ты думаешь, что воспоминание, разбитое на тысячу кусков, перестает быть воспоминанием?
а может, тогда вместо одного появляется тысяча воспоминаний.
и каждое из них начинает болеть по отдельности.
а может, тогда вместо одного появляется тысяча воспоминаний.
и каждое из них начинает болеть по отдельности.
дорогое тело,
прости меня за мою ненависть. прости меня за ту боль, что я тебе причинила, за всю еду, которую я в тебя втолкала. прости, что сидела на кафельному полу дамских комнат, заставляя тебя страдать.
ты ни в чем не виновато. спасибо, что заставляешь мое сердце биться, а легкие — дышать. спасибо, что носишь каждый день мой уставший скелет. я люблю тебя. я больше тебя не предам. обещаю.
прости меня за мою ненависть. прости меня за ту боль, что я тебе причинила, за всю еду, которую я в тебя втолкала. прости, что сидела на кафельному полу дамских комнат, заставляя тебя страдать.
ты ни в чем не виновато. спасибо, что заставляешь мое сердце биться, а легкие — дышать. спасибо, что носишь каждый день мой уставший скелет. я люблю тебя. я больше тебя не предам. обещаю.
героини испанских преданий
умирали, любя,
без укоров, без слёз, без рыданий.
мы же детски боимся страданий
и умеем лишь плакать, любя.
умирали, любя,
без укоров, без слёз, без рыданий.
мы же детски боимся страданий
и умеем лишь плакать, любя.
и да, я сожгу все твои письма, удалю номера, выброшу вещи
а с воспоминаниями
как
быть?
а с воспоминаниями
как
быть?
я, видишь ли,
отношусь к той несчастной породе людей, которые к любви относятся серьезно.
отношусь к той несчастной породе людей, которые к любви относятся серьезно.