Кит передаёт вам, что больше не желает общаться с кем-то, кроме меня.
👎2🐳1😡1
Если бы Силя и дазай жили вместе, Силентиум бы таскала домой всяких животных. Однажды она приволокла крыску, но говнюк дазай отказался держать ее дома, поэтому спал на улице. Крысу поселили на его рабочем столе.
😈4💅2🐳1💘1
Хед что Анго хочет завести себе собачку или котика, но из-за нехватки времени не может((
😈2🐳1💘1
люди отписываются потому что чувствуют что я соукоку делаю или почему
😈1💘1
Выход из тгк теперь платный.
100 звезд — рассмотрение заявки о выходе
200 звезд — обдумывание решения
250 звезд — для хорошего настроения Сили
1000 звезд — выход
100 звезд — рассмотрение заявки о выходе
200 звезд — обдумывание решения
250 звезд — для хорошего настроения Сили
1000 звезд — выход
🐳4✍3💅3💩1💘1
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
дазая зацензурили наконец то
3❤4😈3🐳1🍾1💘1
Хедканон на Куникиду
Он не может пройти мимо грустного ребенка. Если проходя по городу он заметит девочку которая плачет, ему сразу захочется как то её поддержать и успокоить, он покупает что нибудь вкусное и стеснительно отдает ребенку💗💗
🍾2😈1
Хедканон на Ацуши
Ацуши подкармливает бездомных котиков. Уходя с работы он покупает корм и бродит по переулкам в поисках голодных котов.
🍾2😈1
Хедканон на Спичка/Мори
я уже бред какой то несу, ну ладно
Спичка пыталась отравить Мори, и не раз. Каждый раз после серьезных ссор она подсыпала ему что-нибудь в чай, в надежде что утром он не проснется или хотя бы в туалете часа 3 посидит. Так как Мори всегда приходил извиняться первым, она ему честно в этом признавалась.
"Любимый, я подсыпала тебе чуть чуть мышьяка в чай, прости пожалуйста"
я уже бред какой то несу, ну ладно
😈5❤3💘3
мне снилось как силентиум захватила мой канал, а меня выгнали от сюда. ✍️✍️✍️
💅2💘1
ᴋиᴛ запой.🐳
мне снилось как силентиум захватила мой канал, а меня выгнали от сюда. ✍️✍️✍️
вы бы меня выгнали?
❤2🔥1🐳1
𝒥ℴ𝓈𝒶𝓃ℴ × 𝒦𝒶𝒹𝓏𝒽𝒾
Солнце стояло высоко, и старый сад за особняком поросшей травой казался огромным зелёным миром. Дети играли в больницу.
Йосано, которой было всего десять, чувствовала себя невероятно взрослой в белой простыне, накинутой на плечи, как халат. В её руках была не игрушка, а самая настоящая палка, которую она именовала "скальпелем". Акико нахмурила брови, пытаясь придать лицу то суровое выражение, которое, как ей казалось, должно быть у настоящего врача.
— Больной, — сказала она строго, глядя на Каджи, который сидел перед ней с самым несчастным видом, на какой только был способен.
— Вам нужно срочное переливание крови. У вас анемия и ещё… ну, много всего.
Каджи шмыгнул носом. Ему не очень нравилась игра, но нравилось, как Йосано к нему прикасалась. Она брала его за руку и прикладывала ухо к груди, слушая, как бьётся сердце.
— Да, — подтвердила девочка. — Очень плохо. Сердце бьётся как у напуганного зверька. Если мы не проведём операцию, ты умрешь.
На лице Каджи мелькнула тень испуга, но он доверчиво смотрел на неё своими большими глазами.
— А что… что мы будем делать?
Йосано замялась. Она знала, что настоящие врачи делают разрезы, но у неё не было ни скальпеля, ни йода, ни даже пластыря. Только палка. Она взяла сухой лист подорожника с земли, аккуратно положила его на запястье Каджи и погладила по голове.
— Сначала наркоз, — важно сказала она. — Зажмурься и считай до десяти, а то будет больно.
Каджи послушно зажмурился, сжав кулачки. Он начал считать шёпотом, а Акико тем временем провела кончиком пальца по его руке, по тому месту, где билась тоненькая голубая жилка. Никакой операции она делать не собиралась. Вместо этого она наклонилась и осторожно, совсем легко, чмокнула парня в щёку.
— Всё, — сказала она тихо, когда он открыл глаза. — Я перелила тебе свою кровь. Так что ты теперь здоров, глупышка.
Каджи потрогал щёку там, где ещё сохранилось тепло её губ, и улыбнулся.
— А у тебя не убудет? — спросил он серьёзно, глядя на неё с беспокойством.
Йосано гордо встряхнула головой.
— Не бойся. У меня её много. Я же врач.
Солнце уже клонилось к закату, и длинные тени от старых яблонь легли на траву, где они сидели. Каджи всё ещё держался за щёку, как за сокровище, а Йосано с важным видом поправляла на плечах простыню, которая уже успела сползти.
Солнце стояло высоко, и старый сад за особняком поросшей травой казался огромным зелёным миром. Дети играли в больницу.
Йосано, которой было всего десять, чувствовала себя невероятно взрослой в белой простыне, накинутой на плечи, как халат. В её руках была не игрушка, а самая настоящая палка, которую она именовала "скальпелем". Акико нахмурила брови, пытаясь придать лицу то суровое выражение, которое, как ей казалось, должно быть у настоящего врача.
— Больной, — сказала она строго, глядя на Каджи, который сидел перед ней с самым несчастным видом, на какой только был способен.
— Вам нужно срочное переливание крови. У вас анемия и ещё… ну, много всего.
Каджи шмыгнул носом. Ему не очень нравилась игра, но нравилось, как Йосано к нему прикасалась. Она брала его за руку и прикладывала ухо к груди, слушая, как бьётся сердце.
— Да, — подтвердила девочка. — Очень плохо. Сердце бьётся как у напуганного зверька. Если мы не проведём операцию, ты умрешь.
На лице Каджи мелькнула тень испуга, но он доверчиво смотрел на неё своими большими глазами.
— А что… что мы будем делать?
Йосано замялась. Она знала, что настоящие врачи делают разрезы, но у неё не было ни скальпеля, ни йода, ни даже пластыря. Только палка. Она взяла сухой лист подорожника с земли, аккуратно положила его на запястье Каджи и погладила по голове.
— Сначала наркоз, — важно сказала она. — Зажмурься и считай до десяти, а то будет больно.
Каджи послушно зажмурился, сжав кулачки. Он начал считать шёпотом, а Акико тем временем провела кончиком пальца по его руке, по тому месту, где билась тоненькая голубая жилка. Никакой операции она делать не собиралась. Вместо этого она наклонилась и осторожно, совсем легко, чмокнула парня в щёку.
— Всё, — сказала она тихо, когда он открыл глаза. — Я перелила тебе свою кровь. Так что ты теперь здоров, глупышка.
Каджи потрогал щёку там, где ещё сохранилось тепло её губ, и улыбнулся.
— А у тебя не убудет? — спросил он серьёзно, глядя на неё с беспокойством.
Йосано гордо встряхнула головой.
— Не бойся. У меня её много. Я же врач.
Солнце уже клонилось к закату, и длинные тени от старых яблонь легли на траву, где они сидели. Каджи всё ещё держался за щёку, как за сокровище, а Йосано с важным видом поправляла на плечах простыню, которая уже успела сползти.
❤5😈2😭1💘1