Forwarded from Выход в свет ✨
Максим Горький, когда пел на вечеринках, всегда закрывал глаза.
Чехова однажды спросили:
— Скажите, почему Горький поет с закрытыми глазами?
— У Горького очень доброе сердце, – ответил Чехов. – Он не может видеть, как другие страдают от его пения...
Чехова однажды спросили:
— Скажите, почему Горький поет с закрытыми глазами?
— У Горького очень доброе сердце, – ответил Чехов. – Он не может видеть, как другие страдают от его пения...
😁6🔥2
Forwarded from Выход в свет ✨
Рассказывают, что в 1954 году в военном госпитале в Японии молодой американский солдат неподвижно лежал на носилках со сломанной спиной, лицом вниз.
Он не мог сесть. Он даже не мог повернуть голову. Все, что он мог видеть, - это пол, холодный край кровати и изношенная подушка, которая составляла ему компанию больше, чем что-либо другое. Его дни были наполнены тишиной, резким запахом антисептика и часами, которые тянулись бесконечно.
Пока не вошла она.
Мэрилин Монро.
Она была в туре, посещала американских военнослужащих, проходила через палаты, полные ран и истощения, неся с собой свет, который, казалось, не должен был находиться в таких помещениях. Теплое дыхание в месте, построенном из бинтов и боли.
Когда она подошла к этому солдату, то сразу поняла: он ее не видит. Нисколько. Он не мог приподняться, не мог повернуться, не мог “присоединиться”, как другие. Он даже не мог посмотреть в лицо самой знаменитой женщине в зале.
Но Мэрилин не стала ставить его в неловкое положение. Она не просила о помощи. Она не искала камеру или момент для заголовков. Она просто опустилась на колени, наклонилась и осторожно просунула лицо под носилки — так что она оказалась перевернутой вверх ногами прямо в поле его зрения.
И вот она появилась.
Он улыбнулся.
И она улыбнулась в ответ.
На несколько секунд боль отступила. Война была не войной. Больница была не просто больницей. Этот молодой человек не был “пациентом номер один”. Он был просто человеком, которого полностью видел другой человек.
Никаких аплодисментов. Никакой сценарной реплики. Никакого постановочного позирования.
Просто одна простая, глубоко человеческая истина:
Если кто—то не может подняться, чтобы увидеть тебя -
ты спускаешься к нему, чтобы он смог.
На фотографии, которая предположительно была сделана в тот момент, изображена не дива.
На ней изображено нечто более редкое:
спокойное сопереживание, достаточно сильное, чтобы изменить атмосферу в комнате.
Потому что иногда настоящее величие не в том, чтобы быть в центре внимания,
а в готовности преклонить колени и на мгновение поднять чей—то дух.
Он не мог сесть. Он даже не мог повернуть голову. Все, что он мог видеть, - это пол, холодный край кровати и изношенная подушка, которая составляла ему компанию больше, чем что-либо другое. Его дни были наполнены тишиной, резким запахом антисептика и часами, которые тянулись бесконечно.
Пока не вошла она.
Мэрилин Монро.
Она была в туре, посещала американских военнослужащих, проходила через палаты, полные ран и истощения, неся с собой свет, который, казалось, не должен был находиться в таких помещениях. Теплое дыхание в месте, построенном из бинтов и боли.
Когда она подошла к этому солдату, то сразу поняла: он ее не видит. Нисколько. Он не мог приподняться, не мог повернуться, не мог “присоединиться”, как другие. Он даже не мог посмотреть в лицо самой знаменитой женщине в зале.
Но Мэрилин не стала ставить его в неловкое положение. Она не просила о помощи. Она не искала камеру или момент для заголовков. Она просто опустилась на колени, наклонилась и осторожно просунула лицо под носилки — так что она оказалась перевернутой вверх ногами прямо в поле его зрения.
И вот она появилась.
Он улыбнулся.
И она улыбнулась в ответ.
На несколько секунд боль отступила. Война была не войной. Больница была не просто больницей. Этот молодой человек не был “пациентом номер один”. Он был просто человеком, которого полностью видел другой человек.
Никаких аплодисментов. Никакой сценарной реплики. Никакого постановочного позирования.
Просто одна простая, глубоко человеческая истина:
Если кто—то не может подняться, чтобы увидеть тебя -
ты спускаешься к нему, чтобы он смог.
На фотографии, которая предположительно была сделана в тот момент, изображена не дива.
На ней изображено нечто более редкое:
спокойное сопереживание, достаточно сильное, чтобы изменить атмосферу в комнате.
Потому что иногда настоящее величие не в том, чтобы быть в центре внимания,
а в готовности преклонить колени и на мгновение поднять чей—то дух.
❤8
Forwarded from Globe Trotter
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Наглядная инструкция шведского курорта Тенндален, как можно совместить катание на лыжах и après-ski.
😁6
Forwarded from reading is sexy
Я не раз замечал, что особенно часто и много хвалят самые смиренные, здоровые и умные люди, а ущербные и глупые хвалят редко и мало. Здоровый и доброжелательный человек найдет, за что похвалить самую скромную еду, даже если он привык к очень изысканной; больной или сноб найдет недостатки в любом угощении. Если вычесть чрезвычайные обстоятельства, можно сказать, что хвала — словесное выражение душевного здоровья.
Клайв Льюис / Размышления о псалмах
Клайв Льюис / Размышления о псалмах
❤10
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Eric Christian - La valse au Clair de Lune
❤5
Forwarded from russian nostalghia
This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Настрой на рабочую неделю
— отрывок из к/ф «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён», реж. Элем Климов, 1964 г.
— отрывок из к/ф «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён», реж. Элем Климов, 1964 г.
😁6❤2
и когда ты решаешь, что дальше идёшь одна,
оставляешь в прошлом тех, кто оставил тебя на «потом»,
ты сразу всем становишься нужна,
но только тебе — уже никто.
и как только придумаешь тыщу дел от тоски и скуки,
свои желания поставив в приоритет,
всё как назло само идёт тебе в руки,
стоит только этого расхотеть.
и когда отвыкаешь от острой боли,
не тратя на предавших ни острых слов, ни гильз,
а просто оставив с тем, чего они стоят.
они шепчут: «прошу, вернись».
и когда выметаешь из сердца и головы,
отпускаешь на все четыре/к чертям/с Богом,
тут же слышишь клятвы в безумной любви,
и шаги, обивающие пороги.
и в сотый раз разорвётся телефон, а ты не ответишь,
улыбнёшься, вдохнешь весеннюю прохладу:
«надо же, я бы променяла на это всё на свете,
а сейчас спасибо,
уже не надо»
Анна Захарова
оставляешь в прошлом тех, кто оставил тебя на «потом»,
ты сразу всем становишься нужна,
но только тебе — уже никто.
и как только придумаешь тыщу дел от тоски и скуки,
свои желания поставив в приоритет,
всё как назло само идёт тебе в руки,
стоит только этого расхотеть.
и когда отвыкаешь от острой боли,
не тратя на предавших ни острых слов, ни гильз,
а просто оставив с тем, чего они стоят.
они шепчут: «прошу, вернись».
и когда выметаешь из сердца и головы,
отпускаешь на все четыре/к чертям/с Богом,
тут же слышишь клятвы в безумной любви,
и шаги, обивающие пороги.
и в сотый раз разорвётся телефон, а ты не ответишь,
улыбнёшься, вдохнешь весеннюю прохладу:
«надо же, я бы променяла на это всё на свете,
а сейчас спасибо,
уже не надо»
Анна Захарова
❤9💔3
Forwarded from russian nostalghia
Я иногда задумываюсь, по каким признакам я определяю «своих». Кого я склонен определять как «социально близких»? В результате вся сумма перебираемых мною признаков сводится к простой формуле: наиболее «своими» я считаю тех, кому смешно или не смешно то же самое, что и мне. «Свои» — это те, с кем мне не надо всякий раз заново заключать культурные конвенции. Это те, для кого представления о стиле и пошлости если не одинаковы, то взаимопонятны. Это те, кому не надо ничего объяснять, с ними достаточно переглянуться. Это скорее всего не универсально. Но это надежно.
(с) Лев Рубинштейн
(с) Лев Рубинштейн
❤7❤🔥2
Forwarded from Globe Trotter
Дзюхё — снежные монстры на горе Зао в в префектуре Ямагата, регион Тохоку, Япония.
Это покрытые льдом и снегом деревья, которые под воздействием ветров образуют причудливые фигуры на горных склонах на одном из старейших горнолыжных курортов страны. Максимального объема они достигают в конце января – феврале, а удобнее всего их наблюдать с канатных дорог Zao Ropeway на высоте 1600 м.
Это покрытые льдом и снегом деревья, которые под воздействием ветров образуют причудливые фигуры на горных склонах на одном из старейших горнолыжных курортов страны. Максимального объема они достигают в конце января – феврале, а удобнее всего их наблюдать с канатных дорог Zao Ropeway на высоте 1600 м.
🔥3
Forwarded from Бескромный
Человек, который 50 лет игнорировал тренды и победил
Вчера ушёл из жизни дизайнер и основатель модного дома Valentino Валентино Гаравани.
Ему было 93 года.
Валентино прожил долгую жизнь и оставил после себя не просто культовый модный дом, а редкий пример консистентного креатива на длинной дистанции.
В дизайн-коде Valentino никогда не было суеты или судорожных метаний. Собственно, как и желания всем понравиться.
Если вынести его подход за пределы моды, получится универсальный набор принципов для брендов, авторов и всех, кто устал каждый год переизобретать себя под давлением изменчивых трендов.
5 правил креатива от Валентино:
1. Лучше быть узнаваемым, чем актуальным
Valentino десятилетиями выдавал спокойную и последовательную эстетику, когда мир постоянно требовал концептуализма. Он не догонял тренды. Он скорее ждал, пока они догонят его.
2. Один сильный код важнее сотни идей
Легендарный Valentino Red появился после того, как молодой Валентино увидел женщин в красных платьях в опере Барселоны. Один вечер в театре подарил миру 60 лет визуальной идентичности бренда.
Когда у тебя есть мощный якорь, не нужно каждый сезон кричать громче других.
3. Красота не обязана быть рациональной
Валентино никогда не оправдывался за свой вкус. Не объяснял, не доказывал, не подстраивался. Просто делал красиво, и этого было достаточно.
4. Не всем нравиться — это стратегия
Valentino никогда не стремился быть удобным брендом для всех. Именно поэтому его клиенты были особенно лояльны — они воспринимали бренд не как одежду, а как образ жизни.
5. Авторский почерк важнее эксперимента
Пока другие бренды бесконечно обновляли свой ДНК, Valentino с каждым годом шлифовал существующий базис, становясь точнее и эффективнее.
В его случае крепкий креатив — это дисциплина вместо хаотичных экспериментов.
В эпоху, где от автора ждут постоянных перезапусков, Валентино напоминает простую вещь:
иногда самый радикальный креатив — это просто не пересобирать себя каждые полгода.
Потому что красивый почерк переживает тренды.
Последовательность и консистентность переживают хайп.
А вкус, если он настоящий, не нуждается в объяснениях.
Вчера ушёл из жизни дизайнер и основатель модного дома Valentino Валентино Гаравани.
Ему было 93 года.
Валентино прожил долгую жизнь и оставил после себя не просто культовый модный дом, а редкий пример консистентного креатива на длинной дистанции.
В дизайн-коде Valentino никогда не было суеты или судорожных метаний. Собственно, как и желания всем понравиться.
Если вынести его подход за пределы моды, получится универсальный набор принципов для брендов, авторов и всех, кто устал каждый год переизобретать себя под давлением изменчивых трендов.
5 правил креатива от Валентино:
1. Лучше быть узнаваемым, чем актуальным
Valentino десятилетиями выдавал спокойную и последовательную эстетику, когда мир постоянно требовал концептуализма. Он не догонял тренды. Он скорее ждал, пока они догонят его.
2. Один сильный код важнее сотни идей
Легендарный Valentino Red появился после того, как молодой Валентино увидел женщин в красных платьях в опере Барселоны. Один вечер в театре подарил миру 60 лет визуальной идентичности бренда.
Когда у тебя есть мощный якорь, не нужно каждый сезон кричать громче других.
3. Красота не обязана быть рациональной
Валентино никогда не оправдывался за свой вкус. Не объяснял, не доказывал, не подстраивался. Просто делал красиво, и этого было достаточно.
4. Не всем нравиться — это стратегия
Valentino никогда не стремился быть удобным брендом для всех. Именно поэтому его клиенты были особенно лояльны — они воспринимали бренд не как одежду, а как образ жизни.
5. Авторский почерк важнее эксперимента
Пока другие бренды бесконечно обновляли свой ДНК, Valentino с каждым годом шлифовал существующий базис, становясь точнее и эффективнее.
В его случае крепкий креатив — это дисциплина вместо хаотичных экспериментов.
В эпоху, где от автора ждут постоянных перезапусков, Валентино напоминает простую вещь:
иногда самый радикальный креатив — это просто не пересобирать себя каждые полгода.
Потому что красивый почерк переживает тренды.
Последовательность и консистентность переживают хайп.
А вкус, если он настоящий, не нуждается в объяснениях.
❤5💔2
Forwarded from Парнасский пересмешник (Александр Радаев)
Даже среди горестей Душе дарите радость каждодневную,
Ведь после смерти счастья и в богатстве нет
Эсхил, "Персы"
Иллюстрация: Битва при Саламине Вильгельма фон Каульбаха, 1868 год
Ведь после смерти счастья и в богатстве нет
Эсхил, "Персы"
Иллюстрация: Битва при Саламине Вильгельма фон Каульбаха, 1868 год
🔥6