я влюбился в песню ❤️💔
у меня всё. спасибо!

подписывайтесь, кстати! там есть красивые строчки! ❤️

открываю дневник и на чистом листе
неразборчивым почерком нервно пишу:
"я ищу вдохновенье. проверил везде.
из всего, что писал, получается шум".

но мне хочется сжечь этот глупый дневник –
в нём так много пустых и ненужных замет!
я взираю на полку со множеством книг,
но сегодня и в них мне спасения нет.

ни Есенин, ни Пушкин меня не спасут,
не помогут слова ими созданных песен.
я как будто пропал в непроглядном лесу –
и отсюда мне путь мой, увы, неизвестен.

и похоже, что творчество есть лабиринт,
но когда-то оно мне мерещилось чудом!
я кричу, задыхаясь, теперь: "забери...
заберите меня –я прошу! – отсюда"...

но никто не услышит отчаянный крик,
ибо в этой ловушке я заперт один.
и никто не поможет мне выдавить стих,
что застрял глубоко в поражённой груди.

это роды, но здесь сам себе акушер.
это роды – и здесь нет дороги назад.
это роды. и что, если ты, например,
ни за что не захочешь кого-то рожать?

2021
(с) илья метаморфоза

как вы?

спасибо, DANIILOV, за новую песню на мои стихи!

вк: ссылка
яндекс: ссылка

дорогой адресат!
я пишу в небеса,
но слова рассыпаются в буквы.
мне казалось вчера,
что не быть вечерам
и что мир неожиданно рухнет.

вроде те же огни
зажигают в домах
те же самые глупые люди.
дорогой адресат,
мне приснилось вчера,
что их время нещадно забудет.

и от боли трясло.
мне б хватило трёх слов,
но слова – непомерная роскошь.
никуда не сбежать.
и они, не спеша,
умирают фальшиво, но броско.

пережили весну.
только вряд ли, уснув,
возродим её в памяти, прежней.
в хрупкий мир из стекла,
где любовь истекла,
никогда не вернётся надежда.

душу рвёт пара «но»:
из моих параной
ты была самой яркой, а впрочем…
ты сказала «люблю»
и ушла. к февралю
наконец-то увидимся. точно.

вот и всё, адресат!
я пишу в небеса,
но слова исчезают, касаясь
белой глади листа.
жизнь «на сорок из ста» –
без тебя это всё, что осталось.

без тебя это всё.
от обиды трясёт.
расточительством кажется жалость.
вместо сказанных слов –
тишина. как назло.
и внутри что-то важное сжалось.

дорогой адресат!
жизнь, казалось бы, – ад
без любви, но с любовью – не проще.
без мечты о тебе
я иду в полутьме.
я иду в неизвестность наощупь.

я уже исписал,
дорогой адресат,
не одну стопку писем. впустую.
возвращаюсь домой
с ножевой. неживой.
не борясь ни за что. протестуя.

гаснет свет фонарей.
никого во дворе.
только листьев касается ветер.
дорогой адресат!
я пишу в небеса.
и надеюсь, что кто-то ответит…

27 апреля 2025

Мама на даче, ключ на столе, завтрак можно не делать.
Скоро каникулы, восемь лет, в августе будет девять.
В августе девять, семь на часах, небо легко и плоско,
солнце оставило в волосах выцветшие полоски.
Сонный обрывок в ладонь зажать, и упустить сквозь пальцы.
Витька с десятого этажа снова зовет купаться.
Надо спешить со всех ног и глаз — вдруг убегут, оставят.
Витька закончил четвертый класс — то есть почти что старый.
Шорты с футболкой — простой наряд, яблоко взять на полдник.
Витька научит меня нырять, он обещал, я помню.
К речке дорога исхожена, выжжена и привычна.
Пыльные ноги похожи на мамины рукавички.
Нынче такая у нас жара — листья совсем как тряпки.
Может быть, будем потом играть, я попрошу, чтоб в прятки.
Витька — он добрый, один в один мальчик из Жюля Верна.
Я попрошу, чтобы мне водить, мне разрешат, наверно.
Вечер начнется, должно стемнеть. День до конца недели.
Я поворачиваюсь к стене. Сто, девяносто девять.

Мама на даче. Велосипед. Завтра сдавать экзамен.
Солнце облизывает конспект ласковыми глазами.
Утро встречать и всю ночь сидеть, ждать наступленья лета.
В августе буду уже студент, нынче — ни то, ни это.
Хлеб получерствый и сыр с ножа, завтрак со сна невкусен.
Витька с десятого этажа нынче на третьем курсе.
Знает всех умных профессоров, пишет программы в фирме.
Худ, ироничен и чернобров, прямо герой из фильма.
Пишет записки моей сестре, дарит цветы с получки,
только вот плаваю я быстрей и сочиняю лучше.
Просто сестренка светла лицом, я тяжелей и злее,
мы забираемся на крыльцо и запускаем змея.
Вроде они уезжают в ночь, я провожу на поезд.
Речка шуршит, шелестит у ног, нынче она по пояс.
Семьдесят восемь, семьдесят семь, плачу спиной к составу.
Пусть они прячутся, ну их всех, я их искать не стану.

Мама на даче. Башка гудит. Сонное недеянье.
Кошка устроилась на груди, солнце на одеяле.
Чашки, ладошки и свитера, кофе, молю, сварите.
Кто–нибудь видел меня вчера? Лучше не говорите.
Пусть это будет большой секрет маленького разврата,
каждый был пьян, невесом, согрет теплым дыханьем брата,
горло охрипло от болтовни, пепел летел с балкона,
все друг при друге — и все одни, живы и непокорны.
Если мы скинемся по рублю, завтрак придет в наш домик,
Господи, как я вас всех люблю, радуга на ладонях.
Улица в солнечных кружевах, Витька, помой тарелки.
Можно валяться и оживать. Можно пойти на реку.
Я вас поймаю и покорю, стричься заставлю, бриться.
Носом в изломанную кору. Тридцать четыре, тридцать...

Мама на фотке. Ключи в замке. Восемь часов до лета.
Солнце на стенах, на рюкзаке, в стареньких сандалетах.
Сонными лапами через сквер, и никуда не деться.
Витька в Америке. Я в Москве. Речка в далеком детстве.
Яблоко съелось, ушел состав, где–нибудь едет в Ниццу,
я начинаю считать со ста, жизнь моя — с единицы.
Боремся, плачем с ней в унисон, клоуны на арене.
"Двадцать один", — бормочу сквозь сон. "Сорок", — смеется время.
Сорок — и первая седина, сорок один — в больницу.
Двадцать один — я живу одна, двадцать: глаза–бойницы,
ноги в царапинах, бес в ребре, мысли бегут вприсядку,
кто–нибудь ждет меня во дворе, кто–нибудь — на десятом.
Десять — кончаю четвертый класс, завтрак можно не делать.
Надо спешить со всех ног и глаз. В августе будет девять.
Восемь — на шее ключи таскать, в солнечном таять гимне...

Три. Два. Один. Я иду искать. Господи, помоги мне.

— Аля Кудряшева

Наклей красный носик, надень рыжий парик,
Выйди из пещеры и прокричи со дна:
«Людям, чтоб полюбить животных, нужен цирк
Людям, чтоб полюбить людей, нужна война»

Люди тебя услышат – строки схоронят в бумаге.
Люди поймут буквально, кинут привет на дно:
Тигра посадят в клетку, деток оденут в хаки
Вот и нашелся повод плакать и пить вино

2025

​​как случилось, что всё, что мы выстрадали, — забыто?
как так вышло, что нашу любовь не найти за бытом?

так жестоко: представить, как больно целуют губы
человека, который больше тебя не любит.

всё, что мы рассказали друг другу о прошлом, — по́шло.
то, что мы называли влюблённостями, — оплошность.

недосказанность слов ранит так же, как их избыток.
наша псевдо-любовь, состоящая сплошь из пыток,

из красивых иллюзий, приправленных сладкой ложью,
не сулила разбитым сердцам ничего хорошего.

/*
иногда самый робкий оказывается отважным.
в разговорах о важном уже ничего не важно.

мы бесстрашны, ведь это адажио длится вечность —
человек с человеком воюет за человечность:
кто кого человечнее?

так зачинался хаос.
*/

что до нас... кроме прошлого нам ничего не осталось.

мы остались в истории розовыми мечтами.
мы остались историей. той, что не прочитают.

мы отпустим друг друга чуть раньше, чем всё исчезнет,
чтобы каждый обрёл безмятежность за шаг до бездны.

мы вчера целовались. бесчувственно. по наитию.
все стихи о тебе — капля в море моей любви к тебе,

ведь они не иссохнут, завянувшим в вазе крокусом,
и не скажут «люблю» навсегда разлюбившим голосом.

и поэтому всё, что мы выстрадали — забыто.
мы пытались любить, но исчерпан лимит попыток.

невозможно сберечь то, чего не существовало.
мы любили друг друга, но этого было мало…

6 июня 2024