Хедканон на Спичка/Мори
я уже бред какой то несу, ну ладно
Спичка пыталась отравить Мори, и не раз. Каждый раз после серьезных ссор она подсыпала ему что-нибудь в чай, в надежде что утром он не проснется или хотя бы в туалете часа 3 посидит. Так как Мори всегда приходил извиняться первым, она ему честно в этом признавалась.
"Любимый, я подсыпала тебе чуть чуть мышьяка в чай, прости пожалуйста"
я уже бред какой то несу, ну ладно
😈5❤3💘3
мне снилось как силентиум захватила мой канал, а меня выгнали от сюда. ✍️✍️✍️
💅2💘1
ᴋиᴛ запой.🐳
мне снилось как силентиум захватила мой канал, а меня выгнали от сюда. ✍️✍️✍️
вы бы меня выгнали?
❤2🔥1🐳1
𝒥ℴ𝓈𝒶𝓃ℴ × 𝒦𝒶𝒹𝓏𝒽𝒾
Солнце стояло высоко, и старый сад за особняком поросшей травой казался огромным зелёным миром. Дети играли в больницу.
Йосано, которой было всего десять, чувствовала себя невероятно взрослой в белой простыне, накинутой на плечи, как халат. В её руках была не игрушка, а самая настоящая палка, которую она именовала "скальпелем". Акико нахмурила брови, пытаясь придать лицу то суровое выражение, которое, как ей казалось, должно быть у настоящего врача.
— Больной, — сказала она строго, глядя на Каджи, который сидел перед ней с самым несчастным видом, на какой только был способен.
— Вам нужно срочное переливание крови. У вас анемия и ещё… ну, много всего.
Каджи шмыгнул носом. Ему не очень нравилась игра, но нравилось, как Йосано к нему прикасалась. Она брала его за руку и прикладывала ухо к груди, слушая, как бьётся сердце.
— Да, — подтвердила девочка. — Очень плохо. Сердце бьётся как у напуганного зверька. Если мы не проведём операцию, ты умрешь.
На лице Каджи мелькнула тень испуга, но он доверчиво смотрел на неё своими большими глазами.
— А что… что мы будем делать?
Йосано замялась. Она знала, что настоящие врачи делают разрезы, но у неё не было ни скальпеля, ни йода, ни даже пластыря. Только палка. Она взяла сухой лист подорожника с земли, аккуратно положила его на запястье Каджи и погладила по голове.
— Сначала наркоз, — важно сказала она. — Зажмурься и считай до десяти, а то будет больно.
Каджи послушно зажмурился, сжав кулачки. Он начал считать шёпотом, а Акико тем временем провела кончиком пальца по его руке, по тому месту, где билась тоненькая голубая жилка. Никакой операции она делать не собиралась. Вместо этого она наклонилась и осторожно, совсем легко, чмокнула парня в щёку.
— Всё, — сказала она тихо, когда он открыл глаза. — Я перелила тебе свою кровь. Так что ты теперь здоров, глупышка.
Каджи потрогал щёку там, где ещё сохранилось тепло её губ, и улыбнулся.
— А у тебя не убудет? — спросил он серьёзно, глядя на неё с беспокойством.
Йосано гордо встряхнула головой.
— Не бойся. У меня её много. Я же врач.
Солнце уже клонилось к закату, и длинные тени от старых яблонь легли на траву, где они сидели. Каджи всё ещё держался за щёку, как за сокровище, а Йосано с важным видом поправляла на плечах простыню, которая уже успела сползти.
Солнце стояло высоко, и старый сад за особняком поросшей травой казался огромным зелёным миром. Дети играли в больницу.
Йосано, которой было всего десять, чувствовала себя невероятно взрослой в белой простыне, накинутой на плечи, как халат. В её руках была не игрушка, а самая настоящая палка, которую она именовала "скальпелем". Акико нахмурила брови, пытаясь придать лицу то суровое выражение, которое, как ей казалось, должно быть у настоящего врача.
— Больной, — сказала она строго, глядя на Каджи, который сидел перед ней с самым несчастным видом, на какой только был способен.
— Вам нужно срочное переливание крови. У вас анемия и ещё… ну, много всего.
Каджи шмыгнул носом. Ему не очень нравилась игра, но нравилось, как Йосано к нему прикасалась. Она брала его за руку и прикладывала ухо к груди, слушая, как бьётся сердце.
— Да, — подтвердила девочка. — Очень плохо. Сердце бьётся как у напуганного зверька. Если мы не проведём операцию, ты умрешь.
На лице Каджи мелькнула тень испуга, но он доверчиво смотрел на неё своими большими глазами.
— А что… что мы будем делать?
Йосано замялась. Она знала, что настоящие врачи делают разрезы, но у неё не было ни скальпеля, ни йода, ни даже пластыря. Только палка. Она взяла сухой лист подорожника с земли, аккуратно положила его на запястье Каджи и погладила по голове.
— Сначала наркоз, — важно сказала она. — Зажмурься и считай до десяти, а то будет больно.
Каджи послушно зажмурился, сжав кулачки. Он начал считать шёпотом, а Акико тем временем провела кончиком пальца по его руке, по тому месту, где билась тоненькая голубая жилка. Никакой операции она делать не собиралась. Вместо этого она наклонилась и осторожно, совсем легко, чмокнула парня в щёку.
— Всё, — сказала она тихо, когда он открыл глаза. — Я перелила тебе свою кровь. Так что ты теперь здоров, глупышка.
Каджи потрогал щёку там, где ещё сохранилось тепло её губ, и улыбнулся.
— А у тебя не убудет? — спросил он серьёзно, глядя на неё с беспокойством.
Йосано гордо встряхнула головой.
— Не бойся. У меня её много. Я же врач.
Солнце уже клонилось к закату, и длинные тени от старых яблонь легли на траву, где они сидели. Каджи всё ещё держался за щёку, как за сокровище, а Йосано с важным видом поправляла на плечах простыню, которая уже успела сползти.
❤5😈2😭1💘1
Хедканон на мини Мори и Спичку
Маленький Мори очень любил читать книжки и очень интересовался химией и биологией. Спичка таскала ему книжки из библиотеки и просила почитать ей, она очень любила слушать тихий, успокаивающей голос Огая. Мори нравилось делиться своими новыми знаниями со спичкой, после этого она бегала по двору и рассказывала всем сверстникам как на самом деле появляются дети.
💘5❤2😈2
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
достацуу
сегодня наверное напишу что нибудь✍️✍️
сегодня наверное напишу что нибудь✍️✍️
💘2❤1😈1
𝒮𝓅𝒾𝒸𝒽𝓀𝒶 × ℳℴ𝓇𝒾
Бинты ложились ровно, слой за слоем, закрывая свежую ссадину на коленке. Мори работал молча, его длинные пальцы были удивительно нежными. В кабинете пахло йодом и сухими травами, которые он всегда добавлял в мазь.
— Я упала с велосипеда, — бодро соврала Спичка, сидя на кушетке и болтая здоровой ногой. — Представляешь? Так неловко вышло.
Мори поднял на неё взгляд. В его глазах мелькнула улыбка, которую он тут же спрятал за маской профессиональной озабоченности.
— Велосипеда, которого у тебя нет? — уточнил он спокойно, закрепляя бинт.
Девушка виновато закусила губу.
— Мори, ты портишь всю романтику, как обычно! — Надулась она.
Он вздохнул, но вместо раздражения была только нежность, которую он редко себе позволял. Врач подошёл ближе и, чуть наклонившись, коснулся губами её лба.
— В следующий раз, — прошептал он, — просто скажи, что хочешь меня видеть. Я всегда найду время, не нужно себя калечить.
Спичка подняла на него сияющие глаза, и Мори понял, что это заявление будет стоить ему как минимум ещё одного вызова в нерабочее время. Но, глядя, как она довольно улыбается, поглаживая свежий бинт, не мог не улыбнуться сам.
— Идём, — сказал Мори, снимая белый халат и аккуратно вешая его на спинку кресла. — У меня перерыв.
— Правда? — Спичка тут же спрыгнула со стола, даже не поморщившись от боли в забинтованной коленке. — А как же пациенты?
— Очередь пустая. Так что ты у меня единственная пациентка, которая требует особого внимания. — ответил он, беря её за руку.
Они вышли через чёрный ход, минуя приёмную. Огай вёл её по узкой улочке к небольшому парку, который почти всегда был безлюден.
Спичка шагала рядом, счастливо сжимая его ладонь, Мори не смотрел на неё, он смотрел вперёдь, но на губах играла та самая редкая, почти неуловимая улыбка.
Бинты ложились ровно, слой за слоем, закрывая свежую ссадину на коленке. Мори работал молча, его длинные пальцы были удивительно нежными. В кабинете пахло йодом и сухими травами, которые он всегда добавлял в мазь.
— Я упала с велосипеда, — бодро соврала Спичка, сидя на кушетке и болтая здоровой ногой. — Представляешь? Так неловко вышло.
Мори поднял на неё взгляд. В его глазах мелькнула улыбка, которую он тут же спрятал за маской профессиональной озабоченности.
— Велосипеда, которого у тебя нет? — уточнил он спокойно, закрепляя бинт.
Девушка виновато закусила губу.
— Мори, ты портишь всю романтику, как обычно! — Надулась она.
Он вздохнул, но вместо раздражения была только нежность, которую он редко себе позволял. Врач подошёл ближе и, чуть наклонившись, коснулся губами её лба.
— В следующий раз, — прошептал он, — просто скажи, что хочешь меня видеть. Я всегда найду время, не нужно себя калечить.
Спичка подняла на него сияющие глаза, и Мори понял, что это заявление будет стоить ему как минимум ещё одного вызова в нерабочее время. Но, глядя, как она довольно улыбается, поглаживая свежий бинт, не мог не улыбнуться сам.
— Идём, — сказал Мори, снимая белый халат и аккуратно вешая его на спинку кресла. — У меня перерыв.
— Правда? — Спичка тут же спрыгнула со стола, даже не поморщившись от боли в забинтованной коленке. — А как же пациенты?
— Очередь пустая. Так что ты у меня единственная пациентка, которая требует особого внимания. — ответил он, беря её за руку.
Они вышли через чёрный ход, минуя приёмную. Огай вёл её по узкой улочке к небольшому парку, который почти всегда был безлюден.
Спичка шагала рядом, счастливо сжимая его ладонь, Мори не смотрел на неё, он смотрел вперёдь, но на губах играла та самая редкая, почти неуловимая улыбка.
спичка чуть чуть мазохистка 🤏
❤2😈2💘2
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
пусть тут будет, для души
пишу сигмацу кстати✍️✍️✍️
пишу сигмацу кстати✍️✍️✍️
❤1🍾1😈1💘1🦄1