— и если пройдут сутки, двое и я не услышу от вас «люблю...», здесь начинается тревога...
он указал на сердце.

— люблю, люблю, люблю, — вот вам на трое суток запаса !

мы друг для друга давно стали как зеркала

видеть тебя и все чаще себя узнавать.

когда я с тобой,

ты — мой единственный дом.

я не знаю, куда ведёт мой путь,

но мне легче идти, когда моя рука сжимает твою.

«я, честно говоря, не люблю, когда ко мне прикасаются. то есть, или мы любовники, или вы кот, или не трогайте меня, пожалуйста».

кто будет петь, если все будут спать ?

смерть стоит того, чтобы жить.
любовь стоит того, чтобы ждать.

омерзительное утро.

стоит вам по небрежности оставить незастегнутыми полы вашей нежности, и вот вы уже попались.

на этом пути никто не идет за мной, и я не пересекаю ничей путь. я один, но я наполняю это одиночество своей жизнью. я в полной мере человек; я шум, беседа, утешение и помощь для себя. итак, я странствую на дальний восток. не то, чтобы я знал что-либо о том, какой может быть моя далекая цель. я спешу на восток к своему восходу — я стану своим восходом.

я обнял любовь однажды
за плечи случайных встреч.
и стал бесконечно отважным,
чтоб ее сберечь.
через мгновения лет
мы стали целого частью.

и бед нет.
есть счастье.

мы перепробовали всё, чтоб ничего не выбрать.

неразрешимый вопрос, сломлен ли я ? гибну ли я ? все признаки говорят за это (холод, отупение, состояние нервов, рассеянность, неспособность к работе, головные боли, бессонница); почти единственное, что говорит против этого, — надежда.