Сейчас в Карелии в преддверии особой даты 30 сентября появилась инициатива - переименовать День освобождения Карелии от немецко-фашистских захватчиков в День освобождения от финских оккупантов.

Конечно, оба варианта не вполне точны. Дело в том, что в конце сентября 1944 года освобождение Карелии завершилось в северной её части, где воевали преимущественно немцы, в т.ч. 6-я горная дивизия СС "Норд". К тому же и война с финнами на тот момент уже была закончена. А в 1941 году в боях на юге Карелии очень большую и негативную роль сыграла 163-я пехотная дивизия. Да и общее количество немецких войск именно на территории Карелии было весьма существенным. До кучи ещё под Кестеньгой были немецкие лагеря для военнопленных. И это я ещё не говорю о планах германского командования до войны и во время неё по действиям, связанным с Карелией.

Поэтому представляется, что более верным вариантом был бы "День освобождения Карелии от финских и немецких оккупантов", раз уж на то пошло.

А ещё сегодня, 12 сентября 1945 года, был подписан в печать этот сборник документов и материалов по финской оккупации. Один из результатов деятельности комиссии по сбору свидетельств преступлений финнов и немцев на территории Карело-Финской ССР.

19 сентября 1944 года заключено Московское перемирие -- Финляндия вышла из войны, и одновременно начала бои против своего вчерашнего союзника, против Германии, войска которой ещё оставались на территории Лапландии.
Однако освобождение наших территорий не завершилось. Проведённые операции с нашей стороны позволили освободить Карелию в конце сентября, Заполярье - в конце октября. Но разгромить немецкие войска не удалось - они отступали в Норвегию ещё по принятому в 1943 году плану "Бирке", а с самого начала октября спешно стал отступать 19-й горный корпус с мурманского направления (операция "Нордлихт").

Очередной интересный факт - где размещались германские войска, когда перебрасывались в Финляндию в июне 1941-го. Вот, например, где сидели части 169-й пд в портовом городе Вааса. Можно заметить, что финны были не против дать немцам под размещение школы - для девочек, для мальчиков, лицеи... причём шведские тоже. Впрочем, бОльшая часть всё же находилась на биваках на местности.

Продолжаем марафон интересных фактов. На этот раз - немцы очень любили, в том числе на Севере, использовать трофейные советские карты. На фрагменте карты от 1942 года один из примеров такого использования: на изначально советскую карту наносились топонимы, переведённые на немецкий язык. Собственно, советские карты немцы стали применять с самого начала боевых действий, поскольку финские не вполне отвечали требованиям, а своих толком у них и не было.

Нужно отметить, что всё-таки первый бой в Заполярье произошел не на мурманском направлении, а на кандалакшском. Но поскольку изучение сухопутных боевых действий особенно начала войны на Севере находится на низком уровне, многие события остаются всё ещё неизвестными.

Разбираюсь с производством ППШ в Кандалакше. Выходит, что эта эпопея привела к появлению чемодана без ручки: изготовленные образцы оказались никому не нужны из-за качества, завод проваливал другие задания, а Артуправление 14А самоустранилось от своего же заказа. В итоге с горем пополам несколько сотен штук к осени 1942 года смогли выдать в ополчение и истребительные отряды. ГАУ КА разрешило их выдавать, аккуратно именуя как "учебно-боевые".

А ещё всё больше убеждаюсь, что изданный в 2014 году дневник первого секретаря мурманского обкома Старостина читать крайне сложно из-за того, что публикатор внёс огромную кучу "пояснений" и "уточнений" в прямой текст без какого-либо на то указания. В общем не по правилам публикации таких документов - публикатор не историк, а журналист. Например, можно встретить фантастические вставки в стиле "...встретился с командиром дивизии (затем -- командующим армией)..." и т.п. И это реально не поздняя вставка от самого Старостина, а "подарок" от публикатора.

Причём, насколько мне известно, публикация на русском языке загадочным образом менее полная, чем на норвежском (!).

Вот зачем это, для чего, и почему бы не вынести в сноску хотя бы...

А здесь публикатор, видимо, не знал, что такое "Бодо" - телеграфный аппарат.

Особенно ярко вмешательство публикатора заметно в сравнении с фрагментами оригинального дневника, которые есть в издании. Правки налицо, хотя здесь они смысл не искажают. И вот такое - по всему изданию в 500 страниц...

Продолжая тему кандалакшских ППШ -- первый секретарь кандалакшского горкома Г. В. Елисеев в своих воспоминаниях упоминает их ровно один раз и мимоходом, даже не называя марку, но вспоминает и миномёты, и гранаты, и всё что угодно. Хотя эпопея с этими многострадальными Шпагиными была та ещё, драма настоящая, Елисеев в ней участвовал напрямую и пытался показать первому секретарю обкома Старостину трудовые подвиги. Но почему в итоге не упоминает понятно -- затея с ППШ оказалась малоудачной, затраты были огромными, а выхлоп небольшой.

Кстати, 27 сентября 1941 года в хельсинкском военном музее открылась выставка трофеев. Среди прочего, был там даже вывезенный из Олонца (Aunus по-фински) памятник Ленину...

Из докладной записки секретаря Кировского райкома ВКП(б) г. Мурманска Е. Мочедловского от 27 марта 1942 года:

"...Так на собрании партийно-комсомольской группы при Мурманском приёмном пункте передачи военнопленных НКВД выяснилось, что военнопленный собрался к побегу, имел при себе лыжи и был одет в походную одежду. Стоявший в то время на вахте тов. Краснов не мог этого заметить и только благодаря бдительности других побег был предотвращён. Есть случаи, когда медперсонал вступает в разговоры с военнопленными, рассказывая им расположение города, лагеря, последствия бомбёжек вражеской авиации и т.д. Только благодаря такого отношения тетрадь учёта больных военнопленных была заброшена в мусор, а затем попала в руки военнопленных. Особого внимания заслуживает такой факт, когда военврач Смирнов, неизвестно по какой причине и зачем, занёс лыжи в расположение зоны, чем не замедлил воспользоваться готовившийся к побегу военнопленный. Благодаря бдительности коммунистов, план военнопленного был своевременно разгадан и побег предотвращён. Материал на Смирнова передан в органы НКВД. При обыске оказалось, что пытавшийся совершить побег имел при себе план расположения гг. Мурманска, Кандалакши, Архангельска, Беломорска и новой жел.дор.ветки (Сорокско-Обозерской -- прим. Е. М.), а также план расположения лагеря военнопленных и др. документы. Всё это наводит на мысль, что эти документы были доставлены тем же, кто подготовил лыжи."