А ещё вышла статья Андрея Кирошко с моим участием в "Вечернем Мурманске" о Валериане Фролове, командарме-14 и командующем Карельским фронтом. Выступил в качестве гостя, кое-что немного рассказал.
https://vmnews.ru/stati/2023/07/12/put-polkovodca
https://vmnews.ru/stati/2023/07/12/put-polkovodca
Вдогонку о Фролове для оценки его качеств как руководителя.
24 июня 1941 года - ещё нет авианалётов, ещё неизвестно, когда вступит в войну в Финляндия, ещё только-только, в тот же день создан Северный фронт, никаких боёв на Севере нет. Что делает Военный совет 14-й армии в лице Фролова и члена совета Крюкова? Обязывает построить в Мурманске убежище на 1000 человек с командным пунктом - "для обеспечения бесперебойного руководства работой всех предприятий города и области в условиях воздушного нападения". Другим решением того же дня - построить 100 убежищ по 50 человек (по материалам ГАМО).
По-моему, очень яркий пример дальновидности, инициативности и понимания возможных перспектив самим Фроловым в качестве командарма.
24 июня 1941 года - ещё нет авианалётов, ещё неизвестно, когда вступит в войну в Финляндия, ещё только-только, в тот же день создан Северный фронт, никаких боёв на Севере нет. Что делает Военный совет 14-й армии в лице Фролова и члена совета Крюкова? Обязывает построить в Мурманске убежище на 1000 человек с командным пунктом - "для обеспечения бесперебойного руководства работой всех предприятий города и области в условиях воздушного нападения". Другим решением того же дня - построить 100 убежищ по 50 человек (по материалам ГАМО).
По-моему, очень яркий пример дальновидности, инициативности и понимания возможных перспектив самим Фроловым в качестве командарма.
👍7
Forwarded from Историк Дюков (Историк рационализатор)
Коренизация названий, 1940 г.
По старой традиции в России/СССР железные дороги именовали по наиболее крупным населенным пунктам. Так хотели в 1940 г. назвать и прибалтийские ж/д: Виленская, Рижская, Таллинская. Но нарком Каганович поправил традицию и названия ж/д впервые получили по этнонациональному принципу.
По старой традиции в России/СССР железные дороги именовали по наиболее крупным населенным пунктам. Так хотели в 1940 г. назвать и прибалтийские ж/д: Виленская, Рижская, Таллинская. Но нарком Каганович поправил традицию и названия ж/д впервые получили по этнонациональному принципу.
А вот пример с севера, 1940 год. Финские названия очень хотели перевести на русский язык (даже пригласили человека из областного отдела народного образования, поскольку знание финского было околонулевым) - но в итоге, в принципе, всё осталось по-фински до сих пор.
❤1
Просто наградной лист на старшего лейтенанта, командира звена 118-й одраэ Сливка А. Р.
Можно прочитать краткое описание работы наших авиаразведчиков - это тяжёлые условия. Немцы, к сожалению, летали куда более спокойно. Но в такой ситуации ценность специалистов с богатым боевым опытом, как Сливка, многократно возрастала. А Антон Романович вообще без преувеличения назван "лучшим разведчиком Карельского фронта".
Можно прочитать краткое описание работы наших авиаразведчиков - это тяжёлые условия. Немцы, к сожалению, летали куда более спокойно. Но в такой ситуации ценность специалистов с богатым боевым опытом, как Сливка, многократно возрастала. А Антон Романович вообще без преувеличения назван "лучшим разведчиком Карельского фронта".
👍7
Когда говорят о штабе Карельского фронта, обычно вспоминают запасной командный пункт в пос. Сухой.
Но есть и более интересные бомбоубежища прямо возле здания бывшего штаба фронта. Интересны они тем, что своего рода уникальны для истории: на территории и Карелии, и Мурманской области таких больше нет (исключая огневые точки). Похожие по назначению строились лишь в Мурманске (но не похожие по конструкции) и один раз в Кандалакше. Сейчас пока неизвестно, успели ли два бомбоубежища в Беломорске ввести в эксплуатацию, но сохранились они со времён войны. На немецкой аэрофотосъёмке города в июне 1942 уже имеются похожие объекты на тех же местах.
Последнее фото - результаты неудачной попытки сноса одного из них.
К слову, тоже пример работы Фролова как командующего.
Но есть и более интересные бомбоубежища прямо возле здания бывшего штаба фронта. Интересны они тем, что своего рода уникальны для истории: на территории и Карелии, и Мурманской области таких больше нет (исключая огневые точки). Похожие по назначению строились лишь в Мурманске (но не похожие по конструкции) и один раз в Кандалакше. Сейчас пока неизвестно, успели ли два бомбоубежища в Беломорске ввести в эксплуатацию, но сохранились они со времён войны. На немецкой аэрофотосъёмке города в июне 1942 уже имеются похожие объекты на тех же местах.
Последнее фото - результаты неудачной попытки сноса одного из них.
К слову, тоже пример работы Фролова как командующего.
👍8
#музейное
На фото - ППШ раннего выпуска в экспозиции Музея Карельского фронта.
Интересен он тем, что на нём нет ни одного заводского клейма, которое могло бы его идентифицировать. Есть только два номера. Один выбит на ствольной коробке в виде трёхзначного номера "002", и ещё один пятизначный номер на магазине. Зоркий глаз заметит, что магазин тут неродной - это приваренный магазин от финского "Суоми".
Но ближе к делу. Одной из целей работы в мурманском архиве была проработка вопроса изготовления ППШ на кандалакшском заводе №310 (механический завод). Обозначилась одна интересная деталь - некоторые первые кандалакшские ППШ имели... трёхзначные номера! В марте 42-го два ППШ за номерами "075" и "020" проходили испытания. В связи с этим, вполне возможно, что ППШ "002" тоже является продуктом кандалакшского завода №310. Кстати, для него эти ППШ стали во многом непосильным заданием, планы завод провалил.
На фото - ППШ раннего выпуска в экспозиции Музея Карельского фронта.
Интересен он тем, что на нём нет ни одного заводского клейма, которое могло бы его идентифицировать. Есть только два номера. Один выбит на ствольной коробке в виде трёхзначного номера "002", и ещё один пятизначный номер на магазине. Зоркий глаз заметит, что магазин тут неродной - это приваренный магазин от финского "Суоми".
Но ближе к делу. Одной из целей работы в мурманском архиве была проработка вопроса изготовления ППШ на кандалакшском заводе №310 (механический завод). Обозначилась одна интересная деталь - некоторые первые кандалакшские ППШ имели... трёхзначные номера! В марте 42-го два ППШ за номерами "075" и "020" проходили испытания. В связи с этим, вполне возможно, что ППШ "002" тоже является продуктом кандалакшского завода №310. Кстати, для него эти ППШ стали во многом непосильным заданием, планы завод провалил.
👍9🌚2
И про магазин. Ещё более интересным является то, что в Кандалакше видимо не смогли скопировать дисковые магазины. Поэтому ППШ завода №310 имели секторные магазины на 20 и 40 патронов собственной конструкции. Если развивать гипотезу музейного ППШ, то, видимо, диск от "Суоми" появился на нём, так как оригинальный секторный магазин был утерян, а дисковый от обычного ППШ просто-напросто не подходил к этому. Дело в том, что кандалакшские ППШ производились не по заводским чертежам, а по размерам, снятым с присланного образца, с большими допусками и т.д. Поэтому детали оказались не взаимозаменяемы.
👍9
В фондах Евпаторийского краеведческого музея имеется такое фото (с Госкаталога) с ничем не примечательной подписью - "Командующий бронетанковыми и механизированными войсками 32-й армии Карельского фронта. 1944 г.". Имени нет.
Но с выяснением личности фото уже приобретает другое значение.
На фото - будущий Маршал Советского Союза, Министр обороны СССР в 1984-1987 гг. Сергей Леонидович Соколов. Что касается БТиМВ 32А в 1944 году, то показали они себя не очень хорошо. Финские фотографии подбитых лёгких танков в полосе 32-й армии достаточно известны.
Но с выяснением личности фото уже приобретает другое значение.
На фото - будущий Маршал Советского Союза, Министр обороны СССР в 1984-1987 гг. Сергей Леонидович Соколов. Что касается БТиМВ 32А в 1944 году, то показали они себя не очень хорошо. Финские фотографии подбитых лёгких танков в полосе 32-й армии достаточно известны.
👍5
#исследовательское
Гражданскому историку всегда трудно вникать в военные тонкости управления, тактики и стратегии. И кроме уставов и прочего нужна другая литература. Поэтому наконец дошли руки - купил вот такое издание. Погружаться в тему надо всесторонне.
Гражданскому историку всегда трудно вникать в военные тонкости управления, тактики и стратегии. И кроме уставов и прочего нужна другая литература. Поэтому наконец дошли руки - купил вот такое издание. Погружаться в тему надо всесторонне.
👍8
#музейное
Стоит у нас в Музее Карельского фронта ампула для 125-мм ампуломёта. Внутри должна быть зажигательная смесь. На Карельском фронте такие впервые стали применяться на кестеньгском направлении весной 1942 года, почти одновременно появились они на мурманском направлении - поэтому ампула находится в зале, посвящённом Заполярью и северной Карелии. Правда, эффективность ампуломётов весной 42-го была околонулевой - снег, слякоть, дожди, песок, а на мурманском направлении ещё и гореть нечему. Ну и подготовка ампуломётных команд была не очень высокой. Особенно бессильными они оказались против огневых точек с использованием камня.
Стоит у нас в Музее Карельского фронта ампула для 125-мм ампуломёта. Внутри должна быть зажигательная смесь. На Карельском фронте такие впервые стали применяться на кестеньгском направлении весной 1942 года, почти одновременно появились они на мурманском направлении - поэтому ампула находится в зале, посвящённом Заполярью и северной Карелии. Правда, эффективность ампуломётов весной 42-го была околонулевой - снег, слякоть, дожди, песок, а на мурманском направлении ещё и гореть нечему. Ну и подготовка ампуломётных команд была не очень высокой. Особенно бессильными они оказались против огневых точек с использованием камня.
👍7
#не_совсем_по_теме
Всё больше встречаю в разных местах, так сказать, мнение, мол, "а почему это при подсчёте потерь вы доверяете противнику???". Далее опционально сентенции в стиле "Вам бы советские документы поизучать" или "Лучше посмотрите, что сказал Молотов/Сталин и т.д."...
Для историков понятно, что это несусветная чушь. Но есть смысл и обозначить, почему, например, при подсчёте потерь условных немцев или финнов важны в первую очередь их же немецкие или финские документы. Попробую некоторые моменты как раз показать, хотя это и без меня много кто пишет и знает. Короче, мысли вслух.
1) Методологически это объективно и верно. Во-первых, пресловутые документы учёта потерь составлялись не для потомков, и тем более их не стремились подтасовывать. Никто в 1941 году не думал о том, как бы "выиграть на бумаге" у историков через 70-80 лет. Во-вторых, потери личного состава - это не только первичные списки сотен имён, но и "сигналы" для вышестоящих инстанций. Бой - это не только руководство и планирование, но и среди прочего учёт этого самого личного состава. Безусловно, есть множество примеров, когда плохо укомплектованные части получали совершенно неадекватные для их состояния боевые задачи. Однако в целом состояние войск учитывалось, и примеров тут бесчисленное количество. К тому же это и расчёт снабжения и дальнейшего пополнения частей высшим командованием. И это справедливо не только для противника, но и для нашей советской стороны. Это система. Если считать, что противник специально свои потери занижал, то тогда стоит подумать, как он тогда дальше воевал, если "снизу" шли донесения с заниженными специально потерями? Другое дело - учёт потерь мог вестись плохо по самым разным причинам. Зато подсчёт людей налицо компенсировал в плане получения картины плохой учёт потерь.
2) Попробуем смоделировать ситуацию и отойти от чисто исторической методологии, попытаемся использовать логику товарищей, сомневающихся в документах вражеской стороны. Прошёл бой. Условная рота советских стрелков понесла потери, отошла с позиций. Как она будет высчитывать потери противника? Никак, только оценочные и отрывочные сведения.
3) Но есть и другой пример. Стрелковый полк успешно атаковал позиции противника, занял их и остался на месте. И тут начинается интересное - подсчёт потерь противника и трофеев. Начинают цифры "гулять", поскольку подсчёт вёлся примерно и неточно. Плюс ко всему - наложение сведений друг на друга от разных подразделений, оценка "на глаз" и т.п. Не забываем и личностный фактор. Это характерно и для "другой стороны". А уж когда бои идут активные, времени на точный подсчёт и выяснение реальных цифр уже нет. В общем-то, в реальности оказывается очень много "но", которые мешают подсчёту и погибших, и трофеев.
Короче, какой-то длинный пост получился, да и его можно ещё массой всего дополнять, возражать... А уж про специфику систем учёта собственных потерь у тех же финнов, немцев и у РККА можно говорить отдельно и часами.
Всё больше встречаю в разных местах, так сказать, мнение, мол, "а почему это при подсчёте потерь вы доверяете противнику???". Далее опционально сентенции в стиле "Вам бы советские документы поизучать" или "Лучше посмотрите, что сказал Молотов/Сталин и т.д."...
Для историков понятно, что это несусветная чушь. Но есть смысл и обозначить, почему, например, при подсчёте потерь условных немцев или финнов важны в первую очередь их же немецкие или финские документы. Попробую некоторые моменты как раз показать, хотя это и без меня много кто пишет и знает. Короче, мысли вслух.
1) Методологически это объективно и верно. Во-первых, пресловутые документы учёта потерь составлялись не для потомков, и тем более их не стремились подтасовывать. Никто в 1941 году не думал о том, как бы "выиграть на бумаге" у историков через 70-80 лет. Во-вторых, потери личного состава - это не только первичные списки сотен имён, но и "сигналы" для вышестоящих инстанций. Бой - это не только руководство и планирование, но и среди прочего учёт этого самого личного состава. Безусловно, есть множество примеров, когда плохо укомплектованные части получали совершенно неадекватные для их состояния боевые задачи. Однако в целом состояние войск учитывалось, и примеров тут бесчисленное количество. К тому же это и расчёт снабжения и дальнейшего пополнения частей высшим командованием. И это справедливо не только для противника, но и для нашей советской стороны. Это система. Если считать, что противник специально свои потери занижал, то тогда стоит подумать, как он тогда дальше воевал, если "снизу" шли донесения с заниженными специально потерями? Другое дело - учёт потерь мог вестись плохо по самым разным причинам. Зато подсчёт людей налицо компенсировал в плане получения картины плохой учёт потерь.
2) Попробуем смоделировать ситуацию и отойти от чисто исторической методологии, попытаемся использовать логику товарищей, сомневающихся в документах вражеской стороны. Прошёл бой. Условная рота советских стрелков понесла потери, отошла с позиций. Как она будет высчитывать потери противника? Никак, только оценочные и отрывочные сведения.
3) Но есть и другой пример. Стрелковый полк успешно атаковал позиции противника, занял их и остался на месте. И тут начинается интересное - подсчёт потерь противника и трофеев. Начинают цифры "гулять", поскольку подсчёт вёлся примерно и неточно. Плюс ко всему - наложение сведений друг на друга от разных подразделений, оценка "на глаз" и т.п. Не забываем и личностный фактор. Это характерно и для "другой стороны". А уж когда бои идут активные, времени на точный подсчёт и выяснение реальных цифр уже нет. В общем-то, в реальности оказывается очень много "но", которые мешают подсчёту и погибших, и трофеев.
Короче, какой-то длинный пост получился, да и его можно ещё массой всего дополнять, возражать... А уж про специфику систем учёта собственных потерь у тех же финнов, немцев и у РККА можно говорить отдельно и часами.
👍9
И снова грамотное мышление наперёд Фролова и всего штаба 14-й армии в начале войны.
1) 6 июля 1941 года - военный совет армии обязывает срочно начать производство саней и лыж для войск. Речь идёт о тысячах изделий. И причём отдельно - аж несколько тысяч комплектов упряжи для ОЛЕНЕЙ.
2) 24 августа 1941 года - военный совет армии начинает проводить полный учёт имеющихся оленей в области вместе с упряжью и нартами, отдельно - учёт оленеводов-каюров с призывом их в армию после октября 41-го, и ещё создаётся кормовая база. Вся работа должна была быть закончена к концу сентября-началу октября 1941 года.
По материалам ГАМО.
1) 6 июля 1941 года - военный совет армии обязывает срочно начать производство саней и лыж для войск. Речь идёт о тысячах изделий. И причём отдельно - аж несколько тысяч комплектов упряжи для ОЛЕНЕЙ.
2) 24 августа 1941 года - военный совет армии начинает проводить полный учёт имеющихся оленей в области вместе с упряжью и нартами, отдельно - учёт оленеводов-каюров с призывом их в армию после октября 41-го, и ещё создаётся кормовая база. Вся работа должна была быть закончена к концу сентября-началу октября 1941 года.
По материалам ГАМО.
👍8
К сожалению, вместе с новыми исследованиями запускаются и новые "мифы" и новая "полуправда", что связано с недостаточной проработкой вопроса.
Одним из таких является следующее утверждение: "жилищное обеспечение 14-й армии перед войной было плохим, войска жили в неподготовленных местах, потому что командование этим не занималось". И сюда же добавляется, что немецкие горные стрелки в то же время пережили зиму 1940/41 в лучших условиях.
Собственно, верно, что войска жили реально в плохих условиях. Дошло до того, что кое-как пытались выделить квартиры начсоставу в Мурманске в Доме междурейсового отдыха моряков, кто-то селился в сараях и в пристройках, а красноармейцы всей 14-й армии ютились в землянках и не видели даже постельного белья. Всё это чрезвычайно плохо сказывалось на моральном состоянии бойцов, усугублялась ситуация с пьянством на фоне таких условий.
Но хорошо, а в чём неправда? Неправда в том, что командование 14-й армии ничем не занималось. Тут к нам на помощь приходит особый отдел НКВД 14А, начальник которого написал аж несколько записок секретарю мурманского обкома летом 1940-го. Если вкратце, то вот что происходило:
- Когда группировка в Заполярье стала укрупняться, выяснилось, что жилфонд к такому резкому скачку не готов.
- Естественно началось какое-то строительство, но оно шло очень медленно и почти встало. Дело в том, что большАя часть войск находилась вдали от транспортных артерий (например, Титовка, Рыбачий, Йоканьга, Териберка и др.), и для строительства нужны были завозные материалы от поставщиков. А их не завозили по непонятным причинам, хотя деньги были выделены.
- Местных материалов практически не имелось. К тому же гарнизоны были в таком моральном состоянии, что никто там бы ничего не строил.
- Долгие задержки в выделении денег и подготовке проектов строительства. Плюс ошибки в выборе проектов домов, которые были не приспособлены для северных условий.
- Параллельно шло дорожное и оборонительное строительство, что для командования уже на уровне округа оказывалось куда более приоритетным. Оно и шло активнее.
- В итоге 14А не оставалось ничего, кроме как пытаться договариваться с местными властями о выделении жилплощадей непосредственно за счёт городского жилья, в том числе только строящегося, и как-то маневрировать в таких условиях.
Поэтому проблема была не в бездеятельности командования армии, а в таких условиях, где командование армии почти бессильно - когда тупо нет ресурсов. Требовались решения на уровне округа и выше, но, судя имеющимся материалам, толком ничего решено не было.
Планирую выступить на эту тему на декабрьской конференции в Мурманске. По материалам ГАМО и не только.
Одним из таких является следующее утверждение: "жилищное обеспечение 14-й армии перед войной было плохим, войска жили в неподготовленных местах, потому что командование этим не занималось". И сюда же добавляется, что немецкие горные стрелки в то же время пережили зиму 1940/41 в лучших условиях.
Собственно, верно, что войска жили реально в плохих условиях. Дошло до того, что кое-как пытались выделить квартиры начсоставу в Мурманске в Доме междурейсового отдыха моряков, кто-то селился в сараях и в пристройках, а красноармейцы всей 14-й армии ютились в землянках и не видели даже постельного белья. Всё это чрезвычайно плохо сказывалось на моральном состоянии бойцов, усугублялась ситуация с пьянством на фоне таких условий.
Но хорошо, а в чём неправда? Неправда в том, что командование 14-й армии ничем не занималось. Тут к нам на помощь приходит особый отдел НКВД 14А, начальник которого написал аж несколько записок секретарю мурманского обкома летом 1940-го. Если вкратце, то вот что происходило:
- Когда группировка в Заполярье стала укрупняться, выяснилось, что жилфонд к такому резкому скачку не готов.
- Естественно началось какое-то строительство, но оно шло очень медленно и почти встало. Дело в том, что большАя часть войск находилась вдали от транспортных артерий (например, Титовка, Рыбачий, Йоканьга, Териберка и др.), и для строительства нужны были завозные материалы от поставщиков. А их не завозили по непонятным причинам, хотя деньги были выделены.
- Местных материалов практически не имелось. К тому же гарнизоны были в таком моральном состоянии, что никто там бы ничего не строил.
- Долгие задержки в выделении денег и подготовке проектов строительства. Плюс ошибки в выборе проектов домов, которые были не приспособлены для северных условий.
- Параллельно шло дорожное и оборонительное строительство, что для командования уже на уровне округа оказывалось куда более приоритетным. Оно и шло активнее.
- В итоге 14А не оставалось ничего, кроме как пытаться договариваться с местными властями о выделении жилплощадей непосредственно за счёт городского жилья, в том числе только строящегося, и как-то маневрировать в таких условиях.
Поэтому проблема была не в бездеятельности командования армии, а в таких условиях, где командование армии почти бессильно - когда тупо нет ресурсов. Требовались решения на уровне округа и выше, но, судя имеющимся материалам, толком ничего решено не было.
Планирую выступить на эту тему на декабрьской конференции в Мурманске. По материалам ГАМО и не только.
👍12