однажды ночью, лежа без сна, я вдруг заговорил стихами, стихами слишком странными и прекрасными, чтобы мне пришло в голову их записать, а утром я их уже не помнил, но они затаились во мне, как тяжелый орех в старой, надтреснутой скорлупе.
это снаружи я произвожу впечатление человека, довольного своей жизнью.
но внутри, под внешним лоском, правит отчаяние.
но внутри, под внешним лоском, правит отчаяние.
«я немножко заблудился, но это ничего, потому что, надеюсь, Вы шли со мной и мы заблудились вместе».
раны — это пустяк, зарастут как-нибудь
шрамов выцветет сетка коричневая
я надену пиджак на впалую грудь
ты достанешь те серьги, что дарил тебе я
собирайся на реку, где горбится пляж
счастья слёз не жалей: им рубль цена
я так хочу сигарету, нет, это не блажь
я живого живей,
и я целую тебя.
шрамов выцветет сетка коричневая
я надену пиджак на впалую грудь
ты достанешь те серьги, что дарил тебе я
собирайся на реку, где горбится пляж
счастья слёз не жалей: им рубль цена
я так хочу сигарету, нет, это не блажь
я живого живей,
и я целую тебя.