​ХОРОШИЕ КНИГИ ДЛЯ РОДИТЕЛЕЙ

1. Александр Нилл «Воспитание свободой»
Автору удалось вырастить из «воров» и «поджигателей» порядочных и талантливых людей. Александр Нилл считает, что дети не совершают дурных поступков просто так, у всего есть своя скрытая причина. И все лечится любовью. В этой книге он собрал все секреты своего особого метода воспитания — «воспитания свободой».

2. Ирвин Ялом
«Мамочка и смысл жизни»
Ирвин Ялом, несомненно, станет вашим любимым автором. Он пишет очень легко, общаясь с читателем в своей особой манере. Книга о том, насколько важны отношения между ребенком и матерью в первые годы жизни и как они могут повлиять на будущее ребенка.

3. Януш Корчак «Как любить ребенка»
Это книга от великого педагога, который мог найти путь к сердцу любого ребенка. Вам понравится стиль его общения с читателем: открытый и полный шикарных мыслей. Всю книгу можно разбить на афоризмы! Это своего рода энциклопедия по воспитанию детей всех возрастов.

4. Лидия Чуковская «Памяти детства»
Это воспоминания дочери о своем известном отце, который не только писал отличные рассказы для детей, но и был замечательным педагогом. В книге вы найдете рекомендации по воспитанию в виде красочных историй для тех, кто не хочет углубляться в сложную психологическую тематику, но пытается построить хорошие отношения с ребенком.

5. Франсуаза Дольто
«На стороне ребенка»
Замечательный педагог-психолог рассказывает здесь о том, как менялось отношение к ребенку на протяжении веков и какими были методы воспитания. Эта книга полностью раскрывает все аспекты детской психологии и дает ответы на вопрос, как вырастить из малыша счастливого взрослого без комплексов и неврозов.

6. Марина Цветаева «Сказки матери»
Поэтесса поможет вам увидеть то, как рождаются на свет творческие личности. Вы поймете, в каком возрасте стоит увлекать ребенка в мир музыки, истории, литературы и живописи. Как показать ему всю красоту этого мира и вырастить выдающуюся личность. Эта книга написана так увлекательно, что вам захочется перечитать ее еще много раз.

7. Юлия Гиппенрейтер
«Самая важная книга для родителей»
Отличная книга для тех, у кого нет времени долго и нудно изучать вопросы воспитания ребенка любого возраста. Для максимального удобства книга разбита на множество топиков. Для решения конкретной проблемы вам только стоит открыть оглавление, перейти на нужную страницу — и вы получите бесценные советы.

8. Памела Друкерман
«Французские дети не плюются едой»
Ироничная, увлекательная, познавательная книга, которая вас точно удивит. Вы узнаете, что материнство не повод отказываться от многого в вашей жизни. Вы сможете спать по ночам. Читать книгу в тишине и ужинать с друзьям, пока дети спокойно играют в своей комнате. Да, это возможно! Стоит только начать читать, и вы этому научитесь.

9. Масару Ибука
«После трех уже поздно»
Удивительно добрая книга, которая наполнена милыми иллюстрациями. Это невероятный мастер — класс по воспитанию, который научит вас преподносить любой материал вашему малышу особым способом, играючи и весело. Тут главное не опоздать: «после трех уже поздно».

10. Франсуаза Дольто
«На стороне подростка»
Подростковый возраст — самый сложный в процессе становления личности. И его невозможно пережить без помощи заботливого родителя. Если ваш ребенок достиг такого возраста и вы не знаете, как быть, то это книга именно для вас: она утешит, поддержит и расскажет, почему ребенок поступает так или иначе.

11. Анна Фрейд «Детский психоанализ»
Дочь великого дедушки Фрейда стала детским психологом и написала книгу, в которой рассказала, что ребенок может страдать и нуждаться в помощи, что нужно внимательно следить за его настроением и самочувствием, чтобы вовремя заметить что-то неладное и помочь. Книга для тех, кто хочет погрузиться в мир детства и психологии с головой. Это же так увлекательно!

12. Мария Монтессори «Дети — другие»
По методике Монтессори, которой она посвятила всю свою жизнь, работает весь мир. Изучив ее, вы поймете, что ваш ребенок может сам познавать окружающий мир, надо только немного подтолкнуть его к этому. Автор хотела дать понять

всему миру, что дети не похожи на нас, взрослых, и если их стараться понять, то можно избежать конфликтов и быть счастливой семьей.

13. Адель Фабер, Элейн Мазлиш «Как говорить, чтобы дети слушали, и как слушать, чтобы дети говорили»
В каждой семье дети иногда не слушаются родителей. Бывает и так, что проблема настолько серьезна, что мама и папа начинают ощущать свое бессилие. Каждый родитель сможет побороть отчаяние и страх и найти способ вернуть в семью мир и замечательные отношения, прочитав эту книгу.

14. Евгений Комаровский
«Начало жизни. Ваш ребенок
от рождения до года»
Известный доктор Комаровский говорит о самом важном этапе развития ребенка и о вопросах, которые могут возникнуть в это время у его мамы: как купать, кормить малыша, как чистить ему зубки. Очень полезная литература для всех, у кого родился первенец.

15. Юлия Гиппенрейтер
«Как учиться с интересом»
Это пособие для тех, кто хочет превратить учебный процесс ребенка в увлекательное путешествие в мир науки и творчества. Автор расскажет, как сделать так, чтобы ваш ребенок спешил на уроки, был успешен, здоров и радовался каждому бесценному моменту этой жизни.

💫 Автор проекта Экологичное Сознание ecoatma +

🍒 Практическая ЗОЖ-ра в ВК

✅ НОВЫЕ группы ВК (ваша поддержка очень важна) 👉 ссылки в комментариях под этим постом!

💥 Эпохальные мероприятия по здоровью и саморазвитию
🍒 Практическая ЗОЖ-рассылка
⛳ Следуй за нами в каналах ВК, ТГ, Max и OK

✔️ Выразить БлагоДарность
🔝 Поддержать нас
🪐 Дары Перемен

​КАК РАБОТАЕТ ДЕТСКАЯ МОТИВАЦИЯ И ЧТО СДЕЛАТЬ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ ОНА ПОЯВИЛАСЬ

Сначала немного теории (действительно мало, так что не расстраивайтесь). Любая система мотивации работает тогда, когда существует устойчивая цепь:

Я стараюсь => у меня получается => есть приятный мне результат => я стараюсь...
Любое размыкание этой цепи ведет к тому, что мотивация не работает.

Примеры:

1. Ребенок с дисграфией старается писать правильно, но пока не дозреет мозг и не будет проведена определенная коррекционная работа, у него не будет получаться. Правила учить бессмысленно. Цепочка разомкнута уже на первой стрелке.

2. Ребенок знает, что если постарается, то может вымыть посуду хорошо, но ему просто скучен этот результат — в нем нет ничего интересного или приятного для него. Цепочка разомкнута на второй стрелке.

3. У ребенка плохой контроль над импульсами, или он напрочь не верит в себя. Он знает, что если постарается, то сделает, и ему нравится, когда получается, но его эмоции «не запоминают», что за усилиями следует приятный результат, и цикл мотивации не формируется. Последняя третья стрелочка очень слабая и постоянно размыкается.

Теперь посмотрим, как же нам все-таки наладить эти стрелочки, чтобы они работали всегда.

▶ 1. Забота

Иногда для поддержки стрелочек мотивации нужно просто находиться в контакте с ребенком и правильно заботиться о его нуждах.

Реальная история. Дима не мог сам делать уроки, хотя хорошо соображает и примеры для него легкие. Но он постоянно отвлекался, в результате дело затягивалось надолго, да и результат был не очень.

В чем проблема и как тут можно позаботиться о Диме? Задача «сделать уроки» слишком большая для Диминого неустойчивого внимания. В результате разорвана первая же стрелочка — Дима не может постараться так, чтобы получилось. Значит, надо нарезать ему эту работу на съедобные кусочки. Мама заводит таймер на 15 минут и все это время молча сидит рядом с ребенком. Дима видит, что сидеть осталось совсем недолго, и тиканье стрелок само напоминает ему о том, что надо решать дальше. Ровно через 15 минут таймер звонит, Дима бежит на кухню, пять минут прыгает под музыку, а потом возвращается к заданию. Мама не уговаривает, не натаскивает, она просто молча сидит рядом и задает рамки.

Очень быстро Дима стал делать уроки за 45 минут, а через год научился пользоваться будильником сам. Теперь он делает уроки без мамы и без напоминаний, что казалось всем фантастикой.

Другой пример. Мальчик не хотел ходить в бассейн. Маме удалось выяснить, что дело — в плавках! Они были не того фасона, и мальчик их стеснялся. Проблема была решена. Через три года подросший мальчик снова отказался ходить на плавание. Мама снова провела исследование и поняла, что мальчика троллит старший парень в группе. Перевели в другую группу, и снова стал плавать с удовольствием. Но узнать, в чем дело, было не так-то просто. А не было бы доверия и контакта — и позаботиться бы не получилось, и мотивация к плаванью зачахла.

▶ 2. Совместная деятельность

Когда мы делаем что-то вместе с ребенком, то стрелочки работают лучше, потому что мы можем незаметно сделать ту часть, которая у ребенка не получается, и варьировать ту, которую он делает сам. Это особенно уместно тогда, когда проблема с первой стрелочкой (стараюсь => получается) или с верой в себя (получилось => получится снова). Но и если ребенку просто не хочется делать какой-то скучный кусок работы или учения, совместная деятельность тоже может помочь — ну просто потому, что вместе не так скучно. Потом ребенок привыкнет, втянется и запомнит, что за скучным куском всегда следует интересный (а если нет — стоит задуматься, нельзя ли достичь результата другим способом), или что скучную работу можно сделать быстро, чтобы поскорее перейти к более приятным вещам.

▶ 3. Маленькие поощрения

«За каждую красивую букву — одна изюминка».

Это гораздо лучше работает, чем «за каждую красивую страницу — пирожное».

И намного, неизмеримо лучше, чем «за пятерку в четверти — гаджет».

Пусть наш ребенок умен не по летам, это неважно: ему все равно трудно выносить чересчур длинные

дистанции от одной стрелочки до другой. Маленькие, совсем маленькие поощрения действуют не как награда (которой страшно лишиться и за которой нужно долго и трудно подпрыгивать), а как забавная традиция, как игра. Которую, конечно, нельзя возводить в абсолют и играть в нее на полном серьезе. Изюминки — это милая деталь, гарантия того, что происходящее (например, трудное обучение правописанию) проходит в атмосфере взаимного доверия и приятия. Что само по себе — мотивация.

▶ 4. Наше одобрение и неодобрение

С этим все психологи призывают не перебарщивать. Дело в том, что в идеале взрослый человек должен быть более-менее независимым от оценок окружающих. А если подсадить его на постоянное «молодец» и «нет, не люблю тебя, плохо постарался» (я утрирую, но подтекст бывает и такой) — станет вечно добиваться одобрения людей. Психологи правы. Но если его использовать в меру, этот метод эффективен и не вреден. Прежде всего там, где речь идет не про успехи, а про добро и зло. Мы можем и даже должны хвалить маленького ребенка за добрые дела и ругать за злые, и так как наше мнение важно для него, он привыкнет отличать добро от зла и потом сможет делать это сам.

Не все так строго и с достижениями. Вполне возможно хвалить ребенка за то, чего он добился с трудом, говорить ему о его прогрессе, о том, насколько лучше он стал читать или лазить. Это работает! Мотивирует! Важно только, чтобы не было прямой зависимости: «получилось — похвалили», иначе вместо мотивации получится страх неудачи.

▶ 5. Парадоксальные награды

Это когда человек ожидал, что его начнут тупо заставлять, а с ним доброжелательно поговорили, вошли в положение, помогли. Или когда человек долго старался, и хотя у него были плохие результаты (не поступил, провалил, подвел, не выучил), а родители после этого утешили чем-то хорошим (лучше нематериальным: хорошими словами, поездкой, походом в кафе, но можно и неожиданным небольшим подарком). Такое всегда запоминается. Конечно, тут нужно хорошо чувствовать, как в данном случае подействует наше поощрение. Смысл в том, что человек сам был расстроен и готов махнуть на все рукой, а мы его поддержали. Когда человеку было плевать на результат, парадоксальная награда за поражение не подействует.

▶ 6. «Сделал!»

«Получилось!» «Сделал!» «Эврика!» — это чувство для тех, кто его испытал, само по себе сильнейший мотиватор снова его испытать. Это азарт, эйфория от успеха, открытия, достижения. Мозг сам выдает себе награду — порцию эндорфинов, запоминает приятное переживание и жаждет его повторить. Теперь он готов дольше терпеть неудачи, скуку и трудности, потому что уже знает, что за этим последует награда. Так наш мозг дрессирует сам себя. Что мы можем сделать, чтобы эта цепочка закрепилась? Почаще устраивать такие ситуации, в которых ребенок сам делает решающий шаг. Это просто с малышами — они, например, не замечают подсказки и очень радуются, когда угадывают правильный ответ (все помнят эти загадки в рифму на новогодних праздниках в детских садах). С ребенком постарше немного труднее, но если постараться — вполне достижимо. Нужно только так рассчитать нагрузку, чтобы он реально выложился, но при этом не сдался и не сдулся. Задание должно быть тяжелым, но не непомерным. Кстати, это здорово умеют хорошие тренеры — именно про таких говорят, что «спорт воспитывает». Но так же прекрасно воспитывает и другая деятельность, где есть это «сделал!» и есть тот, кто сможет правильно поставить задачу.

▶ 7. Поддержка внутренней мотивации

Человек, например, хочет играть на скрипке. Но лень заниматься по часу в день, опускаются руки при трудностях. А успехов (вот этого «сделал!») пока нет — до концертов еще не рукой подать. Как быть? Поддержка внутренней мотивации состоит в том, чтобы человек постепенно научился получать удовольствие и от маленьких, внутренних побед (выучил красивую пьесу), и чтобы это удовольствие было таким большим, что помогало перетерпеть периоды, когда получается плохо. И тут простор для нашей фантазии: и рассказы про великих, у которых тоже не всегда получалось, и истории из собственной жизни, и создание атмосферы, и

слушание музыки, и разговоры «вокруг» нее. Постепенно начинает формироваться образ «себя-скрипача» (необязательно потом становиться музыкантом, но пока ты играешь — ты скрипач!), «себя-дзюдоиста», «себя-котолюба», который всегда вовремя меняет лоток. То есть внешнее становится внутренним и уже как-то неловко, когда сегодня не позанимался или кота не обслужил.

Как и все другие мотивации, эта не универсальная и сработает не со всеми. Кроме того, в примере с музыкой или дзюдо три четверти успеха — хороший учитель. Но и мы тоже важны.

▶ 8. Коллективная и семейная мотивация

Это на самом деле мощный инструмент при условии, что дети дорожат принадлежностью к группе. Как автокресло гораздо безопаснее, если ставить его на базу, так и коллективная мотивация работает гораздо круче, если в обычной жизни эти самые коллективные и семейные ценности приносят нам радость. Если в нашей семье «принято» много всего такого, что ребенок любит, то он нормально воспримет и тот факт, что у нас «не принято» многое из разрешенного сверстникам, или что с него требуют больше, чем с них. Если родители при этом ведут себя умно (не принижают тех, кто не следует таким же правилам, как у нас), ребенок вовсе не будет чувствовать себя изгоем или еще как-то страдать.

Но очень важно следить за балансом приятных и полезных традиций. Об этом знают умные верующие родители, которые по-разному приучают разных детей к церкви: «кто-то и в четыре года может отстоять всю службу, а кого-то и в семь надо просто провести к чаше и потом увести».

Вне семьи коллективная мотивация тоже работает, и мы можем о ней напоминать, но только в позитивном ключе, не «ты подведешь ребят и тренера», а «чтобы ваша команда лучше сыграла».

▶ 9. Справедливость

Когда дети становятся немного старше, они начинают интересоваться справедливостью, правилами и законами. Этот интерес можно использовать для мотивации на разные не очень желанные, скучные или трудные дела. Например, не все любят помогать по дому, заниматься лечебной физкультурой, сидеть с младшими братьями или сестрами. Не всегда хочется и вести себя прилично, особенно когда другие ведут себя плохо. Чувство справедливости может прийти на помощь и создать мотивацию там, где ее не было. Это произойдет только тогда, когда речь пойдет одновременно и об обязанностях, и о правах! Справедливо, что если в квартире живут все, то и уборкой занимаются тоже все — по мере сил. Но справедливо и то, что если Леша весь день клеил обои, теперь его святое право — весь вечер просидеть на форумах про Гарри Поттера, и мы не будем его трогать. Разговор о справедливости будет неполон и неправдив, если не вспомнить и о несправедливости, которой очень много в жизни и которую мы можем своими силами сгладить. И я не только и не столько о благотворительности или волонтерстве — скорее о том, как мы помогаем друг другу. Несправедливо, что у тебя диабет и приходится все время колоть себя иголкой, но мы ужасно сочувствуем тебе и можем в знак солидарности, пока ты не привыкнешь, вместе с тобой всей семьей замерять друг другу сахар.

Так справедливость становится подпоркой для всех трех стрелочек.

▶ 10. Планирование будущего

Работает только со старшими подростками, да и то далеко не со всеми. Но уж если сработает, то обо всем остальном можно больше не беспокоиться. Но получится, если: не подменять цель ребенка своей; не обескураживать («какой из тебя танцовщик, это надо рано начинать, а ты неловкий и неритмичный»); наша цель — продумать вместе с подростком последовательность шагов, каждый из которых должен быть понятен и соизмерим; продумав их, мы не давим: человек имеет полное право передумать на любом этапе процесса, это абсолютно нормальное явление, которое не должно нас разочаровывать. Наоборот, весьма удивительно, когда этот способ срабатывает. Но срабатывает ведь у некоторых! Иногда очень неожиданно. Поэтому мы о нем и пишем.

▶ И еще немного примеров для иллюстрации:

Ходить в магазин для прабабушки: семейные ценности и справедливость.

Дополнительно учиться английскому: в зависимости от ситуации — забота (понять, что именно трудно и скучно, сделать

это легче и интереснее); совместная деятельность и поддержка внутренней мотивации (вместе смотреть захватывающий сериал на языке); планирование будущего (если в нем важную роль играет знание языка).

Доиграть уже фактически проигранный командный турнир — коллективная мотивация.

Решать задачки по математике: если не получается — забота, совместная деятельность, маленькие поощрения. Когда получается — внутреннее «сделал!» Если задачи становятся важной частью жизни — поддержка внутренней мотивации, планирование будущего.

Удерживание от драк и вранья: забота (понять, почему дерется и врет, и помочь достичь этой цели иначе); наше одобрение и неодобрение; если причина в импульсивности — маленькие поощрения; коллективная и семейная мотивация («у нас не дерутся и не врут, и ты не будешь»); справедливость.

Сделать так, чтобы охотно сидел с маленьким братом: забота, совместная деятельность (показать подростку, как можно нескучно играть с малышом); семейная мотивация.

Научиться тому, к чему нет талантов: забота, совместная деятельность, парадоксальные награды, «сделал!».

👤 Ксения Букша

💫 Автор проекта Экологичное Сознание ecoatma +

🍒 Практическая ЗОЖ-ра в ВК

✅ НОВЫЕ группы ВК (ваша поддержка очень важна) 👉 ссылки в комментариях под этим постом!

💥 Эпохальные мероприятия по здоровью и саморазвитию
🍒 Практическая ЗОЖ-рассылка
⛳ Следуй за нами в каналах ВК, ТГ, Max и OK

✔️ Выразить БлагоДарность
🔝 Поддержать нас
🪐 Дары Перемен

​Рискованная игра: почему дети ее любят и нуждаются в ней

Чтобы защитить детей, мы должны позволить им играть в то, что считается “опасным”.

Многие думают, что страх – это негативное переживание, которого нужно по возможности избегать. Однако те, у кого есть дети или кто сам был ребенком, знают, что дети любят играть в рискованные игры – игры, сочетающие в себе радость свободы и некоторую долю страха, производящие будоражащее чувство.

Шесть категорий рискованной игры

Эллен Сэндсетер, преподаватель норвежского Университета королевы Мод (Queen Maud University) в городе Тронхейм, выделила шесть категорий рискованной игры, которая привлекает детей по всему свету. Это:

– Большая высота. Дети лазают по деревьям и разным конструкциям на пугающем расстоянии от земли, где они могут получить обзор мира с высоты птичьего полета и захватывающее чувство покорения вершины.

– Большие скорости. Дети качаются на канатах, веревках или на качелях на детской площадке; катаются на санках, лыжах, коньках или с горок во дворе; спускаются по быстрым рекам на бревнах и лодках; а также катаются на велосипедах, скейтбордах и других приспособлениях, достаточно быстрых, чтобы вызвать захватывающее чувство, когда практически, но не полностью теряешь контроль.

– Опасные инструменты. В зависимости от культуры дети играют с ножами, луками и стрелами, сельскохозяйственными аппаратами (тут сочетается работа и игра) или другими инструментами, которые могут быть потенциально опасными. Конечно, дети чувствуют большое удовлетворение от того, что им доверили такие инструменты, но также и захватывающее чувство контроля над ними, зная, что ошибка может привести к травме.

– Опасная среда. Дети любят играть с огнем и в глубоких водоёмах или рядом с ними, что представляет некоторую степень угрозы.

– Куча-мала. Дети по всему миру гоняются друг за другом и устраивают игровые драки, и обычно они предпочитают быть в самой уязвимой позиции – того, кого догоняют, или того, на кого нападают в драке, – положение, влекущее наибольшую степень риска и требующее больше всего навыков, чтобы его преодолеть.

– Исчезнуть/потеряться. Дети помладше играют в прятки и испытывают захватывающее чувство временного, пугающего разделения с товарищами по игре. Дети постарше отправляются куда-то подальше от взрослых, в места для себя новые и наполненные воображаемыми опасностями, включая опасность потеряться.

Эволюционная ценность рискованной игры

Детеныши других млекопитающих также получают удовольствие от рискованной игры. Козлята бегают вдоль крутых обрывов и неловко подпрыгивают в воздух, делая приземление затруднительным. Детеныши обезьян играючи качаются с ветки на ветку – достаточно далеко, чтобы проверить свои способности, и достаточно высоко, делая возможное падение болезненным. Молодые шимпанзе любят бросаться с высоких ветвей на более низкие, едва не падая на землю. Молодняк большинства видов млекопитающих, не только нашего, проводит много времени, гоняясь друг за другом и устраивая игровые драки, и они тоже предпочитают быть в уязвимой позиции.

С точки зрения эволюции вопрос о рискованной игре очевиден: зачем она нужна? Она может стать причиной травмы (хотя серьезные травмы редки) и иногда (очень редко) смерти, почему тогда она уцелела в результате естественного отбора? Тот факт, что она уцелела, служит доказательством того, что ее преимущества перевешивают риск. Каковы эти преимущества? Наблюдения за лабораторными животными дают нам некоторые подсказки.

Ученые нашли способ лишить крысят игры в течение критической фазы их развития, не лишая их общества соплеменников. Крысята, взращенные таким образом, вырастают эмоциональными инвалидами . Когда их помещают в новую среду, они чрезмерно пугаются и не могут адаптироваться и изучить обстановку, как сделала бы обычная крыса. Когда их помещают с незнакомым сверстником, они либо оказываются парализованы страхом, либо срываются в неуместную, неэффективную агрессию. Подобные открытия были сделаны и в более ранних экспериментах по лишению игры с детенышами обезьян (хотя показатели в этих экспериментах были не такими явными,

как в последующих экспериментах с крысами).

Эти открытия дополнили теорию регуляции эмоций в игре: теория заключается в том, что главная задача игры – научить молодняк млекопитающих регулировать страх и гнев.
В рискованной игре молодежь дозировано получает то количество страха, с которым может справиться, и тренируется сохранять присутствие ума и адаптироваться к этому страху. Они узнают, что они могут справиться с этим страхом, преодолеть и пережить его. В играх типа “куча-мала” они могут испытывать гнев, потому что один игрок случайно может причинить другому боль. Но для того, чтобы продолжить играть, продолжить развлекаться, они должны преодолеть этот гнев. Если они сорвутся, игра окончена. Таким образом, согласно теории регуляции эмоций, игра, среди всего прочего, – это способ для молодняка млекопитающих научиться контролировать страх и гнев таким образом, чтобы они могли справиться с реальной опасностью и тесно взаимодействовать друг с другом, не подвергаясь отрицательным эмоциям.

Вредоносные последствия лишения игры в современной культуре

На основе этого исследования Сэндсетер в 2011 году написала в своей статье в журнале “Эволюционная Психология”: “Мы можем наблюдать увеличение уровня неврозов и психопатологии в обществе, если детям не дают участвовать в соответствующей их возрасту рискованной игре”. Она написала это в качестве предсказания на будущее, но я проанализировал данные – в своей книге “Свобода обучения” (Free to Learn) и других работах , – которые показывают, что будущее уже давно наступило.

Если вкратце, доказательство состоит в следующем. За последние 60 лет мы были свидетелями того, как в нашей культуре неуклонно, постепенно, но довольно значительно у детей сократилось количество возможностей свободно играть, без контроля взрослых, а особенно возможностей играть в рискованные игры. За те же 60 лет мы также наблюдали неуклонный, постепенный, но довольно значительный рост всевозможных умственных, а особенно эмоциональных отклонений у детей.

Вернитесь к списку из 6 категорий рискованной игры. В 1950-е годы даже маленькие дети регулярно играли всеми перечисленными способами, и взрослые ожидали и разрешали подобную игру (хотя им и не всегда это нравилось). Сегодня таких родителей, которые разрешают подобные игры, соседи, а то и государственные органы, обвинят в пренебрежении.

Вот – признаюсь, ностальгическое отступление – лишь несколько примеров моих собственных игр в 1950-е:

– В возрасте 5 лет я ездил на велосипеде со своим 6-летним другом через весь поселок, в котором мы жили, и по его окрестностям. Наши родители устанавливали границы, к какому времени мы должны вернуться, но не ограничивали наши передвижения. (Естественно, тогда у нас не было сотовых телефонов, никаких средств связи на случай, если мы потеряемся или получим травму.)

– С 6 лет я и все мальчишки, которых я знал, носили с собой перочинный нож. Мы использовали их не только для вырезания, но и для различных игр, где мы бросали нож в цель (но никогда – друг в друга).

– Помню, в возрасте 8 лет я и мои друзья проводили перемены и перерыв на обед в школе, устраивая борьбу в снегу или на траве на берегу реки возле школы. Мы организовывали поединки. Никто из учителей или других взрослых не обращал внимания на нашу борьбу, а если и обращали, никогда не вмешивались.

– Когда мне было 10-11, мы с друзьями на весь день ходили в походы на коньках или лыжах на 8-километровое озеро рядом с нашим поселком в штате Миннесота. У нас с собой были спички, и время от времени мы, изображая храбрых исследователей, останавливались на островах, чтобы развести костер и согреться.

– Кроме того, в возрасте 10-11 мне разрешали управлять большим опасным ручным печатным станком в печатной мастерской, где работали мои родители. На самом деле, по четвергам я часто пропускал уроки в школе (в 5-6 классе), чтобы напечатать еженедельную газету нашего городка. Учителя и школьная администрация никогда не возражали, по крайней мере, я никогда об этом не слышал. Я думаю, они понимали, что в печатной мастерской я получаю более ценные уроки, чем мог бы получить в школе.

Такое поведение не было исключением в 1950-е годы. Мои родители были несколько более доверяющими и терпимыми, чем большинство родителей, но не намного. Сколько из этого было бы допустимо для родителей и других взрослых из госорганов сегодня? Вот показатель того, как далеко мы ушли: по результатам недавнего опроса тысяч родителей в Великобритании 43% считают, что детей до 14 лет не нужно отпускать куда-то одних, другая половина считает, что эту свободу не стоит предоставлять им до 16 лет! Могу предположить, что примерно такие же цифры были бы и в результате опроса родителей в США. Приключения, раньше нормальные для 6-леток, теперь не позволены даже многим подросткам.

Как я уже сказал, за тот же период, за который мы наблюдали такой значительный спад в свободе детей играть, а особенно в свободе рисковать, мы наблюдали такой же значительный подъем в разного рода умственных отклонениях у детей. Лучшее доказательство этого можно найти в анализе показателей стандартных клинических опросников, которые даются без изменений нормативным группам детей и молодых людей на протяжении нескольких десятилетий. Подобный анализ говорит о том, что по сегодняшним стандартам в 5-8 раз больше молодых людей страдают от значительного, с врачебной точки зрения, уровня тревожности и депрессии, чем в 1950-е. Рост детских психопатологий был таким же неуклонным и постепенным, как и снижение детской свободы рисковать.

Эта история столь же иронична, сколь трагична. Мы лишаем детей свободной, рискованной игры якобы, чтобы защитить их от опасности, но, поступая так, мы создаем условия для развития умственного отклонения. Дети созданы природой таким образом, чтобы самим научиться эмоциональной устойчивости, играя в рискованные игры, затрагивающие эмоции. В итоге, ограничивая подобные игры, мы создаем большую опасность, чем если бы их позволяли. Кроме того, мы лишаем их развлечения.

Чтобы игра была безопасной, она должна быть свободной, а не сдерживаемой, управляемой или навязанной взрослыми

Дети очень мотивированы играть в рискованные игры, но они так же прекрасно знают собственные возможности и избегают риска, который не могут вынести физически или эмоционально. Дети значительно лучше нас знают, что они могут вынести. Если взрослые давят или даже поощряют детей рискнуть, когда они к этому не готовы, результатом может стать травма, а не захватывающее чувство риска. Дети, даже одинакового возраста, комплекции и силы, очень разные. Что захватывает одних, травмирует других. Когда учителя на уроках физкультуры требуют от всех учеников лазить по канату или по шесту к потолку, некоторые дети, для которых это слишком большая нагрузка, испытывают эмоциональную травму и стыд. Вместо того, чтобы научить их карабкаться и испытывать чувство высоты, такой опыт навсегда отвращает их от подобных приключений. Дети знают свою меру страха, с которой они могут справиться, и чтобы использовать это знание, они должны сами быть ответственными за свою игру. [В скобках хочу отметить, что относительно небольшой процент детей склонны переоценивать собственные способности и регулярно травмируются в рискованной игре. Таким детям нужна помощь, чтобы научиться самоограничению.

Ирония состоит в том, что дети с большей вероятностью могут травмироваться в спорте под руководством взрослых, чем в самостоятельно выбранной и направляемой ими самими игре. Это происходит потому, что поощрение взрослых и их соревновательный азарт заставляют детей рисковать – травмировать себя и других,- как они бы не стали делать по собственной воле. Кроме того, в таких видах спорта их поощряют специализироваться на чем-то одном и поэтому чрезмерно использовать определенные мышцы и суставы. Согласно недавним данным из Центра США по контролю и предовращению болезней более 3,5 миллионов 14-летних детей в год лечатся от спортивных травм. Это 1 из 7 ребят, занимающихся спортом. Благодаря взрослым, которые поощряют молодых бейсболистов бросать мяч с такой силой, что они могут вывихнуть локоть, поощряют молодых игроков в американский футбол сталкиваться настолько сильно, что у них происходит сотрясение мозга,

поощряют молодых пловцов тренироваться так часто и усиленно, что им требуется операция плечевых суставов, – благодаря им спортивная медицина для детей стала большим бизнесом. Дети, играющие ради собственного удовольствия, редко концентрируются на чем-то одном (им нравится разнообразная игра), и они останавливаются или меняют игру, когда им больно. Кроме того, поскольку они играют ради удовольствия, они стараются не причинять боль товарищам по игре. Взрослые, захваченные соревновательным азартом или надеждой на дальнейшую спортивную стипендию*, идут против природного механизма предотвращения травм.

Итак, мы лишаем детей собственной, выбранной ими захватывающей игры, считая ее опасной, хотя на самом деле она таковой не является, а ее преимущества перевешивают мнимую опасность. Когда же мы поощряем детей специализироваться в соревновательных видах спорта, опасность получить травму действительно довольно велика. Пора нам пересмотреть свои приоритеты.

Питер Грэй (Peter Grey)
Перевод Ирины Гифт

:

💥 Эпохальные мероприятия по здоровью и саморазвитию
🍒 Практическая ЗОЖ-рассылка
⛳ Следуй за нами в каналах ВК, ТГ, Max и OK

✔️ Выразить БлагоДарность
🔝 Поддержать нас
🪐 Дары Перемен

Детские игры и развлечения. Профессор З. Вагнер и К Фрейер. Перевод с немецкого Е.Д. Добровой 1902
Выбором соответственных игр, способных заинтересовать детей, мы вселяем в них любовь и охоту к ним, извлекая таким образом несомненную пользу от подвижных и тому подобных игр

💥 Эпохальные мероприятия по здоровью и саморазвитию
🍒 Практическая ЗОЖ-рассылка
⛳ Следуй за нами в каналах ВК, ТГ, Max и OK

✔️ Выразить БлагоДарность
🔝 Поддержать нас
🪐 Дары Перемен

​Идеальную формулу воспитания детей вывел Федор Михайлович Достоевский в романе «Братья Карамазовы». Он пишет, что самое лучшее воспитание — это хорошее воспоминание, которое вынес человек из детства... Моя задача сделать все от меня зависящее, чтобы в памяти моих детей, в их сознании и, в гораздо большей степени, в подсознании осталось как можно больше проникнутого добротой, любовью, истиной. То, о чем я говорю на кухне со своей женой, когда ребенок в соседней комнате читает книжку или играет, останется у него в памяти. И, может быть, из этого потом и будут строиться его мысли, чувства, его отношение ко всему происходящему. Повзрослевший ребенок сам не будет понимать, откуда у него такое отношение, такое поведение.

👤 Священник Игорь Гагарин

💫 Автор проекта Экологичное Сознание ecoatma +

🍒 Практическая ЗОЖ-ра в ВК

✅ НОВЫЕ группы ВК (ваша поддержка очень важна) 👉 ссылки в комментариях под этим постом!

💥 Эпохальные мероприятия по здоровью и саморазвитию
🍒 Практическая ЗОЖ-рассылка
⛳ Следуй за нами в каналах ВК, ТГ, Max и OK

✔️ Выразить БлагоДарность
🔝 Поддержать нас
🪐 Дары Перемен

​~ ОБЪЯСНИТЕ ДЕТЯМ, ЧТО ИХ ЖИЗНЬ – ДОРОЖЕ ЛЮБЫХ ВЕЩЕЙ ~
Как научить детей никогда не рисковать жизнью ради ценностей

Выкатившийся на дорогу мяч, упущенный в шахту лифта мобильник, уроненная на рельсы игрушка – уверены, что ваши дети не ринутся спасать свое имущество из-за его великой ценности или страха наказания? Подавляющее большинство детей в таких ситуациях рискует жизнью – что нужно им объяснить, чтобы избежать трагедии, рассказывает Ксения Кнорре Дмитриева.

Мы с классом ездили на экскурсию, и когда уже шли по парку к автобусу, наткнулись на чудесную детскую площадку, на которой были натянуты сетки, чтобы на них прыгать.
Сетки натянули невысоко, но так, чтобы, прогибаясь, они не касались земли, и, естественно, к ним бросилась вся толпа наших моментально взбодрившихся детей. Я прогуливалась неподалеку, ожидая, когда они напрыгаются, гуляла довольно расслабленно, смотрела туда вполглаза: аттракцион безопасный, возможности упасть нет (защитные сетки сбоку), солнце светит, идиллия.
А потом я обернулась и увидела на земле, под сеткой, что-то большое и цветное. Это была одна из наших девочек лет семи – она залезла под сетку и ползала там на четвереньках, а остальные, даже не видя ее, прыгали у нее в буквальном смысле на голове. Удар, еще удар, по голове, по шее, она плачет, но продолжает там ползать…
Я кинулась туда, упала на живот и по-пластунски поползла под сетку.
– Ляг! – кричу ей.
Она не слушает и продолжает ползать на четвереньках, получая новые и новые удары от прыжков по спине и по голове. Я заорала в сетку:
– Стоп! Перестаньте прыгать!
И ей – уже самым своим страшным голосом:
– ЛЯГ НА ЖИВОТ И УПОЛЗАЙ ОТСЮДА!
Девочка наконец ложится, но не уползает, продолжает, плача, возиться под сеткой. Детей сверху наконец разгоняют другие взрослые, и мы начинаем общаться.
– Ты что-то ищешь?
– Да-а-а-а-а…
– Что?
– Сережку… она упа-а-а-ала, когда я там прыгала-а-а-а…
– Какая сережка?
– Золота-а-ая, – отвечает она и рыдает.
Показывает мне ухо с сережкой: крошечный золотой цветок размером с булавочную головку, найти такой в траве, пыли и прошлогодних листьях – задача невыполнимая. Однако делать, естественно, нечего, надо хотя бы попытаться.
Кто-то из детей снова начинает прыгать у нас на голове, и я одновременно пытаюсь согнать его и прогнать бедолагу с сережкой, обещая ей, что я буду искать ее пропажу. Поиск наконец начинается в правильном ключе: один взрослый следит, чтобы никто больше не лез на сетку, а несколько других детей и взрослых ползают по земле.

Наблюдая за нами и в десятый раз пересказывая историю сережки, маленькая страдалица рыдает еще пуще. Горе ее поистине безутешно. Когда она опять вспоминает, что сережка золотая, – аж заходится от рыданий.

Мы потратили минут двадцать и нашли с десяток пуговиц, штук пять заколок, три крошечных элемента от браслета, несколько бусин и монет и даже один нательный крестик. Мы нашли другую сережку – тоже крошечную, но серебряную. Набралась целая горсть трофеев, но, увы, маленькой и единственной нужной сережки мы так и не нашли. Слава Богу, девочка к тому моменту уже успокоилась, мы созвонились с мамой, объяснили ей ситуацию, естественно, мама сказала дочке, что ничего страшного, и мы кое-как отправились домой.
Ушел из дома, боясь наказания за разбитый телефон
Увы, я это вижу регулярно – дети, которые рискуют своей жизнью ради того, ради чего ей рисковать точно не стоит, особенно им.

Мяч, выкатившийся на дорогу.
Упущенный в щель лифта мобильный телефон.
Случайно брошенная в камин важная бумажка.
Оброненная на переходе шкатулочка с мелочевкой.
Выпавший в окно плюшевый заяц.
Рассыпавшееся по рельсам содержимое портфеля.
Улетевшая в окно машины кепка.
Упавшее в воду украшение.
Оброненный в толпе и давке мешок со сменкой…

Этих ситуаций – десятки, сотни. И, увы, во многих из них, если рядом нет взрослого, ребенок кидается спасать свою материальную ценность, ни секунды не задумываясь о собственной безопасности.

Причин того, почему это происходит, может быть две.

Первая – ребенок не знаком с очень важным правилом безопасности: никакая вещь не стоит того, чтобы подвергать свою жизнь

риску! Вторая – ребенку внушили, что материальная ценность крайне важна, и не уточнили, что она никак не важнее его собственной жизни – видимо, предполагая это по умолчанию.

Если спросить полицию и добровольцев, занимающихся поиском детей, какие основные причины ухода детей из дома, одной из первых назовут страх наказания, причем зачастую это страх наказания за испорченную или потерянную дорогую вещь: мобильный телефон, планшет, драгоценное украшение, электросамокат, брендовую одежду, дрон и так далее.

Что характерно, родители часто после того, как ребенок полез куда-то, где мог серьезно пострадать (или пострадал), или ушел из дома, боясь наказания за разбитый телефон, удивляются и возмущаются: как тебе такое могло прийти в голову, конечно, ты нам дороже всего на свете, как ты мог так рисковать из-за этой ерунды! – но, с одной стороны, ребенок не думал о риске для себя в этот момент – он очертя голову кинулся спасать дорогую вещь, а с другой – разве ему кто-то когда-то объяснил, что его жизнь дороже всего?
Вспомните в «Карлсоне» диалог снятого с крыши Малыша и его мамы, когда ребенок искренне удивлен тем, что для родителей он стоит дороже ста тысяч миллионов крон…

Подарив ребенку дорогую вещь, мысленно с ней попрощайтесь
Во-первых, объясните ребенку, что как бы ни была дорога (в денежном измерении или для него лично) вещь, его жизнь несопоставимо дороже, ведь вещь можно купить новую, а жизнь и здоровье – нет! Обсудите с ним конкретные ситуации. Поговорите о том, что надо делать, если он один дома и вдруг сработала пожарная сигнализация или появился дым – поговорите, как звонить в 112, что надо сказать, что обязательно надо назвать свое имя и фамилию, чтобы оператор не подумал, что ребенок хулиганит, а если повесят трубку – перезванивать еще и еще, что надо уметь назвать свой адрес или определить его в городе.
Объясните, что часто в таких ситуациях решение надо принимать мгновенно, и всегда оно должно быть одним и тем же: не надо искать документы и выносить планшет – жизнь дороже! И обязательно акцентируйте его внимание на том, что вы никогда не будете его ругать за утраченный в такой ситуации предмет, что даже если речь идет о чем-то, что дорого ему лично, вы непременно вместе с ним приложите максимум усилий, чтобы это восстановить, а если уж тебе это ТАК дорого, то не бери это туда, где твою драгоценность можно потерять или испортить.

Во-вторых, вручая ребенку дорогой предмет, мысленно будьте готовы к тому, что он его потеряет и испортит, просто потому что он – ребенок. И это ваш выбор взрослого – рисковать этой вещью или нет.

Безусловно, детей необходимо учить бережно относиться к вещам, но пока они научатся этому, велик риск, что они это будут портить, рвать, ломать, терять и бить. Поэтому если вы купили малышу дорогую игрушку, например, радиоуправляемую машинку – это теперь его игрушка. И если он захочет ее развинтить, чтобы посмотреть, не живет ли в моторе маленький человечек, который крутит колеса, – это его выбор, и, расплачиваясь на кассе за дорогую покупку, задайте себе вопрос: готовы ли вы потратить столько денег, зная, что очень скоро эта красивая вещь может быть сломана?
В-третьих, сами соизмеряйте ситуации и риски испортить и сломать вещь. Вряд ли стоит отправлять ребенка в турпоход с золотыми украшениями, вряд ли следует давать в садик дорогой смартфон. Вы удивились бы, если бы узнали, сколько народу это делает, причем по самым разным причинам.

Отдельная история – с теми, кого надо спасать: с другими людьми и домашними животными. Дети часто, не думая, бросаются на помощь тому, кому она нужна. Поэтому одна из причин того, что дети зимой оказываются подо льдом – собаки, которые пошли по замерзшему водоему и провалились.

Дети также могут кинуться спасать и других детей. Поговорите и об этом тоже. Это тяжелый разговор, но ребенок должен понимать: есть ситуации, когда его главная помощь – срочно найти взрослых, а не лезть спасать кого-то со значительным риском для собственной жизни, причем это относится в том числе и к близким!

Научите звонить в 112, порепетируйте, поговорите, в каких случаях это

следует делать. Детям это знать не обязательно, но в практике поисково-спасательного отряда «Лиза Алерт» есть уже не один случай трагического поиска, когда пропали сразу два ребенка: один провалился под лед, другой попытался его спасти, и не один случай, когда ребенок пошел на лед спасать собаку. Такие ситуации могут происходить не только на льду. Во всех инструкциях по оказанию помощи в чрезвычайных ситуациях первым пунктом стоит: оценить уровень опасности для себя и решить, помогать ли пострадавшему. Это страшный выбор даже для взрослого – что говорить о ребенке, но крайне важно приучить его к абсолютной и безусловной ценности его жизни.

Проблема с детьми в том, что чем они младше, тем чаще действуют на эмоциях, до того, как проанализируют последствия.

Поэтому важно обсуждать с детьми разные жизненные случаи, рассказывать истории из своего детства – в том числе и те, когда вы, как вы сейчас понимаете, поступили неправильно, – акцентировать их внимание на таких историях в книжках – это поможет им в похожей ситуации найти черты сходства с тем, что вы рассказывали, и не совершить ошибки, которая может дорого стоить.

👤 Ксения Кнорре Дмитриева

💫 Автор проекта Экологичное Сознание ecoatma +

🍒 Практическая ЗОЖ-ра в ВК

✅ НОВЫЕ группы ВК (ваша поддержка очень важна) 👉 ссылки в комментариях под этим постом!

💥 Эпохальные мероприятия по здоровью и саморазвитию
🍒 Практическая ЗОЖ-рассылка
⛳ Следуй за нами в каналах ВК, ТГ, Max и OK

✔️ Выразить БлагоДарность
🔝 Поддержать нас
🪐 Дары Перемен

​ДИАЛОГ С СЫНОМ

Так продолжалось до того момента пока ребенок не спросил меня:
- Пап, а дождь состоит из капелек?
- Да, — ответил я.
- А откуда капельки берутся?
- Из облака.
- А облако, откуда берется, — продолжал сын.
Тут я и вставил свою «заготовку»:
- А как ты думаешь?
То, что произошло дальше полностью перевернуло мое отношение к детям, к нашим детям, не только к своим родным, а к Нашим, задающим вопросы, детям!
Мне стало ясно, почему дети задают вопросы, мне стало понятно, как они мыслят, как и где они живут и для чего они нам (взрослым) даны! Но об этом в конце рассказа.
Не моего рассказа, а рассказа моего сына!

Рассказ сына про капельку.
- А откуда капельки берутся?- спросил я сына, надеясь, что сын сам себе в очередной раз ответит на свой вопрос, а я буду спокойно думать о своем.
- Капельки берутся из облака, — начал свой рассказ сын,- облако берется из Океана или из моря.
- Океан, — продолжал сын, — знает о том, что на Земле растут деревья, растут цветы, растут бананы, киви и апельсины, яблоки и груши. Океан знает, что всем им нужно пить, чтобы оставаться живыми. Океан знает, что и людям, и собачкам, и птичкам, и мне нужно кушать и пить. Вот поэтому он и посылает капельки воды мне и всем живым. Океану не жалко капелек, потому что он знает, что все капельки вернуться обратно к нему.

С этого момента мое сознание вернулось «на землю», я стал слушать, что рассказывает сын. Папа, а где Дом всех людей?
Глаза у меня стали, наверное, размером с футбольный мяч.
- Папа, люди ведь появляются на Земле, так же как и капельки воды, у капелек есть дом, это Океан, а у людей, где Дом?

Дальнейший наш разговор это отдельный рассказ. Я ему стал рассказывать, что мы сейчас придем домой, это и есть наш дом. Он мне говорит, что капельки попадают в землю, а из земли в дерево и дерево становится им домом, но потом они все равно возвращаются в Океан…

Ну а теперь о том, чем хотел поделиться. Вы наверное замечали с какой частотой дети задают вопросы, один за другим. Вы, наверное, замечали, что, не успев получить ответ на предыдущий вопрос, они задают следующий. Вы только начинаете отвечать, они задают, третий, пятый. Они могут не вникать в суть ответа. Они ПРОСТО задают вопросы. Они задают вопросы о том, что видят в данную минуту, о том, что их окружает. О деревьях и птицах, о погоде, о еде, об игрушках, о мультиках. Их интересует из чего что сделано.

Все это от того, что дети живут в настоящем моменте! Они живут здесь и сейчас! Они живут каждым моментом! Когда они видят дерево, они становятся деревом, когда птичку – птичкой! Их интересует настоящая жизнь! Не та которая будет завтра и не та, которая была вчера, а сегодняшняя!

Сын мне дал понять, что я нужен в настоящем! Не только ему нужен, но и себе нужен! Не только себе нужен, но и деревьям, и птицам, и собакам, Природе….
Я НУЖЕН ЭТОЙ ЖИЗНИ!

👤 Автор: Вениамин Сафатинов

💥 Эпохальные мероприятия по здоровью и саморазвитию
🍒 Практическая ЗОЖ-рассылка
⛳ Следуй за нами в каналах ВК, ТГ, Max и OK

✔️ Выразить БлагоДарность
🔝 Поддержать нас
🪐 Дары Перемен

Я считаю большой ошибкой образовательной системы то, что она стремится обучать детей чему-либо, используя страх в качестве базовой мотивации. Страх получить низкие оценки, страх остаться на второй год и т. п. В вопросах образования живой интерес по сравнению со страхом — то же самое, что ядерный взрыв по сравнению с праздничной хлопушкой.

👤 Стэнли Кубрик

💥 Эпохальные мероприятия по здоровью и саморазвитию
🍒 Практическая ЗОЖ-рассылка
⛳ Следуй за нами в каналах ВК, ТГ, Max и OK

✔️ Выразить БлагоДарность
🔝 Поддержать нас
🪐 Дары Перемен

​КАК ПОВЫСИТЬ САМООЦЕНКУ НЕУВЕРЕННОГО В СЕБЕ РЕБЕНКА: ОПЫТ МАМЫ

С тех пор как я осознала свои ошибки и стала налаживать отношения со старшей дочерью, меня мучил один вопрос: а что если всё, что я сейчас делаю — уже бесполезно? Что если все мои окрики, критика и невнимание первых лет её жизни уже сделали своё чёрное дело, и она так и останется неуверенным ребёнком? Ни одна книга по детской психологии меня в этом вопросе не поддерживала: везде говорилось, что первые годы являются самыми важными для вырабатывания и укрепления уверенности в себе и доверительных отношений с родителями и миром.

Выходит, если я опомнилась слишком поздно, то ничего уже исправить нельзя, какой бы вовлечённой, сочувствующей и мягкой я ни стала.

Именно в момент этих яростных моих самокопаний у Киры в школе начались проблемы: она всё чаще приходила домой грустная. Выяснилось, что она крепко подружилась с одноклассницей, которая вдруг стала её гнобить. Это не было школьной травлей, скорее, классические унизительные близкие отношения. Вот девочки играют в настольную игру, Кира проигрывает. Бывает. Но вдруг подружка говорит: «Кира, ты так плохо играешь, а я болею только за тех, кто выигрывает». Встаёт и отодвигается от неё. На следующий день они играют в куклы, у Киры хорошее настроение, она начинает петь. Подружка тут же изрекает: «Замолчи! Я не могу это слушать, ты ужасно поёшь!». Эта подруга вполне симпатичная и умная, вежливая девочка из хорошей семьи, могла в один день играть с Кирой на каждой перемене, а на другой день демонстративно её игнорировать.

Почти каждый день моя дочь жаловалась и страдала, а также постоянно рассказывала, какой неуклюжей и тупой она чувствует себя рядом с этой подружкой и как ей хочется добиться от неё похвалы.

Меня же разрывало на части: я чувствовала себя страшно виноватой, ведь в подобные отношения может попасть лишь человек с крайне низкой самооценкой. А от чего зависит детская самооценка? Понятное дело: в первую очередь от отношений дома. Орала на ребёнка, критиковала, не принимала в расчет её мнение и чувства — вот, получи.

Я решила попробовать повысить самооценку дочери экспресс-методом. И стала её постоянно и много хвалить. Словно пытаясь восполнить всё упущенное на критику время, я стала просто-таки петь соловьём: умница, красавица, как прекрасно ты делаешь и то и се, да ты гораздо лучше всех этих злобных подружек! Однако никакого эффекта это не дало. Кира продолжала ощущать себя глупой и никчёмной и всё так же страдала от критики и пыталась выслужиться, добиваясь похвалы. Я давно перестала повышать голос, стала проводить с ней почти всё свободное время, справилась с её ревностью к младшей сестре (и они стали одной прекрасной командой), обстановка дома была спокойная — без ссор, криков и скандалов. Но Кира продолжала быть неуверенным ребёнком, зависимым от чужого мнения.

На нужный лад меня настроила книга о школе Саммерхилл — это британская частная школа, исповедующая принципы демократического образования. Её основатель Александр Нилл довольно подробно описал свой преподавательский путь и рассказал, как именно он общался со своими учениками. В Саммерхилл, как правило, отправляли учиться «трудных» детей — тех, с кем не могли справиться родители и обычные школы. Причём воспитанники Саммерхилла были детьми из зажиточных и образованных семей — обучение там стоило больших денег.

Я читала и понимала: всё можно исправить, нужно просто пересмотреть своё поведение и принципы общения с дочерью. Нилл описывал тяжелейшие случаи: к нему отправляли детей-поджигателей и драчунов, одни были склонны мучить котят, другие месяцами не хотели мыться, третьи были патологические вруны, четвёртые — воры, из кого-то постоянными розгами напрочь выбили желание учиться. За всю историю существования школы Нилл помнит лишь два или три случая, когда ему не удалось помочь. Все остальные дети у него непременно становились спокойными, счастливыми и уверенными (конечно, если их родители впоследствии также были готовы пересмотреть свои методы воспитания).

По сути, всё, что делал Александр Нилл в Саммерхилле, описано у Юлии Гиппенрейтер,

Людмилы Петрановской и ещё в десятках классических книг по детской психологии: полное принятие, стопроцентное доверие, мягкая, но четкая постановка границ, контроль раздражения и обидной критики, заслуженная похвала, свобода выбора, позитивное мышление. Всего этого мне катастрофически не хватало, и я решила начать понемногу вырабатывать в себе эти линии поведения.

1. Я стала учить дочь замечать хорошее

Моя дочь не умела радоваться. Когда ей покупали мороженое, она тут же говорила: «А почему одно?» Если дарили игрушку — «А почему эту, а не другую?». Раньше я только ворчала: «Вечно тебе всё не нравится!».

Потом я попробовала перед сном играть с ней в игру: каждая из нас по очереди называла пять плохих и пять хороших вещей, случившихся за день.

Это было полезно вдвойне. В разделе «о плохом» она училась анализировать свои чувства и эмоции, а в момент «хорошего» она вдруг с удивлением понимала, что день был не так уж плох. Я же, говоря о «хорошем», рассказывала ей, как мне было приятно, что она мне помогла сделать уборку, сама и очень качественно почистила зубы, была мила с младшей сестрой. Это не было навязчивой льстивой похвалой, а очень органично вливалось в игру. Кира замечала свои положительные стороны.

2. Я дала дочери свободу выбора

Раньше мне была важно высказать своё мнение по любому поводу: например, я страшно переживала из-за того, во что Кира одета. Я критиковала её выбор одежды, тыкала носом в то, что вещи «не сочетаются». Я была из тех, кто, надев на ребёнка новую обувь, начинал нудить: «Не скреби туфлями об асфальт — обдерёшь мысы», «Не лезь в лужу — намочишь новое», «Не ходи по траве — от неё останутся пятна». Боже! Это был мрак. Это сейчас я понимаю, что нарядной одеждой пыталась компенсировать недостаток внимания: мол, смотрите, я хорошая мать, я покупаю своему ребёнку красивые вещи.

Сейчас Кира выбирает совершенно нелепые порой сочетания, и я молчу. Это её выбор — так она чувствует себя комфортно и уверенно. Она валяется на траве, в земле и в песке, ковыряется в лужах и в грязи, лазает по деревьям. Понятное дело, свобода выбора касается не только одежды. Я стала советоваться с ней, пойдем ли мы в парк или на площадку; она может выбрать отдельное блюдо себе на ужин, если ей не нравится то, что я готовлю на всю семью; мы стали давать ей карманные деньги, чтобы она научилась сама решать, на что и сколько она их потратит. Свобода выбора не означает вседозволенности. Все главные решения по-прежнему принимают родители, но почему бы не дать ребёнку право голоса в мелочах, касающихся его детского быта.

3. Я перестала использовать глагол «виновата»

Понятие «вина» я заменила на слово «ответственность». И если «вина» предполагает наказание и угрызения совести, то ответственность предполагает умение разрешить возникшую проблему, попросить помощи или принять неудачу, сделав выводы.

Порой непросто не орать обидные слова, если ребёнок разлил на пол стакан липкого сладкого сока, а просто предложить тряпку и помощь. А если ребёнок полез на забор и упал, то ни к чему добивать его фразами типа «За что боролись, на то и напоролись» или"Я же тебе говорила — сама виновата теперь". Человеку уже плохо, он уже осознал последствия своего поведения. Теперь ему нужна лишь поддержка.

4. Я не требую от дочери больше, чем она может сделать

Однажды, когда младшая дочь только научилась сидеть, я оставила её на стуле рядом с Кирой и решила на минуту выйти из комнаты. «Последи за сестрой», — сказала я Кире, которая в этот момент увлеченно смотрела мультфильм. Через секунду младшая со стула упала-таки. Я прибежала на крик и начала отчитывать Киру: «Как ты могла, почему ты не уследила за сестрой, я же просила!» Теперь я понимаю, что я просто переложила на неё свою ответственность.

Шестилетний ребенок, безусловно, может последить за малышом, но это не входит в набор его непременных умений и обязанностей. Если она это делает, то это бонус, подарок, но никак не данность. То есть я требовала от неё того, к чему она ещё не была готова, вызывая таким образом в ней чувство вины и неполноценности. Сейчас я четко соизмеряю её возможности

со своими желаниями и стараюсь не требовать большего.

5. Я научилась отпускать ситуацию и смиряться с последствиями

Кира очень любит готовить. В школе у них оборудована большая кухня, детям с первого класса разрешают резать салаты настоящими ножами, они все вместе готовят пиццу, крутят роллы и варят супы. Дома же готовка всегда превращалась в неприятность: Кира хотела насыпать муку, взбивать яйца, отмерять сахар, а я же думала только о горе посуды и часе уборки. И начинала нудить и критиковать: Ну как ты сыплешь, всё же мимо, дай я, отойди". Веселья не получалось. Теперь я думаю так: твоему ребёнку искренне нравится печь эти пироги, да, после этого куча уборки, но ведь это происходит не каждый день! Можно сидеть на чистой кухне и пялиться в гаджеты или можно как следует повеселиться, измазавшись в муке.

Час бардака, во время которого ребёнок может заняться тем, что у него действительно хорошо получается. Неужели это не стоит небольших усилий?

Я вдруг поняла, что проблема не в том, что моя дочь ничем, как мне казалось, кроме айпада не интересуется. А в том, что то, чем она интересуется, слишком неудобно для меня. Поэтому всё, что ей остаётся, это смотреть айпад. Готовка? Ой, нет, слишком много уборки. Химические опыты? Ой, у нас нет уксуса и соды, а в магазин идти лень. Ну что же — будем смотреть айпад. Маме удобно, инициатива и азарт ребёнка на нуле.

6. Я научила дочь говорить «нет» и отстаивать свои границы

Как-то мы гуляли в парке большой детской компанией, и Кирин друг позвал её после прогулки в гости. Мы уже собирались уходить, друг ждал у машины, но тут у Киры разболелся живот. Её буквально скрутило, но она сказала со слезами: «Я не могу не поехать, он же обидится, я же пообещала!». Вот он, этот распространенный механизм в действии: «Если я откажусь — неважно, что в данный момент мне плохо, — я стану для своего друга/мужа/мамы плохой и меня больше не будут любить. Поэтому я поползу, но сделаю то, чего от меня ждут».

С того момента я мягко и ненавязчиво стала объяснять Кире, что, да, обещания, договоренности и помощь близким — это очень важно. Но если ты хочешь сегодня вечером посидеть одна дома, а друзья настойчиво зовут тебя гулять, ты выходить не обязана. И если у тебя есть свои планы, ты не должна их менять (если, конечно, это не вопрос жизни и смерти). Сначала подумай — хочу ли я, удобно ли мне? И лишь затем принимай решение.

Каждый раз, как только возникала ситуация выбора, я говорила: «Подумай сама и оцени, хочется ли и есть ли у тебя силы делать то, о чем тебя просят». Если не хочется — это нормально, ты можешь отказаться. Сама я научилась проделывать это лишь к 30 годам, потратив кучу времени на ненужные разговоры, неинтересные компании, негативные эмоции и обиды, совершая какие-то лишние действия лишь из боязни «не угодить». И это, конечно, печальный опыт, которого стоило бы избежать.

7. Я начала вырабатывать уверенность в самой себе

Как только я начала анализировать поведение дочери, стало ясно, что она моя копия. Ведь это я не умею радоваться, это я чувствую себя хуже других, это я не умею говорить «нет», не берегу свои границы, критикую сама себя и постоянно добиваюсь чьей-то похвалы. Как я могу сделать свою дочь счастливым уверенным человеком, если сама такой не являюсь? Невозможно описать тут весь долгий путь моих размышлений и самоанализа.

Мне помог такой метод: я стала нарочно пересиливать себя в ситуациях, когда мне хотелось действовать не в своих интересах. Я начала тренировать мышцу «своего интереса», и с каждым днем такое поведение становится для меня всё более естественным. Да, я всё ещё время от времени проваливаюсь в неуверенность, но я все чаще нравлюсь себе в зеркале, я перестала вслух и даже мысленно критиковать себя и терпеть подобную критику от других, я научилась отказывать без вины и оправданий. Можно сказать, что мы с Кирой вместе проходим этот путь — и уже изрядно продвинулись.

Месяц назад я заметила, что Кира больше не рассказывает мне ничего про ту подружку, которая её так часто обижала. Я решила спросить сама, и она ответила так: «Знаешь, в дружбе с ней мне всё время

было плохо. И мне перестало это нравиться». Они всё ещё общаются, но уже не как угнетатель и жертва, а как обычные одноклассницы — эти отношения перестали быть для Киры важными, ей перестало хотеться добиваться расположения и похвалы. Она постепенно учится получать все это изнутри, я же буду пытаться ей в этом помочь.

👤 Ольга Уткина

💫 Автор проекта Экологичное Сознание ecoatma +

🍒 Практическая ЗОЖ-ра в ВК

✅ НОВЫЕ группы ВК (ваша поддержка очень важна) 👉 ссылки в комментариях под этим постом!

💥 Эпохальные мероприятия по здоровью и саморазвитию
🍒 Практическая ЗОЖ-рассылка
⛳ Следуй за нами в каналах ВК, ТГ, Max и OK

✔️ Выразить БлагоДарность
🔝 Поддержать нас
🪐 Дары Перемен