Из рабочего. Продолжаем работу с экспозицией музея:
1) Карельский фонд по увековечиванию памяти "Эстафета Поколений" передал нам несколько образцов гранат, мин и взрывчатки (только корпуса, естественно), которые ранее представлены не были. В частности, это финские поделки из керамики (металла им не хватало). Вошли в экспозицию.
2) Собрал манекен гвардейца 10-й гвардейской стрелковой дивизии - тема появления гвардии на Карельском фронте будет усилена.
3) Готовится к сбору манекен бойца Полярной дивизии - уникальность этого соединения ранее была представлена не так ярко. Боец будет дополнен винтовкой Гевер 98 времён Первой мировой (честно, не знаю, и вроде доподлинно неизвестно пока, какие именно винтовки были у "полярников" помимо Мосина, но Г98 по Заполярью на фото и по спискам у народного ополчения были - подозреваю, часть винтовок всё же попала в Полярную дивизию), а также шашкой обр. 1927 года (доподлинно известно, что дивизия получила 60 шашек при формировании в сентябре 1941 года, правда, в бою они не использовались).

Работа постоянно идёт параллельно сотням экскурсий и мероприятий круглый год, так что в данном случае музей это не про сидение в кабинете.

#дайджест
В Моркниге издана очередная работа Ю. Г. Сопина "Северный флот: хронология борьбы на внутренних морских коммуникациях в годы Великой Отечественной войны (1941-1945 гг.)".

В свете недавно вышедшей моей статьи про немецкие планы очень интересно посмотреть главу книги, обозначенную как "Германские вооруженные силы в Заполярье к началу Великой Отечественной войны: изучение театра, состав и планы". Чисто из практического интереса книга уже заказана, так что ждём данный, так сказать, труд...

Из журнала боевых действий Карельского фронта за июль 1942 г.:

"2.7.42 из Ген.Штаба был получен план разверстки боеприпасов фронту на ИЮЛЬ 1942 г. Согласно данного плана отпускалось: снарядов разных калибров 42,9 тыс., мин 72 тыс., патрон 17 мил. 745 тыс.
Если проанализировать отпуск снарядов и мин, то мы получим, примерно, такие данные:
На одно артиллерийское орудие приходилось 34,5 снаряда в месяц, что составляло не многим больше одного снаряда на одно орудие в сутки. По минам приходилось 23 мины в месяц. Следовательно, менее одной мины в сутки на один миномет.
Эти данные я привожу для того чтобы читатель журнала понял с какими ресурсами фронт отстаивал северные рубежи".

К вопросу о Сорокско-Обозерской железнодорожной ветке в 1942 году, которая с 1941 года вынужденно введена в эксплуатацию, и по которой покатался ещё в декабре 41-го британский министр иностранных дел Энтони Иден:

"Задолго до наступления заморозков Военный Совет фронта, Зам. командующего по тылу и его штаб уделяли большое внимание подготовке войск к зиме в материальном отношении. По состоянию на 1.10.42 эта подготовка сводилась к следующему:
1. По ВОСО [...]
в) Плохо обеспечены материальными ресурсами строительные работы (достройка линии Сорокская, Обозерская; восстановление разрушенных и повреждённых служебного и жилого фондов) [...]"

ЖБД фронта за октябрь 1942 г.

Ураган в Мурманске.
В ночь на 7 марта 1942 года ветер, дувший с северо-запада, усилился до 40 м/с и на Мурманск обрушился ураган, причинивший городу и Северному флоту немало бед:

«Ураганом были причинены следующие повреждения: в Мурманске сорвало с якорей и швартовов и вынесло на мель пловучую базу ВЕТЕР, шаланду ВАЕНГА, две баржи, буксир СТР-15, четыре мотобота, английский транспорт. Пловучая база ВЕТЕР, шаланда ВАЕНГА и две баржи были сняты с отмели без повреждений; буксир и четыре мотобота залило водой, и они затонули; производились работы по съемке английского транспорта. В районе главной базы Полярное сорвало с якорей и вынесло на отмель сторожевой корабль №26, английский тральщик НИДЖЕР и буксир №6. Все корабли были сняты с отмели без повреждений. Подводная лодка М-176 имела вмятину в кормовой надстройке от наваливания на нее тральщика НИДЖЕР, вырваны были кормовые кнехты, имелись заедания в рулевых приводах. У подводной лодки М-173 носовые горизонтальные рули имели заедания, водолазный бот бригады подводных лодок затонул у причала.
В Тюва губе сорвало и нанесло на каменистую мель брандвахтенное судно №1, в результате корабль получил пробоину, было затоплено котельное отделение.
В Мурманске и Полярном были повреждены электропроводы и кабели, вследствие чего часть предприятий, в том числе Судоверфь, не работали. На многих зданиях были разрушены крыши, повреждены оконные переплеты и двери, частично разрушено паровое отопление. Около 80-90% линейной связи вышло из строя. В военно-морском госпитале было прервано водоснабжение и в некоторых окнах вырваны стекла, несмотря на защиту их брусьями». (с)

«Хроника Великой Отечественной войны Советского Союза на Северном морском театре»

Из "Оценки обстановки и общих соображений о летней кампании 1942 г.", подготовленных Генштабом Красной Армии 2 мая 1942 г.:

"На фронте от Мурманск и до перешейка между Онежским и Ладожским озерами существующее в данное время соотношение сил (27 наших сд против 23 пд пр[отивни]ка) исключает на ближайший период широкие операции с далеко идущими целями. Кроме того, для большого наступления у нас здесь нет серьезного объекта, и наше наступление здесь не скоро скажется на общей стратегической обстановке.

Для противника на этом фронте объектом наступления мог бы быть Мурманск, но при этом противник будет иметь весьма растянутые, удаленные и плохие пути для сосредоточения и питания крупных сил на мурманском направлении. Следует также иметь в виду, что сейчас (летом) мы, используя Архангельский порт, меньше зависим от Мурманска.

Вот почему этот участок фронта на ближайшее время не может являться актуальным."

В нашей современной историографии указывается, что размещение войск 14-й армии и Северного флота в Заполярье было продиктовано боязнью "сценария Нарвика", иными словами - боязнью морского десанта. Вообще, да, исходя из плана прикрытия госграницы отчасти так и есть. Но вот интересно посмотреть, что думали другие стороны по поводу высадки на Севере? По немцам понятно - они почти сразу от этой идеи отказались. А будущие союзники могли бы?

Один из ответов есть в воспоминаниях французского военно-морского атташе в Финляндии Мариуса Пельтье, где он касается вопроса участия Великобритании и Франции в советско-финляндской войне:

"Франция и Великобритания пытались договориться об условиях отправки экспедиционного корпуса, которую можно было осуществить двумя способами:
- высадка войск в районе Петсамо или на полуострове Рыбачий, о чём я слышал в Ментеноне;
- проход войск через Скандинавские страны, в тот момент нейтральные;
Второй вариант имел как военную, так и политическую стороны, и было очевидно, что его принятие повлечёт за собой серьёзные последствия для Норвегии и Швеции; потому можно понять сдержанность двух этих стран, не желавших превратиться в поле боя в войне, которая их напрямую не касалась.
Мне предстояло изучить морские аспекты первого варианта. Когда я заговорил о нём с капитаном 1-го ранга Хаколой, тот пришёл в ужас и привёл весомые аргументы против этого плана: неблагоприятное географическое положение выбранного участка, 500 с лишним километров севернее Ботнического залива, полярная ночь, трудности высадки во фьорде, не имеющем пляжа, сложности швартовки при глубокой воде, отсутствие современной портовой инфраструктуры и удобных способов коммуникации с внутренними районами страны. Он совершенно не симпатизировал данному проекту.
Наш военный атташе тоже, поскольку самым первым последствием этой операции стало бы наше вступление в конфликт с Советским Союзом; он и я плохо представляли себе повторение Крымской войны в арктических водах".

Пельтье М. Финляндия в противостоянии Советскому Союзу. Воспоминания военно-морского атташе Франции в Хельсинки и Москве. М., 2024. С. 85-86.

Издержки конкретных исторических условий. Фрагмент статьи мурманского историка д.и.н. А. А. Киселёва в газете "Комсомолец Заполярья" в 1984 году.

Черненко действительно приезжал, я где-то даже видел упоминание в красноармейской газете. Но вот фотографий не встречал. Может, они были. Судя по доступным материалам, Черненко вроде особо ни с кем не встречался, даже с секретарём мурманского обкома Старостиным. Но всё равно интересный факт, что в итоге на Карельском фронте были аж два будущих лидера СССР - Андропов и Черненко.

После первого настоящего шока, вызванного природой Севера, немцы закономерно стали оборачивать откровенную лажу с подготовкой в "доблестный подвиг", где немец сражается с климатом... Особо им запомнились комары, которые присутствуют практически во всех немецких воспоминаниях, а также книгах периода войны. Вот, например, красочное описание:

МИЛЛИОНЫ КУСАЮЩИХ КОМАРОВ

С появлением "зелёных вуалей" уже на пароходе пошла живая волна догадок и предположений о цели нашего путешествия. Я до сих пор помню то появившееся великое недоумение, когда нам вручили мелкоячеистые противомоскитные сетки. Хотя мы направлялись на север, самые смелые предсказатели судьбы утверждали, что это самый верный знак того, что каким-то таинственным образом мы направляемся в тропики. Они просто не могли себе представить, что на Крайнем Севере может быть столько комаров, и что единственным способом от них защититься будет противомоскитная сетка.

Лишь несколько недель спустя, бродя по первобытным лесам, болотам и пустошам Лапландии, с миллионами комаров, жужжащих над нашими головами, мы начали понимать и ценить пророческое распределение "зелёных вуалей".

Да, эти крошечные жалящие насекомые стали для нас неприятностью в летние ночи, потому что их было очень много. Однако эта комариная напасть ощущалась по-другому. В целом в Финляндии и Лапландии комаров не больше, чем у нас в Германии. И так же, как и у нас на родине, в богатых водами и в дико-романтичных краях, эти вредители часто встречаются в больших количествах, поэтому они миллионами выползают из районов болот и торфяников первобытного леса Северной Карелии, когда тёплые лучи вечного солнца пробуждают их к жизни.

И теперь, когда наше наступление идет через болотистую "пустыню", наступает славное время для встревоженной, кровожадной многомиллионной армии. Эти северокарельские самки комаров («самцы», как это часто бывает, безвредны) никогда не чувствовали себя настолько комфортно, убивая так много жертв, чтобы утолить свою жажду крови. В своём жужжащем, гудящем скольжении они окружают нас на каждом шагу, непрерывно днём и ночью, словно вечное сияние середины лета.

Мы не всегда можем носить защитную противомоскитную сетку. Когда мы, разведчики, пробираемся сквозь зелёную чащу, обливаясь потом и тяжело дыша, плотная сетка закрывает нам обзор. Мы пытаемся отпугнуть вредителей с помощью шейных платков, берёзовых веток, мазей или масла от комаров. Мы натираем руки и лица вонючим комариным маслом — коричневым веществом, приготовленным из древесной смолы. Но чем больше товарищи используют этот репеллент, тем быстрее комары привыкают к этому запаху и продолжают мучить нас с неослабевающей настойчивостью.

Ночью, когда мы укрываемся в палатке, то усиливающийся, то затихающий концерт сирен этих маленьких существ сопровождает нас во сне. Очень часто эта неутомимая стая не даёт нам обрести покой, они непрестанно терзают нас своими укусами. Вы просыпаетесь в гневе, дико кричите, подхватывая то одного, то другого из тысяч комаров, отчаянно поливаете опухшие части тела средством от комаров и пытаетесь, по большей части тщетно, снова заснуть.

Многие люди прибегают к разведению костра во время еды. Они сидят в едком дыму и едят свой ужин со слезами на глазах. Но хитрые существа упорно преследуют своих жертв и заставляют их чувствовать свой верный инстинкт. Они прекрасно знают о непостоянстве дымового шлейфа, и всё равно достигают своей цели.

После многих напряжённых изнурительных дней мы наконец решились на проверенную панацею: молча сдаться неизбежному, позволить себя укусить до тех пор, пока мы не выработаем иммунитет, пока не перестанем что-либо чувствовать...

Книга "Front am Polarkreis", 1943 г.

В вышеупомянутой книге есть и соответствующий рисунок с комарами - "Солдат с противомоскитной сеткой"

На экскурсиях в музее, конечно, задают вопросы. Но за 5 лет работы музея можно выделить, наверно, три самых популярных:
1) Неужели Мурманск тоже входил в Карельский фронт?
2) На Карельском фронте ещё и немцы воевали?
3) Кем стал Фролов после прихода Мерецкова?

Это просто наблюдение, не юмор, если что. Эти вопросы задают стабильно, причём независимо от места проживания - и москвичи, и петербуржцы, и местные.

А вообще на основе вопросов экскурсантов уже можно составить хороший такой сборник "Карельский фронт в вопросах и ответах", где можно отразить наиболее важные моменты. Так-то идея на поверхности лежит, особенно на фоне мифотворчества со всякими "загадочными кругами" и "римскими дорогами". Но это дело на отдалённую перспективу.