«АВТО-КОРЕЕЦ» vs «КОРЕЕЦ»: 800 000 ₽ компенсации, которая не устояла
Дело № А76-28525/2022 — спор о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак. Истец выбрал компенсацию в двукратном размере стоимости права использования. Поэтому здесь два самостоятельных вопроса: было ли нарушение и как определить цену правомерного использования обозначения тем способом, которым его использовал ответчик.
Суть спора
ИП Удашова Г.Н. — правообладатель товарного знака «АВТО-КОРЕЕЦ» № 450278 с приоритетом от 07.09.2010. Она потребовала запретить ИП Сурковой Е.А. использовать «КОРЕЕЦ» на пяти магазинах автозапчастей в Челябинске и сайте кореец74.рф и взыскать 800 000 ₽.
Ответчик возражал: «КОРЕЕЦ» — более раннее коммерческое обозначение. По ее позиции, сеть работала под ним еще до приоритета товарного знака, а в 2020 году бизнес и права на обозначение перешли к Сурковой.
Откуда 800 000 ₽
Истец сослался на договор коммерческой концессии: паушальный взнос — 300 000 ₽, роялти — 20 000 ₽ ежемесячно за каждый магазин.
300 000 × 2 + (20 000 × 5 магазинов) × 2 = 800 000 ₽.
Первая инстанция приняла расчет, запретила использование «КОРЕЕЦ» и взыскала компенсацию.
Для оценщика здесь возникают вопросы: можно ли цену коммерческой концессии, охватывающей комплекс прав, считать ценой использования только товарного знака? Почему ежемесячное роялти учтено за один месяц? Как определить период, объем использования и базу роялти?
Почему решение отменили
Апелляция исследовала историю «КОРЕЕЦ»: договоры аренды, хозяйственные документы, рекламу, 2ГИС, социологическое исследование, материалы другого дела и доказательства передачи бизнеса. Суд признал использование коммерческого обозначения до 07.09.2010 и его переход к Сурковой вместе с элементами предприятия.
Отдельно проверялось мировое соглашение от 01.06.2020. Судебно-техническая экспертиза установила: страницы напечатаны на одном принтере и в одном цикле, подписи нанесены пишущим прибором. Точную дату изготовления текста определить не удалось; подписи лишь могли быть выполнены в указанную дату.
Финал
17.12.2024 первая инстанция удовлетворила иск. 28.11.2025 апелляция решение отменила и отказала в иске. 13.04.2026 Суд по интеллектуальным правам оставил апелляцию в силе.
В самом деле убытки не рассчитывались: компенсация была заявлена через двукратную стоимость права использования. Но для учебного анализа полезно сопоставить две расчетные задачи — стоимость права использования и убытки. В методе LABRATE ROYALTY PRO (LRP) их экономическая конструкция близка, а принципиальное различие выражается параметром LS — долей лицензиара в прибыли лицензиата.
Вопрос для обсуждения
Если аналогом является договор коммерческой концессии, как доказать, какая часть паушального платежа и роялти приходится именно на товарный знак, а не на весь франчайзинговый пакет?
⭐️ Вопрос со звездочкой
Составьте короткий план расчета ставки роялти для товарного знака «АВТО-КОРЕЕЦ» методом LRP: объект и способ использования → база роялти → территория и период → релевантные виды деятельности → данные о рентабельности → рыночный диапазон и итоговая ставка.
И главное: если расчетная модель для убытков и стоимости права использования почти одна и та же, почему меняется LS? Какое значение LS применяется при расчете убытков, какое — при расчете стоимости права использования и в чем экономический смысл различия?
#кореец #ipкейс
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Дело № А76-28525/2022 — спор о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак. Истец выбрал компенсацию в двукратном размере стоимости права использования. Поэтому здесь два самостоятельных вопроса: было ли нарушение и как определить цену правомерного использования обозначения тем способом, которым его использовал ответчик.
Суть спора
ИП Удашова Г.Н. — правообладатель товарного знака «АВТО-КОРЕЕЦ» № 450278 с приоритетом от 07.09.2010. Она потребовала запретить ИП Сурковой Е.А. использовать «КОРЕЕЦ» на пяти магазинах автозапчастей в Челябинске и сайте кореец74.рф и взыскать 800 000 ₽.
Ответчик возражал: «КОРЕЕЦ» — более раннее коммерческое обозначение. По ее позиции, сеть работала под ним еще до приоритета товарного знака, а в 2020 году бизнес и права на обозначение перешли к Сурковой.
Откуда 800 000 ₽
Истец сослался на договор коммерческой концессии: паушальный взнос — 300 000 ₽, роялти — 20 000 ₽ ежемесячно за каждый магазин.
300 000 × 2 + (20 000 × 5 магазинов) × 2 = 800 000 ₽.
Первая инстанция приняла расчет, запретила использование «КОРЕЕЦ» и взыскала компенсацию.
Для оценщика здесь возникают вопросы: можно ли цену коммерческой концессии, охватывающей комплекс прав, считать ценой использования только товарного знака? Почему ежемесячное роялти учтено за один месяц? Как определить период, объем использования и базу роялти?
Почему решение отменили
Апелляция исследовала историю «КОРЕЕЦ»: договоры аренды, хозяйственные документы, рекламу, 2ГИС, социологическое исследование, материалы другого дела и доказательства передачи бизнеса. Суд признал использование коммерческого обозначения до 07.09.2010 и его переход к Сурковой вместе с элементами предприятия.
Отдельно проверялось мировое соглашение от 01.06.2020. Судебно-техническая экспертиза установила: страницы напечатаны на одном принтере и в одном цикле, подписи нанесены пишущим прибором. Точную дату изготовления текста определить не удалось; подписи лишь могли быть выполнены в указанную дату.
Финал
17.12.2024 первая инстанция удовлетворила иск. 28.11.2025 апелляция решение отменила и отказала в иске. 13.04.2026 Суд по интеллектуальным правам оставил апелляцию в силе.
В самом деле убытки не рассчитывались: компенсация была заявлена через двукратную стоимость права использования. Но для учебного анализа полезно сопоставить две расчетные задачи — стоимость права использования и убытки. В методе LABRATE ROYALTY PRO (LRP) их экономическая конструкция близка, а принципиальное различие выражается параметром LS — долей лицензиара в прибыли лицензиата.
Вопрос для обсуждения
Если аналогом является договор коммерческой концессии, как доказать, какая часть паушального платежа и роялти приходится именно на товарный знак, а не на весь франчайзинговый пакет?
⭐️ Вопрос со звездочкой
Составьте короткий план расчета ставки роялти для товарного знака «АВТО-КОРЕЕЦ» методом LRP: объект и способ использования → база роялти → территория и период → релевантные виды деятельности → данные о рентабельности → рыночный диапазон и итоговая ставка.
И главное: если расчетная модель для убытков и стоимости права использования почти одна и та же, почему меняется LS? Какое значение LS применяется при расчете убытков, какое — при расчете стоимости права использования и в чем экономический смысл различия?
#кореец #ipкейс
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Предлагаю ученикам и экспертам Школы проанализировать статью В.Б.Наумова и К.В.Дождикова "Калькулятор рисков в сфере интеллектуальной собственности" на предмет:
- поиска приемов, ошибок и моделей
см. в закрытом разделе Школы.
#наумоввикторборисович #ipкалькулятор
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
- поиска приемов, ошибок и моделей
см. в закрытом разделе Школы.
#наумоввикторборисович #ipкалькулятор
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Forwarded from ЦЭМИ РАН
❗К участию приглашаются представители креативных индустрий согласно международной классификации UNCTAD.
#Опрос
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Право говорит: «заплатить адекватную компенсацию». А сколько это в деньгах?
В книге Adam Buick Intellectual Property Rights in Pharmaceutical Test Data: Origins, Globalisation and Impact я нашел задачу, которая кажется частной, но выводит на фундаментальную проблему экономики интеллектуальной собственности.
В ряде соглашений EFTA допускалась модель, при которой последующий заявитель может опираться на ранее созданные регистрационные данные при условии выплаты adequate compensation. Но что считать «адекватной» компенсацией — не определено.
И тут начинается самое интересное.
Компенсация — абсолютная денежная величина. Ставка роялти — относительная величина. Это не одно и то же.
Чтобы перейти к деньгам, сначала нужно ответить на более трудный вопрос:
А если можно — как доказать, что выбранный процент относится именно к исследуемому ОИС?
И еще неприятнее:
Это уже проблема не только фармацевтики. Она возникает везде, где право или экономическая задача требуют определить плату за использование ОИС, а рынок не дает надежного наблюдаемого ответа.
Именно здесь начинается исследовательская программа аналитического метода расчета ставок роялти LRP.
В закрытом канале Школы я разместил книгу и подробный разбор: задача мирового уровня — и ее версии на месяц, день, час и 5 минут.
Для тех, кому уже мало научиться считать и хочется понять, почему мы вообще имеем право получить именно такую ставку.
#ipкейс #ipисследование
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
В книге Adam Buick Intellectual Property Rights in Pharmaceutical Test Data: Origins, Globalisation and Impact я нашел задачу, которая кажется частной, но выводит на фундаментальную проблему экономики интеллектуальной собственности.
В ряде соглашений EFTA допускалась модель, при которой последующий заявитель может опираться на ранее созданные регистрационные данные при условии выплаты adequate compensation. Но что считать «адекватной» компенсацией — не определено.
И тут начинается самое интересное.
Компенсация — абсолютная денежная величина. Ставка роялти — относительная величина. Это не одно и то же.
Чтобы перейти к деньгам, сначала нужно ответить на более трудный вопрос:
Можно ли вообще воспроизводимо рассчитать экономически обоснованную ставку роялти, если сопоставимых лицензий мало или нет, а экономический результат одновременно создают ОИС, другие права, капитал, производство, маркетинг и иные факторы?
А если можно — как доказать, что выбранный процент относится именно к исследуемому ОИС?
И еще неприятнее:
Когда научно правильный результат — не ставка, а отказ от ее расчета?
Это уже проблема не только фармацевтики. Она возникает везде, где право или экономическая задача требуют определить плату за использование ОИС, а рынок не дает надежного наблюдаемого ответа.
Именно здесь начинается исследовательская программа аналитического метода расчета ставок роялти LRP.
В закрытом канале Школы я разместил книгу и подробный разбор: задача мирового уровня — и ее версии на месяц, день, час и 5 минут.
Для тех, кому уже мало научиться считать и хочется понять, почему мы вообще имеем право получить именно такую ставку.
#ipкейс #ipисследование
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
«Поверьте старому Нейману» — или учитесь находить логические ошибки
Евгений Иосифович Нейман на вебинаре МСЭО сам предложил: «поверьте старому больному Нейману».
Предлагаю не верить. Ни Нейману, ни Костину, ни эксперту, ни учебнику, ни ИИ. Проверять, следует ли вывод из оснований.
Эксперты Школы оценщиков интеллектуальной собственности сейчас готовят пособие о логических ошибках в оценке ИС и НМА. И вебинар Неймана оказался почти готовым учебным кейсом.
1. «Фрагментарная цифровизация крайне опасна».
Почему?
Из того, что единая цифровая система может быть полезнее, не следует:
отдельный сервис → вред → опасность → провал.
Excel, база сделок, расчетная программа или ИИ-помощник могут прекрасно решать локальную задачу.
Чтобы доказать «крайнюю опасность», надо показать: что именно ломается, почему ломается и к каким последствиям это приводит.
Этого доказательства в вебинаре нет. Есть убеждение.
2. Либо единая экосистема, либо цифровой хаос.
Это похоже на ложную дихотомию: нам как будто предлагают выбрать только один из двух вариантов.
Но между ними есть модульные системы, API, независимые сервисы, локальные базы, специализированные программы.
И особенно забавно, что дальше Нейман сам предлагает мультиагентную систему из отдельных модулей.
Получается: отдельные сервисы плохи, пока их не назвали агентами экосистемы.
3. Один эксперимент — вывод о нейросетях вообще.
Нейман рассказывает, что в старом эксперименте с московскими квартирами после изменения выборки менялась значимость факторов.
Из этого делается широкий вывод о чувствительности нейросетевых алгоритмов.
Но один опыт не доказывает свойство целого класса методов.
Это как один раз поскользнуться зимой и объявить:
«ходить пешком опасно».
Корректный вывод уже и точнее: конкретную модель надо проверять на устойчивость к изменению данных.
4. «Попало в репозиторий — значит, этим можно пользоваться».
Нет.
Подлинность источника еще не означает, что данные подходят для конкретной оценки.
Можно иметь абсолютно настоящий кирпич — и пытаться открыть им дверь вместо ключа.
Достоверность источника ≠ релевантность ≠ сопоставимость ≠ пригодность для вывода.
5. И мой любимый образ: ИИ-эксперт — «танк», традиционная экспертиза — «палка».
Звучит эффектно.
Но где испытания танка?
Чтобы доказать превосходство, нужно взять одни и те же отчеты и сравнить:
человек ↔️ ИИ ↔️ человек + ИИ
по найденным ошибкам, пропускам, ложным срабатываниям и повторяемости результата.
Пока этого нет, «танк» — не установленный факт, а красивая гипотеза на гусеницах.
Вот почему логические ошибки в оценке — не академическая игрушка. В реальной практике часть выдают за целое, возможность — за факт, статистику группы — за свойство конкретного объекта, а слабое основание — за категорический вывод. И тогда миллиарды могут превращаться в копейки, а копейки — в миллиарды.
Главный вопрос очень простой: не «кто это сказал?», а «из чего это следует?»
И напоследок — маленькая ловушка в самом заголовке. Он как будто заставляет выбирать: либо поверить Нейману, либо учиться находить логические ошибки. Но это ложный выбор. Можно уважать опыт Неймана, соглашаться с частью его идей и одновременно проверять каждое его утверждение. Именно такой навык и нужен в профессиональной оценке.
#ipкейс #логическиеошибки
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Евгений Иосифович Нейман на вебинаре МСЭО сам предложил: «поверьте старому больному Нейману».
Предлагаю не верить. Ни Нейману, ни Костину, ни эксперту, ни учебнику, ни ИИ. Проверять, следует ли вывод из оснований.
Эксперты Школы оценщиков интеллектуальной собственности сейчас готовят пособие о логических ошибках в оценке ИС и НМА. И вебинар Неймана оказался почти готовым учебным кейсом.
1. «Фрагментарная цифровизация крайне опасна».
Почему?
Из того, что единая цифровая система может быть полезнее, не следует:
отдельный сервис → вред → опасность → провал.
Excel, база сделок, расчетная программа или ИИ-помощник могут прекрасно решать локальную задачу.
Чтобы доказать «крайнюю опасность», надо показать: что именно ломается, почему ломается и к каким последствиям это приводит.
Этого доказательства в вебинаре нет. Есть убеждение.
2. Либо единая экосистема, либо цифровой хаос.
Это похоже на ложную дихотомию: нам как будто предлагают выбрать только один из двух вариантов.
Но между ними есть модульные системы, API, независимые сервисы, локальные базы, специализированные программы.
И особенно забавно, что дальше Нейман сам предлагает мультиагентную систему из отдельных модулей.
Получается: отдельные сервисы плохи, пока их не назвали агентами экосистемы.
3. Один эксперимент — вывод о нейросетях вообще.
Нейман рассказывает, что в старом эксперименте с московскими квартирами после изменения выборки менялась значимость факторов.
Из этого делается широкий вывод о чувствительности нейросетевых алгоритмов.
Но один опыт не доказывает свойство целого класса методов.
Это как один раз поскользнуться зимой и объявить:
«ходить пешком опасно».
Корректный вывод уже и точнее: конкретную модель надо проверять на устойчивость к изменению данных.
4. «Попало в репозиторий — значит, этим можно пользоваться».
Нет.
Подлинность источника еще не означает, что данные подходят для конкретной оценки.
Можно иметь абсолютно настоящий кирпич — и пытаться открыть им дверь вместо ключа.
Достоверность источника ≠ релевантность ≠ сопоставимость ≠ пригодность для вывода.
5. И мой любимый образ: ИИ-эксперт — «танк», традиционная экспертиза — «палка».
Звучит эффектно.
Но где испытания танка?
Чтобы доказать превосходство, нужно взять одни и те же отчеты и сравнить:
человек ↔️ ИИ ↔️ человек + ИИ
по найденным ошибкам, пропускам, ложным срабатываниям и повторяемости результата.
Пока этого нет, «танк» — не установленный факт, а красивая гипотеза на гусеницах.
Вот почему логические ошибки в оценке — не академическая игрушка. В реальной практике часть выдают за целое, возможность — за факт, статистику группы — за свойство конкретного объекта, а слабое основание — за категорический вывод. И тогда миллиарды могут превращаться в копейки, а копейки — в миллиарды.
Главный вопрос очень простой: не «кто это сказал?», а «из чего это следует?»
И напоследок — маленькая ловушка в самом заголовке. Он как будто заставляет выбирать: либо поверить Нейману, либо учиться находить логические ошибки. Но это ложный выбор. Можно уважать опыт Неймана, соглашаться с частью его идей и одновременно проверять каждое его утверждение. Именно такой навык и нужен в профессиональной оценке.
#ipкейс #логическиеошибки
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
🎉С новым 2128 годом!🆕
Пока оценочный мир обсуждает IVS-2028, эксперты онлайн Школы оценщиков интеллектуальной собственности решили заглянуть еще дальше — на сто лет вперед.
2128 год. Отчет об оценке ИС уже не документ, а голотом: многомерный носитель, где слоями развернуты объект, право, данные, метод, расчет и доказательства. Три измерения — у модели стоимости, четвертое — у времени допущений, пятое — у цепочки прав.
Такой отчет хранится в квантовом контуре заказчика: не данные едут к оценщику, а оценщик — к данным. Прочитать его можно только через VR-очки с квалификационным ключом эксперта. Конфиденциальность гарантирует не гриф, а физика.
В реестрах 2128 года появляется новое средство индивидуализации — нейрознак. Он различает не товары и услуги, а почерк мышления связки «эксперт + ИИ». А стандарты знают новый вид стоимости — симбиотическую стоимость: она существует, пока человек и алгоритм мыслят вместе, и распадается вместе с их союзом.
Но главный вопрос профессии остается тем же: видит ли специалист, что именно он оценивает?
Объект — или право? Нейрознак — или товарный знак? Ставку роялти — или платёж? Симбиотическую стоимость — или рыночную? Расчёт — или доказательство? Метод — или источник числа?
А теперь вернемся из 2128-го в 2026-й. В профессиональном поле доступно издание учебника по оценке ИС и НМА 2026 года. Формально — современная дата. Профессионально — хороший повод проверить, насколько учебный текст соответствует сегодняшнему состоянию оценки, права, стандартов и судебно-экспертной практики.
Мы провели разбор всех 359 страниц. В реестре — 35 диагностических позиций: нормативная неактуальность, спорные формулы, расчетные несогласованности, слабые места в разграничении объекта, права, НМА, ставки роялти, базы расчета и доказательства.
Это не атака на авторов и не спор ради спора. Это вопрос к профессии:
каким должен быть новый учебник по оценке ИС и НМА?
Учебник, который не просто пересказывает формулы, а учит видеть цепочку:
задача → объект/право → данные → метод → расчет → проверка → доказательство → вывод.
Поэтому мы предлагаем не «разоблачение», а более полезный формат: новую архитектуру учебника и задачник «Ошибка как учебная задача». Ошибка здесь — не повод для обвинения, а профессиональный тренажер.
Новый учебник можно создавать по-разному. Один путь — ждать очередного издания. Другой — собрать реальные ошибки, спорные места и методические развилки и превратить их в задачи, которые учат оценщика, эксперта, юриста и студента мыслить точнее.
Это только один из возможных путей к новому учебнику.
Но, возможно, именно с него и начинается профессиональное обновление. Потому что будущее оценки ИС начинается не с носителя — бумажного, цифрового или пятимерного.
Оно начинается с ответственности за качество профессионального мышления.
⚖️ IP Logic Crash Test для зарубежной публикации по IP.‼️
#финуниверситет #логическиеошибки #оценкабудущего #IVS2028 #ошибкакакучебнаязадача
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Пока оценочный мир обсуждает IVS-2028, эксперты онлайн Школы оценщиков интеллектуальной собственности решили заглянуть еще дальше — на сто лет вперед.
2128 год. Отчет об оценке ИС уже не документ, а голотом: многомерный носитель, где слоями развернуты объект, право, данные, метод, расчет и доказательства. Три измерения — у модели стоимости, четвертое — у времени допущений, пятое — у цепочки прав.
Такой отчет хранится в квантовом контуре заказчика: не данные едут к оценщику, а оценщик — к данным. Прочитать его можно только через VR-очки с квалификационным ключом эксперта. Конфиденциальность гарантирует не гриф, а физика.
В реестрах 2128 года появляется новое средство индивидуализации — нейрознак. Он различает не товары и услуги, а почерк мышления связки «эксперт + ИИ». А стандарты знают новый вид стоимости — симбиотическую стоимость: она существует, пока человек и алгоритм мыслят вместе, и распадается вместе с их союзом.
Но главный вопрос профессии остается тем же: видит ли специалист, что именно он оценивает?
Объект — или право? Нейрознак — или товарный знак? Ставку роялти — или платёж? Симбиотическую стоимость — или рыночную? Расчёт — или доказательство? Метод — или источник числа?
А теперь вернемся из 2128-го в 2026-й. В профессиональном поле доступно издание учебника по оценке ИС и НМА 2026 года. Формально — современная дата. Профессионально — хороший повод проверить, насколько учебный текст соответствует сегодняшнему состоянию оценки, права, стандартов и судебно-экспертной практики.
Мы провели разбор всех 359 страниц. В реестре — 35 диагностических позиций: нормативная неактуальность, спорные формулы, расчетные несогласованности, слабые места в разграничении объекта, права, НМА, ставки роялти, базы расчета и доказательства.
Это не атака на авторов и не спор ради спора. Это вопрос к профессии:
каким должен быть новый учебник по оценке ИС и НМА?
Учебник, который не просто пересказывает формулы, а учит видеть цепочку:
задача → объект/право → данные → метод → расчет → проверка → доказательство → вывод.
Поэтому мы предлагаем не «разоблачение», а более полезный формат: новую архитектуру учебника и задачник «Ошибка как учебная задача». Ошибка здесь — не повод для обвинения, а профессиональный тренажер.
Новый учебник можно создавать по-разному. Один путь — ждать очередного издания. Другой — собрать реальные ошибки, спорные места и методические развилки и превратить их в задачи, которые учат оценщика, эксперта, юриста и студента мыслить точнее.
Это только один из возможных путей к новому учебнику.
Но, возможно, именно с него и начинается профессиональное обновление. Потому что будущее оценки ИС начинается не с носителя — бумажного, цифрового или пятимерного.
Оно начинается с ответственности за качество профессионального мышления.
⚖️ IP Logic Crash Test для зарубежной публикации по IP.
#финуниверситет #логическиеошибки #оценкабудущего #IVS2028 #ошибкакакучебнаязадача
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
О пользе членства в LES
Отчёт "LES High Tech Sector Royalty Rates & Deal Terms Survey Report 2021" был опубликован 26 сентября 2022 года Licensing Executives Society (LES) USA & Canada.
Страница отчёта: https://www.lesusacanada.org/royalty-rate-surveys/
Для членов LES: Бесплатно (требуется логин)
Для не-членов: Можно приобрести за плату или скачать краткое резюме (Executive Summary)
Поскольку А.В.Костин является действительным членом LES, данный отчет имеется в электронной библиотеке Школы оценщиков интеллектуальной собственности и доступен ученикам и экспертам Школы.
#les #lesrussia #ставкироялти
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Отчёт "LES High Tech Sector Royalty Rates & Deal Terms Survey Report 2021" был опубликован 26 сентября 2022 года Licensing Executives Society (LES) USA & Canada.
Страница отчёта: https://www.lesusacanada.org/royalty-rate-surveys/
Для членов LES: Бесплатно (требуется логин)
Для не-членов: Можно приобрести за плату или скачать краткое резюме (Executive Summary)
Поскольку А.В.Костин является действительным членом LES, данный отчет имеется в электронной библиотеке Школы оценщиков интеллектуальной собственности и доступен ученикам и экспертам Школы.
#les #lesrussia #ставкироялти
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Новые IP-кейсы из судебных дел
см. комментарии к новости https://t.me/ipvaluationschool/5245
#справочникпоставкамроялти #cmd
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
см. комментарии к новости https://t.me/ipvaluationschool/5245
#справочникпоставкамроялти #cmd
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
ЦИФРА НЕДЕЛИ: $3 ТРИЛЛИОНА
Именно столько внебалансовых обязательств, преимущественно связанных с искусственным интеллектом, накопили девять крупнейших технологических компаний, согласно анализу The Wall Street Journal.
Для масштаба: их совокупные капитальные затраты за последний отчетный год составили около $600 млрд. При этом примерно $1,2 трлн приходится на будущие арендные обязательства, которые еще не начали действовать, и около $1,9 трлн — на договорные обязательства по будущим закупкам.
Для оценщика эта цифра интересна прежде всего тем, что показывает: экономическая реальность технологической компании становится значительно шире того, что непосредственно видно в бухгалтерском балансе.
Искусственный интеллект меняет технологии, структуру активов, затрат, обязательств и факторов стоимости бизнеса. Вместе с ними должны развиваться и технологии оценки.
И здесь есть интересная история длиной ровно в десять лет.
В 2016 году на форсайт-сессии по трансформации оценочной деятельности обсуждался проект «Оценщик технологий 4.0». Большинство участвовавших оценщиков проголосовали за него как за проект развития.
Тогда предлагалось создать:
классификатор оценочных технологий → стандарт и язык их описания → конструктор оценочных моделей → базы данных показателей и оценочных практик → верификатор оценочных моделей → программные средства интеллектуальной поддержки оценщика.
Более того, в запланированной тогда научно-исследовательской работе была сформулирована задача, которая в 2016 году могла показаться слишком амбициозной: средства автоматизации должны не только сокращать рутинный труд оценщика, но и брать на себя отдельные интеллектуальные функции за счет моделирования рассуждений специалиста.
В документе также ставились задачи извлечения и структурирования исходных данных, построения оценочных моделей, создания базы знаний и получения количественных и качественных показателей. Особое внимание уделялось воспроизводимости результатов и возможности их проверки.
В 2016 году для полной реализации такого замысла еще не хватало технологий.
В 2026 году появились большие языковые модели, ИИ-агенты, большие массивы машиночитаемых данных и принципиально новые возможности автоматизации профессионального анализа.
Коллеги тогда не ошиблись.
Проект продолжается.
За десять лет появились новые методики, программные решения, образовательные проекты, инструменты нечеткой логики, большие данные и ИИ-агенты. Сегодня идеи «Оценщика технологий 4.0» получают новое развитие уже на другом технологическом уровне.
2016 → 2026.
Иногда хорошей идее нужно десять лет, чтобы технологии догнали замысел.
#цифровыеактивы #ipкейс #ipскорость #оценщиктехнологий
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Именно столько внебалансовых обязательств, преимущественно связанных с искусственным интеллектом, накопили девять крупнейших технологических компаний, согласно анализу The Wall Street Journal.
Для масштаба: их совокупные капитальные затраты за последний отчетный год составили около $600 млрд. При этом примерно $1,2 трлн приходится на будущие арендные обязательства, которые еще не начали действовать, и около $1,9 трлн — на договорные обязательства по будущим закупкам.
Для оценщика эта цифра интересна прежде всего тем, что показывает: экономическая реальность технологической компании становится значительно шире того, что непосредственно видно в бухгалтерском балансе.
Искусственный интеллект меняет технологии, структуру активов, затрат, обязательств и факторов стоимости бизнеса. Вместе с ними должны развиваться и технологии оценки.
И здесь есть интересная история длиной ровно в десять лет.
В 2016 году на форсайт-сессии по трансформации оценочной деятельности обсуждался проект «Оценщик технологий 4.0». Большинство участвовавших оценщиков проголосовали за него как за проект развития.
Тогда предлагалось создать:
классификатор оценочных технологий → стандарт и язык их описания → конструктор оценочных моделей → базы данных показателей и оценочных практик → верификатор оценочных моделей → программные средства интеллектуальной поддержки оценщика.
Более того, в запланированной тогда научно-исследовательской работе была сформулирована задача, которая в 2016 году могла показаться слишком амбициозной: средства автоматизации должны не только сокращать рутинный труд оценщика, но и брать на себя отдельные интеллектуальные функции за счет моделирования рассуждений специалиста.
В документе также ставились задачи извлечения и структурирования исходных данных, построения оценочных моделей, создания базы знаний и получения количественных и качественных показателей. Особое внимание уделялось воспроизводимости результатов и возможности их проверки.
В 2016 году для полной реализации такого замысла еще не хватало технологий.
В 2026 году появились большие языковые модели, ИИ-агенты, большие массивы машиночитаемых данных и принципиально новые возможности автоматизации профессионального анализа.
Коллеги тогда не ошиблись.
Проект продолжается.
За десять лет появились новые методики, программные решения, образовательные проекты, инструменты нечеткой логики, большие данные и ИИ-агенты. Сегодня идеи «Оценщика технологий 4.0» получают новое развитие уже на другом технологическом уровне.
2016 → 2026.
Иногда хорошей идее нужно десять лет, чтобы технологии догнали замысел.
#цифровыеактивы #ipкейс #ipскорость #оценщиктехнологий
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Доля лицензиара: что мы на самом деле измеряем?
В расчетах ставок роялти используется Licensor’s Share (LS) — доля лицензиара в экономическом результате лицензиата. Кажется, что главный вопрос — какой она должна быть: 25 %, 30 %, 40 %?
Но сначала следует ответить на более трудный вопрос: долю чего и почему именно эту долю мы измеряем?
⚖️ Научная проблема. В теории и практике лицензирования пока нет общепринятого воспроизводимого подхода к определению LS, который одновременно устанавливал бы экономический результат, подлежащий распределению; разграничивал вклад лицензируемой ИС и комплементарных ресурсов лицензиата; отделял создание ценности от ее распределения между сторонами; учитывал условия договора, риски, альтернативы и переговорные позиции сторон; допускал эмпирическую проверку.
Поэтому спор о том, равен LS 25 или 40 %, преждевременен, пока не получен ответ на вопрос: 25 % от чего? Прибыль от продаж, EBIT, дополнительная прибыль благодаря использованию ИС и экономическая рента — разные экономические величины. Одинаковый процент от разных знаменателей не означает одинаковой доли.
🧩 Здесь особенно важно разделить три уровня.
Создание результата. Какой экономический результат возникает при совместном использовании ИС лицензиара и капитала, производства, маркетинга, данных, управления и других ресурсов лицензиата?
Вклад ИС. Какая часть этого результата обусловлена именно лицензируемым объектом?
Распределение результата. Как созданная ценность распределяется между сторонами с учетом их рисков, инвестиций, альтернатив, переговорной силы и условий договора?
Отсюда принципиальный вывод: вклад ИС в создание прибыли и доля прибыли, получаемая лицензиаром, — не одно и то же.
🕸 Семантическая топология В. А. Рубанова позволяет увидеть проблему через окрестности исследуемого понятия. Для LS первая окрестность — результат, доля, платеж; следующая — ИС, ресурсы лицензиата, вклад, риск; далее — договор, интересы, альтернативы, переговоры; наконец — данные, измерение, проверка, доказательство. Исключение любой существенной окрестности обедняет экономический смысл LS.
🎯 Поэтому цель исследования — не найти еще один «правильный процент», а разработать и проверить модель, объясняющую LS через наблюдаемые характеристики конкретной лицензионной ситуации.
Для этого необходимо пройти четыре уровня: определимость → наблюдаемость → идентифицируемость → воспроизводимость. Сначала определить, что такое LS; затем установить доступные для наблюдения данные; проверить, позволяют ли они выделить исследуемый эффект; наконец, обеспечить возможность независимого повторения расчета.
📚 Пять тем для исследований учеников и экспертов Школы:
① Licensor’s Share: что является объектом измерения?
② Знаменатель LS: какую прибыль следует распределять?
③ Вклад ИС и доля лицензиара: почему это разные величины?
④ Можно ли восстановить LS по данным реальных лицензионных сделок?
⑤ LS — константа, распределение или функция условий лицензирования?
Критерий успеха такой исследовательской программы прост: не предложить новый диапазон LS, а научиться объяснять, почему в двух лицензионных ситуациях доля лицензиара различается и какие наблюдаемые факторы вызывают это различие.
Возможно, главная методологическая ошибка состоит в поиске «правильного процента» там, где сначала необходимо определить сам объект измерения.
#ls #LicensorShare #ipкейс #ipстатья #ipисследование
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
В расчетах ставок роялти используется Licensor’s Share (LS) — доля лицензиара в экономическом результате лицензиата. Кажется, что главный вопрос — какой она должна быть: 25 %, 30 %, 40 %?
Но сначала следует ответить на более трудный вопрос: долю чего и почему именно эту долю мы измеряем?
⚖️ Научная проблема. В теории и практике лицензирования пока нет общепринятого воспроизводимого подхода к определению LS, который одновременно устанавливал бы экономический результат, подлежащий распределению; разграничивал вклад лицензируемой ИС и комплементарных ресурсов лицензиата; отделял создание ценности от ее распределения между сторонами; учитывал условия договора, риски, альтернативы и переговорные позиции сторон; допускал эмпирическую проверку.
Поэтому спор о том, равен LS 25 или 40 %, преждевременен, пока не получен ответ на вопрос: 25 % от чего? Прибыль от продаж, EBIT, дополнительная прибыль благодаря использованию ИС и экономическая рента — разные экономические величины. Одинаковый процент от разных знаменателей не означает одинаковой доли.
🧩 Здесь особенно важно разделить три уровня.
Создание результата. Какой экономический результат возникает при совместном использовании ИС лицензиара и капитала, производства, маркетинга, данных, управления и других ресурсов лицензиата?
Вклад ИС. Какая часть этого результата обусловлена именно лицензируемым объектом?
Распределение результата. Как созданная ценность распределяется между сторонами с учетом их рисков, инвестиций, альтернатив, переговорной силы и условий договора?
Отсюда принципиальный вывод: вклад ИС в создание прибыли и доля прибыли, получаемая лицензиаром, — не одно и то же.
🕸 Семантическая топология В. А. Рубанова позволяет увидеть проблему через окрестности исследуемого понятия. Для LS первая окрестность — результат, доля, платеж; следующая — ИС, ресурсы лицензиата, вклад, риск; далее — договор, интересы, альтернативы, переговоры; наконец — данные, измерение, проверка, доказательство. Исключение любой существенной окрестности обедняет экономический смысл LS.
🎯 Поэтому цель исследования — не найти еще один «правильный процент», а разработать и проверить модель, объясняющую LS через наблюдаемые характеристики конкретной лицензионной ситуации.
Для этого необходимо пройти четыре уровня: определимость → наблюдаемость → идентифицируемость → воспроизводимость. Сначала определить, что такое LS; затем установить доступные для наблюдения данные; проверить, позволяют ли они выделить исследуемый эффект; наконец, обеспечить возможность независимого повторения расчета.
📚 Пять тем для исследований учеников и экспертов Школы:
① Licensor’s Share: что является объектом измерения?
② Знаменатель LS: какую прибыль следует распределять?
③ Вклад ИС и доля лицензиара: почему это разные величины?
④ Можно ли восстановить LS по данным реальных лицензионных сделок?
⑤ LS — константа, распределение или функция условий лицензирования?
Критерий успеха такой исследовательской программы прост: не предложить новый диапазон LS, а научиться объяснять, почему в двух лицензионных ситуациях доля лицензиара различается и какие наблюдаемые факторы вызывают это различие.
Возможно, главная методологическая ошибка состоит в поиске «правильного процента» там, где сначала необходимо определить сам объект измерения.
#ls #LicensorShare #ipкейс #ipстатья #ipисследование
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
PCAOB: оценка нематериальных активов уязвима еще до начала расчета
В инспекционных отчетах PCAOB за 2026 год есть показательный эпизод, важный не только для аудиторов, но и для оценщиков интеллектуальной собственности.
При проверке Kreit & Chiu CPA LLP PCAOB выявил существенные недостатки аудиторских процедур в отношении приобретенных нематериальных активов. Аудитор отнес эту область к значимому риску, однако при проверке правильности учета активов фактически ограничился изучением сайтов, где они рекламировались, и не выполнил достаточных процедур для исследования их юридических условий. Кроме того, не была оценена релевантность части внешней информации, использованной при проверке стоимости этих НМА.
Важно: PCAOB не утверждает, что сами активы обязательно были неправильно учтены или оценены. Проблема состояла в недостаточности доказательств, на которых основывался аудиторский вывод.
Для оценщика ИС отсюда следует более общий методический принцип:
стоимостной расчет — только одно звено доказательной цепочки. Перед ним должны быть обоснованы: объект → право → юридические условия → источник информации → пригодность данных → предпосылки → метод → расчет → вывод.
Если одно из первых звеньев ненадежно, математически безошибочный расчет еще не делает результат обоснованным.
Особенно важен второй недостаток, отмеченный PCAOB: наличие внешнего источника само по себе не доказывает пригодность содержащейся в нем информации.
Для IP-оценщика это непосредственно относится к:
— лицензионным договорам из коммерческих баз;
— сведениям о ставках роялти;
— финансовым показателям компаний-аналогов;
— мультипликаторам сделок;
— отраслевой статистике и аналитическим обзорам.
Найти данные недостаточно. Необходимо объяснить, почему именно эти данные относятся к оцениваемому объекту и исследуемому параметру.
Серия отчетов PCAOB также показывает устойчивое внимание аудиторов к Revenue and related accounts, goodwill и intangible assets. Например, в инспекции Ernst & Young LLP за 2025 год выручка и связанные счета проверялись в 42 аудитах, goodwill and intangible assets — в 14.
Для оценщика отсюда не следует, что бухгалтерской отчетности нельзя доверять. Следует другое: если выручка используется как база роялти или иной ключевой параметр модели, нужно установить не только ее числовое значение, но и соответствие экономическому контуру использования конкретного ОИС.
Достоверная выручка компании может оказаться нерелевантной выручкой для оцениваемого права.
Именно поэтому надежность оценки определяется не только формулой, но и прослеживаемостью всей цепочки от объекта и права до исходных данных и итогового вывода.
Хорошая формула не исправляет ошибочно определенный объект.
Качественная база данных не исправляет несопоставимый аналог.
Точный расчет не делает релевантной информацию, связь которой с предметом оценки не доказана.
Источник: Public Company Accounting Oversight Board. Firm Inspection Reports, 2026.
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
В инспекционных отчетах PCAOB за 2026 год есть показательный эпизод, важный не только для аудиторов, но и для оценщиков интеллектуальной собственности.
При проверке Kreit & Chiu CPA LLP PCAOB выявил существенные недостатки аудиторских процедур в отношении приобретенных нематериальных активов. Аудитор отнес эту область к значимому риску, однако при проверке правильности учета активов фактически ограничился изучением сайтов, где они рекламировались, и не выполнил достаточных процедур для исследования их юридических условий. Кроме того, не была оценена релевантность части внешней информации, использованной при проверке стоимости этих НМА.
Важно: PCAOB не утверждает, что сами активы обязательно были неправильно учтены или оценены. Проблема состояла в недостаточности доказательств, на которых основывался аудиторский вывод.
Для оценщика ИС отсюда следует более общий методический принцип:
стоимостной расчет — только одно звено доказательной цепочки. Перед ним должны быть обоснованы: объект → право → юридические условия → источник информации → пригодность данных → предпосылки → метод → расчет → вывод.
Если одно из первых звеньев ненадежно, математически безошибочный расчет еще не делает результат обоснованным.
Особенно важен второй недостаток, отмеченный PCAOB: наличие внешнего источника само по себе не доказывает пригодность содержащейся в нем информации.
Для IP-оценщика это непосредственно относится к:
— лицензионным договорам из коммерческих баз;
— сведениям о ставках роялти;
— финансовым показателям компаний-аналогов;
— мультипликаторам сделок;
— отраслевой статистике и аналитическим обзорам.
Найти данные недостаточно. Необходимо объяснить, почему именно эти данные относятся к оцениваемому объекту и исследуемому параметру.
Серия отчетов PCAOB также показывает устойчивое внимание аудиторов к Revenue and related accounts, goodwill и intangible assets. Например, в инспекции Ernst & Young LLP за 2025 год выручка и связанные счета проверялись в 42 аудитах, goodwill and intangible assets — в 14.
Для оценщика отсюда не следует, что бухгалтерской отчетности нельзя доверять. Следует другое: если выручка используется как база роялти или иной ключевой параметр модели, нужно установить не только ее числовое значение, но и соответствие экономическому контуру использования конкретного ОИС.
Достоверная выручка компании может оказаться нерелевантной выручкой для оцениваемого права.
Именно поэтому надежность оценки определяется не только формулой, но и прослеживаемостью всей цепочки от объекта и права до исходных данных и итогового вывода.
Хорошая формула не исправляет ошибочно определенный объект.
Качественная база данных не исправляет несопоставимый аналог.
Точный расчет не делает релевантной информацию, связь которой с предметом оценки не доказана.
Источник: Public Company Accounting Oversight Board. Firm Inspection Reports, 2026.
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
🤩1
Кейс для IP-исследователей: что изменилось в методологии Разгайтиса за 10 лет?
В 1999 году Richard Razgaitis публикует Early-Stage Technologies: Valuation and Pricing. Глава 6 посвящена Rules of Thumb (эвристическим правилам), включая широко известное 25 Percent Rule (правило 25 процентов).
Через десять лет выходит Valuation and Dealmaking of Technology-Based Intellectual Property (2009). Глава 6 вновь посвящена Rules of Thumb, а правило 25 процентов сохраняется в качестве одного из центральных предметов анализа.
На первый взгляд, за десять лет изменилось немного: тот же автор, та же глава 6, то же правило распределения экономического результата между лицензиаром и лицензиатом.
Но именно такое первое впечатление интересно проверить.
В издании 1999 года Разгайтис рассматривает экономический выигрыш от лицензирования, вклад сторон, инвестиции и риск, выбор показателя прибыли, отраслевые ориентиры, корректировку исходной доли и использование профессионального суждения. Поэтому было бы неправильно считать редакцию 1999 года «примитивным правилом 25%». Уже тогда автор устанавливал существенные ограничения его применения.
В редакции 2009 года основная эвристика сохраняется, но содержание главы заметно расширяется. Появляется более подробный анализ нескольких необходимых прав, royalty stacking (наложения лицензионных платежей), выбора экономической базы, соотношения части продукта и результата всей системы, временного разрыва между инвестициями и получением прибыли, а также неправильных способов применения эвристических правил. Разгайтис отдельно обсуждает и вопрос о том, можно ли считать имеющиеся отраслевые данные эмпирическим доказательством правила 25 процентов.
Поэтому интерес представляет не вопрос «работает ли правило 25 процентов?», а более сложная задача:
что именно изменилось за десять лет — сам метод, его экономическое обоснование, условия применимости, требования к данным, способы проверки результата или представление автора о границах профессионального суждения?
Для учеников Школы IP-оценщиков это возможность провести небольшой IP Logic Crash Test реального методического источника, причем одного автора с интервалом в десять лет.
Задание: проведите сравнительный анализ глав 6 изданий Разгайтиса 1999 и 2009 годов, которые будут размещены в комментарии к этому посту. Выявите, что сохранилось, что было изменено, уточнено или добавлено, какие методические проблемы остались нерешенными, и сделайте собственные выводы.
Главный вопрос: изменился ли за десять лет сам методический подход Разгайтиса — или главным результатом эволюции стало более глубокое понимание условий и границ применения прежнего подхода?
#РичардРазгайтис #RichardRazgaitis #Разгайтис #Razgaitis
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
В 1999 году Richard Razgaitis публикует Early-Stage Technologies: Valuation and Pricing. Глава 6 посвящена Rules of Thumb (эвристическим правилам), включая широко известное 25 Percent Rule (правило 25 процентов).
Через десять лет выходит Valuation and Dealmaking of Technology-Based Intellectual Property (2009). Глава 6 вновь посвящена Rules of Thumb, а правило 25 процентов сохраняется в качестве одного из центральных предметов анализа.
На первый взгляд, за десять лет изменилось немного: тот же автор, та же глава 6, то же правило распределения экономического результата между лицензиаром и лицензиатом.
Но именно такое первое впечатление интересно проверить.
В издании 1999 года Разгайтис рассматривает экономический выигрыш от лицензирования, вклад сторон, инвестиции и риск, выбор показателя прибыли, отраслевые ориентиры, корректировку исходной доли и использование профессионального суждения. Поэтому было бы неправильно считать редакцию 1999 года «примитивным правилом 25%». Уже тогда автор устанавливал существенные ограничения его применения.
В редакции 2009 года основная эвристика сохраняется, но содержание главы заметно расширяется. Появляется более подробный анализ нескольких необходимых прав, royalty stacking (наложения лицензионных платежей), выбора экономической базы, соотношения части продукта и результата всей системы, временного разрыва между инвестициями и получением прибыли, а также неправильных способов применения эвристических правил. Разгайтис отдельно обсуждает и вопрос о том, можно ли считать имеющиеся отраслевые данные эмпирическим доказательством правила 25 процентов.
Поэтому интерес представляет не вопрос «работает ли правило 25 процентов?», а более сложная задача:
что именно изменилось за десять лет — сам метод, его экономическое обоснование, условия применимости, требования к данным, способы проверки результата или представление автора о границах профессионального суждения?
Для учеников Школы IP-оценщиков это возможность провести небольшой IP Logic Crash Test реального методического источника, причем одного автора с интервалом в десять лет.
Задание: проведите сравнительный анализ глав 6 изданий Разгайтиса 1999 и 2009 годов, которые будут размещены в комментарии к этому посту. Выявите, что сохранилось, что было изменено, уточнено или добавлено, какие методические проблемы остались нерешенными, и сделайте собственные выводы.
Главный вопрос: изменился ли за десять лет сам методический подход Разгайтиса — или главным результатом эволюции стало более глубокое понимание условий и границ применения прежнего подхода?
#РичардРазгайтис #RichardRazgaitis #Разгайтис #Razgaitis
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Заведомо ложное заключение или грубая экспертная ошибка? Кейс «Рикор Электроникс»
В деле № А08-15106/2017 правообладатель товарного знака № 289416 — АО «Рикор Электроникс» — требовал 180 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права. Расчет строился на двукратной стоимости права использования товарного знака.
Суд назначил экспертизу и поставил один вопрос: какова стоимость права использования товарного знака, которая обычно взимается за его правомерное использование?
В материалах дела находился лицензионный договор от 01.10.2016 между АО «Рикор Электроникс» и ООО «Техносфера». По нему лицензиат должен был выплачивать:
90 000 руб. фиксированного вознаграждения независимо от срока и количества фактов использования знака;
ставку роялти 7% от «полной фактурной стоимости продажи продукции и/или оказания услуг, содержащих объект интеллектуальной собственности, в том числе НДС».
Теперь посмотрим на ООО «Техносфера».
2016: выручка — 1,526 млн руб., чистая прибыль — 85 тыс. руб.
2017: выручка — 1,220 млн руб., чистая прибыль — 68 тыс. руб.
Один только фиксированный платеж был сопоставим с годовой чистой прибылью всей компании и превышал ее. Дополнительно договор предусматривал ставку роялти 7%.
Это еще не доказывает нерыночность договора. Но такие цифры требуют профессиональной проверки: какой экономический смысл имела лицензия для лицензиата, как фактически использовался товарный знак, исполнялся ли договор, какие платежи действительно производились и почему условия именно этой сделки могут характеризовать цену, которая обычно взимается?
Эксперты дали суду ответ: стоимость права использования составляет не менее 90 000 руб.
Однако Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд признал экспертное заключение недопустимым доказательством. Суд указал, что в нем отсутствуют обоснование применения только сравнительного метода, описание расчетов и пояснения к ним, а потому невозможно проверить достоверность содержащихся сведений. Этот вывод затем отражен в постановлении Суда по интеллектуальным правам и определении Верховного Суда РФ.
Но сам лицензионный договор из доказательств исключен не был. Довод о его притворности суд отклонил, поскольку надлежащих доказательств представлено не было; договор недействительным не признан, заявление о его фальсификации не подавалось.
В итоге первая инстанция взыскала 180 000 руб., а апелляция снизила компенсацию до 90 000 руб., учитывая характер нарушения, единичную продажу товара стоимостью 260 руб. и требования разумности и справедливости.
Ученики Школы могут провести подробный IP Logic Crash Test материалов дела — включая лицензионный договор, финансовую отчетность лицензиата и заключение экспертов. Остальным читателям стоит самостоятельно изучить открытые судебные акты всех инстанций и проверить, совпадет ли их вывод с выводами суда.
Главный вопрос:
Задача повышенной сложности:
И самый сложный вопрос:
#IPкейс #рикорэлектроникс #тз289416 #IPLogicReview #IPLogicCrashTest
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
В деле № А08-15106/2017 правообладатель товарного знака № 289416 — АО «Рикор Электроникс» — требовал 180 000 руб. компенсации за нарушение исключительного права. Расчет строился на двукратной стоимости права использования товарного знака.
Суд назначил экспертизу и поставил один вопрос: какова стоимость права использования товарного знака, которая обычно взимается за его правомерное использование?
В материалах дела находился лицензионный договор от 01.10.2016 между АО «Рикор Электроникс» и ООО «Техносфера». По нему лицензиат должен был выплачивать:
90 000 руб. фиксированного вознаграждения независимо от срока и количества фактов использования знака;
ставку роялти 7% от «полной фактурной стоимости продажи продукции и/или оказания услуг, содержащих объект интеллектуальной собственности, в том числе НДС».
Теперь посмотрим на ООО «Техносфера».
2016: выручка — 1,526 млн руб., чистая прибыль — 85 тыс. руб.
2017: выручка — 1,220 млн руб., чистая прибыль — 68 тыс. руб.
Один только фиксированный платеж был сопоставим с годовой чистой прибылью всей компании и превышал ее. Дополнительно договор предусматривал ставку роялти 7%.
Это еще не доказывает нерыночность договора. Но такие цифры требуют профессиональной проверки: какой экономический смысл имела лицензия для лицензиата, как фактически использовался товарный знак, исполнялся ли договор, какие платежи действительно производились и почему условия именно этой сделки могут характеризовать цену, которая обычно взимается?
Эксперты дали суду ответ: стоимость права использования составляет не менее 90 000 руб.
Однако Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд признал экспертное заключение недопустимым доказательством. Суд указал, что в нем отсутствуют обоснование применения только сравнительного метода, описание расчетов и пояснения к ним, а потому невозможно проверить достоверность содержащихся сведений. Этот вывод затем отражен в постановлении Суда по интеллектуальным правам и определении Верховного Суда РФ.
Но сам лицензионный договор из доказательств исключен не был. Довод о его притворности суд отклонил, поскольку надлежащих доказательств представлено не было; договор недействительным не признан, заявление о его фальсификации не подавалось.
В итоге первая инстанция взыскала 180 000 руб., а апелляция снизила компенсацию до 90 000 руб., учитывая характер нарушения, единичную продажу товара стоимостью 260 руб. и требования разумности и справедливости.
Ученики Школы могут провести подробный IP Logic Crash Test материалов дела — включая лицензионный договор, финансовую отчетность лицензиата и заключение экспертов. Остальным читателям стоит самостоятельно изучить открытые судебные акты всех инстанций и проверить, совпадет ли их вывод с выводами суда.
Главный вопрос:
Какие данные и какое правило перехода позволяют превратить условия одной конкретной лицензионной сделки в вывод о цене, которая «при сравнимых обстоятельствах обычно взимается»?
Задача повышенной сложности:
Какие дополнительные доказательства позволили бы обоснованно установить нерыночность или искусственный характер договора от 01.10.2016?
И самый сложный вопрос:
Где проходит доказательная граница между грубо ошибочным экспертным заключением и заключением, в отношении которого уже допустимо ставить вопрос о заведомой ложности?
#IPкейс #рикорэлектроникс #тз289416 #IPLogicReview #IPLogicCrashTest
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Еженедельный стресс-тест Labrate Royalty Pro: что показали новые кейсы
В свежем обзоре выделяются четыре материала, важные для оценки интеллектуальных прав, ставок роялти и расчета компенсации.
Первое: дело Swatch v. Samsung по цифровому использованию товарных знаков в приложениях для часов. Суд показал, что доход нарушителя, гипотетическое лицензионное вознаграждение и экономический вред правообладателю — не одно и то же. Для оценки важен не только факт использования обозначения, но и способ: товар, реклама, интерфейс, магазин приложений.
Второе: TwinStrand / University of Washington v. Guardant Health. Ставка 6% сама по себе мало что говорит без точной базы: к каким продуктам, услугам, периоду и технологии она применена. Особенно важен вывод о модификации продукта: коммерческое наименование может сохраниться, а объект использования — измениться.
Третье: обзор IAM Patent Litigation Review 2027. Он полезен как материал для проверки судебных подходов к FRAND и патентным убыткам. Но судебный «средний результат» между позициями сторон нельзя смешивать со статистическим согласованием расчетов: внешне арифметика похожа, доказательственная природа разная.
Четвертое: анализ Cornerstone Research по убыткам в спорах о секретах производства. Ключевой урок — каждый денежный эффект должен быть привязан к конкретному элементу ноу-хау, периоду, доказательствам и доле влияния. Иначе возникает риск двойного счета между упущенной выгодой, сбереженными затратами и разумным лицензионным вознаграждением.
Зачем мы это делаем? Чтобы метод не жил в закрытой теории, а еженедельно проверялся на новых судебных и аналитических материалах. На этой неделе анализ показал: оснований менять ядро Labrate Royalty Pro — BC → Kᵢ → SRRD → SRR — нет. Усиливать нужно не формулу, а дисциплину ее применения: точную лицензионную базу, неизменность объекта использования во времени и причинную связь денежного эффекта с конкретным ОИС.
#IPобзор #labrateroyaltypro #стресстест
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
В свежем обзоре выделяются четыре материала, важные для оценки интеллектуальных прав, ставок роялти и расчета компенсации.
Первое: дело Swatch v. Samsung по цифровому использованию товарных знаков в приложениях для часов. Суд показал, что доход нарушителя, гипотетическое лицензионное вознаграждение и экономический вред правообладателю — не одно и то же. Для оценки важен не только факт использования обозначения, но и способ: товар, реклама, интерфейс, магазин приложений.
Второе: TwinStrand / University of Washington v. Guardant Health. Ставка 6% сама по себе мало что говорит без точной базы: к каким продуктам, услугам, периоду и технологии она применена. Особенно важен вывод о модификации продукта: коммерческое наименование может сохраниться, а объект использования — измениться.
Третье: обзор IAM Patent Litigation Review 2027. Он полезен как материал для проверки судебных подходов к FRAND и патентным убыткам. Но судебный «средний результат» между позициями сторон нельзя смешивать со статистическим согласованием расчетов: внешне арифметика похожа, доказательственная природа разная.
Четвертое: анализ Cornerstone Research по убыткам в спорах о секретах производства. Ключевой урок — каждый денежный эффект должен быть привязан к конкретному элементу ноу-хау, периоду, доказательствам и доле влияния. Иначе возникает риск двойного счета между упущенной выгодой, сбереженными затратами и разумным лицензионным вознаграждением.
Зачем мы это делаем? Чтобы метод не жил в закрытой теории, а еженедельно проверялся на новых судебных и аналитических материалах. На этой неделе анализ показал: оснований менять ядро Labrate Royalty Pro — BC → Kᵢ → SRRD → SRR — нет. Усиливать нужно не формулу, а дисциплину ее применения: точную лицензионную базу, неизменность объекта использования во времени и причинную связь денежного эффекта с конкретным ОИС.
#IPобзор #labrateroyaltypro #стресстест
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
IP Logic Crash Test: проверяем логику профессиональных выводов в оценке ИС и НМА
В Школе оценщиков интеллектуальной собственности развивается проект IP Logic Crash Test — система проверки логики профессиональных рассуждений оценщиков, судебных экспертов, специалистов, рецензентов и исследователей.
Цель проекта — создать научно обоснованное и практически применимое пособие «Логические ошибки в оценке интеллектуальной собственности и нематериальных активов» и на его основе выработать воспроизводимую процедуру проверки профессиональных выводов.
Главный вопрос IP Logic Crash Test звучит не так: «Есть ли в документе недостатки?»
Он формулируется строже: есть ли в конкретном профессиональном выводе самостоятельная логическая ошибка, в чем состоит ее механизм и повлияла ли она на результат?
Это принципиальное различие. Неверный факт, слабый источник, ошибка расчета, нарушение стандарта, отсутствие документа или профессиональное разногласие сами по себе еще не являются логической ошибкой. Сначала необходимо определить природу проблемы, затем реконструировать рассуждение и только после этого проверять связь между основаниями и зависимым выводом.
В проекте создаются единый глоссарий, правила диагностики и рабочая классификация логических ошибок M1–M20. В нее входят, в частности, подмена тезиса, эквивокация, круговое обоснование, аргумент к незнанию, ложная аналогия, поспешное обобщение, ложная дихотомия, ошибочная причинная атрибуция, перенос за границы применимости и другие механизмы нарушения поддержки вывода.
Особое значение имеет воспроизводимость проверки. Другой квалифицированный специалист должен иметь возможность установить: какой вывод проверялся; какие основания использованы; какое правило перехода применено или реконструировано; почему диагностирована именно эта ошибка; какие альтернативные объяснения исключены; насколько ошибка влияет на результат.
Практическая форма такой работы и есть IP Logic Crash Test. В ходе Crash Test специалист:
✅ локализует конкретный вывод;
✅ отделяет профессиональный дефект от логической ошибки;
✅ реконструирует основания и правило перехода;
✅ проверяет достаточность материала;
✅ рассматривает ближайшие альтернативные объяснения;
✅ при наличии логической ошибки определяет ее класс;
✅ оценивает влияние на зависимые выводы;
✅ предлагает соразмерное исправление и контрольную проверку.
Объектами IP Logic Crash Test могут быть отчеты об оценке, судебные и внесудебные экспертные заключения, научные статьи, методики, судебные позиции, учебники, расчеты ставок роялти и другие профессиональные материалы в области интеллектуальной собственности и НМА.
Проект имеет и образовательную задачу. Важно не только научиться видеть слабое место в чужом документе, но и уметь доказать, почему это именно логическая ошибка, отличить ее от профессионально допустимого решения и перенести этот способ анализа на новый материал.
Сейчас проект находится на этапе формирования и проверки единой терминологической и диагностической системы, расширения корпуса реальных кейсов и подготовки независимого тестирования.
Поэтому IP Logic Crash Test — не перечень готовых ярлыков и не инструмент критики ради критики. Это исследовательская и образовательная технология проверки профессионального рассуждения.
Ее задача — сделать выводы в оценке ИС и НМА более прозрачными, проверяемыми и воспроизводимыми и научиться точно различать: где действительно нарушена логика, а где перед нами иной, но профессионально допустимый вывод.
#ipпроект #ipисследование #IPLogicReview #IPLogicCrashTest
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
В Школе оценщиков интеллектуальной собственности развивается проект IP Logic Crash Test — система проверки логики профессиональных рассуждений оценщиков, судебных экспертов, специалистов, рецензентов и исследователей.
Цель проекта — создать научно обоснованное и практически применимое пособие «Логические ошибки в оценке интеллектуальной собственности и нематериальных активов» и на его основе выработать воспроизводимую процедуру проверки профессиональных выводов.
Главный вопрос IP Logic Crash Test звучит не так: «Есть ли в документе недостатки?»
Он формулируется строже: есть ли в конкретном профессиональном выводе самостоятельная логическая ошибка, в чем состоит ее механизм и повлияла ли она на результат?
Это принципиальное различие. Неверный факт, слабый источник, ошибка расчета, нарушение стандарта, отсутствие документа или профессиональное разногласие сами по себе еще не являются логической ошибкой. Сначала необходимо определить природу проблемы, затем реконструировать рассуждение и только после этого проверять связь между основаниями и зависимым выводом.
В проекте создаются единый глоссарий, правила диагностики и рабочая классификация логических ошибок M1–M20. В нее входят, в частности, подмена тезиса, эквивокация, круговое обоснование, аргумент к незнанию, ложная аналогия, поспешное обобщение, ложная дихотомия, ошибочная причинная атрибуция, перенос за границы применимости и другие механизмы нарушения поддержки вывода.
Особое значение имеет воспроизводимость проверки. Другой квалифицированный специалист должен иметь возможность установить: какой вывод проверялся; какие основания использованы; какое правило перехода применено или реконструировано; почему диагностирована именно эта ошибка; какие альтернативные объяснения исключены; насколько ошибка влияет на результат.
Практическая форма такой работы и есть IP Logic Crash Test. В ходе Crash Test специалист:
Объектами IP Logic Crash Test могут быть отчеты об оценке, судебные и внесудебные экспертные заключения, научные статьи, методики, судебные позиции, учебники, расчеты ставок роялти и другие профессиональные материалы в области интеллектуальной собственности и НМА.
Проект имеет и образовательную задачу. Важно не только научиться видеть слабое место в чужом документе, но и уметь доказать, почему это именно логическая ошибка, отличить ее от профессионально допустимого решения и перенести этот способ анализа на новый материал.
Сейчас проект находится на этапе формирования и проверки единой терминологической и диагностической системы, расширения корпуса реальных кейсов и подготовки независимого тестирования.
Поэтому IP Logic Crash Test — не перечень готовых ярлыков и не инструмент критики ради критики. Это исследовательская и образовательная технология проверки профессионального рассуждения.
Ее задача — сделать выводы в оценке ИС и НМА более прозрачными, проверяемыми и воспроизводимыми и научиться точно различать: где действительно нарушена логика, а где перед нами иной, но профессионально допустимый вывод.
#ipпроект #ipисследование #IPLogicReview #IPLogicCrashTest
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
IVAS НАЗВАЛА ТРИ МЕТОДА РАСЧЕТА СТАВКИ РОЯЛТИ. ГДЕ СРЕДИ НИХ LRP?
На этой неделе Institute of Valuers and Appraisers Singapore (IVAS) разместил Guidance Note GN-003 «Valuation of Intangible Assets: Key Focus Areas and Guidance». Для оценщиков ИС особенно интересен раздел 6 — определение гипотетической ставки роялти при применении метода освобождения от роялти.
GN-003 выделяет три распространенных метода.
1. Метод сопоставимых или аналогичных сделок (Comparable or Similar Transactions method). Ставка выводится из сопоставимых лицензионных сделок. Ключевое условие — наличие сопоставимых НМА, регулярно лицензируемых независимыми сторонами.
2. Метод разделения прибыли (Profit Split Method). Ставка определяется через распределение экономического результата между лицензиаром и лицензиатом. Внутри этого направления GN-003 рассматривает Comparable Profit Split, Asset Class Split Method и Premium Contribution Method.
3. Метод расчета ставки на основе затрат и дохода на них (Return on Costs Method). Учитываются затраты на создание НМА, возврат затрат (return of costs) и доход на затраты (return on costs); их сумма соотносится с прогнозной выручкой за экономический срок жизни НМА.
Для Школы особенно важен второй метод.
В статье Александра Костина «Royalty Rate Determination: A Reproducible Framework», опубликованной в июньском номере les Nouvelles, LABRATE ROYALTY PRO (LRP) отнесен к аналитическим методам группы B1 — Profit Split. На уровне ядра LRP относится к семейству распределения прибыли: ставка выводится из доли лицензиара в рентабельности лицензиата, при этом параллельно используются ROS и EM.
Но LRP идет дальше самой идеи разделения прибыли. Его воспроизводимое ядро — BC → K → SRRD: сначала задается контур сопоставимости, затем определяется множество релевантных видов деятельности K, после чего для каждого Kᵢ строится распределение ставок SRRD. Только затем из SRRD по заранее установленному и документированному правилу «диапазон → точка» может быть определена итоговая ставка SRR.
Именно здесь новый GN-003 особенно созвучен LRP. IVAS последовательно смещает внимание от «готовой цифры» к процедуре: необходимо анализировать условия лицензии, территорию, исключительность, срок, структуру платежей, базу роялти, внешнюю среду и согласованность ставки с денежными потоками.
Показательный пример: договор содержит ставку 3,5% и аванс $15 000. После учета всей структуры вознаграждения эффективная ставка составляет уже 12,88%. Следовательно, ставка, записанная в договоре, сама по себе еще не является готовым рыночным ориентиром.
Есть и важное различие. GN-003 включает Return on Costs Method в три распространенных способа определения гипотетической ставки. В классификации, опубликованной в les Nouvelles, методы, основанные на затратах создания или воспроизводства ИС, находятся за пределами основной классификации методов определения ставки роялти: они не выводят ставку ни из наблюдаемой сделки, ни из аналитического преобразования экономического результата использования ИС.
Главный вывод: международная практика движется от поиска «ставки из таблицы» к воспроизводимой процедуре ее определения. Именно эту задачу решает LRP.
#IVAS #IVSC #IVASIVSC2025 #CVA #LRP
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
На этой неделе Institute of Valuers and Appraisers Singapore (IVAS) разместил Guidance Note GN-003 «Valuation of Intangible Assets: Key Focus Areas and Guidance». Для оценщиков ИС особенно интересен раздел 6 — определение гипотетической ставки роялти при применении метода освобождения от роялти.
GN-003 выделяет три распространенных метода.
1. Метод сопоставимых или аналогичных сделок (Comparable or Similar Transactions method). Ставка выводится из сопоставимых лицензионных сделок. Ключевое условие — наличие сопоставимых НМА, регулярно лицензируемых независимыми сторонами.
2. Метод разделения прибыли (Profit Split Method). Ставка определяется через распределение экономического результата между лицензиаром и лицензиатом. Внутри этого направления GN-003 рассматривает Comparable Profit Split, Asset Class Split Method и Premium Contribution Method.
3. Метод расчета ставки на основе затрат и дохода на них (Return on Costs Method). Учитываются затраты на создание НМА, возврат затрат (return of costs) и доход на затраты (return on costs); их сумма соотносится с прогнозной выручкой за экономический срок жизни НМА.
Для Школы особенно важен второй метод.
В статье Александра Костина «Royalty Rate Determination: A Reproducible Framework», опубликованной в июньском номере les Nouvelles, LABRATE ROYALTY PRO (LRP) отнесен к аналитическим методам группы B1 — Profit Split. На уровне ядра LRP относится к семейству распределения прибыли: ставка выводится из доли лицензиара в рентабельности лицензиата, при этом параллельно используются ROS и EM.
Но LRP идет дальше самой идеи разделения прибыли. Его воспроизводимое ядро — BC → K → SRRD: сначала задается контур сопоставимости, затем определяется множество релевантных видов деятельности K, после чего для каждого Kᵢ строится распределение ставок SRRD. Только затем из SRRD по заранее установленному и документированному правилу «диапазон → точка» может быть определена итоговая ставка SRR.
Именно здесь новый GN-003 особенно созвучен LRP. IVAS последовательно смещает внимание от «готовой цифры» к процедуре: необходимо анализировать условия лицензии, территорию, исключительность, срок, структуру платежей, базу роялти, внешнюю среду и согласованность ставки с денежными потоками.
Показательный пример: договор содержит ставку 3,5% и аванс $15 000. После учета всей структуры вознаграждения эффективная ставка составляет уже 12,88%. Следовательно, ставка, записанная в договоре, сама по себе еще не является готовым рыночным ориентиром.
Есть и важное различие. GN-003 включает Return on Costs Method в три распространенных способа определения гипотетической ставки. В классификации, опубликованной в les Nouvelles, методы, основанные на затратах создания или воспроизводства ИС, находятся за пределами основной классификации методов определения ставки роялти: они не выводят ставку ни из наблюдаемой сделки, ни из аналитического преобразования экономического результата использования ИС.
Главный вывод: международная практика движется от поиска «ставки из таблицы» к воспроизводимой процедуре ее определения. Именно эту задачу решает LRP.
#IVAS #IVSC #IVASIVSC2025 #CVA #LRP
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
🔎 Разбор недели: стоимость регистрации = рыночная стоимость исключительного права?
Предлагаю студентам и экспертам Школы проанализировать отчет № 2-Д об оценке исключительного права на товарный знак №760870, размещенный в открытом доступе на Федресурсе. В отчете итоговая величина рыночной стоимости определена в размере 97 500 руб.
Особое внимание предлагаю обратить на основную расчетную цепочку оценщика: государственные пошлины за регистрацию + стоимость услуг по регистрации → затраты на получение регистрации → рыночная стоимость исключительного права на товарный знак.
Попробуйте восстановить и проверить логику каждого перехода. В частности:
➖доказано ли, что получение новой регистрации создает объект, эквивалентный по полезности уже существующему товарному знаку №760870;
➖можно ли непосредственно переносить расходы на регистрацию на рыночную стоимость существующего исключительного права;
➖исследованы ли фактическое использование товарного знака, создаваемые им экономические выгоды, продажи соответствующих товаров и услуг, известность обозначения, лицензионный потенциал и экономическое устаревание;
➖достаточно ли обоснован отказ от сравнительного и доходного подходов;
➖не происходит ли переход от «данные о сделках не найдены» к более сильному выводу о неразвитости соответствующего сегмента рынка;
➖насколько анализ рынка недвижимости, строительства и земельных участков релевантен оценке данного товарного знака;
➖насколько полно исследованы правовая охрана, ограничения и обременения оцениваемого права;
➖корректно ли в отчете разграничены отчуждение исключительного права и предоставление права использования по лицензионному договору;
➖применены ли актуальные специальные стандарты оценки;
➖влияют ли многочисленные семантические, орфографические и редакционные дефекты на однозначность профессиональных выводов.
Задача — не просто составить перечень недостатков, а восстановить рассуждение оценщика: основания → правило перехода → вывод и определить, какие звенья действительно подтверждены.
И главное: что фактически рассчитано в отчете — рыночная стоимость исключительного права на товарный знак №760870 или величина затрат на получение новой регистрации товарного знака?
https://new.fips.ru/registers-doc-view/fips_servlet?DB=RUTM&DocNumber=760870
#delice #федресурс #отчетобоценке #оценкатоварногознака
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Предлагаю студентам и экспертам Школы проанализировать отчет № 2-Д об оценке исключительного права на товарный знак №760870, размещенный в открытом доступе на Федресурсе. В отчете итоговая величина рыночной стоимости определена в размере 97 500 руб.
Особое внимание предлагаю обратить на основную расчетную цепочку оценщика: государственные пошлины за регистрацию + стоимость услуг по регистрации → затраты на получение регистрации → рыночная стоимость исключительного права на товарный знак.
Попробуйте восстановить и проверить логику каждого перехода. В частности:
➖доказано ли, что получение новой регистрации создает объект, эквивалентный по полезности уже существующему товарному знаку №760870;
➖можно ли непосредственно переносить расходы на регистрацию на рыночную стоимость существующего исключительного права;
➖исследованы ли фактическое использование товарного знака, создаваемые им экономические выгоды, продажи соответствующих товаров и услуг, известность обозначения, лицензионный потенциал и экономическое устаревание;
➖достаточно ли обоснован отказ от сравнительного и доходного подходов;
➖не происходит ли переход от «данные о сделках не найдены» к более сильному выводу о неразвитости соответствующего сегмента рынка;
➖насколько анализ рынка недвижимости, строительства и земельных участков релевантен оценке данного товарного знака;
➖насколько полно исследованы правовая охрана, ограничения и обременения оцениваемого права;
➖корректно ли в отчете разграничены отчуждение исключительного права и предоставление права использования по лицензионному договору;
➖применены ли актуальные специальные стандарты оценки;
➖влияют ли многочисленные семантические, орфографические и редакционные дефекты на однозначность профессиональных выводов.
Задача — не просто составить перечень недостатков, а восстановить рассуждение оценщика: основания → правило перехода → вывод и определить, какие звенья действительно подтверждены.
И главное: что фактически рассчитано в отчете — рыночная стоимость исключительного права на товарный знак №760870 или величина затрат на получение новой регистрации товарного знака?
https://new.fips.ru/registers-doc-view/fips_servlet?DB=RUTM&DocNumber=760870
#delice #федресурс #отчетобоценке #оценкатоварногознака
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
🧩 ОДИН ОИС — ОДНА ОТРАСЛЬ?
Кейс для оценщиков интеллектуальной собственности
Хороший расчет ставки роялти начинается не с цифры, а с правильной постановки задачи.
Представим ситуацию.
Один и тот же товарный знак используется:
— производителем оборудования;
— интернет-магазином;
— сервисным центром.
❓ Можно ли заранее считать, что этому товарному знаку соответствует один-единственный вид экономической деятельности?
⚖️ ТЕОРЕМА
В общем случае соответствие
ОИС → один вид экономической деятельности
не является однозначным.
ДОКАЗАТЕЛЬСТВО
Предположим обратное: каждому ОИС независимо от способа его использования всегда соответствует один и тот же вид деятельности K.
Пусть один товарный знак используется двумя участниками.
Участник 1 использует его при производстве оборудования. Релевантный вид деятельности обозначим K1.
Участник 2 использует тот же товарный знак в розничной торговле. Релевантный вид деятельности обозначим K2.
Но K1 ≠ K2.
Получили противоречие: одному и тому же ОИС соответствуют два различных допустимых вида деятельности.
Следовательно, релевантный вид экономической деятельности определяется не самим ОИС вне контекста, а конкретным способом его хозяйственного использования конкретным участником.
Что и требовалось доказать.
📈 ЧТО ИЗ ЭТОГО СЛЕДУЕТ ДЛЯ LRP?
Логика расчета:
ОИС
→ участник
→ способ использования
→ релевантные виды деятельности
→ отдельные распределения ставок роялти
→ итоговая ставка.
Сначала необходимо установить, КТО и КАК использует ОИС.
И только после этого решать, показатели каких организаций могут образовывать статистическую основу расчета.
Если выявлены разные виды деятельности K1, K2, K3, в LRP для них первоначально строятся отдельные распределения SRRD.
Объединение таких распределений требует самостоятельного заранее установленного и проверяемого правила.
🔎 А КОМПАНИЯ «ЧИСТОЙ ИГРЫ»?
Специализированная компания может использоваться как контрольное наблюдение.
Но одна такая компания сама по себе не доказывает, что вся ее прибыль относится к одному ОИС, и не заменяет проверки статистической совокупности.
🎓 ЗАДАЧА
Один товарный знак используется:
производителем;
интернет-магазином;
сервисным центром.
Известно только одно: все три участника используют один и тот же товарный знак.
Вопросы:
Можно ли только на основании этого факта применить ко всем трем участникам один и тот же вид экономической деятельности?
Какой факт оценщик должен установить ПЕРВЫМ?
Предложите решение и докажите его.
Подсказка: исследовать нужно не товарный знак «сам по себе», а конкретный способ его использования каждым участником.
#деньзнаний
Кейс для оценщиков интеллектуальной собственности
Хороший расчет ставки роялти начинается не с цифры, а с правильной постановки задачи.
Представим ситуацию.
Один и тот же товарный знак используется:
— производителем оборудования;
— интернет-магазином;
— сервисным центром.
❓ Можно ли заранее считать, что этому товарному знаку соответствует один-единственный вид экономической деятельности?
⚖️ ТЕОРЕМА
В общем случае соответствие
ОИС → один вид экономической деятельности
не является однозначным.
ДОКАЗАТЕЛЬСТВО
Предположим обратное: каждому ОИС независимо от способа его использования всегда соответствует один и тот же вид деятельности K.
Пусть один товарный знак используется двумя участниками.
Участник 1 использует его при производстве оборудования. Релевантный вид деятельности обозначим K1.
Участник 2 использует тот же товарный знак в розничной торговле. Релевантный вид деятельности обозначим K2.
Но K1 ≠ K2.
Получили противоречие: одному и тому же ОИС соответствуют два различных допустимых вида деятельности.
Следовательно, релевантный вид экономической деятельности определяется не самим ОИС вне контекста, а конкретным способом его хозяйственного использования конкретным участником.
Что и требовалось доказать.
📈 ЧТО ИЗ ЭТОГО СЛЕДУЕТ ДЛЯ LRP?
Логика расчета:
ОИС
→ участник
→ способ использования
→ релевантные виды деятельности
→ отдельные распределения ставок роялти
→ итоговая ставка.
Сначала необходимо установить, КТО и КАК использует ОИС.
И только после этого решать, показатели каких организаций могут образовывать статистическую основу расчета.
Если выявлены разные виды деятельности K1, K2, K3, в LRP для них первоначально строятся отдельные распределения SRRD.
Объединение таких распределений требует самостоятельного заранее установленного и проверяемого правила.
🔎 А КОМПАНИЯ «ЧИСТОЙ ИГРЫ»?
Специализированная компания может использоваться как контрольное наблюдение.
Но одна такая компания сама по себе не доказывает, что вся ее прибыль относится к одному ОИС, и не заменяет проверки статистической совокупности.
🎓 ЗАДАЧА
Один товарный знак используется:
производителем;
интернет-магазином;
сервисным центром.
Известно только одно: все три участника используют один и тот же товарный знак.
Вопросы:
Можно ли только на основании этого факта применить ко всем трем участникам один и тот же вид экономической деятельности?
Какой факт оценщик должен установить ПЕРВЫМ?
Предложите решение и докажите его.
Подсказка: исследовать нужно не товарный знак «сам по себе», а конкретный способ его использования каждым участником.
#деньзнаний
1 сентября. Урок о том, как государство защищает миллиарды
Сильное государство отличается не только ресурсами и технологиями. Оно умеет превращать знание в обоснованное решение, а решение — в ответственность за результат.
Поэтому День знаний — хороший повод разобрать кейс, значение которого намного шире оценки интеллектуальной собственности.
В 2009 году международная консалтинговая компания подготовила оценку исключительных прав на технологии производства литий-ионных аккумуляторов для государственного инвестиционного проекта. Итог — 1,508 млрд руб. Оценка предназначалась в том числе для подготовки финансирования, определения структуры капитала совместного предприятия и проверки вносимых в него активов.
Проект имел бюджет около 13,9 млрд руб., доля ГК «Роснанотех» предусматривалась на уровне около 7,7 млрд руб. (Роснано) Завод был построен, но на проектную мощность не вышел. Впоследствии предприятие было признано банкротом; кредиторская задолженность достигала 9,8 млрд руб., около 9 млрд из которых приходилось на «Роснано». (Коммерсантъ)
Ценность этого кейса сегодня — не в поиске виновного задним числом. Она в возможности получить знание, способное защищать будущие государственные инвестиции.
Посмотрим не на логотип на титульном листе, а на архитектуру решения:
патенты и заявки
→ единый пакет прав
→ ставка роялти 4%
→ экономический срок 10 лет
→ риск получения лицензионных платежей = риск бизнеса проектной компании
→ WACC 26,7%
→ прогноз выручки
→ 1,508 млрд руб.
→ инвестиционное решение.
Оценщик в отчете действительно выбирает ставку роялти 4%, десятилетний экономический срок и принимает WACC проектной компании как ставку дисконтирования денежных потоков от лицензионных платежей.
Но каждая стрелка — самостоятельное утверждение.
Почему разные патенты и заявки образуют неделимый экономический объект?
Почему именно найденные лицензии сопоставимы?
Почему ставка равна 4%?
Почему экономический срок составляет 10 лет?
Почему риск получения лицензионных платежей следует считать тождественным риску всего бизнеса?
И что произойдет со стоимостью и инвестиционным решением, если одна из этих предпосылок не выдержит проверки?
Здесь проявляется принцип, имеющий значение уже для судов, государственных корпораций, банков, контрольных органов и тех, кто принимает решения о миллиардах:
РЕПУТАЦИЯ СОЗДАЕТ ДОВЕРИЕ.
ДОКАЗАТЕЛЬСТВО СОЗДАЕТ ЗНАНИЕ.
РЕШЕНИЕ СОЗДАЕТ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
В смысловой логике этот кейс образует почти замкнутую цепь:
общественный интерес → цель → знание → ценность → проект → решение → ответственность → результат.
Именно связи определяют смысл целого: в семантической топологии значение концепта раскрывается через его положение и окружение, а «ценность» связывает организацию и проект, проект — с целью и субъектом решения.
Если одна связь недоказана, локальная профессиональная проблема способна превратиться в инвестиционный, судебный, корпоративный — а иногда и государственный риск.
Поэтому небольшой независимый эксперт может оказаться полезен даже рядом с крупнейшим мировым консультантом. Не потому, что его имя весит больше.
А потому, что он способен задать вопрос, который не зависит от должностей и капитализации:
«Из чего это следует?»
В День знаний Школа оценщиков интеллектуальной собственности начинает разбор этого кейса с помощью IP Logic Review.
Не для переписывания прошлого. Для защиты будущих решений.
Потому что технологический суверенитет начинается еще до завода и патента — со способности государства проверять знания, на основании которых в технологии вкладываются миллиарды.
#страничкиистории #роснано #ThunderSky
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Сильное государство отличается не только ресурсами и технологиями. Оно умеет превращать знание в обоснованное решение, а решение — в ответственность за результат.
Поэтому День знаний — хороший повод разобрать кейс, значение которого намного шире оценки интеллектуальной собственности.
В 2009 году международная консалтинговая компания подготовила оценку исключительных прав на технологии производства литий-ионных аккумуляторов для государственного инвестиционного проекта. Итог — 1,508 млрд руб. Оценка предназначалась в том числе для подготовки финансирования, определения структуры капитала совместного предприятия и проверки вносимых в него активов.
Проект имел бюджет около 13,9 млрд руб., доля ГК «Роснанотех» предусматривалась на уровне около 7,7 млрд руб. (Роснано) Завод был построен, но на проектную мощность не вышел. Впоследствии предприятие было признано банкротом; кредиторская задолженность достигала 9,8 млрд руб., около 9 млрд из которых приходилось на «Роснано». (Коммерсантъ)
Ценность этого кейса сегодня — не в поиске виновного задним числом. Она в возможности получить знание, способное защищать будущие государственные инвестиции.
Посмотрим не на логотип на титульном листе, а на архитектуру решения:
патенты и заявки
→ единый пакет прав
→ ставка роялти 4%
→ экономический срок 10 лет
→ риск получения лицензионных платежей = риск бизнеса проектной компании
→ WACC 26,7%
→ прогноз выручки
→ 1,508 млрд руб.
→ инвестиционное решение.
Оценщик в отчете действительно выбирает ставку роялти 4%, десятилетний экономический срок и принимает WACC проектной компании как ставку дисконтирования денежных потоков от лицензионных платежей.
Но каждая стрелка — самостоятельное утверждение.
Почему разные патенты и заявки образуют неделимый экономический объект?
Почему именно найденные лицензии сопоставимы?
Почему ставка равна 4%?
Почему экономический срок составляет 10 лет?
Почему риск получения лицензионных платежей следует считать тождественным риску всего бизнеса?
И что произойдет со стоимостью и инвестиционным решением, если одна из этих предпосылок не выдержит проверки?
Здесь проявляется принцип, имеющий значение уже для судов, государственных корпораций, банков, контрольных органов и тех, кто принимает решения о миллиардах:
РЕПУТАЦИЯ СОЗДАЕТ ДОВЕРИЕ.
ДОКАЗАТЕЛЬСТВО СОЗДАЕТ ЗНАНИЕ.
РЕШЕНИЕ СОЗДАЕТ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
В смысловой логике этот кейс образует почти замкнутую цепь:
общественный интерес → цель → знание → ценность → проект → решение → ответственность → результат.
Именно связи определяют смысл целого: в семантической топологии значение концепта раскрывается через его положение и окружение, а «ценность» связывает организацию и проект, проект — с целью и субъектом решения.
Если одна связь недоказана, локальная профессиональная проблема способна превратиться в инвестиционный, судебный, корпоративный — а иногда и государственный риск.
Поэтому небольшой независимый эксперт может оказаться полезен даже рядом с крупнейшим мировым консультантом. Не потому, что его имя весит больше.
А потому, что он способен задать вопрос, который не зависит от должностей и капитализации:
«Из чего это следует?»
В День знаний Школа оценщиков интеллектуальной собственности начинает разбор этого кейса с помощью IP Logic Review.
Не для переписывания прошлого. Для защиты будущих решений.
Потому что технологический суверенитет начинается еще до завода и патента — со способности государства проверять знания, на основании которых в технологии вкладываются миллиарды.
#страничкиистории #роснано #ThunderSky
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Кейс для канал Школы IP-оценщиков
Организация выпускает условный технологический продукт. В его производстве и реализации используются несколько нематериальных активов: исключительное право на изобретение, производственное ноу-хау, программное обеспечение и средство индивидуализации.
Прибыль от реализации продукта за исследуемый период составляет 74,8 млн рублей. Специалист приходит к выводу, что 41 процент этой прибыли связан с совокупным вкладом идентифицированных нематериальных активов. Для целей кейса примем этот этап расчета обоснованным. Таким образом, на совокупность нематериальных активов приходится 30,668 млн рублей прибыли.
Далее специалист определяет стоимость каждого нематериального актива. Совокупная стоимость таких активов составляет 214,6 млн рублей, а стоимость исключительного права на исследуемое изобретение составляет 29,4 млн рублей. Следовательно, доля этого права в общей стоимости нематериальных активов составляет примерно 13,7 процента.
На следующем этапе специалист применяет те же 13,7 процента уже к прибыли, отнесенной ко всей совокупности нематериальных активов, и получает 4,202 млн рублей. В итоговом выводе эта величина называется прибылью от использования изобретения.
Арифметика здесь верна. Но достаточно ли этого для экономического вывода?
Доля отдельного права в стоимости совокупности нематериальных активов и доля его вклада в прибыль характеризуют разные экономические отношения. Стоимость права может отражать будущие выгоды за несколько лет, срок его экономического использования, риски, правовые ограничения и иные факторы. Прибыль же относится к результату деятельности за конкретный период.
Кроме того, нематериальные активы могут создавать результат совместно. Изобретение способно влиять на технологические характеристики продукта, ноу-хау на себестоимость, программное обеспечение на производительность, а средство индивидуализации на спрос. Поэтому распределение прибыли пропорционально стоимости активов требует самостоятельного обоснования.
Сам расчет 4,202 млн рублей еще не доказывает, что именно такая прибыль была создана использованием изобретения. Пока не установлено, почему доля права в стоимости должна совпадать с его долей в экономическом результате, точнее говорить о расчетном распределении прибыли по принятой модели.
При этом сам подход нельзя заранее объявить ошибочным. Если специалист сможет доказать, что стоимости всех активов определены на сопоставимой экономической базе, относятся к сопоставимому периоду, учитывают совместное действие активов и действительно служат обоснованными показателями их относительного вклада, такое распределение может получить профессиональную поддержку.
#ipкейс #ipдоля #ipвопрос
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Организация выпускает условный технологический продукт. В его производстве и реализации используются несколько нематериальных активов: исключительное право на изобретение, производственное ноу-хау, программное обеспечение и средство индивидуализации.
Прибыль от реализации продукта за исследуемый период составляет 74,8 млн рублей. Специалист приходит к выводу, что 41 процент этой прибыли связан с совокупным вкладом идентифицированных нематериальных активов. Для целей кейса примем этот этап расчета обоснованным. Таким образом, на совокупность нематериальных активов приходится 30,668 млн рублей прибыли.
Далее специалист определяет стоимость каждого нематериального актива. Совокупная стоимость таких активов составляет 214,6 млн рублей, а стоимость исключительного права на исследуемое изобретение составляет 29,4 млн рублей. Следовательно, доля этого права в общей стоимости нематериальных активов составляет примерно 13,7 процента.
На следующем этапе специалист применяет те же 13,7 процента уже к прибыли, отнесенной ко всей совокупности нематериальных активов, и получает 4,202 млн рублей. В итоговом выводе эта величина называется прибылью от использования изобретения.
Арифметика здесь верна. Но достаточно ли этого для экономического вывода?
Доля отдельного права в стоимости совокупности нематериальных активов и доля его вклада в прибыль характеризуют разные экономические отношения. Стоимость права может отражать будущие выгоды за несколько лет, срок его экономического использования, риски, правовые ограничения и иные факторы. Прибыль же относится к результату деятельности за конкретный период.
Кроме того, нематериальные активы могут создавать результат совместно. Изобретение способно влиять на технологические характеристики продукта, ноу-хау на себестоимость, программное обеспечение на производительность, а средство индивидуализации на спрос. Поэтому распределение прибыли пропорционально стоимости активов требует самостоятельного обоснования.
Сам расчет 4,202 млн рублей еще не доказывает, что именно такая прибыль была создана использованием изобретения. Пока не установлено, почему доля права в стоимости должна совпадать с его долей в экономическом результате, точнее говорить о расчетном распределении прибыли по принятой модели.
При этом сам подход нельзя заранее объявить ошибочным. Если специалист сможет доказать, что стоимости всех активов определены на сопоставимой экономической базе, относятся к сопоставимому периоду, учитывают совместное действие активов и действительно служат обоснованными показателями их относительного вклада, такое распределение может получить профессиональную поддержку.
Вопрос для обсуждения: какие именно условия и доказательства должны быть установлены оценщиком, чтобы переход от доли исключительного права в стоимости нематериальных активов к такой же доле в прибыли перестал быть простым допущением и стал обоснованным профессиональным выводом?
#ipкейс #ipдоля #ipвопрос
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
❤1👍1
3 сентября эксперты Школы оценщиков интеллектуальной собственности приняли участие в международном вебинаре LESI IP Valuation Committee, посвященном новому стандарту ANSI/LES IPV1.0-2025 и развитию подходов к оценке интеллектуальной собственности.
Школу в дискуссии представляли Анна Осипова (Новосибирск) и Александр Костин (Москва). Для нас особенно ценно, что участие не ограничилось прослушиванием презентации: вопросы экспертов Школы вошли в профессиональное обсуждение и получили развернутые ответы спикера.
Вебинар провели Adam Falconer, Senior Director, Damages & Valuation в Lumenci, а также сопредседатели LESI IP Valuation Committee Sam Wiley и Dr. Anke Nestler.
Одной из центральных тем стала трехуровневая архитектура анализа интеллектуальной собственности — от базовой проверки прав и обременений до углубленного технического и правового исследования.
Но нас особенно заинтересовали вопросы, которые возникают еще до расчетов.
Что именно мы оцениваем? Как определить единицу оценки, если одна технология объединяет несколько объектов ИС? Как отделить экономический вклад конкретного объекта от вклада других активов? И что должно быть воспроизводимым в профессиональной оценке — итоговая цифра или вся цепочка от исходных данных и предпосылок до вывода?
Эти вопросы напрямую связаны с исследовательскими направлениями Школы: классификацией объектов ИС для целей оценки, определением единицы стоимостного оценивания, методами оценки ноу-хау и развитием системы IP Logic Review.
Для нас здесь особенно важна командная работа. Один специалист может увидеть правовую проблему, другой — экономическую, третий — разрыв в логике исследования. Совместный анализ помогает обнаружить слабое место еще до начала расчетов.
Будем продолжать международный профессиональный диалог, исследовать, задавать вопросы и делиться результатами нашей работы.
Спасибо LESI, Adam Falconer, Sam Wiley и Anke Nestler за содержательный вебинар и открытость к профессиональной дискуссии.
#les #lesi #lesrussia
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool
Школу в дискуссии представляли Анна Осипова (Новосибирск) и Александр Костин (Москва). Для нас особенно ценно, что участие не ограничилось прослушиванием презентации: вопросы экспертов Школы вошли в профессиональное обсуждение и получили развернутые ответы спикера.
Вебинар провели Adam Falconer, Senior Director, Damages & Valuation в Lumenci, а также сопредседатели LESI IP Valuation Committee Sam Wiley и Dr. Anke Nestler.
Одной из центральных тем стала трехуровневая архитектура анализа интеллектуальной собственности — от базовой проверки прав и обременений до углубленного технического и правового исследования.
Но нас особенно заинтересовали вопросы, которые возникают еще до расчетов.
Что именно мы оцениваем? Как определить единицу оценки, если одна технология объединяет несколько объектов ИС? Как отделить экономический вклад конкретного объекта от вклада других активов? И что должно быть воспроизводимым в профессиональной оценке — итоговая цифра или вся цепочка от исходных данных и предпосылок до вывода?
Эти вопросы напрямую связаны с исследовательскими направлениями Школы: классификацией объектов ИС для целей оценки, определением единицы стоимостного оценивания, методами оценки ноу-хау и развитием системы IP Logic Review.
Для нас здесь особенно важна командная работа. Один специалист может увидеть правовую проблему, другой — экономическую, третий — разрыв в логике исследования. Совместный анализ помогает обнаружить слабое место еще до начала расчетов.
Будем продолжать международный профессиональный диалог, исследовать, задавать вопросы и делиться результатами нашей работы.
Спасибо LESI, Adam Falconer, Sam Wiley и Anke Nestler за содержательный вебинар и открытость к профессиональной дискуссии.
#les #lesi #lesrussia
@labrate_royaltypro @ipvaluationschool