мне казалось, что мы с ним — двое детей, и никто не мешает гулять нам по этому раю печали.

прощай,
позабудь
и не обессудь.
а письма сожги,
как мост.

да будет мужественным
твой путь,
да будет он прям
и прост.

да будет во мгле
для тебя гореть
звездная мишура,
да будет надежда
ладони греть
у твоего костра.

да будут метели,
снега, дожди
и бешеный рев огня,
да будет удач у тебя впереди
больше, чем у меня.
да будет могуч и прекрасен
бой,
гремящий в твоей груди.

я счастлив за тех,
которым с тобой,
может быть,
по пути.

мне так хочется, чтоб стала ты моей.

если я и разбил твое
сердце прошлым вечером,
то это только потому,
что я люблю тебя
больше всего.

любовь, сбивающая с ног.

иногда один новый вкус, одна песня или же прочитанная книга, один незнакомец или пёс способен подарить чувство абсолютной гармонии вокруг. вот тогда понимаешь, как мало нужно для счастья, — не всегда долгожданное и материальное. чаще всего — самое простое.

в камере смертников
заключенным снился один и тот же сон.

тоска и холод.

на мне словно написано: «убит своим прошлым».

лучшие мои чувства, боясь насмешки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли.

где-то в груди маленьким злым зверьком зашевелилась боль, подкатила к горлу, сжалась комком и притаилась, чтобы того и гляди раствориться в слезах.

сколько сердце пуль укроет?
сколько вытерпит оно?
лишь в ночи тоскливо воет
от того,
что влюблено.

может быть, луна прекрасна, только потому что она так далеко

я люблю все, что касается тебя

в сером пепле любовь дымилась,
кто из нас об этом мечтал?

я всегда за него молилась,
он же всю жизнь обо мне забывал.

погибнет все.
сойдет на нет.
и тот,
кто жизнью движет,
последний луч
над тьмой планет
из солнц последних выжжет.

обнимаю тебя до хруста костей.

renata litvinova