Поспешил что-то. Закончился дождь.

Поздравьте, пожалуйста.

Я вылечил еще два зуба от кариеса. Заметил в кабинете на столике оранжевые очки. У меня такие же. Надеваю их, когда кошу траву или пилю деревья.

Стоматолог при мне не надевал их ни разу. И не хотелось бы чтобы надевал.

Был сегодня на набережной реки Синички.

Два часа дня. Будний день.

Народу — как на пляжных фотографиях, где из-под полотенец почти не виден песок. Набережная реки Синички кишит людьми. Среди людей встречаются дети, собаки и всякие остальные занимающие площадь личности.

Русалок не видел. Да и куда там. Отряд сапбордистов уверенно орудует вёслами.

Прочитал книгу за один день.

И еще осталось несколько часов до сна – на осмысление.

На последней странице, там где тираж, заметил опечатку. Огромную такую опечатку. Не перепутанную букву, неверный падеж или упущенную запятую. А прямо-таки настоящую дезинформацию.

Звучит она так: Для дошкольного и младшего школьного возраста.

Вроде мог бы и догадаться.

Но я не по обложке книги выбираю!

Да и темы тут порой даже кровожадней тургеневских. Тургенев весело шмалял по уткам, писатель Сладков один из рассказов начинает так: «На охоте видишь зверя через прицел ружья. И потому всегда видишь его разъяренным или в страхе».

Как я мог догадаться?

Я, младший брат, мама и бабушка ехали к другой бабушке: косить, пилить и собирать ягоды. Мама за рулем, я сидел рядом, за мамой сидел брат, за мной бабушка.

На передних местах оба человека пристегнулись сразу – иначе машина запищит.

На задних – один человек был внимателен к безопасности, второй – считал, что пристегиваться не обязательно.

- Бабушка, ну, пристегнись! – напирал брат.
- Смотрите, какая сосна в окне огромная! – восхитилась бабушка.
- Если мы попадем в аварию, то ты полетишь вперед и сломаешь мне шею. – я не нашел в окне огромной сосны.

- Да как я вылечу, я же вот – держусь! – бабушка уперлась в подголовник.
- Ты не понимаешь? Там вообще другие скорости. Ты в любом случае полетишь вперед и убьешь…
- Меня. – я договорил за братом. – В случае аварии мне конец.
- Да хватит уже! Я уже пожила, что мне…
- Да ты-то пожила! А я еще немножко пожил бы, если ты, конечно, не против.
- Люпины! Смотрите, розовые! – поразилась бабушка.

- Брат, я тебя так в детстве обманывал, когда мне нужно было тебя отвлечь. Я наигранно восхищался чем-то со стороны, и ты подкидывался. Она делает с нами то же самое.
- И фиолетовые, и белые! – бабушка делала с нами то же самое.
- В случае аварии мне конец.
- Да. – подтвердил брат.
- Эх! – перестроилась в левый ряд мама.

Через десять минут, спустя пару аргументов, несколько красивых облаков и одно ромашковое поле бабушка с помощью брата пристегнулась. Следующие пять минут рассказывала, как ей неудобно и натирает шею.

Потом забыла.

Через неделю в такой же поездке я и бабушка поменялись местами. Аргумент «Но ты же уже пожила!» не сработал.

Заставили пристегиваться.

Я редко выкладываю фотографии других людей. Почти никогда. Но сегодня я встретился с другом, которого не видел несколько лет. А когда-то мы виделись почти каждый день.

Именно благодаря ему меня не отчислили из института. Ведь когда отчислили его, я узнал, что в деканате нас не просто пугают.

И под воздействием этого братско-ностальгического чувства захотелось выложить его фотографию. Я ее немножко изменил.

Не от того, что так смешно – лицо дурацким смайликом закрыть. А лишь потому, что думаю, мой друг, если посмотрит, поймет, как я в него верю. Ощутит эту братскую поддержку. В конце поста вам станет понятно, почему я так решил.

За то время, что мы не виделись, мой друг побывал в нескольких странах.
– Это что! – говорю я ему. – Я тут ворона видел!

- Я шел в другой город через горы.
- Да это ладно! Я научился отличать скворца от дрозда!

- Я поставил спектакль во Франции!
- Я тут окуня поймал! – выдерживаю паузу для большего эффекта. – И отпустил!

- Я хочу стать клоуном-предпринимателем.
- А я… Постой, что?

Фраза была сказана не от зависти к моим навыкам орнитолога и рыболова. Оказалось – правда. У моего друга есть мечта и пример для подражания. Он хочет стать клоуном-предпринимателем.

Клоуном-предпринимателем.

Клоуном-предпринимателем.

Моя вера в него непоколебима.

Все.

Будущий клоун-предприниматель уехал.

Я пошёл в бар, достал ноутбук и воображал. Написал товарищу, который живёт рядом. Он чинил машину.

Я пообещал что вот-вот подойду и помогу. Товарищ попросил не подходить и не помогать. Я оскорбился и выдержал паузу.

Подошел, когда он уже уезжал.

- Ты куда? На плотину?
- Нет. В Москву.
- Пешком, значит, пойду.
- Да.
- А не забыл ли ты дома...?

Он забыл.

У товарища есть дочка и жена, с которыми мы очень мило пообщались.

Товарищ поехал в Москву через плотину.

Здесь лицо скрыто не чтобы доказать мою веру. Ведь этот мой друг не мечтает стать клоуном-предпринимателем.

Клоуном-предпринимателем.

Клоуном-предпринимателем.

Да, среди моих друзей встречаются и приземлённые личности. Я и сам, честно говоря, из таких.

Но и издевки здесь нет. Просто я уже лет пятнадцать нахожу в этом друге весельчака.

У нас в городе есть первая и вторая плотина. Они находятся в пяти минутах ходьбы друг от друга.

Вторая недавно стала набережной реки Синички. Это там, где русалки, ангелы и преображение.

Но первая осталась прежней. Она – набережная реки Баньки. И сегодня я пришел именно сюда.

Помню, годы назад, мы оказались здесь с моим товарищем. Шел примерно третий день запоя.

Нас позвали играть в волейбол. Я еле попадал по мячу, но в итоге втянулся.

Мы играли против очень красивой пары. Правда – очень! Великолепные люди под сорок. Примерно, как я, выглядел он. Примерно, как самая красивая женщина на свете, она.

И эта пара самых красивых людей, так весело и полюбовно общалась, когда выигрывала. Но они кричали друг на друга, когда мы с моим другом забирали сет.

Мы решили отдать матч. Они пригласили нас сыграть еще, в другой день.

Но во-первых: мне неприятно столько поддаваться.

Во-вторых: запой неконтролируем, и в новый день на плотину он нас не привел.

Года четыре назад был этот прекрасный матч. Счастье какое-то, что всплывают такие воспоминания.

Послушайте! Я никогда не делал ничего такого интересного.

У нас с вами не бог весть какой канал, но я именно из-за вас я че-то о себе возомнил.

Короче. Я вчера шёл в ночное кино. В магазине встретил бомжа. Я ему там все купил для разговора, и разговор вывел туда, что я отвезу его домой от бомжевого мира.

Это далеко. А бомжи одни ездить не умеют. Они сразу берут твои деньги и упиваются – проходили.

Сидим на лавке. Планируем наш роуд трип. И дальше я понимаю, что более идеального времени, чем сию минуту не будет.

Дальше подходили его знакомые и прощались с моим бомжом. (Он разрешил так его называть)

Он их там посылал со словами, что едет домой. Мне это очень нравилось.

Но сейчас в экле (до Москвы) я на 40 минут уснул и думаю, а зачем мне это надо. А он ведет себя, что ему это не особо надо.

Но мой бомж (он разрешил) должен вернуться домой. Проблема в том, что у него нет паспорта, и просто купить билет мы не можем.

Если мы сейчас договоримся с водилой автобуса до Ростова, то я сделаю доброе дело. А там он обещал, что меня не порежут.

Знаете.

Мой бомж - вылитый скворец.

Я хотел выложить фотку и замазать лицо смайликом клоуна. И посмотрел все наши фотки.

Я уже не могу его бросить.

Хотя бы пока снова не засну.

Меня кинул мой бомж.

Еду обратно, слушаю романтичный рэп.

Раньше напротив сидел Сергееич.

В итоге вчера, когда я приехал в город, я встретил Сергеича на платформе.

Сидел довольный, загорал. Потерялся он потому что пошёл залезать на станцию без билета.

Поели шаурмы и поехали на плотину купаться. Там и расстались.

Вообще было смешно наблюдать, как он спит на пляже, а вокруг бегают дети.

Разошлись на хорошей ноте. Расстроенным он не выглядел.

Я еще немного побродил и пошел домой спать. Такое вот приключение вышло.

Просыпаюсь поздно, с трудом, без привычной творческой радости.

Обычно: ух, сейчас, как зарядку сделаю, пробегусь, солнышком напитаюсь, и придумаю что-нибудь, вот так ждет нас денек. Еще и приемы пищи планируются – чем я такое счастье заслужил?

Сегодня: зарядку не сделаю, поясница плохо себя ведет, написать что-нибудь надо и поесть придется.

И весь такой глупый, без песни в душе, задаю себе вопрос: А что это мы так себя ведем? А есть ли причины? Кто печалиться разрешил?

Тут уже от незнания, что и ответить, становлюсь порадостней. Но зарядку игнорирую, поясница вкрадчивыми вопросами не лечится.

Через пять минут кошек встречаю на месте, где у них миски обычно стоят. “Кто это у нас такой счастливый сегодня на стерилизацию едет? Тимофей? Не Тимофей. Первая кошка? Да, первая кошка! И вторая? И вторая, конечно. Вот вам, кошки, повезло”.

На этом этапе поясница уже почти не болит. В зеркало случайно заглядываю, вижу – морда облезает. Интересуюсь у Алисы, почему так. Она рассказывает мне про солнце. Через пару наводящих вопросов говорит: “Значит вы отлично провели лето!”

А лета еще почти четверть осталась. И я, подумать только, уже успел попросыпаться поздно без привычной творческой радости.

Ух! Что за чувство грядет, когда она вернется? Замечательное лето! Надеюсь – у вас не хуже!

Сегодня два часа ссорился с нейросетью. Тот диалог наконец-то закончился, плюс там у каждого чата лимит, и она уже не вспомнит, как плохо себя вела.

Но у меня-то осадочек остался. Потому я, задавая вопрос в новом чате, обозвал нейросеть псом. Это вышло естественно, я гадкое слово не подбирал.

Получил ответ. Подумал, снова будем дружить. Но дочитав до конца — нейросеть тоже назвала меня псом.

Один моментик обеспокоил.

Слишком много людей пишут. Усугубляется это тем, что пишут они хорошо.

Завязочки, развязочки, кульминации, экспозиции, да всякая дрянь. Все это у них продуманно. И герой главный, с которым говорить хочется, и ситуации, в которых себя находишь, и сюжеты – не оторваться.

Многие, многие люди. Большие мастера, огромные молодцы.

Все это мне очень не нравится. Я прямо не знаю, что с этим делать.

Один очень продуманный главный герой собирал грибы в одном не менее продуманном пространстве. Происходила эта сценка в очень знаковом для человечества году. И на душе у героя сияли одновременно любовь, дружба и подвиг.

Продуманный герой, несмотря на свечение это внутреннее, терзался. Потому как без терзаний, он бы второстепенным был, а второстепенных для нашего сюжетика не удумано, высока вероятность в них заплутать.

Так вот.

Герой терзался. В продуманном лесу, где деревья, полевые цветы и, может быть, бесчинствует кукушка. Да будет вам угодно, еще и август, и ручеек где-нибудь журчит, и пахло, положим, сиренью, потому как герой продуманный, и веточка сирени у него всегда из нагрудного кармана торчит.

Герой терзался: съедобный перед ним гриб или нет. Но от того, что он продуманный – то есть его одновременно и подвиг к действию взывает и…ну, недалекий человечек был, что уж – решил герой рискнуть, и гриб прямо на полянке слопать, чтобы понять, нужно таких в корзинку набирать или нет.

Кукушка хотела было отсчитать, да не успела исполнить даже первое «ку».

Герой свалился на землю. Кукушка отвлеклась от бесчинства и прилетела поглазеть.

И только и думала птица: «Как же он такой продуманный и так быстро закончился, как же так».

По району иногда ездят пит-байки.

Это такие крошечные мотоциклы, которые громко шумят. Как я понимаю, на них положено где-нибудь в песчаных карьерах кататься. В городе же они нужны лишь за одним – шуметь.

Бегу сегодня по дорожке. Песенку слушаю. Передо мной из поворота на небольшой скорости выезжает спортсмен на пит-байке. Не вписывается в следующий поворот и вместе с мотоциклом улетает в кусты.

Первым делом я очень обрадовался.

Через секунду, не знаю, что на меня нашло, решил вернуться.
- Живой? – спрашиваю.
А там из кустов только голова торчит, но вроде шевелится.

- Живой! – отвечает.

Ну, думаю, хорошо, полезно вам там с мотоциклом в кустах полежать, я дальше побежал.

И что-то неприятное снова на меня нашло.

Наушник снимаю, оборачиваюсь, а он там лежит, помощи просит. Сам маленький, может в две с половиной мусорки ростом. А мотоцикл тяжёлый, ему самому никак не достать.

Тут и автолюбитель остановился, помощь эту осуществляет. Мы с ним вдвоем доброе дело на двоих и разделили.

Если честно, автолюбитель оказался плох в доставании мотоциклов. Без моего вмешательства они бы там, наверное, жить и остались.

Поэтому доброе дело, считаю, лучше записать на меня. Автолюбителя пусть ангелы похвалят, но уже отдельно – за то, что остановился. А могут и вообще не хвалить, это как им угодно. Он, мне думается, только, чтобы хорошеньким себя почувствовать, и поучаствовал.

А мне, верю, целиком поступок занесут. Я так-то два раза возвращался, что это, как не божественный промысел.

Ну и побежал я дальше. Героически побежал!

«Да хватит уже обо мне и моих добрых делах!» – смущенно говорю я в небо. Ангелам лишняя скромность не нравится, потому они прогоняют меня дождем и продолжают любоваться бессмертной душой уже без моих замечаний.

Что это на них такое нашло, я вам сейчас расскажу.

Пора запасаться дровами. А я отлично помню, как в прошлом мае десять часов затаскивал их в сарай – медитативный, полезный, живительный процесс.

В этом году чуткое сердце подсказало, что счастьем нужно делиться. Я позвал в деревню товарища. Хочу сделать сюрприз, мол у нас не только рыбалка, грибы и ненависть к туристам предусмотрены. Я еще и особое удовольствие приготовил – дрова в сарай перекидать.

Тут же и еще одно доброе дело выскакивает, прямо спасительное такое дельце. Я вытаскиваю товарища из такого коварного мероприятия, как отпуск.

В Москве всякие опасности разбросаны. Можно случайно и выпить чересчур, и под электробус попасть, и заболеть новым вирусом, да и мало ли чего , пусть даже и поскользнуться прямо в Москву-реку.

Я же его ограждаю – в деревне электробусов нет, магазин далеко, и ни один человек у нас никогда не заболевал. Только язык бывает у человека язвочками от ругани покрывался, но это ж разве беда, в этом почетное даже что-то имеется.

Вооот. Позвонил на лесопилку. А там очередь на 20 фамилий, и все бы ничего, вроде немного, но то трактор сломан, то колоть некому, то не помню уже какая еще беда прозвучала.

«Ну вы ж понимаете?» – спросила женщина-хозяйка всех дров. Я сказал, что понимаю, и очень попросил на следующей неделе доставить. Потому как ситуация у меня особая.

Ей я объяснять не стал, но вы меня поймите, как я ее перед этим понял.

Допустим, привезут дрова, когда товарищ уже уедет. Представляете, как ему горько будет это сознавать? А мне как неприятно за него? Эх, чуткое мое сердце, тяжело, конечно, прямо-таки за всех переживать. Особенно в окружении четырех кубов дров, которые нужно перетащить в сарай.

Дождь усилился. Он теперь, после этого поста, вперемешку с трогательными ангельскими слезами прямо на землю и падает.

Ну, надеюсь, и дрова теперь вовремя привезут. Помогут доброму делу силы небесные.

Завтра утром возвращаюсь в деревню.

Надеюсь, успеваю во временной промежуток, когда:

1) Еще никуда не пропали аисты;

2) Уже куда-то пропали туристы.

Добрался! Затопил печь!

Видел двух туристов, не видел ни одного аиста.

Утешает лишь то, что все эти наблюдения сиюсекундны, пока из такси в окошко смотрел. Надеюсь, еще не улетели аисты.