Виктор Цой и Энди Уорхол
Оказывается, и между ними есть связь. На этой банке того самого супа Campbell’s Уорхол оставил автограф для Цоя. И не просто так, а потому что был впечатлён его картинами, которые к нему в мастерскую привезла Джоанна Стингрей – американская подруга и продюсер советских рок-музыкантов.
Банок было несколько. Но Сергей Курехин из любопытства сразу съел суп, а вот Цой оставил банку нетронутой. Так американский консервированный суп снова стал арт-обьектом. А ещё напоминанием, что искусство объединяет и сближает.
Оказывается, и между ними есть связь. На этой банке того самого супа Campbell’s Уорхол оставил автограф для Цоя. И не просто так, а потому что был впечатлён его картинами, которые к нему в мастерскую привезла Джоанна Стингрей – американская подруга и продюсер советских рок-музыкантов.
Банок было несколько. Но Сергей Курехин из любопытства сразу съел суп, а вот Цой оставил банку нетронутой. Так американский консервированный суп снова стал арт-обьектом. А ещё напоминанием, что искусство объединяет и сближает.
❤5👍1
Читать тексты о войне сейчас особенно болезненно, но отвлекаться на что-то мирное тем более тяжело.
Когда я вижу фотографии разрушенных домов с обнажившимися комнатами, вспоминаю этот текст. Помню, как при всех его несовершенствах он сразу впечатлил меня чувством непоправимости перехода за грань мирной жизни, когда ее следы еще здесь, но самой ее больше нет. И образ неизображенной жертвы говорит о том же: необязательно видеть саму смерть, чтобы ощутить ее присутствие.
* * *
Как бы ударом страшного тарана,
Здесь половина дома снесена,
И в облаках морозного тумана
Обугленная высится стена.
Еще обои порванные помнят
О прежней жизни, мирной и простой,
Но двери всех обрушившихся комнат,
Раскрытые, висят над пустотой.
И пусть я все забуду остальное
Мне не забыть, как на ветру дрожа,
Висит над бездной зеркало стенное
На высоте шестого этажа.
Оно каким-то чудом не разбилось.
Убиты люди, стены сметены, –
Оно висит, судьбы слепая милость,
Над пропастью печали и войны <…>
Вадим Шефнер, 1942
* * *
Из воспоминаний Шефнера: «В 1942 году я был переведен в армейскую газету Ленфронта «Знамя победы», стал часто бывать в Ленинграде. В городе в те дни много было разрушенных зданий, глаз уже привык к этому. Но около некоторых разбомбленных домов люди невольно замедляли шаг. Я помню здания, где бомба отвалила фасадную стенку, раскрыв внутренность комнат. Там висели картины, даже мебель стояла, – и только людей там не было, они или спаслись, или погибли.
В одном таком странном разрушенном доме на стене, на высоте пятого или шестого этажа, висело зеркало. Кажется, это было в доме, что стоит (он давно восстановлен) на углу Моховой и улицы Пестеля. В зеркале отражалось небо, облака. Было в этом что-то очень грустное – даже на фоне маловеселого 1942 года в блокированном Ленинграде».
Когда я вижу фотографии разрушенных домов с обнажившимися комнатами, вспоминаю этот текст. Помню, как при всех его несовершенствах он сразу впечатлил меня чувством непоправимости перехода за грань мирной жизни, когда ее следы еще здесь, но самой ее больше нет. И образ неизображенной жертвы говорит о том же: необязательно видеть саму смерть, чтобы ощутить ее присутствие.
* * *
Как бы ударом страшного тарана,
Здесь половина дома снесена,
И в облаках морозного тумана
Обугленная высится стена.
Еще обои порванные помнят
О прежней жизни, мирной и простой,
Но двери всех обрушившихся комнат,
Раскрытые, висят над пустотой.
И пусть я все забуду остальное
Мне не забыть, как на ветру дрожа,
Висит над бездной зеркало стенное
На высоте шестого этажа.
Оно каким-то чудом не разбилось.
Убиты люди, стены сметены, –
Оно висит, судьбы слепая милость,
Над пропастью печали и войны <…>
Вадим Шефнер, 1942
* * *
Из воспоминаний Шефнера: «В 1942 году я был переведен в армейскую газету Ленфронта «Знамя победы», стал часто бывать в Ленинграде. В городе в те дни много было разрушенных зданий, глаз уже привык к этому. Но около некоторых разбомбленных домов люди невольно замедляли шаг. Я помню здания, где бомба отвалила фасадную стенку, раскрыв внутренность комнат. Там висели картины, даже мебель стояла, – и только людей там не было, они или спаслись, или погибли.
В одном таком странном разрушенном доме на стене, на высоте пятого или шестого этажа, висело зеркало. Кажется, это было в доме, что стоит (он давно восстановлен) на углу Моховой и улицы Пестеля. В зеркале отражалось небо, облака. Было в этом что-то очень грустное – даже на фоне маловеселого 1942 года в блокированном Ленинграде».
😢5
По моим ощущениям, модернистская архитектура обладает терапевтической энергетикой. Вот попадаешь в МИЭТ (Московский институт электронной техники) в Зеленограде – а кажется, будто находишься в санатории, наполненном светом и воздухом. Вроде учишься, но и немного отдыхаешь.
Комплекс был построен в 1966-1971 гг. под руководством Феликса Новикова; часы над входным порталом и скульптуры во внутреннем дворе делали Валерий Тюлин и Сергей Чехов (родственник Антона Павловича); автор масштабного рельефа в фойе – Эрнст Неизвестный.
Комплекс был построен в 1966-1971 гг. под руководством Феликса Новикова; часы над входным порталом и скульптуры во внутреннем дворе делали Валерий Тюлин и Сергей Чехов (родственник Антона Павловича); автор масштабного рельефа в фойе – Эрнст Неизвестный.
👍7
Что говорить, если сколько бы ни убивало –
Остальным все же елось, пилось и спалось – будто не убывало.
Вероника Долина
Остальным все же елось, пилось и спалось – будто не убывало.
Вероника Долина
23 апреля 1932 года вышло постановление Политбюро ЦК ВКП(б) «О перестройке литературно-художественных организаций».
Что решили:
1) ликвидировать ассоциацию пролетарских писателей (ВОАПП, РАПП);
2) объединить всех писателей, поддерживающих платформу Советской власти и стремящихся участвовать в социалистическом строительстве, в единый союз советских писателей с коммунистической фракцией в нем;
3) провести аналогичное изменение по линии других видов искусства [объединение музыкантов, композиторов, художников, архитекторов и т.п. организаций];
4) поручить Оргбюро разработать практические меры по проведению этого решения.
Все это делалось под предлогом, что разнообразие организаций загоняет творческих людей в рамки. Ну да, ну да, свобода – это рабство...
Что решили:
1) ликвидировать ассоциацию пролетарских писателей (ВОАПП, РАПП);
2) объединить всех писателей, поддерживающих платформу Советской власти и стремящихся участвовать в социалистическом строительстве, в единый союз советских писателей с коммунистической фракцией в нем;
3) провести аналогичное изменение по линии других видов искусства [объединение музыкантов, композиторов, художников, архитекторов и т.п. организаций];
4) поручить Оргбюро разработать практические меры по проведению этого решения.
Все это делалось под предлогом, что разнообразие организаций загоняет творческих людей в рамки. Ну да, ну да, свобода – это рабство...
👍2
Павел Антокольский:
Мы все, лауреаты премий,
Вручённых в честь его,
Спокойно шедшие сквозь время,
Которое мертво;
Мы все, его однополчане,
Молчавшие, когда
Росла из нашего молчанья
Народная беда;
Таившиеся друг от друга,
Не спавшие ночей,
Когда из нашего же круга
Он делал палачей...
Мы все, лауреаты премий,
Вручённых в честь его,
Спокойно шедшие сквозь время,
Которое мертво;
Мы все, его однополчане,
Молчавшие, когда
Росла из нашего молчанья
Народная беда;
Таившиеся друг от друга,
Не спавшие ночей,
Когда из нашего же круга
Он делал палачей...
👍5
Forwarded from Не придумали!
Жизнь и творчество Владимира Маяковского были неразрывно связаны с Москвой. И сегодня мы вместе с Региной Поливан, редактором и гидом компании «Москва глазами инженера», расскажем о важном месте на карте «маяковской Москвы» – о квартире в Студенецком переулке, где жили мать и сестры поэта.
Еще больше интересных фактов о Москве 1920-х годов можно узнать на экскурсии «Нижняя Пресня. Экскурсия по рабочему поселку». Гид «Москвы глазами инженера» расскажет, как архитектурные и планировочные решения «новых домов» повлияли на всю последующую историю градостроительства.
Еще больше интересных фактов о Москве 1920-х годов можно узнать на экскурсии «Нижняя Пресня. Экскурсия по рабочему поселку». Гид «Москвы глазами инженера» расскажет, как архитектурные и планировочные решения «новых домов» повлияли на всю последующую историю градостроительства.
👍6