Музей ОБЭРИУ в Петербурге

ОБЭРИУ — Объединение реального искусства. Эта литературная группа существовала в Ленинграде в 1928–1930 годах. Ее участниками и ближайшим кругом были Даниил Хармс, Александр Введенский, Николай Заболоцкий, Яков Друскин, Николай Олейников, Леонид Липавский и другие. 

Главная идея обэриутов — через язык передать абсурдность и алогичность мира. В их текстах много парадоксов, нарушений причинно-следственных связей, гротеска и черного юмора. Смешное соединяется с трагическим, а важные события заканчиваются ничем. 

Объединение просуществовало совсем недолго. Обвиненные в формализме, многие обэриуты нашли убежище в детской литературе, но и она спасала их лишь некоторое время. Большинство поэтов этого круга погибли в годы репрессий и Второй Мировой. 

И вот в конце 2025 года в Петербурге открылся музей ОБЭРИУ. Он находится в квартире Александра Введенского в доме на Съезжинской улице — поэт жил здесь с 1914 по 1936 годы. 

Квартиру выкупили и отреставрировали. Над концепцией работали Андрей Гнатюк («ИМА-пресс») и Юлия Сенина («Полторы комнаты»). Сходство с музеем Иосифа Бродского и правда чувствуется: здесь тоже нет попытки воспроизвести быт минувших эпох и воссоздать утраченное. При этом артефакты прошлого бережно сохранили: от лепнины и печей до дранки, кусочков обоев и обрывков газет. В комнате Введенского странной трапециевидной формы на стене даже остались отпечатки ладоней в краске.

Музей ОБЭРИУ — пространство зыбкой памяти. Здесь пустота говорит за себя — и за поэтов, которые канули во тьму, но их стихи дотянулись до нас сквозь время. 

10 модернистских зданий Узбекистана попали в список всемирного наследия ЮНЕСКО

Вот они:

• Государственный музей истории Узбекистана (фото 1)
• Комплекс базара «Чор-су» (фото 2)
• Центральный выставочный зал Академии художеств (фото 3)
• Дворец киноискусств / Кинотеатр «Панорамный» (фото 4)
• Станция метро «Космонавты» (фото 5)
• Экспериментальный жилой дом «Жемчуг» (фото 6–7)
• Гелиокомплекс «Солнце» (фото 8–9)
• Дворец «Дружба народов»
• Государственный музей искусств Узбекистана
• Ташкентский государственный цирк

Узбекистан стал первой страной в СНГ и Центральной Азии, представившей модернистскую архитектуру XX века в списке. Это действительно значимый прецедент и пример для других стран постсоветского пространства. Модернизм тоже может быть национальным культурным кодом и символом прогресса своего времени.

Венецианская биеннале–2026: память, ответственность, природа, преодоление

Венецианская биеннале в этом году проходит в 61-й раз. Главная тема — In Minor Keys («В минорных тонах»). Куратором выступила Койо Коуо — первая женщина африканского происхождения на этом посту. Она успела разработать концепцию, но умерла за год до Биеннале, в мае 2025 года. Поэтому «В минорных тонах» — это еще и посвящение ее памяти. 

Было решено отказаться от громких политических манифестов в пользу тихого сопротивления, интимности и внимания к чувственным переживаниям. Многие художники работают с темой памяти — коллективной и индивидуальной, по-прежнему в тренде проблемы экологии, а высокие технологии здесь уступают место более человекоресурсным практикам. 

Рассказываю о павильонах, которые зацепили меня больше всего.  

☉ Павильон стран Северной Европы: Сколько ангелов может танцевать на острие иглы? (Клара Кристалова, Бенджамин Орлоу и Тори Вранес, куратор Анна Мустонен) (1–2)

Инсталляции трех художников насквозь мифологичны. Скульптуры представляют тела-структуры или гибриды тел, соединяющиеся в странные комбинации. Трансформация показана как бесконечный процесс, а не результат. Тема разрозненности также отсылает к мельнице Сампо из эпоса «Калевала», которая упала в море и разбилась на множество частей.

☉ Павильон Германии: Руины (Сунг Тиеу, Хенрике Науман, куратор Кэтлин Рейнхардт) (3–4)

Инсталляции двух художниц — рефлексия по поводу разделенной Германии и последствий ее воссоединения. Внутри — археология памяти через предметы, которые лишь имитируют уют. Мятно-зеленые стены воспроизводят цвет внутри казарм в Восточной Германии, а сам павильон 1938 года покрыт мозаикой и вызывает ассоциации с панельным общежитием в ГДР, где художница Сунг Тиеу жила в детстве (ее родители эмигрировали из Вьетнама по специальной программе для рабочих). 

☉ Павильон Японии: Травяные малыши, лунные малыши (Эй Аракава-Наш) (5–6)

Трогательная инсталляция с куклами-младенцами, которые заполняют весь павильон и садик около. Тема — наша ответственность за детей и будущее в их лице. Куклу можно взять и носить по павильону (весит как 4-месячный младенец), посидеть с ней в кресле-качалке и даже сменить подгузник. 

☉ Павильон Финляндии: Сюита Эола (куратор Стефани Хесслер) (7–8)

В маленьком павильоне Алвара и Элиссы Аалто (1956) исследуется звуковой ландшафт ветра. Здесь звучат записи ветра в Венеции, Хельсинки и других местах, а скульптуры-коконы напоминают ветрозащиту на микрофонах. Кроме экологической рассматривается и тема контакта, ведь мы слышим ветер только когда он дует на или через предметы. 

☉ Павильон Австрии: Подводный мир Венеции (Флорентина Хольцингер) (9)

С помощью перформанса здесь изучается человеческое тело и влияние на него внешней среды. Ключевой образ — вода, в которой и сила жизни, и наши отходы жизнедеятельности. Об этом — центральный аквариум с голой девушкой в кислородной маске, куда поступает жидкость из биотуалетов, в которые приглашают сходить посетителей. А каждый час одна из перформерок выходит на площадку у павильона, взбирается внутрь подвешенного колокола и раскачивается, ударяясь о его бока вместо языка и издавая звон.

Мурано и Вера Мухина

Мурано — группа из семи небольших островов к северо-востоку от Венеции. В конце XIII в., опасаясь пожаров, сюда переселили всех стеклодувов. С тех пор муранское стекло — не просто ремесло, но особые технологии, которые были придуманы именно здесь.

В 1914 году Мурано посетила Вера Мухина в рамках своего большого путешествия по Италии. На тот момент она уже два года как училась в Париже у Эмиля-Антуана Бурделя (ученика Родена), через гипс осваивала форму и объем. На Мурано Мухина побывала в стеклодельных мастерских и даже привезла домой небольшое пасхальное яйцо из стекла (фото 5). Недавно его нашли в рабочем столе скульптора и впервые показывают на выставке «Вера Мухина: диалоги, грани» в музее ДПИ в Москве.

В Мурано 25-летняя Вера влюбилась в стекло. Потом был еще парижский опыт наблюдения, но сама заняться стекольными практиками она смогла только в 1930-х. Тогда Мухина создала на заводе «Красный гигант» в Пензенской области экспериментальную художественную мастерскую, где начала делать предметы дизайна и архитектурные детали из стекла. В 1940-х эта работа продолжилась на Ленинградском заводе художественного стекла. Именно там были сделаны суперпрочные стеклянные колонны для станции метро «Автово». Оттуда же — элегантные бокалы на трех ножках (фото 6).

Из-за «Рабочего и колхозницы» Мухина в основном ассоциируется с монументальным искусством, но и камерное стекло стало прирученным ею материалом. Скульптурные портреты, посуда, мебель — она делала из него практически все. И это движение навстречу стеклу началось именно там и тогда: на острове Мурано, теплым апрельским днем 1914-го.