Приятная, включая юмор, книжка о разнообразных загробных мирах. Где есть интерьеры и ритуалы автор говорит о них, где нет - глава строится по типу путеводителя с самыми замечательными локациями, обитателями и времяприпровождением. Иллюстрации по смыслу - принадлежат мировой культуре и искусству и цветные, иллюстрации для дизайна - приятные. Не нашла кто автор по национальности, но самая грустная и абсолютно не юморная глава о загробной жизни в вуду и кандомбле (тут Лан Гине, но, вроде бы, он все же Ла Гиннеа) . 4/5
И да, ляссе снова нет (лично мне не критично, но вдруг важно кому) и мне кажется, что все что в оформлении горчичное задумывалось золотым. Учитывая тиснение обложки, если бы и правда была золотая фольга то было бы очень круто.

Арсений Дежуров "Маятник культуры. От становления до упадка." (фото больше чем превью Телеги, есличо)

Там же.

Роберто Тобиас – ударник в рок-группе. Группа записывает альбом, артистически импульсивный характер Роберто дает о себе знать, нервы ни к черту, поэтому, когда за ним начинает следить таинственный незнакомец, происходит эмоциональный взрыв. Юноша сам начинает преследовать своего соглядатая и догоняет его в здании оперы. Там у них происходит стычка, незнакомец вынимает нож и Роберто в суматохе драки, по стечению обстоятельств, убивает его этим же ножом. Всю эту сцену снимает из ложи на пленку еще один таинственный незнакомец в маске куклы чревовещателя. Проходит несколько дней и трагические события того дня начинают для нашего героя воплощаться в странный шантаж со стороны человека, запечатлевшего акт убийства. Роберто подбрасывают фотографии, странные записки, убивают его горничную и кота, при этом не выдвигая никаких требований насчет денег, а ведь жена Роберто - Нина богата, следовательно и у него есть деньги. Роберто обращается за помощью к своему маргинальному приятелю Годфри, а так же, помимо этого, нанимает официального частного сыщика Джианни Арросио.У этого неудачника и гомосексуалиста 31 проваленное дело, но он уверен, что по всем законам статистики в этот раз ему должно повезти. Однако, пока идет расследование и главный герой пытается спасти себя какими-нибудь еще методами, вокруг него продолжаются убийства.
Мне так не понравился этот фильм, завершающий "звериную" трилогию, что не могу восхитится даже отличной работой оператора и специалиста по спецэффектам. Непонятно зачем нужная клоунада, абсолютно безликие убийства, картонно кривляющаяся Мимси Фармер и рваный конец убивают весь визуал на корню. 2/5
Мы, конечно, будем смотреть «Кроваво-красный», «Суспирию» и может быть «Инферно» с «Синдромом Стендаля», но пока я не могу сказать что Ардженто меня прям впечатляет. Во всяком случае, на мой вкус, до Бавы ему ой как далеко. Кстати, посмотрели заодно и документалку «Дарио Ардженто: Паника». Довольно скучное зрелище.

Перед вами художественный текст, его героиня — исследовательница. Она смотрит на балконы, слушает истории людей, делает выписки из книг и старых газет, разбирает фильмы и спектакли, выделяя сцены на балконах. Она сочетает заметки и записи разговоров с картинами и фотографиями, включает в текст короткие рассказы, иногда напоминающие сказки или сновидения. Это книга-выставка, ее можно начать читать с любого места.
Русской Оливии Лэнг не получилось, хотя, судя по всему, очень хотелось.
И я в очередной раз убеждаюсь что главное в современном массовом российском интеллектуально-эмоциональном творчестве - грамотный куратор/рецензент. Он может обосновать любую ахинею, из невнятицы (путем грамотного написания и/или подбора сопроводительного текста) создать объект культуры и/или искусства (естественно в рамках момента +/- пятилетка) в результате чего овцы буду острижены, а пастух и его собака - сыты.
Самое удивительное что в этом сборище недорассказов, недоинтервью, мыслеформ и ужасающих киноразборов самое лучшее (за минусом приведенных картин, как иллюстраций умствований авторки) - предисловие Оксаны Васякиной, чей автофикшн я очень не люблю в том числе и за вязкость текста (тут он удивительно живой и визуальный). Плюс заявленная названием тема становится магистральной ближе к концу, ты начинаешь надеятся что ну вот, щас, дождалась, кости в этой воде наконец то треснут и будет жир но..... пытаясь собрать все ранние куски в какой-то вывод (потому что надо завершаться, 312 стр. крупного шрифта, огромный полей и отступов, разбавленных иллюстративным материалом и пересказами сцен из трех кинолент и так вполне норм) авторка просто заявляет что все балконы разные, но все же балконы и они таковы каковы есть и больше никаковы. Поэтому они у нас такие.
Приехали.
2.5/5

Арсений Дежуров "Маятник культуры. От становления до упадка."

Герой просыпается в гостиничном номере, вдали от дома. При нем стопка открыток, которые помогут ему вспомнить, кто он, где он побывал и кого любил. Такова завязка романа норвежского писателя Турбьёрна Оппедала «Бумажные летчики» — истории о вымышленных путешествиях, амнезии и любви в эпоху путеводителей Lonely Planet.
Книга собрана из кратких заметок о бессонных ночах, японском бумажном искусстве киригами, навесных замках, ноже, режущем плоть, о метели и джазе, о загадочных манускриптах и тех редких мгновениях, когда два человека могут понять друг друга без слов. Эта книга — настоящая ода почтовым открыткам, образующим невидимый миру круговорот и представляющим собой непризнанное искусство для любителей и коллекционеров всяких странностей.
Изюминка книги — иллюстрации Свейна Стёрксена, отражающие повествование посредством ассоциаций и созданные в технике аналоговых коллажей из открыток со всего мира.
Красивая книжка о том что ад - это не просто другие, это твои воспоминания о них. Портит её только некоторая, очень слабая, но все же явственная подражательность "Норвежскому лесу" Мураками, несколько искусственные игрища автора с эрудицией и, главное, то, что очень быстро становится все понятно и про амнезию героя и про описываемые им события. Пол-балла все же добавлю за схожесть (вероятно только в моей голове) настроения сочетания текста Оппедала и коллажей Стёрксена с "Une semaine de bont ou Les sept lments capitaux." Макса Эрнста, так что 4/5, но если вы не любите смерть и меланхолию, то вам мимо, потому что вся книга это, в общем, только они (и чуть-чуть любви к посткроссингу)))

Во время начальных титров показан канун Рождества. На стене буржуазной квартиры борются две тени, одна из которых втыкает нож в другую, после чего, уже в реальности, окровавленный нож падает к детским ногам в белых гольфах и нарядных туфлях.
Много лет спустя в Риме, на конгрессе парапсихологов, выступает медиум Хельга Ульман, делая упор на том что не обладает магией и может видеть только психослед от настоящих или прошедших событий. Внезапно у нее начинается истерика: она видит чью-то смерть, после чего утверждает, что человек в мыслях которого только смерть и который уже убивал находится в зале. Позже, то что она пережила в этот момент, Хельга обещает подробно записать своему другу – профессору психологии Джордани. Однако вечером, у себя в квартире, во время разговора по телефону, Хельга слышит сначала детскую песенку, а затем к ней в квартиру вламывается неизвестный в кожаных перчатках и жестоко убивает женщину секачом. Её сосед сверху, английский пианист Маркус Дейли, разговаривающий на площади перед домом со своим, сильно пьющим и меланхоличным, другом Карло, видит как заносят секач над окровавленной Хельгой, которая своим телом разбивает окно, и бежит внутрь к ней на помощь. Проходя по длинному коридору в квартире жертвы, он замечает что-то странное среди висящих на стенах картин, некую мозаику лиц, которую в будущем, после приезда полицейских, не обнаруживает и не может отчетливо вспомнить, но понимает что это важно. Но Маркус не знает что маньяк видел его и, с этой поры, будет незримо идти следом, убивая всех, кто может навести его на открытие тайны этой визуальной мозаики.
В 1966 году в Великобритании Антониони снимает «Фотоувеличение», притчу о невозможности познать окружающую реальность, прототипом для которой послужил рассказ Хулио Картасара «Слюни дьявола» (меня визуально особо не впечатлили ни фильм, ни рассказ) на главную роль в которой взял малоизвестного в мире кино (как художник и оперный певец он прославился уже в 18 лет) на тот момент Дэвида Хэммингса (как по мне так лицом Хэммингс в период молодости и зрелости словно сошел с византийской мозаики, может эти огромные голубые глаза и вдохновили Антониони на идею типа «ангелу, познавшему грехи людские, не место в раю»). После «Фотоувеличения» Хэммингс становится культовой фигурой, много снимается и именно его, в 1975 году, Дарио Ардженто (подозреваю, что тоже в основном из-за внешности, создающей в контексте фильма и внешности маньяка подспудный смысл противостояния между раем и адом )))) приглашает в поворотный для собственного творчества и киноистории жанра «Кроваво-красное» - эксперимент ракурсов, движений камеры, цвета, света и звука (Морриконе для Аржденто ушел в прошлое, его настоящим стали прогрессив рокеры Cherry Five позже, с учетом работы с Ардженто, переименовавшиеся в Goblin). На главную же женскую роль, по совету своего со-сценариста Бернардино Заппони, Дарио берет широко известную на тот момент в узких кругах, в основном театральную актрису - Дарию Николоди (которая позже как поспособствует глубине и оккульности его фильмов, так и родит ему Азию Ардженто). И вот этот дуэт ангелоподобного интеллигентного джазового пианиста Маркуса в исполнении Хэммингса и очень земной эмансипированной журналистки Джанны в исполнении Николоди делает, если задуматься, не очень правдоподобный и довольно дырявый (впрочем как все джалло) сюжет весьма живым и уравновешивает, неизвестно почему так любимую Ардженто эксцентрику (нет, ну я понимаю что это контраст состояний, но сама сложно воспринимаю разного типа клоунаду в любом её проявлении) прочих второстепенных и не очень персонажей.
▼▼▼

▲▲▲
Визуальная составляющая фильма – на мой вкус, выше всяких похвал, даже учитывая скудость костюмов в кадре (Джанна, например, практически весь фильм ходит в одном и том же. Нет, все ок, в реальности на рабочей неделе я тоже так делаю, но это же кино )))). В отличии от «звериной трилогии» тут меняются не просто ракурсы, а объективы - в зависимости от желания Аржденто показать сознание маньяка (длиннофокус) или клаустрофобию Маркуса, рифмующуюся с узкими пространствами (эндоскоп), или разницу восприятия реальности Маркусом и его глубоко потерянным в собственном мире, другом Карло (ширик). Меняется свет, его преломление и рассеивание (я, конечно, не верю что из крана идет настолько кипяток, но сцены с использованием пара очень красивые), очень хорошая работа с цветом (тут не буду пояснять что бы не спойлерить, но отмечу в одной из арок очень тонко подобран цвет кофты одной из жертв к способу её убийства, поэтому в кадре, когда уже труп видит Маркус, нежный в обычной жизни пыльно-розовый превращается в весьма тревожное пятно). Убийства сняты тоже весьма впечатляюще.
В общем, судя по количеству текста вы уже должны понять что мне наконец-то очень понравилось, я всячески рекомендую и полновесные 4/5 (не 4,5 и не 5 именно потому что никуда лично мне не деться от явных дыр сюжета, недетского совсем по исполнению рисунка и очень неправдоподобной смерти маньяка).