я писал бы
тебе
о марсе,
об атлантиде.
и как ноги обвил противный зеленый ил.
и о том, как тебя,
конечно же, ненавидел,
если бы не любил.
тебе
о марсе,
об атлантиде.
и как ноги обвил противный зеленый ил.
и о том, как тебя,
конечно же, ненавидел,
если бы не любил.
осторожно, веки закрываются, нарастает обида,
во избежание непроизвольного падения, держитесь только за себя.
во избежание непроизвольного падения, держитесь только за себя.
не обманывают только сны.
сон всегда освобожденье: мы
тайно, безнадежно влюблены
в рай за стенами своей тюрьмы.
мильонеру — снится нищета.
оборванцу — золото рекой.
мне — моя последняя мечта,
неосуществимая — покой.
сон всегда освобожденье: мы
тайно, безнадежно влюблены
в рай за стенами своей тюрьмы.
мильонеру — снится нищета.
оборванцу — золото рекой.
мне — моя последняя мечта,
неосуществимая — покой.
дорогая, перестань пытаться восстановить взаимоотношения, которые ты даже не разрывала
ностальгия ведь отнюдь не эстетическое чувство, она даже не связана со счастливыми воспоминаниями, мы испытываем ностальгию по какому-то месту просто потому, что там жили, хорошо ли, плохо ли – не важно, прошлое всегда прекрасно, будущее, кстати, тоже; причиняет боль только настоящее, и мы носим его в себе, словно некий гнойник страданий, ни на минуту не покидающий нас в промежутке между двумя бескрайними полосами чистого счастья.