Патернализм, формула «технологического лидерства» и авторы служебных патентов

Тема баланса интересов работодателя и работника - вечная, болезненная и глубоко догматическая. Наше государство традиционно пытается решить этот конфликт через жесткий патернализм:

Работодатель сильный, автор слабый, поэтому нужно императивно вмешаться в их автономию

1️⃣ Что произошло?

Правительство утвердило новые Правила выплаты вознаграждений за служебные изобретения, полезные модели и промышленные образцы (документ вступит в силу 1 сентября 2026 года).

Давайте разберем нововведения с точки зрения теории частного права и здравого смысла.


2️⃣ Магия формул вместо свободы договора

Раньше все было относительно просто (хотя бы в плане арифметики, с которой у меня, как у юриста, проблемы) - выплаты привязывались к средним зарплатам. Теперь же правительственные методологи создали настоящий шедевр бюрократического искусства.

Для расчета вознаграждения вводится формула из четырех компонентов:

Вознаграждение = Мрег*Ктл*Кугт*Крид

Где:

⚡️ Мрег - минималка в субъекте РФ;
⚡️ Ктл - коэффициент технологического лидерства;
⚡️ Кугт - коэффициент уровня готовности технологии;
⚡️ Крид - коэффициент вида результата интеллектуальной деятельности.

Я, конечно, сам сторонник более четкой регламентации, о чем писал, например, тут, предлагая внедрить формулу расчета компенсации (исходя из простых и понятных критериев).

Но критерии и коэффициенты выше… Представьте судью, который должен погрузиться в «уровень готовности технологии» или оценивать «технологическое лидерство» для определения размера гражданско-правового обязательства.


3️⃣ Сроки и последствия

Правила устанавливают дедлайны:

⚡️Вознаграждение нужно выплатить не позднее двух месяцев со дня получения патента.

Вишенка на торте: если работодатель подал заявку, но из-за своих же косяков (пропустил срок, не заплатил пошлину) патент за 24 месяца так и не был получен - платить автору все равно придется. Это хорошая, справедливая санкция за недобросовестное поведение, когда работодатель пытается обделить работника-автора («culpa in contrahendo» на минималках).

⚡️ Вводятся ежегодные платежи в период действия патента - их нужно выплачивать в течение 3 месяцев после окончания каждого календарного года.


4️⃣ Проценты, монетизация

Если работодатель продает патент или выдает лицензию, автору причитается доля:

⚡️10% от лицензионных платежей;
⚡️15% в случае продажи


5️⃣ Главный вывод

Все эти правительственные формулы, коэффициенты «технологического лидерства» и размеры процентов - это восполнительное регулирование. Оно включается только тогда, когда стороны не договорились об ином.

Государство как бы говорит бизнесу:

Если вы сами не урегулируете свои отношения с авторами в договоре, мы придем со своей линейкой и калькулятором и посчитаем так, что вам мало не покажется

6️⃣ Что срочно делать бизнесу:

⚡️ Провести аудит всех трудовых договоров и соглашений с разработчиками и инженерами.

⚡️Четко прописать в ЛНА и договорах фиксированные (или привязанные к понятным KPI) размеры вознаграждений за создание и использование служебных РИД.

⚡️Навсегда забыть про формулировку «вознаграждение включено в оклад» - суды её уничтожают на раз-два.

P.S. Если вы не воспользуетесь свободой договора, чтобы урегулировать взаимоотношения с авторами, за вас это сделает Правительство РФ по не очень выгодным правилам.

Интеллектуальная собственность в видеоиграх: кому что принадлежит и как не попасть в ловушку?

С точки зрения правой нормы видеоигра - это не просто программа для ЭВМ. Это сложный объект (ст. 1240 ГК РФ): в одном проекте уживаются десятки различных результатов творческой деятельности человека (и не только человека).

Нельзя сказать: «я купил/создал игру».

На самом деле вы получаете права на целый набор отдельных объектов, и у каждого из них свой владелец.

1️⃣ Кому принадлежит игра?

По закону исключительные права на сложный объект может получить организатор создания (например, продюсер или студия).

Для этого он заключает договоры с теми, кто внес творческий вклад: программистами, художниками, композиторами, сценаристами.

С каждым нужно четко прописать основание передачи прав. Если человек работал в штате, важно, чтобы в документах (трудовой договор, должностная инструкция, ТЗ, акт) было четко зафиксировано: создание такого объекта входит в его трудовые обязанности - тогда по закону права переходят работодателю.

2️⃣ Что именно может охраняться в игре?

Практически все, что создано творческим трудом. Рассмотрим подробнее.

⚡️ Код

Охраняется как программа для ЭВМ. Авторское право возникает автоматически, регистрация в Роспатенте - опция для подстраховки в спорах.

⚡️ Графика и персонажи

Концепт-арт, 3D-модели, анимации, UI-элементы - все это может охраняться как произведения изобразительного искусства или часть аудиовизуального произведения. Персонаж получит защиту, если он достаточно оригинален и узнаваем сам по себе (а не только в контексте игры).

⚡️ Музыка и звук

Здесь цепочка длиннее: права есть у композитора, автора текста, исполнителя, изготовителя фонограммы. Внимательно читайте лицензии на треки - часто есть ограничения на синхронизацию, стриминг, монетизацию.

⚡️ Сценарий, диалоги, лор

Сюжет, тексты, внутриигровые книги, названия фракций - охраняются, если это конкретное выражение идеи, а не сама идея, витающая в облаках.

⚡️ Название игры, имена персонажей

Само по себе название не всегда защищается авторским правом, но его можно и нужно регистрировать как товарный знак - это критически важно для борьбы с клонами, защиты мерча, доменов.

Важное предупреждение: игровые механики, правила, идеи, концепции авторским правом не охраняются. Нельзя монополизировать жанр («батл-рояль», «крафтинг»). Но конкретная реализация - код, интерфейс, визуал, тексты, анимации, структура уровней - уже под защитой.

Поэтому фраза «у нас украли механику» юридически слаба: нужно смотреть, что именно скопировали.

3️⃣ Что ещё важно учесть?

⚡️ Пользовательский контент

Моды, карты, летсплеи, фан-арт - если студия хочет использовать такой контент (в игре, рекламе), это нужно заранее прописать в пользовательском соглашении и получить явную лицензию от автора.

⚡️ Нейросети

Если в разработке участвуют ИИ-инструменты, нужно фиксировать процесс: кто проверял результат, где хранятся промпты, нет ли пересечений с чужими охраняемыми объектами.

Главная ошибка. Не откладывайте юридическую работу на потом. Проблемы всплывают в ключевые моменты: при привлечении инвестора, выходе издателя, успехе проекта или споре.

P.S. Хотите разобрать какой-то блок детальнее, например, как грамотно составить договор с фрилансером-художником или как проверить, не нарушает ли ваш персонаж чужой товарный знак и/или разобрать по аналогии иную сферу? Пишите, разберу!

Когда суд становится экспертом

В патентных спорах одна процессуальная ошибка встречается удивительно часто.

Рассмотрим на примере ситуации:

Истец представляет специальное исследование, в котором последовательно анализируется использование каждого признака независимого пункта формулы. Ответчик собственного исследования не представляет. Суд не указывает на методологические недостатки заключения, не признает его недостоверным, не объясняет, какие именно выводы специалиста являются ошибочными, но приходит к противоположному техническому выводу.

Возникает вопрос:

за счет каких специальных знаний?

Арбитражный процесс не запрещает суду критически оценивать заключение специалиста. Напротив, ст. 71 АПК РФ обязывает оценивать каждое доказательство. Но оценка доказательства и самостоятельное разрешение технического вопроса — разные процессуальные действия.

Определить, использован ли каждый признак независимого пункта формулы, либо эквивалентный ему (для изобретений), — это вопрос специальных знаний. Если суд приходит к выводу, противоположному единственному специальному исследованию, он должен объяснить, почему исследование нельзя положить в основу решения. Если же имеющихся специальных знаний недостаточно для разрешения спора, процессуальный закон предусматривает соответствующие инструменты.

Подмена этих процессуальных механизмов собственным техническим суждением суда (та самая безграничная и беспощадная дискреция) опасна не только для конкретного дела. Она на корню меняет модель судебного разбирательства. Суд начинает выполнять функцию лица, обладающего специальными знаниями, хотя процессуальный закон такого полномочия ему не предоставляет.

Пожалуй, именно здесь проходит одна из самых важных границ между оценкой доказательств и выходом суда за пределы своей процессуальной компетенции.

Релевантная судебная практика:

1️⃣ Постановление СИП от 10.02.2026 № С01-1796/2025 по делу № А70-14761/2023

дело касается оценки специальных знаний при установлении наличия либо отсутствия признаков изобретения в продукции ответчика.

2️⃣ Постановление СИП от 11.11.2022 № С01-1312/2021 по делу № А40-316953/2019 - несмотря на более раннюю дату, это одно из ключевых постановлений по вопросу специальных знаний.

суд указал, что установление использования всей совокупности существенных признаков изобретения требует специальных знаний; представленные рецензии сами по себе не заменяют такого установления.

3️⃣ Постановление СИП от 14.08.2020 № С01-872/2018 по делу № А41-3828/2018

СИП отменил судебные акты, поскольку суды не указали, какими доказательствами подтверждается использование ответчиком каждого признака независимого пункта формулы, и не привели мотивированных выводов по этому вопросу.

4️⃣ Постановление СИП от 22.09.2020 № С01-601/2019 по делу № А40-166457/2018

дело посвящено вопросам судебной патентно-технической экспертизы и применению ст. 82 АПК РФ.

Домен украли. А деньги где?

Есть в доменных спорах одна удивительная особенность, когда предприниматель приходит и говорит:

«Хочу забрать домен и плюсом миллионов пять компенсации»

Стоит изучить судебную практику, как можно обнаружить неприятную вещь - сам по себе захват домена не означает, что предпринимателю автоматически положены деньги.

⚡️ Домен - не товарный знак (даже, если словесная его часть зарегистрирована). И даже не самостоятельный объект в праве интеллектуальной собственности (возможно скоро это измениться).

Для более простого понимания, домен, как объект, скорее напоминает табличку на двери магазина. Если вор перевесил табличку на свою дверь - это еще не означает, что он автоматически должен выплатить вам компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак. Все зависит от того, что именно он сделал с вашим обозначением.

⬇️ Разберем на примерах ⬇️

Ситуация № 1. На домене размещен сайт с вашим обозначением

Самый классический случай. Злоумышленник регистрирует домен, размещает на нем сайт с однородными товарами или услугами. Вот здесь начинается уже не история про домен. Это история про незаконное использование товарного знака, следовательно, кроме требования об обязании передать доменное имя, появляется требование о взыскании компенсации в рамках ст. 1515 ГК РФ.

⚡️ Важно понять, что деньги взыскиваются не потому, что ответчик владел доменом, а потому что через этот домен он использовал чужой товарный знак в предпринимательской деятельности.

Ситуация № 2. Домен просто зарегистрирован или используется для иных услуг

Иногда сайт выглядит так:

Coming soon / Ошибка 404.

Вот тут начинается самое интересное - сайт зарегистрирован, однако, использования товарного знака нет. Нет рекламы, нет предложения услуг,
нет коммерческого оборота.

В данном случае нарушено право на доменное имя как средство адресации, а не средство индивидуализации, которым является товарный знак. Поэтому предприниматель может заявить только требование об обязании передать право администрирования домена. И все.

Аналогичным образом обстоят дела в ситуации, когда на сайте представлены услуги, отличные от вашей сферы деятельности. Использования нет.

Что всегда стоит проверить перед подачей иска?

Прежде чем писать в иске красивую сумму компенсации, стоит ответить на несколько вопросов.

⚡️ Есть ли на сайте использование товарного знака?
⚡️ Используется ли домен для продажи товаров или услуг?
⚡️ Ведется ли вообще коммерческая деятельность?
⚡️ Используется ли обозначение именно как средство индивидуализации?

Если ответы отрицательные, возможно, спор следует строить не вокруг взыскания компенсации, а вокруг передачи домена и пресечения нарушения.

Судебная практика

Постановление СИП от 05.05.2026 по делу № А40-32320/2025

По общему правилу, нарушением исключительного права на товарный знак является фактическое использование доменного имени, тождественного или сходного до степени смешения с товарным знаком, в отношении товаров, однородных с теми, для которых предоставлена правовая охрана этому товарному знаку.

Действия администратора по приобретению права на доменное имя (в том числе с учетом обстоятельств последующего его использования) могут быть признаны актом недобросовестной конкуренции. В этом случае исходя из целей регистрации доменного имени нарушением исключительного права на товарный знак может быть признана сама по себе такая регистрация

.

Когда авторское право не спасает дизайн

Недавно прочитал любопытное постановление Девятого арбитражного апелляционного суда по делу № А40-37151/2023 о дизайне сумки "A Secret Knowledge".

Дело интересно не столько сумками, сколько одним очень важным вопросом.

Очень часто можно услышать:

Это мой дизайн. Значит, он автоматически охраняется авторским правом

Не всегда.

История начиналась красиво. Первая инстанция взыскала с ответчика максимальную компенсацию — 5 млн рублей за нарушение авторских прав на дизайн сумки.

Но апелляция посмотрела на дело совсем иначе. И, как мне кажется, поставила гораздо более интересный вопрос.

Суд напомнил очевидную, но часто забываемую вещь:

А

вторское право защищает не идею изделия и не его коммерчески успешную концепцию, а результат творческого труда конкретного автора. Поэтому одного утверждения «это придумал я» недостаточно.

Истец должен объяснить:

⚡️ что именно является произведением;
⚡️ где заканчивается функциональное решение и начинается творческая форма;
⚡️ в чем состоит индивидуальный творческий вклад автора.

Именно этого, по мнению суда, сделано не было. Напротив, материалы дела свидетельствовали, что аналогичные решения существовали задолго до появления спорной сумки, а ранее полученный патент истца на промышленный образец вообще был признан недействительным из-за отсутствия новизны.

Самое интересное - суд не сказал, что дизайн сумки в принципе не может быть объектом авторского права. Наоборот, апелляция прямо подтвердила давно известную позицию:

А

вторское право и патент на промышленный образец существуют независимо друг от друга. Даже признание патента недействительным само по себе не лишает автора возможности защищать произведение средствами авторского права. Но для этого сначала нужно доказать, что перед нами действительно произведение, созданное творческим трудом именно этого автора.

В результате спор был проигран не потому, что «авторское право не распространяется на дизайн», а потому, что не удалось доказать авторство именно того результата, который просили защитить.

Апелляционный суд отменил решение первой инстанции и полностью отказал в иске. Вчера Суд по интеллектуальным правам оставил Постановление апелляции без изменения.

Из этого дела, как мне кажется, следуют простые практические выводы:

1️⃣ В делах о дизайне недостаточно показать две похожие вещи.

2️⃣ Нужно показать историю рождения произведения: эскизы, варианты, поиск композиции, авторские решения, черновики, объяснить, в чем именно проявился творческий выбор автора.

Иначе суд вполне может увидеть перед собой не произведение искусства, а всего лишь удачную компиляцию уже известных дизайнерских решений.

Склад сгорел, а контрафакт тоже компенсировать?

По последним новостям WB снял с продажи товары, находившиеся на пострадавших складах. Сообщалось об уничтожении тысяч единиц продукции, а маркетплейс заявил о проработке мер поддержки продавцов.

Тем не менее, условия оферты WB теперь относят атаки БПЛА к обстоятельствам непреодолимой силы, что может исключать обычную договорную компенсацию.

Исходя из письма Торгово-промышленной палаты, в качестве обстоятельства непреодолимой силы признается факт применения БПЛА, повлекший повреждение или уничтожение производственного объекта, оборудования либо иного имущества, в результате которого исполнение заявителем договорного обязательства оказалось невозможным.

❔ Появляется вопрос, достойный экзамена по гражданскому праву:

Должен ли маркетплейс возмещать стоимость товара, который до пожара сам подлежал уничтожению как контрафактный?

Что говорит закон

Если хранение или продажа товара нарушают исключительные права, товар признается контрафактным (например, в рамках ст. 1515 ГК РФ). По решению суда он подлежит изъятию из оборота и уничтожению без компенсации.

Таким образом, закон предлагает довольно суровую конструкцию:

⚡️если контрафакт уцелел — его уничтожат;
⚡️если он сгорел — он уничтожился самостоятельно.

Однако, продавец может попытаться потребовать от склада стоимость утраченного «актива». Получается что-то, наподобие «страхования бизнеса, нарушающего интеллектуальные права, за счет инфраструктуры маркетплейса».

Подлежит ли такой товар возмещению?

Сам факт уничтожения/ потери еще не превращает контрафакт в полноценное имущество, стоимость которого обязательно должна компенсироваться.

В случае возникновения спора придется выяснять:

⚡️был ли товар действительно контрафактным;
⚡️существовало ли вступившее в силу решение суда либо иное надлежащее доказательство нарушения;
⚡️предусматривала ли оферта компенсацию при конкретной причине утраты;
⚡️вправе ли продавец требовать стоимость товара, который не мог законно реализовываться.

Если контрафактность товара установлена, позиция продавца выглядит крайне спорно: он требует возместить стоимость имущества, которое по закону подлежало изъятию и уничтожению без компенсации.

Практический итог

1️⃣ Продавцу следует заявить об утрате товара и зафиксировать количество, стоимость и обстоятельства пожара.

2️⃣ Маркетплейсу — до выплаты проверить, не был ли товар заблокирован по жалобе правообладателя, не имелись ли судебные запреты и признаки контрафактности.

3️⃣ Правообладателю — оперативно уведомить маркетплейс о спорном статусе товара и представить доказательства нарушения.

Компенсация за уничтоженный оригинальный товар — это возмещение убытков. А вот компенсация за уничтоженный контрафакт — совсем другой фрукт.

Что по судебной практике?

Постановление Суда по интеллектуальным правам от 20.06.2022 по делу № А14-7650/2021:

Суд отказал во взыскании убытков, указав, что изъятый контрафактный товар был уничтожен, а значит, не был реализован и не вытеснил с рынка оригинальную продукцию. Следовательно, отсутствует причинная связь между действиями ответчика и заявленными убытками.

Ну и финальный вопрос (дискуссионный), который скоро очень остро встанет:

Вправе ли продавец требовать от маркетплейса компенсацию стоимости имущества, которое в силу закона не могло остаться в гражданском обороте?

Есть занятная логика, которая последние несколько лет периодически встречается у предпринимателей:

Компания иностранная, страна — недружественная; рекламу свернула, из России ушла. Следовательно, товарный знак теперь ничей…

Конечно же, это не так.

Верховный Суд РФ в 2026 году решил напомнить об этом довольно недвусмысленно.

1️⃣ Санкции ≠ отмена интеллектуальной собственности

17 июня 2026 года Президиум Верховного Суда РФ утвердил Обзор по применению законодательства о специальных экономических мерах, в котором есть замечательная по своей простоте мысль:

Сам по себе факт регистрации правообладателя в недружественной юрисдикции не превращает защиту его товарного знака в злоупотребление правом.

Более того, Верховный Суд прямо указал:

Указ Президента № 79 и перечень недружественныхгосударств не отменяют охрану исключительных прав иностранных компаний.

Получается, что право интеллектуальной собственности все таки оказалось несколько консервативнее геополитики.

Coca-Cola может изменить модель присутствия. Компания может закрыть магазины, сократить персонал и перестать вести привычную коммерческую деятельность. Но исключительное право «не собирает чемодан автоматически вслед за менеджментом».

2️⃣ Если правообладатель из недружественной страны, что с оплатой?

Лицензия на контрафакт?

Для определенных денежных обязательств перед такими правообладателями действительно действует специальный порядок, установленный Указом Президента РФ № 322.

Но это вопрос порядка исполнения денежного обязательства, а не разрешение нарушать исключительное право.

Более того, Верховный Суд отдельно указал:

если иностранный правообладатель надлежащим образом исполняет свои договорные обязательства перед российскими контрагентами и продолжает деятельность в России, специальный порядок может вообще не применяться.

Таким образом, итоговая формула довольно простая — иностранный правообладатель может:

⚡️ иметь действующий товарный знак в России;
⚡️ требовать прекратить его незаконное использование;
⚡️ изымать контрафакт из оборота;
⚡️ обращаться в российский суд;
⚡️ требовать компенсацию.

3️⃣ Мораль

Уход бренда с российского рынка — это бизнес-решение. Санкции — публично-правовые ограничения. А вот прекращение исключительного права — это юридический факт, для которого существуют совершенно определенные основания и процедуры.

Поэтому идея:

они ушли — значит, теперь можно

может оказаться довольно дорогой, особенно когда иностранная компания неожиданно «возвращается» в Россию, но уже не с товаром и магазинами, а с иском 😀.

Товарные знаки теперь регистрируют только с серьезными намерениями

Или почти с серьезными…

С 18 августа 2026 года в процедуре регистрации товарных знаков появилось небольшое, но любопытное нововведение.

❕ Заявитель должен подтвердить намерение использовать обозначение в отношении всех товаров и услуг, для которых испрашивается регистрация.

Одновременно законодатель напоминает:

Если товарный знак непрерывно не используется три года, его охрана может быть досрочно прекращена по ст. 1486 ГК РФ.

Предполагается, что нововведение должно бороться с регистрацией обозначений «про запас», чрезмерно широкими перечнями товаров и услуг и так называемыми «патентными троллями».

Раньше государственный орган спрашивал:

Что вы хотите зарегистрировать и для каких товаров?

Теперь он также уточняет:

А вы действительно собираетесь это использовать?

Российское право и раньше исходило из того, что товарный знак должен использоваться: именно поэтому ст. 1486 ГК РФ давно позволяет прекратить его охрану после трех лет неиспользования. Не появился у нас и полноценный американский intent-to-use.

Заявителю не требуется представлять бизнес-план, договоры, образцы продукции или иные доказательства подготовки к использованию знака. Пока достаточно, по существу, сказать:

Да, собираюсь использовать.

Поэтому для большинства добросовестных заявителей практически ничего не изменится. Новая декларация становится еще одним формальным элементом заявки.

⚡️ Тем не менее совсем бессмысленной новеллу считать не стоит. Она явно подталкивает заявителей внимательнее относиться к перечню товаров и услуг: действительно ли нужны все заявленные позиции или часть из них включена исключительно «на всякий случай»? К этой же мысли нас подталкивает недавнее увеличение размера пошлин, в случае превышения десяти товаров / услуг в классе МКТУ.

Что в итоге?

1️⃣ С 18 августа при подаче заявки нужно подтвердить намерение использовать знак в отношении всех заявленных товаров и услуг. Доказывать это намерение пока не требуется (зачем тогда вводили?)

2️⃣ Радикального ужесточения регистрации не произошло, но направление движения обозначено вполне отчетливо: товарный знак должен соответствовать реальному или хотя бы планируемому бизнесу, а не служить способом забронировать обозначение на максимально возможном количестве товаров и услуг.

Патентование алгоритмов: что нас ждет?

С 1 января 2027 года вступают в силу изменения в часть IV ГК РФ, которые уже преподносятся примерно так:

Россия разрешила патентовать программное обеспечение

Как обычно, дьявол живет где-то между заголовком новости и текстом ГК, так что давайте разбираться.

Федеральный закон от 04.08.2026 № 296-ФЗ действительно довольно существенно уточняет правила патентования IT-решений.

Что меняется?

⚡️ Во-первых, в ст. 1350 ГК РФ прямо указано, что изобретением может быть техническое решение, которое реализуется посредством устройства или системы устройств, осуществляющих автоматизированную обработку информации на основе алгоритмов. Причем охраняться сможет и способ, осуществляемый с помощью такого устройства.

На человеческом языке:

наличие программного алгоритма внутри решения больше не должно само по себе вызывать вопрос — а есть ли здесь вообще объект патентного права?

Роспатент среди возможных примеров называет решения в области поиска, компьютерной обработки данных и семантической обработки текстов. Отдельно упоминаются разработки с использованием искусственного интеллекта.

⚡️ Во-вторых, аналогичная оговорка появляется для полезных моделей: техническое решение, реализованное посредством программируемого устройства, сможет охраняться и в таком качестве. Тут способа, уже, конечно, не будет.

⚡️ В-третьих, пожалуй, самое наглядное изменение касается интерфейсов.

В ст. 1352 ГК РФ прямо появляется возможность охраны в качестве промышленного образца визуального отображения, предназначенного для взаимодействия человека с программой. То есть интерфейсы и их самостоятельные элементы — иконки, кнопки, значки и прочие GUI-элементы — получают гораздо более понятный маршрут патентной охраны.

Но есть важное «но»:

Само

по себе правило «мы написали интересный код — выдайте нам патент» в ГК не появляется.

Программа для ЭВМ по-прежнему является самостоятельным объектом авторского права (ст. 1261 ГК РФ). А для патента необходимо вписаться в требования к соответствующему объекту патентных прав: в частности, для изобретения — показать техническое решение, новизну, изобретательский уровень и промышленную применимость.

Поэтому правильнее говорить не о «патентовании ПО», а о расширении и законодательном закреплении возможностей патентной охраны IT-решений. По сути, это тот самый дуализм правовой природы, который мы привыкли видеть, например, в рамках охраны объектов дизайна (авторское право → промышленный образец)

У разработчика постепенно формируется весьма интересный набор инструментов:

⚫️ код → авторское право;
⚫️ техническое решение на основе алгоритма → потенциально патент на изобретение;
⚫️ решение, реализованное программируемым устройством → при соблюдении условий потенциально полезная модель;
⚫️ GUI и его элементы → промышленный образец.

Получается, что один программный продукт потенциально может быть окружен сразу несколькими слоями правовой охраны.

P.S.
Кому нужен промышленный образец (не только на IT решение в будущем) - YOU ARE WELCOME!