он помог надеть пальто и застегнул его на все пуговицы.
– чтобы в твоё сердце не надуло другой случайной любви.
– чтобы в твоё сердце не надуло другой случайной любви.
за окнoм осень,
но я мерзну и мне не coгpeться.
и дeлo не в гpaдycax вoвcе,
а в дыpax
стен
моего
сердца.
но я мерзну и мне не coгpeться.
и дeлo не в гpaдycax вoвcе,
а в дыpax
стен
моего
сердца.
я состою из музыки, злой усталости, бульварных романчиков, смеси тоски и нежности.
что-то во мне — растаяло ли, осталось ли — но никогда не будет уже по-прежнему.
нам бы учиться мудрости, состраданию и отпускать все то, что так сильно мучит нас. я состою из вечного ожидания дня, когда всё действительно будет к лучшему.
сколько всего могло бы ещё случаться, если бы время так не неслось стремительно. вообрази, что мы... мы могли быть счастливы. потом просыпайся и принимай действительность.
⠀
что-то во мне — растаяло ли, осталось ли — но никогда не будет уже по-прежнему.
нам бы учиться мудрости, состраданию и отпускать все то, что так сильно мучит нас. я состою из вечного ожидания дня, когда всё действительно будет к лучшему.
сколько всего могло бы ещё случаться, если бы время так не неслось стремительно. вообрази, что мы... мы могли быть счастливы. потом просыпайся и принимай действительность.
⠀
мне кажется, что с неба перевёрнутого дна
ты смотришь на меня, всех звёзд холодным взглядом.
ты смотришь на меня, всех звёзд холодным взглядом.
мне нравится осень, когда непременно идет дождь, стоят мокрые голые статуи, и к ним непременно прилипают черные листья
и по невымощенной земле, обычной, натуральной, лежат уже темно-желтые листья и прикрывают грязь.
и по невымощенной земле, обычной, натуральной, лежат уже темно-желтые листья и прикрывают грязь.