пока ты не поцелуешь — весна не наступит.

в час грусти и печали

голос
мой
услышь.

нас связала ненависть,
но друг на друга не наводим оружие,
ведь ненавидим мы одно и то же.

есть у каждого загадка,

уводящая во тьму.

я на свой лад сентиментален и, скорее, сделаю крюк в десять кварталов, только бы не пройти под балконами дома, где я был счастлив.

лежу в постели — сейчас. чувствую под боком льняную простыню, нагретую до температуры тела, слегка помятую. я один, рядом нет никого. в груди уже не болит. я не чувствую ничего. вообще ничего, мне хорошо.

я могу принести к престолу господня лишь одно — свое разбитое сердце.

«к счастью, в молодости, когда он еще не стал самим собой, его удерживали от самоубийства еще две вещи помимо нерешительности: книги и иронический склад ума».

дорогой мой друг,
мне больно,
трепетно
и
страшно.
пожалуйста, береги себя.

обнимаю.

я слишком люблю звёзды, чтобы бояться ночи.

жуткая метафизическая свобода и физические преграды на каждом шагу.

как безумная, поверила она на минуту, что можно спаять прошлое и настоящее.

ещё вчера все было хорошо,

а сегодня я чувствую, что гибну.

я тебя,
по правде лишь говоря, —
никогда не любил и вовсе.

весь акт любви —
вежливо коснуться плеча.

ваши трусливые глаза неприятны богам.

радость моя
ты мрачнее мрачного морока
темнее темного месяца
радость моя
ты чернее черного ворона
страшнее тяжелой депрессии