и снова я начал признавать свою
ранимость и чувствительность.
характер — это судьба, и, черт
возьми, мне лучше поработать над
своим характером. я погрузился
в оцепенение: гораздо безопаснее
не чувствовать, не позволять
миру касаться тебя.

мы так сильно устали,

но
мы
выбираем
любовь.

во снах между нами нет боли и обиды.

в смерти я расцвел.

не хочу тебя пугать, но мне кажется, что я влюблен в тебя.

после того, с каким трудом я пришел к своему мировосприятию, я не стану меняться только потому, что тебе так хочется.

все мужчины — лжецы, болтуны, лицемеры, гордецы и трусы, похотливые, достойные презрения.

все женщины — хитрые, хвастливые, неискренние, любопытные и развратные.

но самое святое и возвышенное в мире — это союз этих несовершенных, отвратительных существ.

ничтожество с чертами божества.

прости меня, любовь моя,
нам не светит рейкьявик своим огнем.

ты лучшее, что было со мной этой зимой.

бывают мгновенья
когда грудь охватывает такое ликование
и вдруг становится так удобно
жить в своем теле

луна — моё солнце,
ночь — мой день.
кровь — моя жизнь,
а ты — моя добыча.

от нерешительности теряешь больше, чем от неверного решения.

почему я не там, где ты ?

лекарство твоё в тебе самом,
но ты этого не чувствуешь.

а болезнь твоя из-за тебя же самого,
но ты этого не видишь.

думаешь, что ты — это маленькое тело,
а ведь в тебе таится целый огромный мир.