Немного о войне в Заполярье.
Три года ведения войны оставили немало следов от этих событий.
И на территории Мурманской области есть два уникальных музея под открытым небом. Этот пост про «Bienenkorb», в переводе с немецкого — улей. Эта высота во время войны являлась немецким опорным пунктом и обозначалась S4c.
Силами военно-исторического клуба «Заполярный рубеж» сейчас здесь интерактивная зона, демонстрирующая фортификацию противника в условиях ведения позиционной войны на Крайнем Севере.
Однозначно это место обязательно к посещению.

И рядом есть еще одна интерактивная площадка, показывающая пример фортификации нашей армии - высота Бабуринская. Спасибо за нее всё тем же энтузиастам из ВИК "Заполярный рубеж".
Бабуринская уже мне ближе: про своих говорить всегда теплее.
При сравнении этих высот наглядно видно отличие в обороне советских и немецких войск.
Ещё многие не понимают, что такое позиционная война, особенно, что касается детской аудитории. У многих при слове война в голове картинка: армия идет на армию. А здесь же можно сформировать визуальное понимание о тяжелых окопных буднях войны в Заполярье.
Места уникальные, возведены для нас с вами! Поэтому при посещении важно не портить, не мусорить, не забираться на блиндажи и так далее. Это музеи под открытым небом, и вести себя надо как в музее.

Помнится, шесть лет назад и сам принял небольшое участие в раскопке и восстановлении сооружений на Бабуринской. Нашли тогда ещё и некоторые предметы на месте заваленного блиндажа.

На просторах ВК, шерстя появление новых постов про Карельский фронт, случайно нашёл запись в паблике газеты "Вестник Балтийска" с рассказом одной из школьниц о своём прадеде, участнике войны. И меня очень заинтересовала биография ветерана.

Александр Прокопьевич Марденский окончил курсы мотористов в Архангельске, и, как я понял, с октября 1939 года (ему было 18 или 19 лет - какое-то расхождение по датам рождения в документах и в статье газеты) служил на торпедных катерах Черноморского флота. Но с начавшейся советско-финляндской войной он попал в разведроту.

Затем, судя по всему, вернулся обратно на Черноморский флот, и, видимо, осенью 1941 года его отобрали в разведроту формируемой 85-й морской стрелковой бригады. Насколько мне известно из открытых материалов, её как раз формировали из моряков ЧФ и военно-морских учебных заведений. Сама бригада с января 1942 года воевала на Карельском фронте, сначала под Масельгской, затем в северной Карелии, в 26-й армии на кестеньгском направлении, где пробыла вплоть до февраля 1944 года.

За это время старшина 2-й статьи, потом старшина 1-й статьи, разведчик отдельной разведроты бригады, потом помощник командира взвода разведчиков Александр Марденский был награждён в сентябре 1942 года медалью "За отвагу" (за успешную засаду на финнов в июле того же года), в феврале 1943 года второй медалью "За отвагу" (за вынос документов и снаряжения с убитого солдата противника) и в январе 1944 года орденом Славы 3 степени (за ряд эпизодов, при этом представлялся к ордену Отечественной войны 2 степени).

А далее судьба занесла Александра Прокопьевича обратно на флот, только уже Северный. Видимо, при переформировании 85-й морсбр в 83-ю стрелковую дивизию Северный флот ходатайствовал об отправке морских специалистов, в которых действительно нуждался, к себе. Так, собственно, старшина 1-й статьи Александр Марденский стал старшиной группы мотористов на торпедном катере ТК-244 3-го дивизиона 1-й бригады торпедных катеров Северного флота. Участвовал в Петсамо-Киркенесской операции, и в феврале 1945 года был награждён орденом Отечественной войны 2-й степени (представлялся к 1-й степени). Среди прочего, ТКА-244 вместе с ТКА-237 отметился атакой конвоя 21 октября 1944 года, в результате которой был точно потоплен тральщик М 31.

Ну и что интересно, беглый поиск по экипажу ТКА-244 показал, что многие из него попали на Северный флот не сразу. Кто-то служил на Балтике, а кто-то, как и Марденский, на Черноморском флоте. Но вот случай с переброской из сухопутной разведки на флот мне показался примечательным. Такая история.