Eric Christian - La valse au Clair de Lune

и когда ты решаешь, что дальше идёшь одна,
оставляешь в прошлом тех, кто оставил тебя на «потом»,
ты сразу всем становишься нужна,
но только тебе — уже никто.

и как только придумаешь тыщу дел от тоски и скуки,
свои желания поставив в приоритет,
всё как назло само идёт тебе в руки,
стоит только этого расхотеть.

и когда отвыкаешь от острой боли,
не тратя на предавших ни острых слов, ни гильз,
а просто оставив с тем, чего они стоят.
они шепчут: «прошу, вернись».

и когда выметаешь из сердца и головы,
отпускаешь на все четыре/к чертям/с Богом,
тут же слышишь клятвы в безумной любви,
и шаги, обивающие пороги.

и в сотый раз разорвётся телефон, а ты не ответишь,
улыбнёшься, вдохнешь весеннюю прохладу:
«надо же, я бы променяла на это всё на свете,
а сейчас спасибо,
уже не надо»

Анна Захарова

Я иногда задумываюсь, по каким признакам я определяю «своих». Кого я склонен определять как «социально близких»? В результате вся сумма перебираемых мною признаков сводится к простой формуле: наиболее «своими» я считаю тех, кому смешно или не смешно то же самое, что и мне. «Свои» — это те, с кем мне не надо всякий раз заново заключать культурные конвенции. Это те, для кого представления о стиле и пошлости если не одинаковы, то взаимопонятны. Это те, кому не надо ничего объяснять, с ними достаточно переглянуться. Это скорее всего не универсально. Но это надежно.

(с) Лев Рубинштейн

Дзюхё — снежные монстры на горе Зао в в префектуре Ямагата, регион Тохоку, Япония.

Это покрытые льдом и снегом деревья, которые под воздействием ветров образуют причудливые фигуры на горных склонах на одном из старейших горнолыжных курортов страны. Максимального объема они достигают в конце января – феврале, а удобнее всего их наблюдать с канатных дорог Zao Ropeway на высоте 1600 м.

Человек, который 50 лет игнорировал тренды и победил

Вчера ушёл из жизни дизайнер и основатель модного дома Valentino Валентино Гаравани.

Ему было 93 года.

Валентино прожил долгую жизнь и оставил после себя не просто культовый модный дом, а редкий пример консистентного креатива на длинной дистанции.

В дизайн-коде Valentino никогда не было суеты или судорожных метаний. Собственно, как и желания всем понравиться.

Если вынести его подход за пределы моды, получится универсальный набор принципов для брендов, авторов и всех, кто устал каждый год переизобретать себя под давлением изменчивых трендов.

5 правил креатива от Валентино:

1. Лучше быть узнаваемым, чем актуальным

Valentino десятилетиями выдавал спокойную и последовательную эстетику, когда мир постоянно требовал концептуализма. Он не догонял тренды. Он скорее ждал, пока они догонят его.

2. Один сильный код важнее сотни идей

Легендарный Valentino Red появился после того, как молодой Валентино увидел женщин в красных платьях в опере Барселоны. Один вечер в театре подарил миру 60 лет визуальной идентичности бренда.

Когда у тебя есть мощный якорь, не нужно каждый сезон кричать громче других.

3. Красота не обязана быть рациональной

Валентино никогда не оправдывался за свой вкус. Не объяснял, не доказывал, не подстраивался. Просто делал красиво, и этого было достаточно.

4. Не всем нравиться — это стратегия

Valentino никогда не стремился быть удобным брендом для всех. Именно поэтому его клиенты были особенно лояльны — они воспринимали бренд не как одежду, а как образ жизни.

5. Авторский почерк важнее эксперимента

Пока другие бренды бесконечно обновляли свой ДНК, Valentino с каждым годом шлифовал существующий базис, становясь точнее и эффективнее.

В его случае крепкий креатив — это дисциплина вместо хаотичных экспериментов.

В эпоху, где от автора ждут постоянных перезапусков, Валентино напоминает простую вещь:
иногда самый радикальный креатив — это просто не пересобирать себя каждые полгода.

Потому что красивый почерк переживает тренды.
Последовательность и консистентность переживают хайп.
А вкус, если он настоящий, не нуждается в объяснениях.

Даже среди горестей Душе дарите радость каждодневную,
Ведь после смерти счастья и в богатстве нет

Эсхил, "Персы"

Иллюстрация: Битва при Саламине Вильгельма фон Каульбаха, 1868 год

Аналогичное чувство
Сил больше нет

сегодня ❤️

Ситуация, когда наш привычный мир рушится, - это испытание, но также и возможность исцеления. Нам кажется, что мы должны решить проблему, но правда в том, что это невозможно. Все возникает и исчезает, снова и снова. И так все время. Исцеление происходит, когда мы создаем пространство, в котором возможно все: пространство для горечи, для утешения, для несчастья и радости. У нас могут быть свои представления о том, что принесет нам удовольствие, а что горе. Но на самом деле мы не знаем, как все обернется. Самое важное - это создать пространство для этой неопределенности. Мы стараемся делать то, что, по нашему мнению, может нам помочь. Но на самом деле мы ничего не знаем наверняка Мы никогда не знаем, потерпим ли неудачу или преуспеем. Испытывая сильное разочарование, мы не можем быть уверены, что это конец истории. Вполне возможно, это начало великого приключения.

Пема Чодрон. Когда всё рушится

Я не люблю книжные клубы.

Точнее, не люблю "классический" вариант - мне претит чтение одной книги к определенному сроку, а потом совместный поиск "что имел в виду автор".

Я пробовала быть участницей такого клуба, но, честно, не пошла ни на одно заседание, хотя умудрялась дочитать задание в указанный срок. Но спорить о содержании? О том, что важно? Нет, нет и нет. Каждая интерпретация имеет право на жизнь, потому что в ней отражается читавший.

И здесь в мою жизнь вошёл "Книжный клуб без обязательств". Разговоры о книгах вообще, о чувствах и ощущениях, о мыслях, привычках, и, получается, что о людях через книги. По крайней мере, сейчас я чувствую так. И это даёт удивительное чувство свободы.

Я есть то, на что я смотрю. Добавлю: и то, как я осмысляю, на что я смотрю.
Хочется, чтобы и на меня было возможно смотреть, и дело не в одежде или косметике хотя отчасти в этом тоже). Дело во внутреннем поле, и об этом надо думать, и об этом помнить.

Паола Волкова

When you're gone, all that is left behind are the memories you created in other people's lives or just a couple of items on a bill.

My blueberry nights