​​Еще раз про древнегреческие храмы

Мне тут попалась на глаза замечательная реконструкция эволюции греческой храмовой архитектуры на примере Сиракуз. Как вы помните, это одна из первых колоний Великой Греции, основанная коринфянами еще в 8 веке до н.э. А полис без храма как гоплит без щита, так что они тут же и построили милую деревянную избушку (не знаю насколько роспись в геометрическом стиле аутентична, но выглядит круто), которая потом столько раз перестраивалась, что доперестраивалась аж до целых двух каменных храмов с периптерами и прочими красотами.

Но я вот еще о чем подумала. Обычно про эволюцию древнегреческой архитектуры рассуждают только в этом одном русле: вот де были деревянные строения, а потом греки то ли к египтянам вовремя сгоняли и там на каменное строительство с коллонадами насмотрелись, то ли сами в силу своей «природной гениальности» сообразили, и стали строить тоже самое — только в камне. Отсюда двускатные крыши, анты и прочие рудименты деревянного зодчества.

С этим я, конечно, не спорю, но только замечу два момента. Во-первых, микенское прошлое тогда точно не было окончательно забыто (те же гастролирующие по всей Греции аэды отлично освежали память, описывая микенских царей и их цитадели в эпических сказаниях), и многоколонные мегароны какого-нибудь Пилоса может не совсем еще песками занесло, и развалины Микен точно как гнилой зуб посреди Арголиды торчали. А некоторые, как Афины, и не разрушались вовсе. О том, что главным центром религиозной жизни в минойскую и микенскую эпохи были дворцы тоже забыть было сложно.

Понятно, что всякий себя уважающий царь или царский отпрыск в изгнании, то есть в коллонизационном походе, мерялся с бессердечным папашей и соседями не длиной меча, а высотой и красотой главного храма. Кстати, знаете, какая еще классная причина колонизации как явления в последнее время все чаще в исторической литературе встречается? — Очень может быть, что не последнюю роль в таком рвении себя показать и мир посмотреть сыграла та самая эпическая традиция с её героизмом напролом и прочими плаваниями аргонавтов. То есть древнегреческая аристократия воспитывалась на таких вот образцах мужественности, и если, например, папаша твой надумал второй раз жениться, а мачеха тебя во дворце видеть не сильно желает, надо не пристукнуть венценосного родителя со всеми сводными братьями и сестрами заодно (хотя так тоже можно, конечно, но не комильфо), а сесть на корабль с верными друганами и наколонизировать себе свое царство с бридждеком и прекрасными италийками.

Но это я отвлеклась, а про храмы момент номер два: помимо статусных и потому активно усовершенствуемых полисных храмов существовали же и всякие сельские религиозные центры, типа как минойские горные святилища на Крите (со вполне каноничной своей архитектурой), священные пещеры, рощи, бетилы или просто небольшие храмы в хоре. Не ходить же во дворец с каждым приношением, в конце-то концов? Я уж не говорю про домашние алтари и часовни, они тоже очень даже были распространены.

Это я все к тому, что любая традиция, в том числе и храмовой архитектуры, не ограничивается рамками полисов. Формировалась она, скорее всего, с учетов разных региональных культовых практик и всей массы знаний, накопленных древними греками с бронзового века.

​​Мне тут academia.edu ежедневно подкидывает поводов для прокрастинации, от которых я по малодушию своему не в силах отказаться. Сегодня вот прислали очередную статью про текстиль в Эгеиде бронзового века да еще и в польском сборнике статей, что само по себе страшно интригующе. Но самым крутым оказалось даже не содержание статьи (хотя рассуждения о том как могли ткаться ткани для кофточек дам с фресок в Акротири тоже крайне увлекательны), а обложка того самого сборника «Inspiracje i funkcje sztuki pradziejowej i wczesnośredniowiecznej». Кто последнее слово названия без подготовки прочитает — может идти в Польский культурный центр сдаваться, там таких любят=)

В общем, вот она на картинке ниже. Оказалось, что это костяная бляшка датируемая аж 3600–2900 годами до н.э., найдена была в селе Бильче-Золотое (оно же Bilcze Złote, Тернопольская область, Украина), а находится сейчас в Археологическом музее Кракова. Это, конечно, Трипольская еще культура, но красота какая в нашем «минойском» так сказать стиле. Там и неолитические Венеры свои имелись, вот тут можно посмотреть.
Р.S. Простите, опечатки в тексте, где встречаются слова типа "Тернопольская" и "Трипольская" вместе, для меня просто неизбежны, это же как имена Аня и Лена, как Швеция со Швейцарией и как Натали Портман с Кирой Найтли, ну вы поняли.

​​Три дня на Кипре, полет нормальный, хотя не перестаю удивляться местному макраме из культур, в которое вплетены отдельные, поражающие воображение исторические факты и археологические находки.

Вот, например, на месте моего нынешнего пристанища, т.е. города с сакраментальным названием Ларнака (да-да, от слова "ларнак", который глиняный саркофаг, он же гроб), жило-было веке эдак в XII до н.э. город-государство Китион с микенского типа цитаделью и соответствующим культурным влиянием. Коллапс бронзового века не обошел Кипр стороной, так что после падения циклопических стен здесь уже рулят финикийцы, храм Астарты имеется, раскопан. Но я так поняла, на Кипре вообще не очень принято, чтобы город больше пары сотен лет одним хозяевам принадлежал, так что в VIII—VII веках до н. э. Китион подчиняется уже Ассирии. И вот об этом нам рассказывает т.н. "Стелла Саргона" - на картинке в посте. Нашли её в XIX веке, как водится, в куче строительного мусора. В итоге купили эту базальтовую плиту немцы (единственные, кто не зажал 50 фунтов), так что посмотреть на оригинал можно только в Берлине. А изначально установлена она была на местном акрополе и описывала победу в 709—707 годах до н. э. ассирийского царя Саргона II (721—705 до н. э.) над семью кипрскими городами-государствами. Так что эта стела отмечает, так сказать, границы официально существующего для новоассирийского царства мира, маркирует самую западную его точку.

Это я вообще к тому, что для археолога, наверное, Кипр - это такой торт "Наполеон" под завязку начиненный сюрпризами от заботливой хозяйки, об которые как бы зубы не сломать: неолитические стоянки, микенцы, греки, римляне, египтяне, финикийцы, ассирийцы, персы - это только до нашей эры, а после ещё больше треша и угара. Завтра пойду в археологический музей со всем этим немного разберусь.

А ещё здесь +20 и солнце, билеты и цены на аренду жилья какие-то совсем уж коммунистические, да ещё и всякий Ryanair в Тель-Авив по 15 евро летает, ну это на случай, если вам вдруг не сидится на одном месте даже в отпуске. В общем, неплохое место для побега из московской зимы, как по мне.

Всё-таки зимние вылазки в откровенно туристические, в смысле пляжные, места имеют свои минусы. Оказалось, что столь предвкушаемый мной археологический музей Ларнаки закрыт на реконструкцию до июня. Но, к счастью, на улице Зенона Китийского (оказывается великий столик был родом из Китиона, то есть Ларнаки) обнаружился частный Музей Пиеридеса. Он небольшой, но очень уютный и информативный, особенно что касается кипрского неолита и бронзового века.

Например, здесь обитают чудесные плоские керамические фигурки, созданные ок.1900 годов до н.э. Каждая со своим выражением лица и особенным орнаментом.

Зачем они были нужны древним киприотам? Мнений в научном сообществе как всегда масса. Может они связаны с культом Богини-матери и в этом контексте символизируют плодородие, перерождение и т.п. Либо, и мне эта теория наиболее близка, сходны по функциям с кикладскими идолами и египетскими ушебти. Про кикладских доподлинно ничего точно не ясно, а вот ушебти - это совершенно точно статуэтки, которые должны были выполнять для умершего древнего египтянина кучу важных дел, коих смерть не отменяла, например, вкалывать на загробных полях Иалу. У некоторых особо ленивых покойничков число ушебти соответствовало числу дней в году.

Ещё есть предположение, что эти терракотовые фигурки имели более внушительные деревянные аналоги, то есть ксоаны, стоящие в святилищах, да и вообще могли изготавливаться из дерева, как их египетские коллеги.

#Кипр

Там же в музее Пиеридеса проживает вот такой харизматичный персонаж. Он, понятно, тоже про плодородие, но ещё выражением лица напоминает мунковский "Крик" и вообще производит впечатление. Это, кстати, самая большая фигура из кипрского халколита, 36 см высотой, а ещё, как вы могли заметить, он немножко ритон.

#Кипр

Аргонавты на Лемносе

Друзья, простите за долгое молчание, но я как-то всё от Кипра не могу отойти, потому что помимо солнца, моря и музеев мне достался там какой-то совершенно эпический ларингит фарингитыч, и всю вторую половину отпуска я провалялась в кровати, изредка с тоской поглядывая на развевающиеся на ветру за окном пальмы.

Но вот уже в Мск ко мне постепенно возвращается способность дышать, говорить, есть, ходить, читать и нажимать на клавиши, и это, скажу я вам, ни с чем не сравнимый восторг. Хотя мысли текут всё-еще ужасно вяло, так что сегодня просто расскажу вам про парочку приглянувшихся мне фактов древнегреческой истории.

Одно из моих недавних занятий в «Летово» было посвящено плаванию аргонавтов, а точнее моему излюбленному вопросу о том, насколько мифическое предание может отражать истинное (условно), в смысле подтверждаемое археологией положение вещей.

Напомню, что хронологически аргонавты относятся к поколению героев «до Тесея», то есть ко все тем же временам Троянской войны и микенских царств. Так вот, одним из пунктов на пути «Арго» был остров Лемнос. Его мифологическая история выглядит довольно интересно, например, считается что остров одно время был под властью Миноса, что напоминает нам о возможном минойском влиянии, а правителем Лемноса значился внук Миноса Фоант, сын Диониса и Ариадны.

Но в момент, когда сюда пристают аргонавты на острове ужас что творится, и во всем, как всегда, виноваты женщины. Они как-то очень опрометчиво забыли вовремя принести жертву Афродите, за что та сильно осерчала и наслала на бедных лемниянок ужасное зловоние. «Первый Ватиканский мифограф» так вообще конкретизирует – «в гневе наградила их запахом, которым пахнет от козлов».

Мужчины заморачиваться сильно не стали и переключили свое внимание на менее ароматных фракиянок. Тут у лемноских женщин, и без того измучанных постоянной вонью, нервы окончательно сдали и они перебили к чертям собачьим всех мужчин на острове. Так что, когда на Лемнос прибыл Ясон со товарищи, их встретили крайне радушно и уговорили даже подзадержаться на пару лет, дабы восстановить популяцию острова.

Лемносская археология же говорит нам много интересного. Во-первых, на острове в бронзовом веке действительно имелось весьма развитое город-государство Полиохни, которое скорее всего даже было торговым соперником Трои, но пришдо в упадок около 2000 г. до н. э. В ходе раскопок 1994—1997 гг. греческие археологи обнаружили и более позднее поселение бронзового века на маленьком необитаемом островке Кукунеси в заливе Мудрос к западу от Полиохни. Это поселение существовало примерно в 2000—1650 гг. до н. э. Там микенской керамики нашли немало. А найденное в Полиохни золотишко, скажу я вам, по качеству работы и стилю очень даже подстать троянскому. Помните же, Шлиман, клад Приама и вот это всё.

И последняя интересность — Лемносская стела. Это замечательный надгробный памятник с надписью на языке, до сих пор не расшифрованном, каком-то локальном, возможно близком к этрусскому (но это традиция такая — все что не сразу расшифровывается возводить к этрусскому и склонять с грузинским и баскским языками). Саму стелу относят к 6 веку до н.э., но язык (и алфавит) надписи был скорее всего распространен на Лемносе догреческого периода и являлся разговорным (о чем говорят найденные черепки-остраконы с похожими загогулинами).

#Лемнос #Колхида

«Аргонавтика» Тима Северина

Миф об аргонавтах, конечно, не давал покоя многим поколениям путешественников. Например, на набережной современного Волоса (который древний Иолк, откуда по мифу и началось странствие аргонавтов) можно видеть пришвартованную копию «Арго», которую в 2006 построили по инициативе волосского муниципалитета. На нем даже сходили в грузинский Поти, условно повторив легендарный маршрут.

Вообще, меня лично очень вдохновляют такие реконструированные путешествия, особенно когда они организовываются не для прибавки баллов к популярности, а, что называется «на слабо», чтобы проверить себя и/или какую-то историческую гипотезу. Например, из недавнего — The Camino Voyage, когда поэт, два музыканта (включая нежно мной любимого Глена Хэнсарда, который из The Frames и фильма Ones, помните? ), художник и каменщик отправляются за 2500 км из Ирландии в Испанию на весельной лодке аки средневековые паломники.

Так вот, еще в 1984 году британский путешественник Тим Северин прошел по предполагаемому маршруту Ясона и аргонавтов. Он, кстати, еще 8 подобных предприятий организовал, например, пересек Северную Атлантику на обшитой бычьими шкурами лодке «Брендан», чтобы установить, могли ли ирландские монахи открыть Новый Свет за тысячу лет до Колумба. Про свою греческую экспедицию он написал добротный отчет «The Jason Voyage: The Quest for the Golden Fleece», и книжка даже переведена на русский, но приличных ссылок дать не могу, так что ищите «По пути Ясона» на флибусте. В ней много прекрасного, но главное, Северин как будто находит подтверждение знаменитому свидетельству Страбона о кавказском способе золотодобычи: «В их стране, как передают, горные потоки приносят золото, и варвары ловят его решетами и косматыми шкурами. Отсюда, говорят, и возник миф о золотом руне».

Северин с командой приезжают к сванам, которые не только их вкусно кормят, но и охотно демонстрируют, как добывалось золото "дедовским способом":

«По весне, когда высоко в горах начинали таять снега и ледники, золотодобытчики поднимались в верхние долины по ручьям, питающим Ингури. Каждый отправлялся на облюбованное место — туда, где талая вода, как старатель знал по опыту, несла небольшие количества золота, вымытого из скальных жил. В этих ручьях сваны и раскладывали бараньи шкуры — шерстью кверху. Шкуры распяливались на деревянных поддонах и притапливались с помощью камней в ложе ручья таким образом, чтобы поток перекатывался через них. Иногда старатели устанавливали целую серию поддонов — один выше другого. Вода бежала поверх руна, и крупицы золота, более тяжелые, чем частицы песка и ила, застревали в шерсти. Каждый золотодобытчик знал, когда нужно проверять золотую ловушку,— это зависело от насыщенности воды драгоценными крупицами и от силы потока, подверженного сезонным колебаниям. Когда наступало время, золотоискатель извлекал шкуры из ручья, отмывал от накопившегося ила и собирал золотые крупицы. В исключительных случаях, в самых богатых районах, первое руно — то, которое лежало выше по течению,— оказывалось настолько насыщенным золотом, что в буквальном смысле становилось золотым».

Тут, конечно, ужасно хочется верить в красивую разгадку мифического образа, но мой опыт жизни в Магадане и практическое знакомство с процессом намывки золота лотками в реках порождает некоторые сомнения. Хотя может это у нас на северах народ такой отчаянный, что не ленится и породу со дна в лотки накидывать, и намывать это дело целыми днями в ледяной воде… Правда и у современных сванов, я так поняла, больше «проходнушки» в ходу, но это, конечно, не отменяет того, что когда-то в бронзовом веке все могло быть совсем по-другому — олдскульно, лампово, с бараньими шкурами.

#Колхида

​​Помните я Флиндерса Питри и фаюмские портреты как-то упоминала? Ну те самые, что у нас в Пушкинском висят и на всех мимопробегающих укоризненно так взирают. Оказывается, Центр египтологических исследований Российской академии наук проводит раскопки в некрополе Дейр эль-Банат в Фаюме, где находят и коптские погребения, и дохристианские могилы греко-римского периода. Так вот они (а точнее Алексей Нечвалода) сделали классную реконструкцию по черепу одной из мумий. Почему-то меня всегда очень впечатляет возможность посмотреть на лица из прошлого, есть в этом что-то странно-притягательное, иллюзия сближения, наверное.

Этот конкретно мужчина был коптским христианином и умер в возрасте 30-35 лет, вероятно, от бильгарциоза (заболевание мочевых путей и кишечника, вызываемое паразитами, одна из основных причин ранней смертности в регионе).

Друзья, сегодня стартовал третий сезон «Скрытого золота ХХ века»! Если вы по каким-то причинам до сих пор с трепетом за ним не следите, расскажу в двух словах. Команда проекта, в том числе замечательные переводчики и редакторы Шаши Мартынова (@inner_ireland) и Макс Немцов (@spintongues) открывают нам, читателям, такие сокровища, о которых мы знать не знали, но оно нам точно надо.

Это не коммерчески выгодный литературный мейнстрим с неизбежным разбором скучнейшей повестки дня текущего, а тру independent press, когда тексты выбираются по любви. Для нас же такая деятельная любовь оборачивается знакомством с совершеннейшими шедеврами ирландской и американской литературы. Короче, в меню отборный постмодерн, сюрреализм, абсурд и немного гэльского возрождения. Кстати, прошлогодний Стивенз все еще есть на «Лабиринте», не проходите мимо, ибо это настоящий восторг для каждого любителя мифологии как таковой, не Грецией же единой. Ну и не забываем, что St.Patrick is coming, программа мероприятий на этот год уже на сайте - http://irishweek.ru/.

​​Лаконфильство

Восхищение спартанцами, зафиксированное в античных источниках — не самый легкообъяснимый факт, особенно когда вспоминаешь эпопею с персидскими войнами и вечное противостояние Афин и Спарты. Классическая Спарта являлась антиподом, полной противоположностью Афинам V в. до н.э. с их развитой демократией, пышно расцветшей культурой, ремеслом и торговлей, с их открытостью миру. Спарта же представляла собой изолированный от внешнего мира лагерь с суровым военно полицейским режимом и довольно дикими даже по меркам Древней Греции традициями (хотя, кстати, костей младенце в Тайгетском ущелье найдено не было, так что археологией свидетельство Плутарха о спартанском инфантициде пока не подтверждается).

Но в любом случае, Ксенофонт, Сократ и некоторые платоники спартанский образ жизни превозносили, хоть и с оговорками. Конечно, можно делать скидку на то, что они знали о реальной жизни в Спарте не то чтобы очень много, а восхищались неким «спартанским мифом», созданным как раз на почве такой кардинальной непохожести жизнеустройства этих двух греческих государств, но мне это напоминает еще и то, как просвещенная европейская общественность в конце 30-х — начале 40-х годов прошлого века была очарована речами Гитлера и тем как он «навел порядок» в Германии, например.

Сравним два примера из ближайшей к нам истории. Факт первый: после манипуляций Карла Мюллера с темой расового превосходства дорийцев, Спарту подняли на знамена немецкие нацисты. Гитлер говорит, что Германия должна подражать спартанцам, ограничивая «количество тех, кому позволено жить», ибо «расовое превосходство спартиатов» ну и прочий булшит в том же духе, вы и без меня это знаете. Факт второй, менее известный: основатели движения Кибуц в Израиле тоже не смогли пройти мимо спартанских идеалов, но только в вопросах воспитания (агогэ и вот это всё). В частности, Ицхак Табенкин считал, что «образование бойцов должно начинаться с яслей», и дети должны с дошкольного возраста «проводить ночи в горах и долинах», учиться сражаться и т.п. Что сказать, превратности истории.

Приведу по этому поводу очень емкое высказывание Евгения Тигерстедта:

  «Итальянские гуманисты, испанские иезуиты, французские кальвинисты, английские пуритане, французские революционеры, германские романтики, английские эстеты, французские националисты, германские нацисты обращали взгляд к Спарте и ссылались на ее пример в поддержку своих теорий.
Однако само представление о Спарте испытывало на себе влияние мнений и чувств ее поклонников и соответственно этому изменялось. Спарта венецианской аристократии была отнюдь не тем же самым, чем была Спарта Французской революции, которая в свою очередь сильно отличалась от Спарты „ Третьего Рейха ". Иногда различия эти настолько глубоки, что мы начинаем подозревать, что „Спарта " – это есть ничто иное, как проекция настоящего в прошлое, осуществление желаний, на которое наклеен исторический ярлык.
В этом отношении Спарта разделяет общую судьбу всей Древней Греции, т. к. Легенда о Спарте – это только часть „Легенды о Греции".» 

Короче, мой месседж как всегда прост и ни разу не нов: желаю себе и всем нам быть очень внимательными с тем, чем хочется повосхищаться. Особенно когда оно выпрыгивает на нас со страниц книг (экранов компьютеров, речей умных вроде бы людей и пр.) с героическим пафосом и подозрительным таким придыханием.

#λεξικόν

​​Читаю "Архаическая Спарта. Искусство и политика" Юрия Викторовича Андреева, и не могу перестать думать про переклички истории Спарты с более близкими нам эпохами. Например, мы с вами до сих пор прекрасно представляем себе, как выглядит искусство при тоталитарных режимах. «Рабочий и колхозница» и прочие советские шедевры на улицах наших городов не дают, так сказать, расслабиться и забыть.

И эта кривая нам вполне знакома: от невероятно активной творческой жизни «Серебряного века», когда во всех сферах искусства, от словесности до живописи и скульптуры, появляются новые имена и подлинные шедевры, до стагнации, а в некоторых сферах и полного упадка подцензурного сталинского времени.

Оказывается, со спартанским искусством происходят похожие вещи. VI век до н.э. можно назвать расцветом лаконского искусства, когда бронзовое литье из спартанского региона можно найти во всех крупных полисах и панэллинских святилищах. Бронзовые фигурки, по большей части служившие вотивными приношениями, бронзовые зеркала с ручками, имеющими форму женских фигурок, бронзовые гидрий и кратеры с фигурными украшениями ручек и горла, расписная керамика и пр., всё это активно производится и уходит «на экспорт», а в художественном отношении не уступает, а часто и превосходит аттические и коринфские образцы.

Но затем практически в одночасье лаконские произведения искусства перестают поступать в другие полисы, да и из местных святилищ исчезают предметы восточного происхождения (изделия из стеклянной пасты, янтаря, слоновой кости).

Дело в том, что изоляционистская политика, отгородившая Спарту от внешнего мира своеобразным «железным занавесом», задела в первую очередь самих спартиатов, которым было запрещено пользоваться чужеземными товарами, прежде всего, конечно, отнесенными к разряду «предметов роскоши». Результатом серии экономических запретов, ставших частью так называемых «Законов Ликурга», стал упадок и окончательное вырождение двух важнейших отраслей лаконского художественного ремесла: вазовой живописи и бронзовой пластики, хотя в своей выморочной форме, растеряв все то, что составляло их былое эстетическое своеобразие и привлекательность, они продолжали существовать еще в V и даже в IV вв., т. е. вплоть до эпохи эллинизма.

Но я вам покажу как раз самое красивое и любимое из архаических лаконских бронз, см. в альбоме ниже.