Из давно замеченного - эротическое от 30 июня 1941 года. "Провод для связи с Мурманском был взят ставкой и до настоящего времени не возвращён".

И снова неизвестные герои — агенты...

30 июня 1941 г., 20:00. Кандалакшское направление.
"Результат работы финской разведгруппы: русские полевые дозоры и пулемётные позиции на границе были недавно покинуты противником. Встреча с русскими шпионами с радио, один из них с радиостанцией был застрелен во время бегства. На основании найденных документов было установлено, что он прибыл из финского тыла и связался с русским коллегой. На вызов через эту русскую радиостанцию первоначально ответил этот русский коллега."
(из журнала боевых действий 169-й пехотной дивизии)

В течение всех боевых действий 1941 года в немецких документах время от времени встречаются упоминания о советских шпионах, появляющихся в тылу 36-го армейского корпуса. Но пока что, к сожалению, эта тема совсем не исследована.

Просто хорошее фото узла связи 14-й армии. Первый сидящий слева - член Военного совета армии А. И. Крюков, второй сидящий по центру - Р. И. Панин, командарм-14, сменивший В. А. Фролова (тот ушёл командующим Карельским фронтом). Позади стоят слева направо: начальник штаба армии П. Ф. Скоробогаткин, член Военного совета армии и первый секретарь мурманского обкома ВКП(б) М. И. Старостин, и видимо командующий ВВС 14-й армии И. Л. Туркель.

#исследовательское
Ну что ж, долгострой по событиям 28-30 июня закончен. Теперь пришла пора урезать осётра под требования какого-нибудь журнала, а то, знаете ли, больше 40 тысяч знаков не все принимают.

А ещё под эту статью будут карты-схемы, потому что без них не обойтись.

Для тех, кто только зашёл - речь о статье, посвящённой боям 28-30 июня 1941 года на кандалакшском направлении. Они буквально неизвестны, почти никто их нигде не упоминает, а если и упоминает, то вскользь. Суть в том, что их начало 28 июня оказалось первым боем в Заполярье вообще, тогда как до этого все считали первым боем разгром нашей стрелковой роты на мурманском направлении на высоте 206 29-го июня. В этой статье подняты по максимуму источники - немецкие и советские. Но я уверен, что со временем достану новые.

Карельский фронт - одно из немногих мест, где в 1944 году ещё были устаревшие танки. Свирь, например, форсировали в том числе на плавающих Т-38. Некоторые части имели на вооружении Т-30/Т-60, а кое-где вообще были БТ, Т-26 и Т-28. К концу боевых действий на Севере был настоящий бронетанковый зоопарк.

Иногда карты и схемы не отражают важные моменты или дают их неверно.

Дело в том, что на 1941 год ни одной сколько-нибудь построенной дороги в районе Титовки на мурманском направлении не было. Её только строили - от Мурманска. Успели дотянуть до района Западной Лицы. В итоге в приграничном районе части 14-й сд и 23-го УР снабжались исключительно по морю. Кроме того, допускался и отход частей 14-й дивизии -- но не в сторону Мурманска, а в сторону губы Кутовая, т.е. к Муста-Тунтури и п-ва Средний. Этот вариант обеспечивал сохранность техники и тяжёлой артиллерии. Но с началом боёв отступление пошло в сторону Западной Лицы, и всю технику пришлось побросать на радость немецким фотографам.

Но ещё дороги от Мурманска до границы рисовали и немцы, считая, что такой транспортный путь уже вовсю действует. Её полное отсутствие стало для них крайне неприятным сюрпризом, ну а потом со стабилизацией фронта начали активно строить дороги с применением труда военнопленных. Ещё была интереснейшая подвесная канатная дорога.

Сейчас читаю вот это вот "творение" немецких пропагандистов 1943 года. Скажу честно -- такую графоманию надо ещё попытаться выдумать. Патетические описания борьбы с кровавыми большевиками, у которых сотни тысяч зеков (!) в Куолаярви (!!) погибли... В общем, не советую и решительно осуждаю такие рассказы.

Но есть кое-что занятное. Одна из ключевых тем книженции - это то, как немцы и финны борются с природой и с искусно использующим её противником (с нашими войсками). Закономерно дошло вплоть до высказываний "пейзаж Конца света", и это правда - кандалакшское направление выглядело страшновато в этом плане в 1941 году. Ну и плюсом между строк, а иногда и прямо, рассказывается о том, как фактически отсутствовало взаимодействие на низших звеньях между финнами и немцами. Его пришлось налаживать только с началом боёв. Лишний штрих к "невероятному" уровню немецкой подготовке к войне на Севере.

За книжку и скан спасибо Виктору Сурмину - https://karelmedia.ru/

Из интересного. 20 октября 1939 года и 13 ноября 1940 года на Северном флоте погибли две подводные лодки -- Щ-424 и Д-1.

В 1940 году их попытались обследовать, этим должна была заниматься Северная экспедиция ЭПРОНа, работавшая как по гражданским, так и по военным темам. Но к марту 1941 года удалось провести некоторые работы только по Д-1, а по Щ-424 обследование не закончено из-за отсутствия глубоководного снаряда. Лишь весной его начали испытывать, при тестовых погружениях достигли 270 метров глубины. До начала войны провести работы не успели.

В то же время, Северная экспедиция в 1940-1941 гг. подверглась всякого рода проверкам. В январе 41-го начальник УНКВД по Мурманской области А. Ф. Ручкин пишет спецсообщение о работе ЭПРОНа. В ней описывается аховое состояние и матчасти, и плавсредств, и низкая подготовка людей, текучка кадров, ну и много сказано о командовании экспедиции (о начальнике Н. Т. Малахове и о начальнике штаба А. И. Кулагине). Особо остановился Ручкин на Малахове, описывая, как он попал на должность (благодаря протекции нач.ГУ ЭПРОН контр-адмирала Крылова), а также личные и профессиональные качества. В общем-то, сообщение было разгромным -- впрочем, у Ручкина они все в таком тоне, и видимо поэтому первый секретарь мурманского обкома его не очень жаловал. В марте 1941-го была проведена проверка работы экспедиции бригадой из двух человек, которая во многом подтвердила большие проблемы. После этого начались разборки и объяснительные от Малахова.

Но что Ручкин, что проверочная бригада, что командование Северной экспедиции -- все говорили главным образом о недостатке технических и плавсредств для работы. Фактически экспедиция имела только один спасатель - буксир "Память Руслана", но и он требовал капитального ремонта, и, более того, не был оборудован в достаточной мере. Поэтому Северная экспедиция частенько не выполняла задачи в срок, проваливала задания, хотя несмотря на это умудрялась побеждать в соцсоревнованиях и добивалась определённых достижений.

По материалам Госархива Мурманской области.