытянувшейся фигуре парня, коснулись его лица, задержались на сжатых от напряжения руках, а затем Мещеряков увидел едва заметный изгиб губ и лёгкий наклон головы. Они всегда так здоровались, подобный обычай уже давно стал чем-то очень родным.
— Братец, — разнеслось по залу. Кира, позабыв про бейсболку и правила приличия, перемахнула через стойку и повисла на брате. — Ты чего так долго? И я думала, что вы с Ильёй вместе придете.
— Илья на занятии, я не стал его дёргать, — спокойно ответил Виктор, выкручиваясь из её объятий с лёгкой улыбкой, которая сменилась привычной спокойной маской. — Он сказал, что к трем должен быть свободен. Если доживёт до этого времени.
— Ой, ну ты и шутник, — фыркнула девушка, отходя к стойке. — Арт, ты чего застыл? Воротник бы поправил, а то торчит сильно.
Артём дёрнулся и провёл рукой по воротнику футболки, ощущая, как заливаются краской щеки. Он подошёл к стойке, стараясь не смотреть прямо на пришедлего, но боковым зрением всё равно улавливал каждое его движение. Как тот устало опустился на барный стул, как откинул голову назад и положил локти на стойку, развернувшись к залу спиной.
— Вик, тебе как обычно? — спросил он, беря в руки чистый стакан. Голос прозвучал с хрипотцой, слишком низко, и он прочистил горло, за что получил насмешливый взгляд Фила, который с неподдельным интересом наблюдал за этим представлением.
— Ага, капучино на миндальном, — кивнул Вик, рассеянно поправляя очки. Он смотрел куда-то в сторону столиков, но Мещеряков знал, что он видит его отражение в стеклянной дверце витрины с пирожными. — И если у вас есть тот самый шоколадный брауни, с орехами, я бы его взял. Хочу заесть горе после разговора с мамой.
— Драма-квин, — фыркнула Сменкина, наливая себе чай. — Как дела в Унике?
— Я продуктивен, — Виктор усмехнулся, поднося чашку к губам. — Просто на продуктивность иногда требуется эмоциональная разрядка.
Артём молчал, сосредоточенно взбивая молоко в питчере. Ему нравилось ощущать металл под пальцами, гулкий звук пара и вибрацию, которая передавалась в запястье. Он делал это не машинально, он вкладывал в этот процесс всю свою осторожность. Для Вика он всегда старался нарисовать что-нибудь в пенке, будь то листик или сердечко. Сегодня он изобразил листик, потому что сердце было слишком очевидно и как-то глупо, а Мальвина, которая как раз и подошла к стойке с блокнотом в руках, могла что-то заподозрить. Они знакомы примерно полгода, девушка сюда устроилась работать прошлой зимой, чтобы хотя бы куда-то выбрасывать энергию, которая копилась на протяжении всех её репетиций по вокалу.
— О, какой красивый! — пропела Лебедева, заглядывая через плечо коллеги. Её волосы сегодня были заплетены в два забавных пучка, а в ушах поблёскивали серьги-звёздочки. Она очень любила менять образы. — Артём, я тебя умоляю, научи меня так делать. А я папе фотку пришлю, что якобы очень стараюсь и мне очень нужна эта работа, не хочу на очередное выступление.
— Ты бы лучше научилась отказывать ему, — хмыкнул Черных, мгновенно оказываясь рядом с ней. Он положил свой локоть на стойку, полностью игнорируя личное пространство девушки. — Ты же солистка, Мальвина. Ты хочешь петь вживую, а не шпарить каверы под караоке в его забегаловке.
— Это не забегаловка, это лаунж-бар, — Мальвина надула губы, но никогда не обижалась на подобные слова. Она мечтательно вздохнула. — Он просто не понимает, что вокал — это искусство, а не просто способ заработать.
— Всё в этом мире приводит к деньгам, — мрачно изрёк Вик, принимая из рук Арта свою чашку и пирожное. Их пальцы на долю секунды соприкоснулись, когда он забирал тарелку. От касания по коже Мещерякова пробежал электрический разряд. Виктор чуть нахмурился, но глаз не отвёл. Им обоим казалось, что это как-то неловко и немного глупо, будто они были персонажами глупого фанфика.
Артём убрал руку и сделал вид, что поправляет салфетки. Нужно было сменить тему, иначе он просто застынет на месте и будет пялиться на то, как его парень откусывает маленький кусочек пирожного, как аккуратно облизывает губы, чтобы не испачкаться.
— Кира, ты там в гугл-календаре записала, что Илья сегодня приедет? — спросил он, стараясь придать голосу безразличную ровность. — А то если он опять приедет под закрытие и будет страдать голодным, я устану от его печальных глаз.
— Надо бы ему написать...— девушка пробормотала, хватаясь за свой телефон, но всё равно продолжая говорить. —Илья, кстати, сегодня был в ударе. Говорит, что его мать наконец-то перестала записывать его на курсы по ораторскому искусству, потому что преподаватель уволился.
— Ораторское искусство? — хмыкнул Фил. — А у него-то что, проблемы с речью? Он же душу заговорит кому угодно, главное — чтобы у него был повод.
— Вик, тебе как обычно? — спросил он, беря в руки чистый стакан. Голос прозвучал с хрипотцой, слишком низко, и он прочистил горло, за что получил насмешливый взгляд Фила, который с неподдельным интересом наблюдал за этим представлением.
— Ага, капучино на миндальном, — кивнул Вик, рассеянно поправляя очки. Он смотрел куда-то в сторону столиков, но Мещеряков знал, что он видит его отражение в стеклянной дверце витрины с пирожными. — И если у вас есть тот самый шоколадный брауни, с орехами, я бы его взял. Хочу заесть горе после разговора с мамой.
— Драма-квин, — фыркнула Сменкина, наливая себе чай. — Как дела в Унике?
— Я продуктивен, — Виктор усмехнулся, поднося чашку к губам. — Просто на продуктивность иногда требуется эмоциональная разрядка.
Артём молчал, сосредоточенно взбивая молоко в питчере. Ему нравилось ощущать металл под пальцами, гулкий звук пара и вибрацию, которая передавалась в запястье. Он делал это не машинально, он вкладывал в этот процесс всю свою осторожность. Для Вика он всегда старался нарисовать что-нибудь в пенке, будь то листик или сердечко. Сегодня он изобразил листик, потому что сердце было слишком очевидно и как-то глупо, а Мальвина, которая как раз и подошла к стойке с блокнотом в руках, могла что-то заподозрить. Они знакомы примерно полгода, девушка сюда устроилась работать прошлой зимой, чтобы хотя бы куда-то выбрасывать энергию, которая копилась на протяжении всех её репетиций по вокалу.
— О, какой красивый! — пропела Лебедева, заглядывая через плечо коллеги. Её волосы сегодня были заплетены в два забавных пучка, а в ушах поблёскивали серьги-звёздочки. Она очень любила менять образы. — Артём, я тебя умоляю, научи меня так делать. А я папе фотку пришлю, что якобы очень стараюсь и мне очень нужна эта работа, не хочу на очередное выступление.
— Ты бы лучше научилась отказывать ему, — хмыкнул Черных, мгновенно оказываясь рядом с ней. Он положил свой локоть на стойку, полностью игнорируя личное пространство девушки. — Ты же солистка, Мальвина. Ты хочешь петь вживую, а не шпарить каверы под караоке в его забегаловке.
— Это не забегаловка, это лаунж-бар, — Мальвина надула губы, но никогда не обижалась на подобные слова. Она мечтательно вздохнула. — Он просто не понимает, что вокал — это искусство, а не просто способ заработать.
— Всё в этом мире приводит к деньгам, — мрачно изрёк Вик, принимая из рук Арта свою чашку и пирожное. Их пальцы на долю секунды соприкоснулись, когда он забирал тарелку. От касания по коже Мещерякова пробежал электрический разряд. Виктор чуть нахмурился, но глаз не отвёл. Им обоим казалось, что это как-то неловко и немного глупо, будто они были персонажами глупого фанфика.
Артём убрал руку и сделал вид, что поправляет салфетки. Нужно было сменить тему, иначе он просто застынет на месте и будет пялиться на то, как его парень откусывает маленький кусочек пирожного, как аккуратно облизывает губы, чтобы не испачкаться.
— Кира, ты там в гугл-календаре записала, что Илья сегодня приедет? — спросил он, стараясь придать голосу безразличную ровность. — А то если он опять приедет под закрытие и будет страдать голодным, я устану от его печальных глаз.
— Надо бы ему написать...— девушка пробормотала, хватаясь за свой телефон, но всё равно продолжая говорить. —Илья, кстати, сегодня был в ударе. Говорит, что его мать наконец-то перестала записывать его на курсы по ораторскому искусству, потому что преподаватель уволился.
— Ораторское искусство? — хмыкнул Фил. — А у него-то что, проблемы с речью? Он же душу заговорит кому угодно, главное — чтобы у него был повод.
Виктор тихо фыркнул в кружку. Арт заметил, как дрогнули его плечи. Сменкин всегда так делал, когда пытался не засмеяться над шутками Фила. Это была одна из тех мелочей, которые Артём собирал в своей голове, как пазл. Вот Вик поправляет очки, чуть касаясь пальцами переносицы. Вот Вик откидывает прядь волос за ухо, хотя она туда падает снова через секунду. Вот Вик поворачивает голову к окну, и в его тусклых глазах отражаются облака. Мещерякову порой становилось стыдно за то, что он всё это замечает.
— Слушай, Арт, — вдруг сказал Вик, не поворачиваясь к нему, глядя всё так же в окно. — Ты сегодня какой-то нервный. Случилось что?
Официант замер и даже не заметил, что перестал дышать на пару секунд. Вик, чёрт его драл, всегда и всё видел. Даже когда он, казалось, был погружён в свои мысли и думал о завтрашнем зачёте по математике.
— Да нет, — ответил парень, тихо выдыхая. Он слегка сжал край стойки под столешницей. — Просто… с папой утром спорил насчёт атлетики, до сих пор всплывает в голове. Он думает, что я перетренировался.
— А ты и правда перетренировался, — тихо заметил Сменкин, наконец повернув голову и взглянув на него. Этот взгляд был пронзительным, он как будто проникал под кожу, оставляя там своё невидимое пятно. — Ты ночью выходил на пробежку? Мне уведомление в Блинке выскакивало.
— Неужели? — вырвалось у Артëма быстрее, чем он успел подумать.
Виктор замялся, его ресницы дрогнули, и он сделал вид, что очень заинтересован тем, как тает сахарная пудра на брауни. Он всегда так делал, когда попадался на чём-то, что выдавало его чрезмерное внимание к Арту. Словно он сам боялся, что его застукают за чем-то запретным.
— Ну… я тоже не спал, — нехотя ответил он, пожав плечами. — Думал над курсовой.
— Вам бы обоим спать начать нормально, психи, — объявила Кира, нарушая появившуюся на пару секунд тишину. — Фил, сходи за молоком, а то сегодня на варку не хватит. Все на пробежки бегают, потом пить хотят. У нас тут не спортзал, между прочим, а кофейня.
Черных поморщился, но послушно побрёл на склад, что-то недовольно бормоча про тоталитарный режим на кухне. Мальвина тем временем села за стойку и принялась рисовать в своём блокноте, в свободную минутку девушка всегда доставала его из переднего кармана фартука. Она поглядывала в сторону Фила, и Артём видел, как тот, чувствуя её взгляд, выпрямляет спину, когда несёт коробку с молоком.
— Ну, ладно, — Вик поднялся, стряхивая с джинсов невидимые крошки. — Пойду Муромова встречать. Он звонил, сказал, что уже выходит. Проветрюсь, а то у вас здесь запах ванили до тошноты.
Он скользнул взглядом по Мещерякову, и в этом взгляде был вопрос: " Точно ли ты в порядке?", смешанный с "я ухожу, но вернусь". Артём коротко кивнул, снова сжимая в руке тряпку, которая уже успела оставить мокрый след на его футболке.
— Не задерживайтесь, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — А то мы закрываемся через час.
Виктор усмехнулся, уголком губ, одним тем самым уголком, от которого у Арта внутри всё переворачивалось.
— Я быстро, — пообещал он, выходя на залитое светом крыльцо, где уже виднелась худая, рыжая фигура Ильи с чехлом от скрипки в руке.
Арт остался стоять за стойкой, глядя на остывающую пенку в чашке ушедшего, на недоеденный брауни и чувствуя, как тягучее, щемящее чувство в груди не проходит, а только усиливается от каждого взгляда, брошенного через плечо. Кажется, что он действительно слишком сильно влюблён в этого парня.
— Слушай, Арт, — вдруг сказал Вик, не поворачиваясь к нему, глядя всё так же в окно. — Ты сегодня какой-то нервный. Случилось что?
Официант замер и даже не заметил, что перестал дышать на пару секунд. Вик, чёрт его драл, всегда и всё видел. Даже когда он, казалось, был погружён в свои мысли и думал о завтрашнем зачёте по математике.
— Да нет, — ответил парень, тихо выдыхая. Он слегка сжал край стойки под столешницей. — Просто… с папой утром спорил насчёт атлетики, до сих пор всплывает в голове. Он думает, что я перетренировался.
— А ты и правда перетренировался, — тихо заметил Сменкин, наконец повернув голову и взглянув на него. Этот взгляд был пронзительным, он как будто проникал под кожу, оставляя там своё невидимое пятно. — Ты ночью выходил на пробежку? Мне уведомление в Блинке выскакивало.
— Неужели? — вырвалось у Артëма быстрее, чем он успел подумать.
Виктор замялся, его ресницы дрогнули, и он сделал вид, что очень заинтересован тем, как тает сахарная пудра на брауни. Он всегда так делал, когда попадался на чём-то, что выдавало его чрезмерное внимание к Арту. Словно он сам боялся, что его застукают за чем-то запретным.
— Ну… я тоже не спал, — нехотя ответил он, пожав плечами. — Думал над курсовой.
— Вам бы обоим спать начать нормально, психи, — объявила Кира, нарушая появившуюся на пару секунд тишину. — Фил, сходи за молоком, а то сегодня на варку не хватит. Все на пробежки бегают, потом пить хотят. У нас тут не спортзал, между прочим, а кофейня.
Черных поморщился, но послушно побрёл на склад, что-то недовольно бормоча про тоталитарный режим на кухне. Мальвина тем временем села за стойку и принялась рисовать в своём блокноте, в свободную минутку девушка всегда доставала его из переднего кармана фартука. Она поглядывала в сторону Фила, и Артём видел, как тот, чувствуя её взгляд, выпрямляет спину, когда несёт коробку с молоком.
— Ну, ладно, — Вик поднялся, стряхивая с джинсов невидимые крошки. — Пойду Муромова встречать. Он звонил, сказал, что уже выходит. Проветрюсь, а то у вас здесь запах ванили до тошноты.
Он скользнул взглядом по Мещерякову, и в этом взгляде был вопрос: " Точно ли ты в порядке?", смешанный с "я ухожу, но вернусь". Артём коротко кивнул, снова сжимая в руке тряпку, которая уже успела оставить мокрый след на его футболке.
— Не задерживайтесь, — сказал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — А то мы закрываемся через час.
Виктор усмехнулся, уголком губ, одним тем самым уголком, от которого у Арта внутри всё переворачивалось.
— Я быстро, — пообещал он, выходя на залитое светом крыльцо, где уже виднелась худая, рыжая фигура Ильи с чехлом от скрипки в руке.
Арт остался стоять за стойкой, глядя на остывающую пенку в чашке ушедшего, на недоеденный брауни и чувствуя, как тягучее, щемящее чувство в груди не проходит, а только усиливается от каждого взгляда, брошенного через плечо. Кажется, что он действительно слишком сильно влюблён в этого парня.
3
kowwe. uor 🐾
Виктор тихо фыркнул в кружку. Арт заметил, как дрогнули его плечи. Сменкин всегда так делал, когда пытался не засмеяться над шутками Фила. Это была одна из тех мелочей, которые Артём собирал в своей голове, как пазл. Вот Вик поправляет очки, чуть касаясь пальцами…
My Moon My Man
Feist
#музыка
Ребят, если вам хотя бы немного понравилось, то, пожалуйста, поставьте реакцию. Соберём 20 , и я напишу для вас продолжение.🤩
Ребят, если вам хотя бы немного понравилось, то, пожалуйста, поставьте реакцию. Соберём 20 , и я напишу для вас продолжение.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
kowwe. uor 🐾
Виктор тихо фыркнул в кружку. Арт заметил, как дрогнули его плечи. Сменкин всегда так делал, когда пытался не засмеяться над шутками Фила. Это была одна из тех мелочей, которые Артём собирал в своей голове, как пазл. Вот Вик поправляет очки, чуть касаясь пальцами…
Мариша, спасибо за звёздочку 🤩
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
kowwe. uor 🐾
Виктор тихо фыркнул в кружку. Арт заметил, как дрогнули его плечи. Сменкин всегда так делал, когда пытался не засмеяться над шутками Фила. Это была одна из тех мелочей, которые Артём собирал в своей голове, как пазл. Вот Вик поправляет очки, чуть касаясь пальцами…
Спасибо за звёзды, Анечка 🤩 🤩
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM