История семьи Фрэнси Нолан от эмиграции её бабушек и дедушки в Америку в конце XIX века до её собственного шестнадцатилетия в 1918 году.
Я не знаю какой сдвиг в моей голове должен произойти что бы вернутся к этой книге. Начнём с того что посыл самой эмигрантской из всех эмигрантских песен "Somewhere over the Rainbow" и мораль довольно манипулятивной Нагорной проповеди в излюбленной, обычно не лучшими писателями из угнетаемой среды, части "Блаженны нищие, ибо их есть царство небесное....Вы - соль земли. Если же соль потеряет силу, то чем сделаешь ее соленою?" мне крайне не близки. Впрочем как и идея что женщина должна рожать, страдать, добровольно вывозить и формально подчиняться, а мужчина быть объектом любви, проблем, страданий и решателем женской судьбы. Может быть для нищего эмигрантского Бруклина 191х и второго поколения, выбившегося оттуда это ценно как момент ностальгии и счастья вопреки, но читать в 2022 о том что этим зачитываются американские подростки на протяжении века (кстати нет, до века пока не дотянул) странновато и пугающе.
Я, честно надеялась, что Смит хотя бы слезодав не зарядит. Ага, прям щас, размечталась. Ну, зато теперь понятно откуда ноги растут у не менее раздражающих меня "Жареных зеленых помидоров" Фанни Флэг. И поймите меня правильно, я сейчас не о том что люди так не жили или не живут до сих пор; жили и живут и это прискорбно. Я о одномерности характеров и убогости изображения пути которым автор с упорством, достойным лучшего применения, тычет в идею что терпение и труд всё перетрут обязательно. В среднего пошиба литературе скорее всего, а вот в жизни и том что душу цепляет нет, не обязательно и перетрут, скорее всего не всё, а именно особо терпеливых и весьма достойных в глазах моралистов царства небесного.
Есличо, больше всего жалко задавленного стальной волей и принципиальностью жены Джонни Нолана, а больше всего раздражает линия Сисси Ромни, которая по-мнению автора - пусть с золотым сердцем, но блядь, а на дворе 1941 (я о годе написания романа) и просто женщиной любящей секс она быть не может и из-за того что блядь должна родить одиннадцать мертвых детей и удочерить чужого ребенка зачатого во грехе, а из-за золотого сердца - получив вышеописанную кару, наконец обрести мужика, который, оказывается, отец удочеренного ребенка, перебеситься и быть достойной спасения мертворожденного двенадцатого.

Ненавижу зиму. Пожалуй, серия со снеговиками в Кальвине и Хоббсе, Тильда Суинтон в Лев, колдунья и платяной шкаф и Нечто Карпентера это единственное хорошее что в ней есть -.-

Роман, написанный в 1931 году, был переиздан и обрел новую жизнь в начале XXI века и теперь заслуженно считается одним из шедевров английской литературы.
Семейство Стивенсов - низший средний класс, живущие в одном из пригородов Лондона в собственном (ну почти, всего 12 выплат осталось) доме, но у самой железной дороги, в начале сентября отправляется в ежегодный отпуск в пансион на море, куда они приезжают уже двадцать лет. На две недели они вырываются из будничной жизни с ее заботами и обязанностями, чувствуют себя свободными, думают о том, что им в жизни действительно важно, принимают несвойственные им раньше решения.
Это действительно роман о достоинстве обычной жизни; о том что любовь и преданность существуют в ней зачастую без драматических жестов и очень незаметно; о том что тревожность это не изобретение нашего времени; о том что счастье не в деньгах, но пусть и небольшие они делают его полнее - о двух неделях, вполне возможно последнего совместного, отпуска на море семьи из пяти человек, двое из которых вскоре отдалятся и начнут самостоятельную жизнь.
В итоге получился очень качественный слайс, предваряемый автобиографической записью автора о создании романа. По книжным меркам не происходит почти ничего, но не происходит так увлекательно и наглядно что я даже не заметила как прочитала. Жалко что, кажется, нет экранизации, а хотелось бы от BBC.
И кот Пушок!

Непрошенный совет: если вы видите в книге подобное (включая глоссарий до самого текста) - готовьтесь к тому что автор(ка, обычно) будет вам усиленно показывать как много она прочитала и вообще и по реалиям лора книги, и не зря же она это делала, на самом деле. Ну и, зачастую, книга будет на шкале от посредственности до говна ближе к последнему. И нет, это не грех переводчика это авторское оформление текста.
По человечески эта фраза звучала бы "Роуса зачерпнула и плюхнула на тарелку немного скира, налила две кружки эля и поспешила в бадстову" со сносками на странные слова, есличо.