ЗАГАДКИ И ОТКРОВЕНИЯ ЭРОТИЗИРОВАННОГО ПЕРЕНОСА. ЯЗЫК НЕЖНОСТИ И СТРАСТИ
Доклад Владимира Журкова, психоаналитического психотерапевта, группового аналитика (представлен на Всероссийской конференции "Белые пятна, чёрные дыры: психика между клиникой и культурой").
«В своем докладе я представил концепцию эротизированного переноса, проследил этиологию сексуализации и на клиническом примере попытался ответить на вопрос: если эротизированный перенос проявляется в психотерапевтических отношениях, может ли он эволюционировать? Эротизированный перенос является догенитальной проблемой и представляет собой континуум от психотических перверсных требований прямого контакта до фантазирования о том, как терапевт лечит любовью. Пациентки, у которых развивается эротизированный перенос, не способны любить, но у них есть чрезвычайная потребность быть любимыми. Они манипулируют, контролируют терапевта, угрожают покончить жизнь самоубийством, при этом аналитик является для них функциональным объектом. По своему уровню эротизированный перенос относится к психотическому – когда аналитик, являясь как бы родителем, в прямом смысле им становится. Происходит спутанность переноса и реальности. Я посмотрел на ситуацию спутанности с другой стороны. Если проблема догенитальная, то ее этиология и патогенез уходят в детско-родительские отношения. Шандор Ференци в статье «Противоречия в разговоре взрослого с ребенком. Язык нежности и страсти» говорит о том, что ребенку свойственно говорить на языке нежности. Патогенное вторжение языка взрослого в психику ребенка (сексуальное насилие, жестокие наказания, собственное страдание вместо заботы) заставляет последнего идентифицироваться с этим языком. Навязывание иной, взрослой любви, смешивает и спутывает языки, расщепляет и вносит в психику ребенка существенные изменения. Таким образом, можно вывести формулу эротизации (сексуализации): на том месте, где должна быть нежность, лишенная эротического оттенка, появляется страсть. Несмотря на то, что эротизированный перенос патологичен, он не обязательно является препятствием для психотерапии. Исследование эротизированного переноса укрепляет терапевтический альянс и позволяет его трансформировать. Основой трансформации является восстановление языка нежности».
#наши_доклады #перенос #эротизированный_перенос #терапевтический_альянс
Подписывайтесь на наше сообщество, чтобы не пропускать важные материалы по психоанализу и клинической практике. @integrops
Доклад Владимира Журкова, психоаналитического психотерапевта, группового аналитика (представлен на Всероссийской конференции "Белые пятна, чёрные дыры: психика между клиникой и культурой").
«В своем докладе я представил концепцию эротизированного переноса, проследил этиологию сексуализации и на клиническом примере попытался ответить на вопрос: если эротизированный перенос проявляется в психотерапевтических отношениях, может ли он эволюционировать? Эротизированный перенос является догенитальной проблемой и представляет собой континуум от психотических перверсных требований прямого контакта до фантазирования о том, как терапевт лечит любовью. Пациентки, у которых развивается эротизированный перенос, не способны любить, но у них есть чрезвычайная потребность быть любимыми. Они манипулируют, контролируют терапевта, угрожают покончить жизнь самоубийством, при этом аналитик является для них функциональным объектом. По своему уровню эротизированный перенос относится к психотическому – когда аналитик, являясь как бы родителем, в прямом смысле им становится. Происходит спутанность переноса и реальности. Я посмотрел на ситуацию спутанности с другой стороны. Если проблема догенитальная, то ее этиология и патогенез уходят в детско-родительские отношения. Шандор Ференци в статье «Противоречия в разговоре взрослого с ребенком. Язык нежности и страсти» говорит о том, что ребенку свойственно говорить на языке нежности. Патогенное вторжение языка взрослого в психику ребенка (сексуальное насилие, жестокие наказания, собственное страдание вместо заботы) заставляет последнего идентифицироваться с этим языком. Навязывание иной, взрослой любви, смешивает и спутывает языки, расщепляет и вносит в психику ребенка существенные изменения. Таким образом, можно вывести формулу эротизации (сексуализации): на том месте, где должна быть нежность, лишенная эротического оттенка, появляется страсть. Несмотря на то, что эротизированный перенос патологичен, он не обязательно является препятствием для психотерапии. Исследование эротизированного переноса укрепляет терапевтический альянс и позволяет его трансформировать. Основой трансформации является восстановление языка нежности».
#наши_доклады #перенос #эротизированный_перенос #терапевтический_альянс
Подписывайтесь на наше сообщество, чтобы не пропускать важные материалы по психоанализу и клинической практике. @integrops
❤6👍3🔥3👏2
НЕ ТАК СТРАШНО СЪЕСТЬ ГАМБУРГЕР.
КУДА СТРАШНЕЕ, ЕСЛИ ГАМБУРГЕР СЪЕСТ ТЕБЯ
«Одержимость ЗОЖ как беспомощное сопротивление страху смерти».
Доклад Леговцевой Натальи, психоаналитического психотерапевта, клинического, семейного психолога (представлен на Всероссийской конференции «Белые пятна, чёрные дыры: психика между клиникой и культурой»).
День, расписанный по минутам между ковриком для йоги, брокколи на пару и подсчётом калорий, – не всегда свидетельствует об энергии и продуктивности. Часто за фасадом тотальной заботы о теле скрывается не любовь к жизни, а панический страх перед смертью и желание во что бы то ни стало её победить.
В своем докладе, с опорой на классиков (Фрейд, Винникотт, Кляйн) и современных авторов, я показываю, что ЗОЖ-мания – это не «путь к здоровью», а скрытая зависимость. Чаще всего она построена на расщеплении, нарциссической уязвимости и невозможности выносить неопределённость.
Жёсткие диеты и бесконечные марафоны с отказом от полноценной жизни (где есть место слабостям и расслаблению) – это своеобразная попытка договориться с тревогой: «Смотри, смерть, я всё контролирую, пожалуйста, не трогай меня!». Но смерть, как известно, в переговорах не участвует.
Главный вывод для работы с таким пациентом: если человек из последних сил качается в зале, игнорируя другие свои потребности – это не повод его разоблачать. Это диагностический маркер того, что внутри живёт непереносимая тревога. И наша задача – не отбирать гантели, а бережно исследовать, что на самом деле у него так болит и от чего он убегает.
#наши_доклады #диагностика #одержимость #нарциссизм
Подписывайтесь на наше сообщество, чтобы не пропускать важные материалы по психоанализу и клинической практике. @integrops
КУДА СТРАШНЕЕ, ЕСЛИ ГАМБУРГЕР СЪЕСТ ТЕБЯ
«Одержимость ЗОЖ как беспомощное сопротивление страху смерти».
Доклад Леговцевой Натальи, психоаналитического психотерапевта, клинического, семейного психолога (представлен на Всероссийской конференции «Белые пятна, чёрные дыры: психика между клиникой и культурой»).
День, расписанный по минутам между ковриком для йоги, брокколи на пару и подсчётом калорий, – не всегда свидетельствует об энергии и продуктивности. Часто за фасадом тотальной заботы о теле скрывается не любовь к жизни, а панический страх перед смертью и желание во что бы то ни стало её победить.
В своем докладе, с опорой на классиков (Фрейд, Винникотт, Кляйн) и современных авторов, я показываю, что ЗОЖ-мания – это не «путь к здоровью», а скрытая зависимость. Чаще всего она построена на расщеплении, нарциссической уязвимости и невозможности выносить неопределённость.
Жёсткие диеты и бесконечные марафоны с отказом от полноценной жизни (где есть место слабостям и расслаблению) – это своеобразная попытка договориться с тревогой: «Смотри, смерть, я всё контролирую, пожалуйста, не трогай меня!». Но смерть, как известно, в переговорах не участвует.
Главный вывод для работы с таким пациентом: если человек из последних сил качается в зале, игнорируя другие свои потребности – это не повод его разоблачать. Это диагностический маркер того, что внутри живёт непереносимая тревога. И наша задача – не отбирать гантели, а бережно исследовать, что на самом деле у него так болит и от чего он убегает.
#наши_доклады #диагностика #одержимость #нарциссизм
Подписывайтесь на наше сообщество, чтобы не пропускать важные материалы по психоанализу и клинической практике. @integrops
❤8🔥7👍3
СНЫ, КОТОРЫЕ МЕНЯЮТ ЖИЗНЬ: ОТ ПУСТОТЫ К ОБРЕТЕНИЮ СЕБЯ
(Краткое изложение части статьи «Ешь, молись, и пусть приснятся сны» из 1-го тома альманаха «Исследование сновидений»)
Софи родилась во время войны, когда всё вокруг было пронизано страхом уничтожения. Она всю жизнь чувствовала себя маленькой и беспомощной девочкой, к тому же к ней была направлена ненависть брата, чьи слова часто звучали в её голове: "ты жалкая и маленькая, не такая, в которую можно влюбиться". У неё были сложности в отношениях с мужем, что привело к разводу, и она пришла к терапевту в отчаянии. В статье описывается психотерапевтическая работа с этой пациенткой с опорой на её сновидения.
Софи приходит на сессию опустошённой. После разговоров её буквально тошнит, кажется, что она выворачивает себя наизнанку. Но именно на четвёртом году терапии ей снится сон, который меняет всё.
Сновидение 3: Кухня бессознательного
Ей снится свадебный зал. Софи опаздывает, и на столах почти не осталось еды. Организаторы обещают позаботиться о ней, но она не хочет ждать. Проще уйти и купить фастфуд на свои деньги, чем довериться чужому процессу и остаться голодной.
Вместе с аналитиком Софи распутывает этот клубок. Речь идёт о доверии — к терапевту и к собственному бессознательному (в тексте оно метафорически названо «невидимой кухней»). Софи боится, что аналитик заберёт всё себе, что вся пища в терапии принадлежит только аналитику. Может ли Софи доверять терапевту? Может ли она доверять себе? Сквозь страх пробивается робкий инсайт: «Может быть, там не пусто… Вдруг я всё же существую. Может быть, возможно верить, есть, молиться, любить». И она плачет.
Сновидение 4: Встреча с судьбой
На следующей неделе ей снится смутный сон. Софи едет смотреть на «новую кухню», которая на деле оказывается кухней из прошлого сна. Там она встречает мужчину. Он нежно утешает её и, не смущаясь, обнимает при всех. Софи признаётся ему в любви, а он отвечает: «Я знаю. Я тоже тебя люблю».
И тут происходит нечто сверхъестественное: на следующий день после этого сна Софи встречает этого человека в реальности. Впоследствии он становится её вторым мужем!
На первом свидании Софи открывает ему правду: у неё два имени — Линн и Софи. Он спрашивает, как её звали в детстве, и предлагает называть её Линн — именем той девочки, которой она боялась быть, не веря, что в неё можно влюбиться. «Я уверена, что теперь приготовила свою собственную еду на этой кухне», — говорит она.
Это история о том, как терапевтическая работа со сновидениями помогает вернуть контроль над собственной жизнью, принять себя и найти любовь.
@integropsy
#исследование_сновидений #травматический_опыт #сновидения
(Краткое изложение части статьи «Ешь, молись, и пусть приснятся сны» из 1-го тома альманаха «Исследование сновидений»)
Софи родилась во время войны, когда всё вокруг было пронизано страхом уничтожения. Она всю жизнь чувствовала себя маленькой и беспомощной девочкой, к тому же к ней была направлена ненависть брата, чьи слова часто звучали в её голове: "ты жалкая и маленькая, не такая, в которую можно влюбиться". У неё были сложности в отношениях с мужем, что привело к разводу, и она пришла к терапевту в отчаянии. В статье описывается психотерапевтическая работа с этой пациенткой с опорой на её сновидения.
Софи приходит на сессию опустошённой. После разговоров её буквально тошнит, кажется, что она выворачивает себя наизнанку. Но именно на четвёртом году терапии ей снится сон, который меняет всё.
Сновидение 3: Кухня бессознательного
Ей снится свадебный зал. Софи опаздывает, и на столах почти не осталось еды. Организаторы обещают позаботиться о ней, но она не хочет ждать. Проще уйти и купить фастфуд на свои деньги, чем довериться чужому процессу и остаться голодной.
Вместе с аналитиком Софи распутывает этот клубок. Речь идёт о доверии — к терапевту и к собственному бессознательному (в тексте оно метафорически названо «невидимой кухней»). Софи боится, что аналитик заберёт всё себе, что вся пища в терапии принадлежит только аналитику. Может ли Софи доверять терапевту? Может ли она доверять себе? Сквозь страх пробивается робкий инсайт: «Может быть, там не пусто… Вдруг я всё же существую. Может быть, возможно верить, есть, молиться, любить». И она плачет.
Сновидение 4: Встреча с судьбой
На следующей неделе ей снится смутный сон. Софи едет смотреть на «новую кухню», которая на деле оказывается кухней из прошлого сна. Там она встречает мужчину. Он нежно утешает её и, не смущаясь, обнимает при всех. Софи признаётся ему в любви, а он отвечает: «Я знаю. Я тоже тебя люблю».
И тут происходит нечто сверхъестественное: на следующий день после этого сна Софи встречает этого человека в реальности. Впоследствии он становится её вторым мужем!
На первом свидании Софи открывает ему правду: у неё два имени — Линн и Софи. Он спрашивает, как её звали в детстве, и предлагает называть её Линн — именем той девочки, которой она боялась быть, не веря, что в неё можно влюбиться. «Я уверена, что теперь приготовила свою собственную еду на этой кухне», — говорит она.
Это история о том, как терапевтическая работа со сновидениями помогает вернуть контроль над собственной жизнью, принять себя и найти любовь.
@integropsy
#исследование_сновидений #травматический_опыт #сновидения
❤6