и в каждом новом собеседнике,
каждом проходящем мимо юноше,
в каждом взгляде, вздохе и поцелуе

я все искала твою тень.

мне виделись в толпе твои волосы, твои любимые фразы в чужих диалогах, твоя любимая книга на пыльных шатких полках

ты остался раскалённой печатью, остался сгустком крови на моей трахее, моей самой ничтожной и самой великой тайной.

когда-нибудь я берусь сил тебя п о х о р о н и т ь. пока ты не сгниешь прямо в моей груди.

неудавшийся писатель становится критиком.

неудавшийся критик становится учителем литературы.

и решает девочка уехать,но не решается. и думает, что лучше будет ей в незнакомом городе с незнакомцами, где людям безразлично будет на глупое лицо ее и потупленный взгляд.

смеются многие, кто ее окружает сейчас, смеются над своими мелкими проблемами с парковкой и большими с алкогольной зависимостью.

девочке мерзко.
хочется наорать, порвать, но все, что она может — скушать желтых и лечь спать.

там ей снятся сны про звёзды или парад планет, сны про летнее утро и холодный питер. девочка просыпаться не хочет, но глаза открываются, а двери закрываются; следующая станция…

не приходи. тебя не знаю.
и чем могла б тебе помочь?
от счастья я не исцеляю.

в том, что ты не касалась меня —
вся нежность мира.

милая,
возлюби себя, как меня никогда не любила.

«я хочу попасть в ад, а не в рай. там я смогу наслаждаться обществом пап, королей и герцогов, тогда как рай населен одними нищими, монахами и апостолами».

xavier dolan

поменялись планы. кончился вдруг воздух. мне тебя не надо. значит, слишком поздно?
нет, так не бывает.
просто мы не обувь.

горькие таблетки. грязные ботинки.
я целую тебя крепко, чтоб разгладить
на
лице
морщинки.

видишь, как бывает — очень просто, очень сложно. люди привыкают к бочке мёда к ложке дёгтя.

то есть это не любовь?
то есть это не любовь.
то есть это не любовь!

до свидания, москва.
неприветливый город.
я любил этот голод, что был по тебе
и словам, что нельзя говорить
просто так
и в глаза, москва.

обязательно повод ты найди,
и не в шутку я сяду в любую попутку,
чтобы просто приехать
и встретить тебя.

я ненавижу слово «когда-нибудь».
невероятно грустное слово. это похоже на надежду, которой никогда не должно было существовать.

когда-нибудь мы встретимся снова, и все будет по-другому.

смерть. всегда так близко и так далеко.

сегодня, завтра, вчера я всегда умираю и всегда рождаюсь заново.

как бы там ни было, смерть необходима нам, для того, чтобы мы продолжали оставаться людьми.

я просыпаюсь в слезах:
ты потерялся во сне.

тебя пожирает толпа,
без последнего робкого слова,
ни следа, ни прощенья
ты. растворялся. в толпе.

правда, я все наврала.
ты потерялся вживую,
а я засыпаю в слезах.

просто она из тех, кто не дает здравому смыслу сковывать себе руки.