Я попрощался с Теббе и пожелал ему удачи в последующие часы. Вослед он прокричал:
«Господи, помоги дожить до вечера, а утро придет и так!»

В стальных грозах

Умение обращаться с оружием — настоящее эсперанто в нашем неприветливом мире.

Африканские игры

Слева от Юнгера Армин Моллер и сын Александр

Почему Юнгер пишет о себе в третьем лице?🧐

Сегодня день рождения у Банин.

Тут у нас много новеньких, и, наверное, не все из них знают, что благодаря Банин у нас есть 3 книги об Эрнсте Юнгере, которые позволяют нам посмотреть на него под другим углом.

Четвёртая дочь нефтяного бакинского магната убивает свою мать при родах – именно так она пишет о своём рождении.
Драма будет преследовать её с первых до последних секунд жизни.
Армяно-татарская резня, к власти приходят красные, утраченное семейное состояние, брак с нелюбимым мужчиной, скитания в Стамбуле, воссоединение с семьей в Париже, оккупация, роман с Юнгером, роман с Буниным, путь к Богу, путь к себе, одиночество.

С ранних лет Банин воспитывалась няней-немкой, так европейская душа окажется запертой в теле восточной Шахерезады.
Она будет писать про себя жестоко: "Горбоносая, густобровая, чернявая девица".

Она покорила меня своей самоиронией и смелостью.
Иногда я пытаюсь без эмоций попробовать разобраться, как же она смогла так обнажить душу?
Представьте, вы десятки лет любите человека и в какой-то момент решаете об этом всем рассказать, написав книгу.
Отправляете её тому самому, а он отказывается её комментировать.

Банин пишет в дневнике, что Юнгер не хочет брать отвественноть за эту книгу – всю свою смелость он истратил на войне.
И она не останавливается, печатает одну книгу, вторую, третью.
Кто-то за глаза смеётся, кто-то – жалеет, но тот, от кого она ждёт реакции, просто молчит.
Это вопиющая откровенность, граничащая с безумием, не может быть утеряна.
Я хочу помнить её, я хочу, чтобы кто-то из вас её запомнил.

С Днём Рождения, Женщина без могилы.

Удивительно символичное событие.
В день рождения Банин крупное французское издательство отвечает, что готово работать с моим маленьким украинским, еще не начавшимся издательским проектом.
Кажется, всё это было не зря.

Умение полководцев видеть в уничтожении перемену всегда восхищало меня как символ превосходного здоровья, которое не боится разрезов и крови.
Я испытываю удовольствие, размышляя о столь ненавистном для Шатобриана слове consumption forte — «мощное поглощение», которое Наполеон бормотал себе под нос в те мгновения битвы, когда полководец остается без дела, — когда вступают в бой все резервы, а фронт тает под натиском кавалерии и обстрелом выдвинутых батарей, охваченный вихрями стали и огня.
Без этой фразы не обойтись — это обрывки разговора, который душа ведет наедине с собой, взирая на раскаленные плавильные печи, где дух в дымящейся крови рождает эссенцию нового столетия.

Das Abenteuerliche Herz

С умными женщинами очень трудно преодолеть физическую дистанцию, — как будто они вооружили свой вечно бодрствующий дух неким поясом, заставляющим терпеть поражение любую страсть.
Слишком яркий свет их окружает.
Здесь успешнее всех продвигаются те, чьи намерения не столь явно эротичны.
Это можно приравнять к шахматным ходам, обеспечивающим прочность позиции.

Париж, 23 ноября 1941

Количество репостов за 8 минут впечатляет и радует.
Вероятно, умных женщин в нашей с вами компании много)

Сегодня день рождения у Жюльена Эрвье - приятеля Эрнста Юнгера, и я хочу немного о нём рассказать.
Для французской литературы этот мужчина сделал многое:
переводил Юнгера, Хайдеггера, Ницше.
Написал несколько работ о Юнгере и Дриё ля Рошеле, и в свои 87 продолжает вести литературную деятельность.
Но в этом списке будет еще один странный факт - год назад Жюльен Эрвье поздним зимним вечером ответил на моё незатейливое сообщение.
Видимо, его заинтересовало моё желание докопаться до сути дела в отношениях Банин и Юнгера, и мы вступили в переписку.
От этой истории веет некоторой лимоновщиной.
Когда я читала "Старик путешествует", то была в недоумении о того, что обнаруживала в авторе больше молодости, чем в себе самой. И история с Эрвье очень напоминает мне эту книгу. Тебе пишет человек, которому через три года 90 лет, а в его словах столько жизни, что ты разом забываешь о шестидесяти годах разницы в возрасте. Этой зимой я снова написала ему с просьбой дать мне совет в издательских делах, но Эрвье, как настоящий джентельмен, сделал намного больше.
Надеюсь, расскажу продолжение этой истории через год.
А пока хочу пожелать ему крепкого здоровья и долгих лет жизни!

Открыла на почте, и сжалось сердце.
Мой Юнгер из Бахмута.

Поздравляю всех переживших этот год. И обязательно выпейте и помяните тех, кого с нами уже нет.

В автобусе. Молодая итальянка, стоя, читала Петрарку; одной рукой она держалась за поручни, а в другой у нее была книга. Читательница, каких желают себе поэты: когда автобус останавливался, она нежными пальцами отбивала такт по спинке сидения.

Рим, 3 апреля 1968 года.

Вторую половину дня мы опять провели на Форуме.
Я часто спрашиваю себя, провидел ли Христос ту чудовищную волну, которая последовала за ним и, как ракушки‑сердцевидки в неисчислимом множестве, смыла церкви на обочину времени.
Я спрашиваю себя, включает ли слово «свершилось» все это и еще больше – и в то же время: каждому ли из нас выпадет на долю эта перспектива.

Рим, 27 марта 1968 года

Друзья подарили на Рождество фотокнигу от фотографа Юнгера.
Не могу больше ждать, я вынуждена вам это показать)))

Желание аутентичности влечет не к красоте, а к подлинности вещей, особенно к непрерываемому материальному преданию.
В этом мы много приобретаем; подписанная мастером картина ценнее картины пусть и более красивой, но вызывающей сомнение в подлинности.

Рим, 22 апреля 1968 года