Collectible в Брюсселе, столице и штаб-квартире ЕС, торгуют демократией: предметы стоимостью до 50 000 евро выставлены на полу, маленькие посетители норовят что-нибудь разбить, в целом царит атмосфера воскресного маркета. При этом ярмарку нельзя обвинить в молодости — все важные галочки стоят. Мощные американские галереи представлены, есть модные локальные герои, всякое послевоенное, типа Пьера Полена, и даже русский дизайн из Сургута, Томска и Берлина. Последний на общем фоне вполне держит планку. Особенно выделяем дуэт One Plus Eleven — он точно будет обласкан парижскими галереями в самое ближайшее время. Их объекты хороши, графичны и скульптурны.
С другой стороны в студенческом Маастрихте TEFAF — ярмарка, которая особенно гордится продуманной экспозицией и ценообразованием. Организаторы не подпускают в отборочную комиссию ни галеристов, ни аукционные дома. Очень важно, чтобы не было ангажированного вкуса. Поэтому цена здесь всегда неслучайна (в отличие от Collectible). И ярмарка предназначена для очень закрытого сообщества. Вам никогда не удастся здесь ничего купить. Это музей, где можно на короткий момент увидеть то, что скроется потом на годы в частных коллекциях.
В целом оба события достаточно специфичны, каждое по-своему. Если вы только начинаете исследовать рынок коллекционного дизайна, советуем начинать с более структурированных Базеля и PAD Paris.
#restaurants Один из самых ожидаемых проектов года: Snohetta успешно затопила ресторан! Камерный Under на 35-40 гостей в нерабочее время выполняет функцию исследовательского центра местной морской флоры и фауны. А на шершавой бетонной поверхности в будущем поселятся водоросли и моллюски, так постройка полностью интегрируется в морскую среду. Конструкцию возводили на плавучей барже неподалеку, полностью топили на нужном месте, откачивали воду и только потом оформляли интерьер. http://interior.ru/a/5884.html
❤1
#interiors Забавная стоматологическая клиника в Берлине. Розовый, латунь, терраццо — сегодня просто необходимые элементы для лечения зубов. Остро не хватает арочек. http://interior.ru/a/5878.html
#art MMOMA и фонд Шалвы Бреуса открывают первую в России ретроспективу Виталия Комара и Александра Меламида. Чудесная цитата про картину «Встреча Солженицына и Белля на даче у Ростроповича»: «на ней есть всё, что любят либералы в Москве, всё, что нужно для хорошей, буржуазной жизни — гроздь винограда, хрустальные стаканы, лимон с кожурой, свешивающейся с края стола, как в голландских натюрмортах XVII века. Но еще важнее, что мы выполнили это все в разных стилях — Сезанна, кубизма, футуризма, а левую ногу Белля написали в стиле русских икон. Эта картина — не просто атака на иллюзии русских либералов. Мы тоже были либералами, тоже принадлежали к интеллигенции. В этой картине мы атаковали наши собственные иллюзии». http://interior.ru/a/5873.html
#arch Еще одно громкое открытие года — смотровая площадка Vessel в НЙ по проекту Томаса Хизервика. Пока самое громкое в нем то, что его запрещают фотографировать. Как и зачем — загадка, что-то там про авторские права девелоперов. При этом в доступе видео с открытия http://interior.ru/a/5888.html
#interiors Зато можно посмотреть фотографии дорогих интерьеров, окна которых выходят на Vessel. Hudson Yards — cамый крупный частный девелоперский проект в США. Дизайнер апартаментов Элена Фрэмптон дала нам эксклюзивное интервью о работе на подобных объектах. http://interior.ru/a/5895.html
#design Токуджин Йошиока сделал факел для Олимпийских игр 2020 года. Нежный, похожий на цветок объект выполнен из переработанного алюминия, который до этого использовали в жилых конструкциях, построенных для жертв землетрясения и цунами 2011 года. Тема про нежность и апсайклинг. http://interior.ru/a/5894.html
#people В день рождения Пьера Жаннере рассказали все о его стульях и отношениях с братом. Коричневая мебель из тика сегодня стоит в проектах лучших французских и американских декораторов и характерна для позднего периода его творчества. До войны он в обнимку с двоюродным братом строил модернистские виллы, которые сегодня относят к лучшим памятникам архитектуры, и подписаны двумя именами, Пьер Жаннере и Эдуард Жаннере (aka Ле Корбюзье). Во время войны Пьер ушел в сопротивление, а Эдуард сотрудничал с оккупационными властями. Братья не общались до 1950 года, когда вместе начали работу над городом Чандигарх. Смотрим, что нам осталось сегодня от всех этих перипетий: http://interior.ru/a/5898.html