Русский Север: Архангельская область
У меня так часто бывает: короткая встреча с местом разворачивается впоследствии в целую историю. С Архангельском так и получилось.
Август 2024. Мы с подругой Анной едем на несколько дней на Русский Север: Вологда — Каргополь — Архангельск. Аномально жаркое лето, особый размеренный темп жизни, люди с соломеными волосами, теплые камни и дерево, вылазка в Северодвинск к Белому морю (ладно, год назад мы уже видели его на Соловках), шофер, читающий свои стихи, пироги-калитки и быстрые закаты. Четкое понимание, что хочется вернуться.
Август 2025. Я возвращаюсь в Архангельск — уже в качестве турлидера с «Миром глазами инженера». Вместе с коллегой Мариной мы делаем насыщенейший маршрут с промышленным акцентом: посещаем завод по производству акустических систем для подлодок, поднимаемся на грузовое судно, заглядываем на верфь, где делают деревянные суда-карбасы по старинным поморским технологиям, и стоим над карьером, где добывают алмазы. У нас увлеченная группа, которая разговаривает даже самых немногословных инженеров, снова аномальная жара и ярко-синее северное небо. Мы ходим босиком по песку вдоль моря, в автобусе я рассказываю про экспедицию Седова, а в Архангельске показываю самобытный модернизм. Вновь испытываю желание вернуться — и мы с Мариной придумываем новую экспедицию.
Итак, март 2026. Архангельская область снова ждет — на этот раз с акцентом на промыслах (резьба по кости, мезенская роспись etc.), деревянном зодчестве и северной природе. Кроме самого Архангельска посетим Холмогоры, Ломоносово, Кимжу и Пинегу. Аномальной жары точно не будет, а вот завораживающая красота — обязательно. Даже пойдем в пещеры со сталактитами и сталагмитами!
Едем 11-15 марта. А по промокоду REGINA10 действует скидка 10%.
Фото из летних поездок. Зимний колорит можно ощутить тут.
У меня так часто бывает: короткая встреча с местом разворачивается впоследствии в целую историю. С Архангельском так и получилось.
Август 2024. Мы с подругой Анной едем на несколько дней на Русский Север: Вологда — Каргополь — Архангельск. Аномально жаркое лето, особый размеренный темп жизни, люди с соломеными волосами, теплые камни и дерево, вылазка в Северодвинск к Белому морю (ладно, год назад мы уже видели его на Соловках), шофер, читающий свои стихи, пироги-калитки и быстрые закаты. Четкое понимание, что хочется вернуться.
Август 2025. Я возвращаюсь в Архангельск — уже в качестве турлидера с «Миром глазами инженера». Вместе с коллегой Мариной мы делаем насыщенейший маршрут с промышленным акцентом: посещаем завод по производству акустических систем для подлодок, поднимаемся на грузовое судно, заглядываем на верфь, где делают деревянные суда-карбасы по старинным поморским технологиям, и стоим над карьером, где добывают алмазы. У нас увлеченная группа, которая разговаривает даже самых немногословных инженеров, снова аномальная жара и ярко-синее северное небо. Мы ходим босиком по песку вдоль моря, в автобусе я рассказываю про экспедицию Седова, а в Архангельске показываю самобытный модернизм. Вновь испытываю желание вернуться — и мы с Мариной придумываем новую экспедицию.
Итак, март 2026. Архангельская область снова ждет — на этот раз с акцентом на промыслах (резьба по кости, мезенская роспись etc.), деревянном зодчестве и северной природе. Кроме самого Архангельска посетим Холмогоры, Ломоносово, Кимжу и Пинегу. Аномальной жары точно не будет, а вот завораживающая красота — обязательно. Даже пойдем в пещеры со сталактитами и сталагмитами!
🔹 Тут все подробности о туре-экспедиции.
Едем 11-15 марта. А по промокоду REGINA10 действует скидка 10%.
Фото из летних поездок. Зимний колорит можно ощутить тут.
❤11🥰4🕊1
Георгиевский собор в Юрьеве-Польском
Очень люблю белокаменные русские храмы домонгольской поры. На днях удалось увидеть одну из таких жемчужин — Георгиевский собор в Юрьеве-Польском (это Владимирская область). Его строительство завершилось буквально накануне нашествия Золотой Орды, в 1234 году (а монголы пришли в 1238-м).
Заказчик и архитектор (!) собора — князь Святослав Всеволодович (сын Всеволода Большое Гнездо). В XV веке храм обрушился, и княживший тогда Иван III направил на его восстановление московского архитектора Василия Ермолина. Тот провел большую работу, но вскоре был возвращен в Москву на перестройку Кремля. Без него артель вроде бы справилась, но так и не удалось отыскать все камни, а имеющиеся были поставлены в довольно произвольном порядке. В итоге храм получился чуть ли не в два раза ниже оригинала, а каменный декор хаотично разбросан по фасаду.
Но даже несмотря на некоторую приземистость храм прекрасен. Его каменная резьба впечатляет: она практически полностью покрывает фасады (за исключением апсиды). Есть «ковровый» растительный орнамент — его вырезали прямо на стенах; рельефы с библейскими и фольклорными персонажами резали на больших камнях заранее и вставляли в кладку. Тут есть кентавры, китоврасы, львы и даже слон.
И как любой белокаменный русский храм, Георгиевский собор напоминает, как много всего впитала отечественная архитектура. На этом разнообразии влияний и строится ее самобытность.
Очень люблю белокаменные русские храмы домонгольской поры. На днях удалось увидеть одну из таких жемчужин — Георгиевский собор в Юрьеве-Польском (это Владимирская область). Его строительство завершилось буквально накануне нашествия Золотой Орды, в 1234 году (а монголы пришли в 1238-м).
Заказчик и архитектор (!) собора — князь Святослав Всеволодович (сын Всеволода Большое Гнездо). В XV веке храм обрушился, и княживший тогда Иван III направил на его восстановление московского архитектора Василия Ермолина. Тот провел большую работу, но вскоре был возвращен в Москву на перестройку Кремля. Без него артель вроде бы справилась, но так и не удалось отыскать все камни, а имеющиеся были поставлены в довольно произвольном порядке. В итоге храм получился чуть ли не в два раза ниже оригинала, а каменный декор хаотично разбросан по фасаду.
Но даже несмотря на некоторую приземистость храм прекрасен. Его каменная резьба впечатляет: она практически полностью покрывает фасады (за исключением апсиды). Есть «ковровый» растительный орнамент — его вырезали прямо на стенах; рельефы с библейскими и фольклорными персонажами резали на больших камнях заранее и вставляли в кладку. Тут есть кентавры, китоврасы, львы и даже слон.
И как любой белокаменный русский храм, Георгиевский собор напоминает, как много всего впитала отечественная архитектура. На этом разнообразии влияний и строится ее самобытность.
❤13👍5🕊4
Вилла Сан Микеле: динамичное созерцание жизни
Оказавшись в каком-нибудь доме, мы часто примеряем его на себя: хотелось бы в нем жить или побыть гостем вполне достаточно. Мне нравится жилье разного типа, какого-то универсального «дома мечты» у меня нет, а в последний раз эффект «присвоения» случился осенью на вилле Сан Микеле на острове Капри.
Вилла создана в конце XIX века шведским врачом Акселем Мунте. Для строительства он выбрал эффектное место — верхний город Анакапри, в который можно попасть по Финикийской лестнице в 921 ступень. Из сада с перголами открывается прекрасный вид на море и нижний город — Капри.
Древних артефактов на вилле много, но все они органично интегрированы в ее пространство. Многое было найдено прямо на месте, встроено в стены или расставлено на террасе. Предметы прошлого продолжали жить: античная капитель превращалась в столик, а средневековая столешница, успевшая побыть стиральной доской на Сицилии, вновь использовалась по назначению. Этот функциональный подход к наследию создал особую атмосферу виллы — максимально витальную, одновременно созерцательную и динамичную. Мунте много думал о смерти, но это не противоречило его энергичности и оптимизму. Прожил он 91 год (возможно, благоприятный климат Капри тоже этому способствовал).
А еще архитектура и природа на вилле Сан Микеле находятся в идеальном балансе. Легко вообразить здесь свое утро: вот ты выскальзываешь из спальни на кухню за чашкой свежего кофе, потом босиком проходишь в открытую галерею, чуть тронутую ранними лучами солнца, продолжаешь прогулку по тенистой перголе, а после завтрака отправляешься с книгой в сад. И ярко-синее море, как и мраморные артефакты, — часть твоей повседневности. Динамичное созерцание жизни.
Оказавшись в каком-нибудь доме, мы часто примеряем его на себя: хотелось бы в нем жить или побыть гостем вполне достаточно. Мне нравится жилье разного типа, какого-то универсального «дома мечты» у меня нет, а в последний раз эффект «присвоения» случился осенью на вилле Сан Микеле на острове Капри.
Вилла создана в конце XIX века шведским врачом Акселем Мунте. Для строительства он выбрал эффектное место — верхний город Анакапри, в который можно попасть по Финикийской лестнице в 921 ступень. Из сада с перголами открывается прекрасный вид на море и нижний город — Капри.
Мунте был отличным врачом, имел много статусных клиентов, и высокие гонорары давали ему возможность лечить бедняков бесплатно, а еще он занимался зоозащитой, владел пятью языками и писал книги. Рациональное научное мировоззрение уживалось в нем с мистицизмом и любовью к мистификациям. Увлекаясь археологией, Мунте собрал большую коллекцию древностей — египетских, древнеримских, средневековых, но часто мифологизировал истории своих находок. Например, о мраморной голове Медузы, купленной у антиквара, он вспоминал, будто почувствовал ее взгляд со дна моря. А историю египетского сфинкса, установленного на галерее, Мунте вообще предпочел оставить в тайне.
Древних артефактов на вилле много, но все они органично интегрированы в ее пространство. Многое было найдено прямо на месте, встроено в стены или расставлено на террасе. Предметы прошлого продолжали жить: античная капитель превращалась в столик, а средневековая столешница, успевшая побыть стиральной доской на Сицилии, вновь использовалась по назначению. Этот функциональный подход к наследию создал особую атмосферу виллы — максимально витальную, одновременно созерцательную и динамичную. Мунте много думал о смерти, но это не противоречило его энергичности и оптимизму. Прожил он 91 год (возможно, благоприятный климат Капри тоже этому способствовал).
А еще архитектура и природа на вилле Сан Микеле находятся в идеальном балансе. Легко вообразить здесь свое утро: вот ты выскальзываешь из спальни на кухню за чашкой свежего кофе, потом босиком проходишь в открытую галерею, чуть тронутую ранними лучами солнца, продолжаешь прогулку по тенистой перголе, а после завтрака отправляешься с книгой в сад. И ярко-синее море, как и мраморные артефакты, — часть твоей повседневности. Динамичное созерцание жизни.
❤9🔥5👍4🥰1