«...и моё дело — ловить ребятишек, чтобы они не сорвались в пропасть».

Снял краткий пересказ романа «Над пропастью во ржи».

Аист.

Середина марта.

Что?

Между десятым и девятым рядом досок вылезло перо.

Не знаю, как конкретно звучит примета, когда находишь перо среди очень мертвых деревьев, но, думаю, к удаче.

Мышеловку в руках кручу, про скворца вспоминаю.

Весь день провел с деревом. Отмерял, пилил, строгал. Ну и подумал, как тут не подумать, о ковчеге. Не о том, что Ной строил. Поменьше. И в форме скворечника. Но только ковчег.

Прилетает скворец (определенный: наглый и невоспитанный), любуется новым якобы домом, но благодарить не летит. Даже мысли у него такой не возникает. Если б у него хотя бы что-нибудь в сердечке ёкнуло, я бы сам подбежал и предупредил его.

А так:

Просыпается через месяц-другой скворец в роскошном якобы скворечнике. Вышагивает из него и оказывается на середине реки. Тут-то я ему и кричу: «Дурень! Ты зачем в ковчег заселился?»

И мышеловку в руках кручу то ли довольный то ли не очень. Не могу свою эмоцию спрогнозировать.

Вроде бы и за дело его проучиваю. К тому же не мышеловкой. То есть человек я и гуманный и полезный.

Сплошной позитив.

А все равно жалко скворца, собаку.

Лопату выгулял, тачку покатал, можно и спать.

По пути экранизировал стихотворение Успенского.

— Рыжий! Рыжий! Конопатый!
Убил дедушку лопатой...

Немножко рассержен.

Ладно с днем писателя меня не поздравили, это я еще могу понять. Но с днем одиночества уж могли бы. Никто, каково а? Никто не вспомнил.

Представляю, как все друг друга поздравляют с днями писателя и одиночества, и очень мне становится неприятно.

Я и буквы показывал, и одинокий на фотографиях сидел, а все прошли мимо. Ни комплимента, ни слова ласкового, ни даже «Успехов в твоих начинаниях!»

Ничего из этого я не прочитал.

Полагаю, что вам сейчас немножко стыдно. Лучше бы вам было стыдно чуть больше, чем я рассержен. Если честно, я надеюсь, что вам прямо-таки не по себе от стыда.

Чтобы облегчить вашу душу я принес список праздников, с которыми вы еще можете меня поздравить:

1 июля - День режиссёра. Я недавно снял фильм, экранизировал роман, а потом еще и стихотворение. Столько всего, что, кажется, я вправе ждать подарков.

12 июля - День фотографа. Ну тут, что и говорить. Этот пост с фотографией, ага. Кстати, на ней у меня грустная морда, сами знаете почему.

20 марта - Всемирный день рассказчика. Скромность не позволяет мне пояснять почему это мой праздник. Да и все равно его уже пропустили.

И его тоже…

Снял альтернативную версию «Буратино».

С десятого ряда досок дошел наконец до земли.

А там перьев! Фотография перьев на земле вышла не очень (все сливается), поэтому украсил пилу.

Есть теперь в ней что-то индейское и неукротимое. Будто ковбои бросают ружья, лошадей и прячутся за пухлых овец.

Вернемся к перьям. Их там столько, что можно набить подушку. Ну может подушечку. Маленькую.

Для скворца.

Девятое чудо света.

Личная наработка. Скворечником это устройство назвать тяжело. Оно одновременно и хуже и лучше.

Создано, чтобы сократить дистанцию между человеком и птицей. И по пути немножко воспитать того, кто умеет летать.

В нем и кнут и пряник и все на свете. Начнём.

На двери шторка – перья фазана. Скворец сразу почувствует себя самой высокоранговой птицей.

Но сразу после препятствие. Чтобы в домик зайти придётся не мало своих перьев оставить. Отверстие больше яма с кольями, чем дверь.

Ну и когда скворец пройдёт через ЭТО, думаю слетать за гвоздями и сколотить конструкцию труда уже не составит. А, ну да, ещё и закрепить на шесте.

Хотя с этим я уже помогу.

Тут-то и сокращается дистанция между человеком и птицей. Отношения друг-друг, а не: «Летающий хозяин, рождённый ходить по земле раб сколотил для вас дом».

Главное, что бы с утра он сидел внутри и благодарно меня ждал.

Прихлопнул я пару недель назад божью коровку.

Я того, конечно, не хотел. Вот как все случилось.

Начало марта. Сижу за столом, пальцами хрущу. Как чувствую, поползновения по плечу неприятные. И хлестким метким ударом, как хлыстом, избавляюсь от проблемы. Смотрю под ноги, ищу труп мухи или комара и не нахожу.

И вдруг натыкаюсь на божью коровку. Лежит на панцире, не по своей воле перевернутая, и не дышит. Я запереживал. Поднял ее, покрутил, к окошку поднес – либо и правда сдохла, либо жить после такой несправедливости отказывается.

Божья коровка – это ж будто и не насекомое вовсе. Что-то возвышенное, отношение к ней с детства не как к жучку-паучку. Она одновременно и магическое и какое-то даже православное существо.

У меня в голове и сердце завелось такое ее понимание, если у вас другое – не осуждайте. Я же не осуждаю, если вам нравится горелый хлеб.

Так вот. Переживаю я, смотрю на обездвиженную божью коровку на подоконнике, думаю, как дальше жить. Еще и день стоит солнечный, ангелы не дремлют, точно заметили.

Залез в интернет, оказалось, всего один человек сталкивался с подобной бедой, но никто ему ничего не ответил. Искать и спрашивать, как он, жив или нет, я не стал. Оставил божью коровку на подоконнике и ушел от возмездия по дому прятаться.

Вернулся через час, божьей коровки нет. Сквозняком снесло или выжила – неизвестно. Я, конечно, надеялся на второе, но нет-нет да какую-нибудь мелкую неудачу со смертельным грехом связывал. Вот и жил так, в полустрахе, полутьме, на небо боялся смотреть, вдруг с ангелами глазами встречусь – стыдно.

И тут, пару дней назад, когда начались солнечные теплые дни, я заметил на форточке целое стадо божьих коровок. И в тот же миг совершенно изменил к ним свое отношение. Это же не картина «небесный пастух пасет облака». Это какая-то сходка паразитов, миниатюрных колорадских жуков.

Думаете, взял тапок и давай гасить их без разбору? Причина-то у меня есть, столько тревоги мне принесли. Но нет, не стал.

Во-первых, я слишком хороший человек. Во-вторых, пусть теперь они живут и переживают, что слишком хороший человек из-за них терзаниям себя подвергал. Хорошему человеку знать о справедливом возмездии всегда приятно, он от этого еще лучше становится.

С тех пор я переживать перестал. И на небо теперь смотрю уверенно, максимально увеличивая площадь глаз.

Вот, кстати, и оно. Несколько пар ангельских глаз смотрят с фотографии прямо на вас.

А божьих коровок там нет, точно вам говорю. Они на небо не летают. Они пасутся на форточках.

Та же самая дорога, которую фотографировал четвертого марта.

Сегодня не пачкает, а блестит. Ночью какие-то минимальные заморозки, поэтому она с утра твердая и сухая. По правую руку встает солнце, по левую разливается глубокого синего цвета река. Она редко такого насыщенного оттенка.

Красивое было утро, даже внутри что-то взыграло. Девушка на французском еще пела в наушниках.

Через двадцать минут встретил аиста. Ходил вокруг водонапорной башни, кадр ловил. Солнце забралось выше, а река скрылась за забором. Француженка устала петь и замолчала – интернет в той части деревни ловит плохо.

Еще через час читал Асю Тургенева.

Она такая, дурковатая, что-то носится туда-сюда. А на следующий день читает роман на французском, в шляпке и перчатках. Потом целый день шьет. Из-за стола иногда сбегает, задорно смеясь. А бывает прощается книксеном.

Я ее почти люблю. К тому же она сирота. А я, как вы помните, человек хороший. Мне ее любить положено. Еще хотя бы десять страниц.

Пока она что-нибудь неприятное не выкинет. Например, пробел перед запятой поставит или котенку хвост оторвет.

Ася, не надо этого.

Я все же надеюсь, что любовь наша закончится, как дочитаю. А по пути она обезоружит стадо божьих коровок, приручит скворца и споет на иностранном языке.

Задатки для всего этого у девушки есть.

Скворцы прилетели!

Скворцов в деревне наблюдаю уже неделю. Вам не рассказывал, ждал, когда ко мне заселится. Ну или хотя бы на крыше постоит, крыльями черными повыделывается, в глаза дерзко посмотрит.

И сегодня с утра увидел, как один влетел внутрь, двое сидели на крыше, а четвертый наблюдал с воздуха. Делят, спорят, выясняют, кому здесь жить.

Фотография сегодняшняя, со скворцом, но без скворечника. Ту сценку поймать не успел.

Совсем сегодня от птиц этих одурел и выбрался печатать на улице.

Мимо пролетел мохнатый шмель. Не скворец, но тоже радость. Навскидку, лучшее насекомое из мне известных. И уж точно лучшее из летающего полосатого отряда.

Но рассказать я хочу не о нем. Видите, как выглядываю на фотографии, заинтересовался чем-то. Листик причудливо по участку запрыгал. И еще раз. Внимательней смотрю, а это не листик, а что-то между лягушкой и жабой. И одна мысль в тот момент посетила.

Вот бы сейчас аист прилетел, и немножко покормился. Против жабы-лягушки ничего не имею. Но если бы аист добыл пищу на моем участке, я был бы очень рад.

Следом пришла и вторая мысль. С помощью рогатки доставить жабу-лягушку прямо аисту в гнездо на водонапорную башню. Но этот сюжет требует чрезмерных усилий.

А я и так слишком много энергии отдаю восторгу. Аист, скворец, мохнатый шмель.

Все ради вас, все ради вас.

Только прилетел, уже что-то потерял.

Ходит, ищет теперь. Клювом наглым траву мою портит.

Ну опять! Вы снова забыли меня поздравить.

Ничего, я уже к таким несправедливостям готов. Прочитайте рассказ, будет мне подарком. Если понравится, то и вам дарю.

А если переслать кому рассказ надумаете, это еще и на новый год, считайте, мне подарок уже сделали. Если бы в телеграме была кнопка "переслать всем" я бы попросил вас на нее нажать.

В общем зову читать праздничный рассказ.

Само слово “дурак”, кстати, одно из самых добрых слов, что я знаю. Но я не очень много слов знаю.

Что поделать – дурак.

https://teletype.in/@timofeymz/RT9Wr9o_pIe

В качестве экспертов были приглашены:

Орнитолог-любитель, профессиональный наблюдатель за природой в пределах двора и очень хороший человек. Смотрели, куда и вы сейчас, и вопросы друг другу задавали, мнениями делились.

- Ну что? Видны последствия общения с антилопами?
- Он выглядит совсем, как дитя заката! С фламинго, видимо, вечера проводил.
- Клюв отдает какой-то непривычной, африканской наглостью. Ставлю на то, что и с носорогом подружиться успел!

От себя добавлю.

Это точно наш, тот самый скворец. Опознан по характерному дерганию крыльями и дерзкому взгляду.

У водонапорной башни завис сегодня минут на пять.

На небе, высоко, неудобно для меня, летали аисты. Двое – семья, как положено. И с ними нарезали круги еще две белые птицы. Вроде бы чуть поменьше.

Снизу размер не ясен, не понять, кто там на какой высоте летает. Я остановился и целился в небо. Казалось, ничего не запечатлел, еще и солнце мешало.

Но вернулся, открываю галерею – есть еле-еле заметные бело-черные и полностью белые на голубом!

Фотография, конечно, не любоваться, а доказать.

Что это за птицы? Что за радость им летать вместе? Друзья, враги, подражатели?

В комментариях скину эту же фотку со стрелочками, а-то так не видно птиц.