Программу конференции и секционные доклады, если есть желающие, можно посмотреть по ссылке: https://disk.360.yandex.ru/d/K34CxP-pYOxZfA

Момент работы секции – доклад о действиях разведки 31-й отдельной лыжной бригады в 1943 году.

30 сентября 1944 года в результате преследования германских войск силами 26-й и 19-й армий на ухтинском, кестеньгском и кандалакшском направлениях было завершено освобождение Карело-Финской ССР. Одновременно действия 19-й армии на кандалакшском направлении ознаменовали начало освобождения Заполярья.

На фото – Т-34 гвардии лейтенанта Н. Кухаренко, отличившегося на кандалакшском направлении, из 38-й гвардейской танковой бригады. Миоккалахти, сентябрь 1944 г.

Отгремели мероприятия, началась моя тихая охота - архивная. В Нацархиве Карелии. Дела, которые никто до меня ни разу не брал. Поделюсь одной цитатой из найденного:

"...Там же в кабинете у А. М. Василевского я познакомился с И. С. Коневым, тогда тоже генерал-лейтенантом [ошибка, Василевский и Конев на тот момент генерал-полковники - прим.]. Он сдал командование Калининским фронтом и был отозван в распоряжение Ставки. Нового назначения ещё не получил. И. С. Конев подробно расспрашивал меня о положении на нашем фронте, спрашивал о В. А. Фролове и сказал, обращаясь к А. М. Василевскому: «Пошлите меня на Карельский фронт, я хорошо знаю В. А. Фролова и с удовольствием буду служить под его командованием». А. М. Василевский замял этот разговор...".

Г. Н. Куприянов, рукопись книги "Война на Севере. 1941-1944.", часть 2. 1960-е гг.

К вопросу о том, насколько важно перепроверять воспоминания. Даже неизданные, в "авторской редакции". Ну вот, например, в одной из рукописей Геннадия Николаевича Куприянова есть следующее красочное описание его встречи с Александрой Михайловной Коллонтай в 1942 году:

В этот же день я встретился по её инициативе с А. М. Коллонтай, нашим послом в Швеции. Александра Михайловна просила меня приехать в Наркоминдел. Её интересовало и положение на нашем фронте и моё мнение о нейтралитете Швеции. Какими-то путями до неё дошли слухи, что я выступал в одной из войсковых частей фронта с обзором международного положения, сказал в адрес Швеции, что она не соблюдает нейтралитета, что у нас есть сведения о том, что немцы подвозят пополнения и боеприпасы для северной группы войск… через Швецию. Что шведскому правительству после войны придётся отвечать за это. Александра Михайловна спросила меня –говорил ли я это? Если говорил, то из каких источников получил такие сведения? Откровенно говоря, я уже забыл про это и не придавал этому никакого значения. Я не дипломат, выступал не среди иностранных журналистов, а среди своих солдат и мало ли что я говорил. Не может наша дипломатическая служба нести ответственность за моё выступление, если я даже воспользовался неправильной информацией. А информацию такую мы имели через радиоперехват. Александра Михайловна сказала, что я прав. В агитационно-пропагандистских целях можно пользоваться любыми данными. Но знайте, тов. Куприянов, во-первых, мне самой хотелось бы точнее знать об этом, а, во-вторых, имейте в виду: шведы очень чувствительны ко всякого рода официальным и неофициальным заявлениям, в которых так или иначе ставится под сомнение их нейтралитет. По моим данным, сказала Коллонтай, шведское правительство разрешило немцам провозить раненых с севера на родину и больше ничего. Никаких вооружённых частей или соединений немцев через Швецию пока не проходило. Никакого оружия не провозилось. Раненые проезжали под флагом Красного Креста, это допускалось во всех войнах. Шведы очень порядочный народ, к нам они относятся очень хорошо, доброжелательно. Коллонтай привела ряд убедительных фактов доброжелательного отношения к нам со стороны шведского правительства. А радиоперехватам особенно нельзя доверять. Есть лица и группы лиц, которые заинтересованы в том, чтобы поссорить нас со Швецией – сказала она...

НА РК, ф. Р-3435, оп.1, д.169

Я, конечно, слегка задумался: а почему это Куприянов засомневался в правдивости своей информации, и почему вдруг вспоминает некие радиоперехваты, если в 1941 году действительно очень долго против 7-й армии воевала германская 163-я пехотная дивизия, переброшенная через Швецию? Причём шведское правительство тайны из этого не делало. Признаюсь, вопросом "а знали ли в моменте у нас, что Швеция пропустила германскую дивизию" я особо не задавался, достаточно было факта, при чтении литературы как-то внимание на это обстоятельство вообще не заострял, и с ходу сам затруднился ответить на вопрос. И вот я пошёл перепроверять на низовом уровне - неужели, в конце концов, 7-я армия за время боёв не взяла ни одного пленного из 163 пд, чтобы узнать, откуда она приехала, а разведка (как агентурная, так и не агентурная) не видела ползущие эшелоны по Швеции?

Ну и выяснилось - всё у нас было. Например, 22 июля 1941 года взяли пленных из дивизии, где они сразу же и сказали, что дивизия прибыла из Швеции. Информация была передана в штаб Северного фронта и вошла в разведсводку штаба к утру 28 июля 1941 года. Фантастика, конечно, - Куприянов в тот момент был членом Военного совета 7-й армии и не знать про такие обстоятельства не мог физически. Поэтому текст Куприянова загадочен: "Или ты забыл? Или ты не знал?". Да и есть сомнения, что Коллонтай не знала.

Конечно, эти воспоминания Куприянов писал в начале 1960-х годов, пережив при этом и после войны разные неприятные события. Забыл, перепутал, аберрация памяти. В любом случае, это очередной пример того, насколько опасно бывает верить на слово мемуарам. Всё нужно перепроверять.

За калейдоскопом событий несколько забылось, что 1 октября 1941 года финляндские войска вошли в Петрозаводск. В эти дни уже разворачивались бои на дальних северных подступах к нему, на медвежьегорском направлении. Как мне сейчас кажется, не последнюю негативную роль в событиях октября-декабря 1941 года на этом направлении сыграли некоторые не очень удачные и явно запоздавшие решения.

Например, мало кто вспоминает, что оборону Петрозаводска с конца сентября (с 24-го) и бои к северу от него в первой половине октября де-юре вёл не Карельский фронт, а 7-я отдельная армия Мерецкова, имевшая границу с Карфронтом аж в районе ст. Масельгская. Карфронт по петрозаводскому и свирскому участкам не отчитывался. Но после отступления из Петрозаводска штаб фронта был вновь вовлечён в работу на медвежьегорском направлении, официально при этом за него не отвечая. Вот вспоминает начштаба фронта Л. С. Сквирский:

Что же происходило тогда у северо-западного берега Онежского озера, куда отходили из Петрозаводска 313-я,71-я, 37-я дивизии? Ими управлял, фактически напрямую, штаб фронта, еще 2 октября выведший их из подчинения 7-й армии. Штаб 7-й армии мы переводили в это время на южный берег р. Свирь и просили Верховного Главнокомандующего изъять эту армию из состава Карельского фронта. Верховное Главнокомандование превратило ее в Отдельную, с непосредственным подчинением Ставке, и вновь она оказалась в составе Карельского фронта только с весны 1944 года. А 37-я, 71-я и 313-я дивизии вместе со 2-й легкой стрелковой бригадой были сведены 14 октября в Медвежьегорскую оперативную группу во главе с генерал-майором М. С. Князевым.

Хотя Карельский фронт всего чуть больше недели фактически не занимался Петрозаводском, получая только сведения от "соседа" в рамках информирования, этого хватило, чтобы в первых числах октября по сути заново пришлось вникать в ситуацию. Сквирский об участке севернее Петрозаводска получал информацию через штаб 7-й армии:

Начальник штаба фронта шифровкой №373 от 7.10.41 г. запросил у начальника штаба 7 армии информации о постройке оборонительных рубежей в районах сев. зап. Медвежья Гора и восточнее Семт-озеро (имеется в виду Семчозеро – прим). // ЦА МО РФ, ф. 214, оп. 1437, д. 37, л. 25

В 0.05 11.10.41 г. начальник штаба 7 армии генерал-майор КРУТИКОВ доложил начальнику штаба фронта полковнику СКВИРСКОМУ обстановку на фронте за 71, 313 и 37 сд и 2 отд. лёгк. бригады Потапова […] // Там же, л. 37.

Более того, Лев Соломонович не упомянул, что до МедвежОГ была вообще никак не оформленная официально «Кондопожская опергруппа» под формальным командованием генерал-майора Я. А. Аввакумова, оборонявшего Петрозаводск. Но фактически она не существовала, так как была парализована отсутствием штаба, неясностью с командующим группой и непонятным подчинением. О ней во второй части заметки ⬇️