я — это внутри, а все остальное — это постороннее, это — не я.

я утопленник своего же моря,
и в конце тоннеля не виден свет.

человек не может терпеть столько горя,
я бы вышел в окно, да окон нет.
я бы спрыгнул с моста, но, увы, прикован.
я бы с радостью сгинул,
ушел от себя.

я в закрытой комнате обездвижен, скован.
я в ужасном месте.

это место — я.

я вас еще заставлю влюбиться в меня, но это не к спеху.

смерть моя тоже была бы лишней. лишним был бы мой труп, моя кровь на камнях, среди этих растений, в глубине этого улыбчивого парка. и моя изъеденная плоть была бы лишней в земле, которая её приняла бы, и наконец мои кости, обглоданные, чистые и сверкающие, точно зубы, всё равно были бы лишними: я был лишним во веки веков.

тебе на секунду стоило появиться в моей жизни,

дабы я потерял интерес к остальным.

ты будешь искать меня в других людях,

но так и не найдешь.

всё, что было для неё важно и свято, не могло меня волновать, мы пришли из разных миров, в наших языках не было ни одного общего слова.

неужели я погасил солнце ?

«небольшая помощь от мертвых», итальянское кладбище, колма

то, что вас не убивает, дает вам множество нездоровых механизмов преодоления и действительно мрачное чувство юмора.

яма, как принцип движения к солнцу.

извини за сравнение,
но твоя любовь, как тошнота, подступает к самому горлу:

вырвать страшно,
оставить в себе мучительно.

больше нет предела в наготе.