Чтобы быть женщиной, необязательно рожать целую ораву борщей и варить детей. Достаточно явиться в этот мир очаровательной девушкой. С международным женским днём, дамы! 💗

🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩 🤩
💭💭💭💭💭💭💭💭💭💭💭
💭💭💭💭💭💭💭💭
🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤

— Вы утешаете меня, Фёдор? Как трогательно.

— Я констатирую факт. Утешать не в моем стиле.

Дазай вдруг подался вперёд, и в глазах его мелькнул тот самый пустой, мёртвый огонь, что я видел на платформе.

— А знаете, Фёдор, — произнёс он тихо, почти шёпотом, — я иногда думаю: а есть ли вообще этот ваш Бог? Ну, которому вы молитесь, о котором отзываетесь, — он криво усмехнулся. — Потому что если Он есть, то либо Ему на нас плевать, либо Он просто старый, дряхлый маразматик, которому в радость наблюдать за нашими мучениями. Как в театре. Сидит себе на облачке, попивает нектар и приговаривает: «А ну-ка, смертные, покажите, кто из вас сегодня поинтереснее сдохнет».

Я нахмурился:

— Богохульствуете?

— А почему нет? — Он развёл руками. — Если Он, допустим, создал меня таким пустым, сломанным, ищущим смерти, значит, Ему так было угодно. Значит я просто несмешная шутка. Его... фокус. — Дазай усмехнулся собственной иронии. — Хотите фокус, Фёдор? Бог милостив ко всем, но все мы всё равно умираем в агонии. Забавно, правда?

🔤 Первая часть

🔤Вторая часть

🔤Третья часть

🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩🤩

Единственная милосердная пора. Воздух ещё прозрачен и свеж, несмотря на то, что солнце уже поднялось над горизонтом. Трава влажна, и роса на паутине горит, словно россыпь самоцветов. Именно в такой час хочется ступить на лесную тропинку, а лучше — на поляну, взяв под руку близкого человека.
Фёдор долго уговаривал Осаму выйти на улицу, обещая показать всю красоту русской природы — от низкорослых пахучих цветков чабреца до вольной речушки. Но на японца напала меланхолия; он лишь смотрел из окна во двор, наблюдая, как резвятся бабочки и как под лучами солнца поблёскивают капли на листве.
Фёдор и сам понимал, что лето — это время, когда лень мешается с тоской, особенно на чужбине. Но всё переменилось, когда кошка по имени Тамагушка принесла в дом живую мышь. Страшно не было — скорее неловко предаваться грусти под одной крышей с мышью, которой едва не перегрызли горло.
Достоевский и Дазай наконец покинули пределы дачи, взяли ведёрко и поймали напуганного зверька в круглое закрытое пространство, дабы потом выпустить мышь на волю в лесу. Однако Осаму эта затея пришлась не столь по душе:

— Мне её жаль, Фёдор... Её чуть не убили, а тут ещё и наказали, свободы лишили.

— Это для её же блага. Мы отнесём её в лес и выпустим. Там у неё больше шансов выжить, чем здесь, пока такие, как Тамагушка, рыщут, словно амазонки.

Осаму всё же поддался уговору Фёдора. С одной стороны это разумнее, нежели на несчастного грызуна вновь сделают покушение.
Они шли по жаркой песчаной тропинке, уводящей прямиком в лес. Дазай бережно обхватил ведро руками, то и дело заглядывая внутрь на мышку; Достоевский лишь изредка косился на него и умилялся.

Мимо прошла чёрная кошка. Достоевский тотчас остановился.

— Давай обойдём. Примета дурная.

— Не буду спорить с твоими древнерусскими суевериями... — Осаму усмехнулся. — Тамагушки испугался?

— Осаму, Тамагушка — это имя собственное, а это создание — кошка.

— А знаешь, «тама» с японского — драгоценность...

— Правда? Не знал.

— А мышь как назовём?

— Мурысечка, — иронично отозвался Федор, глядя на застывшего от ментального потрясения грызуна.

— Кошка Тамагушка и мышь Мурысечка? У вас на Руси все имеют столь вычурные имена?

— Нет, милок. Сейчас так модно.

В тишине дошли до опушки и выпустили мышь на свободу. Та даже не обернулась — сразу же припустила в кусты. Дазай тяжело вздохнул, вновь погружаясь в свои невесёлые мысли. Но эта маленькая история с мышью — единственное, что за несколько дней пребывания в России вызвало в нём хоть какие-то чувства.
#зарисовка