Коллеги, вдогонку к отклику Наталии Павловны.
Мы приглашаем тех, кто так же ценит очный формат и может себе позволить это огромное и полезное удовольствие.
Приходите поучиться очно пониманию процесса переживания и получить базовые навыки эффективных терапевтических реплик - на "Первой ступени" в нашем Институте понимающей психотерапии им. Ф.Е.Василюка.
Мы приглашаем тех, кто так же ценит очный формат и может себе позволить это огромное и полезное удовольствие.
Приходите поучиться очно пониманию процесса переживания и получить базовые навыки эффективных терапевтических реплик - на "Первой ступени" в нашем Институте понимающей психотерапии им. Ф.Е.Василюка.
Telegram
Понимающая психотерапия. Институт ППТ им. Ф.Е. Василюка
"Понимающая психотерапия” - 1 ступень" ОЧНО
Приглашаем начинающих психологов и специалистов с опытом работы!
В начале, слово о Понимающей психотерапии - это отечественный подход, разработанный Ф.Е. Василюком, психотерапевтом, доктором психологических наук.…
Приглашаем начинающих психологов и специалистов с опытом работы!
В начале, слово о Понимающей психотерапии - это отечественный подход, разработанный Ф.Е. Василюком, психотерапевтом, доктором психологических наук.…
В четверг прошёл открытый вебинар, посвященный проблеме нормы и патологии в клинической психологии. Мы разобрали восемь критериев, которые часто используются в современной клинической практике, и обсудили их преимущества и недостатки. Отрывок с обсуждением одного из критериев вы можете увидеть на видео, а посмотреть полную запись вебинара — на страничке курса "Клиническая психология
Дорогие друзья и коллеги!
Приглашаем вас на открытую сессию Понимающей психотерапии. 50 минут работы Дмитрия Сергеевича Дроздова с реальным клиентом. И затем — разбор в группе.
Это один из лучших форматов для слушателей, чтобы повысить свои терапевтические навыки, прислушаться к возможным ответам на собственные вопросы к процессу терапии. Или присмотреться к подходу в целом.
🗓 25.10 в 19:30, онлайн
Записаться:
https://institute-ppt.ru/drozdov_dmitry
Приглашаем вас на открытую сессию Понимающей психотерапии. 50 минут работы Дмитрия Сергеевича Дроздова с реальным клиентом. И затем — разбор в группе.
Это один из лучших форматов для слушателей, чтобы повысить свои терапевтические навыки, прислушаться к возможным ответам на собственные вопросы к процессу терапии. Или присмотреться к подходу в целом.
🗓 25.10 в 19:30, онлайн
Записаться:
https://institute-ppt.ru/drozdov_dmitry
Живая речь: Ф.Е. Василюк
Об измерении эффективности психотерапии
Проблема определения цели терапии связана с изначальными позициями той или другой школы психотерапии того или другого подхода. Вот возьмём две – бихевиоральная и экзистенциальная.
Понятно, что если мы возьмём более менее одинакового уровня терапевтов и с одинаковыми нозологиями или другими проблемами клиентов (и такие исследования проводились, разумеется), то и те, и другие, скорее всего, будут эффективны или, по крайней мере, не менее эффективны, чем если вообще не лечить.
И вот теперь спрашивается, а как измерить эффективность и сравнить экзистенциальных терапевтов и бихевиоральных терапевтов?
Для того чтобы измерить, нужно спрашивать, что они делают, какую ставят они цель и из каких они исходят изначальных убеждений - какая у них антропология?
Если, как бихевиоральный терапевт я считаю, что высшая ценность антропологическая состоит в том, чтобы человек был адаптирован, социально адаптирован в жизни, то, соответственно, и методы будут мои направлены и оценка эффективности и цели будут связаны с тем, чтобы повышать его адаптивность или хотя бы уменьшать его дезадаптивное поведение.
Но если я в соответствии с экзистенциальной доктриной думаю, ну, в конце концов, да, есть люди не вполне адаптивные. Можно ли Фёдора Михайловича Достоевского назвать очень адаптированным человеком? Вечно в долгах, как в шелках, то в карты, то в рулетку, то на эшафот – ну, не очень адаптированный человек.
Но, если бы нашелся опытный подростковый психотерапевт в те годы, который увидел бы эти черты, и он бы взялся вылечить и сделал бы нам адаптивного мальчика Федю. Ну да, может быть, он был бы адаптивен, но был ли бы это Фёдор Михайлович Достоевский, получили бы мы «Братьев Карамазовых» - не уверен.
Поэтому экзистенциальный терапевт думает: высшая ценность не в адаптации. Да, наверное, это тоже важно, при прочих равных, но высшая ценность, в смысле. И я как экзистенциальный терапевт, буду работать и методы применять и стремиться к тому, чтобы повысить смысловую наполненность, дать шанс этому человеку повысить смысловую наполненность бытия. И, пожалуйста, попрошу я, оценивайте результаты моей работы, это трудно, но все-таки - вот с этой точки зрения - есть ли какое-то приращение смыслового.
Поэтому, когда вы говорите: не надо всех этих сложностей, там философских, антропологических, давайте просто возьмём - вот больной там шизофренией, больной эпилепсией и посмотрим. Редукция симптомов произошла ли ещё как-то просчитаем независимым методом – в результате вашей терапии.
То вы действительно такой постановкой вопроса даёте привилегии медицинско-ориентированной терапии, которая симптомо-ориентирована, и по-своему хороша, замечательна – повышает адаптивность, например, больного шизофренией. Но даёт ли она ещё какие-то цели, результаты, которые осмыслены с других позиций? Не знаю.
#ФЕ_Василюк
Об измерении эффективности психотерапии
Проблема определения цели терапии связана с изначальными позициями той или другой школы психотерапии того или другого подхода. Вот возьмём две – бихевиоральная и экзистенциальная.
Понятно, что если мы возьмём более менее одинакового уровня терапевтов и с одинаковыми нозологиями или другими проблемами клиентов (и такие исследования проводились, разумеется), то и те, и другие, скорее всего, будут эффективны или, по крайней мере, не менее эффективны, чем если вообще не лечить.
И вот теперь спрашивается, а как измерить эффективность и сравнить экзистенциальных терапевтов и бихевиоральных терапевтов?
Для того чтобы измерить, нужно спрашивать, что они делают, какую ставят они цель и из каких они исходят изначальных убеждений - какая у них антропология?
Если, как бихевиоральный терапевт я считаю, что высшая ценность антропологическая состоит в том, чтобы человек был адаптирован, социально адаптирован в жизни, то, соответственно, и методы будут мои направлены и оценка эффективности и цели будут связаны с тем, чтобы повышать его адаптивность или хотя бы уменьшать его дезадаптивное поведение.
Но если я в соответствии с экзистенциальной доктриной думаю, ну, в конце концов, да, есть люди не вполне адаптивные. Можно ли Фёдора Михайловича Достоевского назвать очень адаптированным человеком? Вечно в долгах, как в шелках, то в карты, то в рулетку, то на эшафот – ну, не очень адаптированный человек.
Но, если бы нашелся опытный подростковый психотерапевт в те годы, который увидел бы эти черты, и он бы взялся вылечить и сделал бы нам адаптивного мальчика Федю. Ну да, может быть, он был бы адаптивен, но был ли бы это Фёдор Михайлович Достоевский, получили бы мы «Братьев Карамазовых» - не уверен.
Поэтому экзистенциальный терапевт думает: высшая ценность не в адаптации. Да, наверное, это тоже важно, при прочих равных, но высшая ценность, в смысле. И я как экзистенциальный терапевт, буду работать и методы применять и стремиться к тому, чтобы повысить смысловую наполненность, дать шанс этому человеку повысить смысловую наполненность бытия. И, пожалуйста, попрошу я, оценивайте результаты моей работы, это трудно, но все-таки - вот с этой точки зрения - есть ли какое-то приращение смыслового.
Поэтому, когда вы говорите: не надо всех этих сложностей, там философских, антропологических, давайте просто возьмём - вот больной там шизофренией, больной эпилепсией и посмотрим. Редукция симптомов произошла ли ещё как-то просчитаем независимым методом – в результате вашей терапии.
То вы действительно такой постановкой вопроса даёте привилегии медицинско-ориентированной терапии, которая симптомо-ориентирована, и по-своему хороша, замечательна – повышает адаптивность, например, больного шизофренией. Но даёт ли она ещё какие-то цели, результаты, которые осмыслены с других позиций? Не знаю.
#ФЕ_Василюк
❗️Коллеги, заканчивается набор на очные занятия первой ступени ППТ.
Дедлайн приема заявок - завтра, 22-го, включительно.
Приходите, кто собирался - ждем вас!
Подробнее о курсе:
https://institute-ppt.ru/news-level1
и здесь
https://institute-ppt.ru/master/level1
Дедлайн приема заявок - завтра, 22-го, включительно.
Приходите, кто собирался - ждем вас!
Подробнее о курсе:
https://institute-ppt.ru/news-level1
и здесь
https://institute-ppt.ru/master/level1
institute-ppt.ru
Открыт набор на очный базовый курс психологического консультирования
📣 АНОНС
Онлайн. "Супервизорская лаборатория ППТ - опыт создания, работы и осмысления"
Такой доклад прочитает сегодня преподаватель Института ППТ им. Ф.Е.Василюка Наталия Павловна Филина.
Доклад посвящен рассмотрению опыта работы «Супервизорской лаборатории», в которой соединяются: консультативный практикум, групповая супервизия и учебная супервизия, как продолжение обучения.
В сообщении будет представлен путь от зарождения идеи, ее актуальности и насущности, к разработке и созданию «Супервизорской лаборатории». Так же в докладе будет предпринята попытка методологического осмысления процесса супервизии.
Мероприятие бесплатное - в рамках
VI Научно-практической онлайн конференции с международным участием по вопросам профессиональной супервизии «Анатомия супервизии: технологии эффективности»
Организатор: Ассоциация супервизоров и консультантов
Онлайн. "Супервизорская лаборатория ППТ - опыт создания, работы и осмысления"
Такой доклад прочитает сегодня преподаватель Института ППТ им. Ф.Е.Василюка Наталия Павловна Филина.
Доклад посвящен рассмотрению опыта работы «Супервизорской лаборатории», в которой соединяются: консультативный практикум, групповая супервизия и учебная супервизия, как продолжение обучения.
В сообщении будет представлен путь от зарождения идеи, ее актуальности и насущности, к разработке и созданию «Супервизорской лаборатории». Так же в докладе будет предпринята попытка методологического осмысления процесса супервизии.
Мероприятие бесплатное - в рамках
VI Научно-практической онлайн конференции с международным участием по вопросам профессиональной супервизии «Анатомия супервизии: технологии эффективности»
Организатор: Ассоциация супервизоров и консультантов
24 октября заканчивается прием заявок на курс
"Клиническая психология".
Курс ведёт Цыганкова Полина Васильевна — медицинский психолог кризисного психиатрического отделения со стажем более десяти лет, преподаватель НИУ ВШЭ.
В рамках курса «Клиническая психология» будет отдельное занятие с преподавателем Института ППТ им. Ф.Е. Василюка Алисой Кузнецовой, посвященное соотношению клинической и феноменологической оптики в работе психолога-консультанта.
Курс проходит:
🔸 Онлайн
🔸 С 26.10
🔸 Четверги с 18:30
🔸 50 академических часов \ Сертификат ИППТ и Свидетельство АППТ
🔸 Отработка практических навыков диагностирования и распознавания клинических симптомов.
Подробнее:
https://t.me/institut_ppt/840
Зарегистрироваться можно здесь:
https://institute-ppt.ru/clinicalpsychology
"Клиническая психология".
Курс ведёт Цыганкова Полина Васильевна — медицинский психолог кризисного психиатрического отделения со стажем более десяти лет, преподаватель НИУ ВШЭ.
В рамках курса «Клиническая психология» будет отдельное занятие с преподавателем Института ППТ им. Ф.Е. Василюка Алисой Кузнецовой, посвященное соотношению клинической и феноменологической оптики в работе психолога-консультанта.
Курс проходит:
🔸 Онлайн
🔸 С 26.10
🔸 Четверги с 18:30
🔸 50 академических часов \ Сертификат ИППТ и Свидетельство АППТ
🔸 Отработка практических навыков диагностирования и распознавания клинических симптомов.
Подробнее:
https://t.me/institut_ppt/840
Зарегистрироваться можно здесь:
https://institute-ppt.ru/clinicalpsychology
Как использовать эмпатию при работе с детьми?
Вебинар от Людмили Андриановой и Елены Кандыбиной.
https://youtu.be/Drs_09On2RU
Он проводился в поддержку одного из наборов курса "Метод понимания. Техники работы с детьми".
Вы можете задать вопросы ведущим вебинара и авторам курса - в комментариях к этому посту.
Ответы разместим здесь или проведем открытый вебинар с Людмилой и Еленой, чтобы ответить на вопросы и пообщаться.
Подробнее о курсе про работу с детьми:
здесь
и
здесь
#Людмила_Андрианова #Елена_Кандыбина
Вебинар от Людмили Андриановой и Елены Кандыбиной.
https://youtu.be/Drs_09On2RU
Он проводился в поддержку одного из наборов курса "Метод понимания. Техники работы с детьми".
Вы можете задать вопросы ведущим вебинара и авторам курса - в комментариях к этому посту.
Ответы разместим здесь или проведем открытый вебинар с Людмилой и Еленой, чтобы ответить на вопросы и пообщаться.
Подробнее о курсе про работу с детьми:
здесь
и
здесь
#Людмила_Андрианова #Елена_Кандыбина
YouTube
Вебинар с Людмилой Андриановой и Еленой Кандыбиной
Сегодня последний день приема заявок на курс
"Клиническая психология".
🔸 Онлайн
🔸 С 26.10
🔸 Четверги с 18:30
Курс ведёт Цыганкова Полина Васильевна — медицинский психолог кризисного психиатрического отделения со стажем более десяти лет, преподаватель НИУ ВШЭ.
В рамках курса «Клиническая психология» будет отдельное занятие с преподавателем Института ППТ им. Ф.Е. Василюка Алисой Кузнецовой, посвященное соотношению клинической и феноменологической оптики в работе психолога-консультанта.
🔸 50 академических часов \ Сертификат ИППТ и Свидетельство АППТ
🔸 Отработка практических навыков диагностирования и распознавания клинических симптомов.
Подробнее:
https://t.me/institut_ppt/840
Зарегистрироваться можно здесь:
https://institute-ppt.ru/clinicalpsychology
"Клиническая психология".
🔸 Онлайн
🔸 С 26.10
🔸 Четверги с 18:30
Курс ведёт Цыганкова Полина Васильевна — медицинский психолог кризисного психиатрического отделения со стажем более десяти лет, преподаватель НИУ ВШЭ.
В рамках курса «Клиническая психология» будет отдельное занятие с преподавателем Института ППТ им. Ф.Е. Василюка Алисой Кузнецовой, посвященное соотношению клинической и феноменологической оптики в работе психолога-консультанта.
🔸 50 академических часов \ Сертификат ИППТ и Свидетельство АППТ
🔸 Отработка практических навыков диагностирования и распознавания клинических симптомов.
Подробнее:
https://t.me/institut_ppt/840
Зарегистрироваться можно здесь:
https://institute-ppt.ru/clinicalpsychology
«Правильно я понимаю». Утвердительные (не вопросительные) реплики терапевта: опыт мотивационного интервьюирования
Фёдор Шаньков
В понимающей психотерапии принято выделять четыре базовые терапевтические реплики с множеством элементов и вариаций. Критерий данной типологии – уровень переживания, на поддержание которого направлено высказывание терапевта, при этом везде необходимым элементом является оператор понимания. В личностно-центрированных подходах существуют альтернативные подходы к типологизации реплик. Например, в широко распространённом мотивационном интервьюировании Билла Миллера и Стивена Роллника. В этом подходе также уделяется много внимания осмыслению и эмпирической проверке лингвистической стороны терапевтического взаимодействия. Там множество интересных наблюдений и принципов, которые, кажется, могут быть полезны для обогащения практики понимающего терапевта.
Так, авторы подхода выделяют четыре типа базовых реплик в зависимости от стратегических задач для поддержания этапов процесса исследования (на деле, переживания):
1️⃣открытые вопросы;
2️⃣подтверждение (признание сильных сторон, усилий клиента, с целью повышения уверенности в способности к изменениям);
3️⃣отражение (о чём пойдёт речь в данном посте);
4️⃣резюмирование (подытоживание, связывание, собирание уже высказанного)
Отражающая реплика, по сути, и есть понимающая, но с принципиальными отличиями:
😮Оператор понимания намеренно опускается;
🤔Предпочтение отдаётся утвердительным, а не вопросительным форме и интонации высказывания.
Аргументы авторов следующие:
🗻Терапевт призван не обозначать, что услышал слова клиента (вершина айсберга), а действительно стремиться его понять (подводная часть айсберга, т.е. смысл за словами).
👣В ответ на вопросительную реплику клиент автоматически дистанцируется от переживания, ставит его под вопрос, ощущает требовательность, а в ответ на утвердительную – делает ещё один шаг вдоль процесса осмысления, ощущает желание уточнить, продолжить.
Отражающие реплики могут быть простыми и глубокими.
Клиент: «Я хотел бы быть более общительным»
Простое отражение: «Вам бы хотелось больше общаться с людьми»
Пример глубокого, продолжающего отражения, к построению которого призывают авторы: «Вы чувствуете себя одиноким и хотите иметь больше друзей».
«Вы сильно нервничаете, когда приходится разговаривать с незнакомыми людьми».
«Вы хотели бы тратить больше времени на знакомство с людьми».
«Вы хотели бы стать популярнее».
«Вы не знаете, что сказать, когда общаетесь с людьми».
Как видно, добавляется некоторое значение по отношению к высказанному клиентом, делается предположение о невысказанном содержании или о том, что в этом нарративе может последовать дальше (на один шаг вперёд). Это именно способ проверить свою догадку, а не утверждение, что всё верно понято. Авторы обращают внимание на то, что хождение по кругу в консультировании часто связано с тем, что терапевт мало дерзает употреблять глубокие отражающие высказывания, полагаясь на вопросы и простое отражение. Согласно их исследованиям, в успешных консультациях соотношение утвердительных и вопросительных реплик не ниже 2/1.
Навык глубокого отражения состоит в способности схватывать и удерживать целостный контекст, слышать смысл и переживания за словами. То есть зависит от тренировки и опыта. Практикам развития этого навыка посвящено несколько глав книги, при этом авторы призывают практиковать такое понимание в повседневности – действительно вслушиваться в смысл и проверять своё понимание в общении со всеми людьми.
💬 А мы посвятим обсуждению, развитию и экспириентальной проверке эффективности этих навыков отдельную встречу в рамках онлайн-клуба ИППТ в ноябре. Присоединяйтесь: https://institute-ppt.ru/onlineclub
📖 На русском языке опубликовано третье издание книги как «Мотивационное консультирование» (2013), подробнее об отражении в главе 5, с. 77.
👀В рамках последней конференции мы с Людмилой Андриановой и Максимом Кислюком провели по этой теме мероприятие: https://co-experiencing.timepad.ru/event/2624436/
#Фёдор_Шаньков #обучение
Фёдор Шаньков
В понимающей психотерапии принято выделять четыре базовые терапевтические реплики с множеством элементов и вариаций. Критерий данной типологии – уровень переживания, на поддержание которого направлено высказывание терапевта, при этом везде необходимым элементом является оператор понимания. В личностно-центрированных подходах существуют альтернативные подходы к типологизации реплик. Например, в широко распространённом мотивационном интервьюировании Билла Миллера и Стивена Роллника. В этом подходе также уделяется много внимания осмыслению и эмпирической проверке лингвистической стороны терапевтического взаимодействия. Там множество интересных наблюдений и принципов, которые, кажется, могут быть полезны для обогащения практики понимающего терапевта.
Так, авторы подхода выделяют четыре типа базовых реплик в зависимости от стратегических задач для поддержания этапов процесса исследования (на деле, переживания):
1️⃣открытые вопросы;
2️⃣подтверждение (признание сильных сторон, усилий клиента, с целью повышения уверенности в способности к изменениям);
3️⃣отражение (о чём пойдёт речь в данном посте);
4️⃣резюмирование (подытоживание, связывание, собирание уже высказанного)
Отражающая реплика, по сути, и есть понимающая, но с принципиальными отличиями:
😮Оператор понимания намеренно опускается;
🤔Предпочтение отдаётся утвердительным, а не вопросительным форме и интонации высказывания.
Аргументы авторов следующие:
🗻Терапевт призван не обозначать, что услышал слова клиента (вершина айсберга), а действительно стремиться его понять (подводная часть айсберга, т.е. смысл за словами).
👣В ответ на вопросительную реплику клиент автоматически дистанцируется от переживания, ставит его под вопрос, ощущает требовательность, а в ответ на утвердительную – делает ещё один шаг вдоль процесса осмысления, ощущает желание уточнить, продолжить.
Отражающие реплики могут быть простыми и глубокими.
Клиент: «Я хотел бы быть более общительным»
Простое отражение: «Вам бы хотелось больше общаться с людьми»
Пример глубокого, продолжающего отражения, к построению которого призывают авторы: «Вы чувствуете себя одиноким и хотите иметь больше друзей».
«Вы сильно нервничаете, когда приходится разговаривать с незнакомыми людьми».
«Вы хотели бы тратить больше времени на знакомство с людьми».
«Вы хотели бы стать популярнее».
«Вы не знаете, что сказать, когда общаетесь с людьми».
Как видно, добавляется некоторое значение по отношению к высказанному клиентом, делается предположение о невысказанном содержании или о том, что в этом нарративе может последовать дальше (на один шаг вперёд). Это именно способ проверить свою догадку, а не утверждение, что всё верно понято. Авторы обращают внимание на то, что хождение по кругу в консультировании часто связано с тем, что терапевт мало дерзает употреблять глубокие отражающие высказывания, полагаясь на вопросы и простое отражение. Согласно их исследованиям, в успешных консультациях соотношение утвердительных и вопросительных реплик не ниже 2/1.
Навык глубокого отражения состоит в способности схватывать и удерживать целостный контекст, слышать смысл и переживания за словами. То есть зависит от тренировки и опыта. Практикам развития этого навыка посвящено несколько глав книги, при этом авторы призывают практиковать такое понимание в повседневности – действительно вслушиваться в смысл и проверять своё понимание в общении со всеми людьми.
💬 А мы посвятим обсуждению, развитию и экспириентальной проверке эффективности этих навыков отдельную встречу в рамках онлайн-клуба ИППТ в ноябре. Присоединяйтесь: https://institute-ppt.ru/onlineclub
📖 На русском языке опубликовано третье издание книги как «Мотивационное консультирование» (2013), подробнее об отражении в главе 5, с. 77.
👀В рамках последней конференции мы с Людмилой Андриановой и Максимом Кислюком провели по этой теме мероприятие: https://co-experiencing.timepad.ru/event/2624436/
#Фёдор_Шаньков #обучение
co-experiencing.timepad.ru
Доступ к видеоматериалам XI научно-практической конференции "Понимающая психотерапия: путь, истина, жизнь". / События на TimePad.ru
Видеоматериалы очного дня содержат выступления следующих спикеров: Д.А. Леонтьева, Б.С. Братуся, М.В. Смирных -Пискуновой, А.В. Лызлова, А.И. Сосланда, А.Л. Венгера.
Видеоматериалы онлайн дня предоставлены в полном объёме.
Видеоматериалы онлайн дня предоставлены в полном объёме.
В процессе работы психолога и ребенка — как родитель может понять, что терапия идет на пользу, в работе есть смысл? И наоборот — есть ли «красные флаги», дающие понять: происходит что-то не то. Как разобраться и оценить ситуацию?
Мы как родители ответственны за ментальное здоровье: собственное и своих детей. Это значит, что даже когда мы привели ребёнка к психологу, нам важно быть включёнными в этот процесс.
Чаще всего, работая с ребёнком, психолог обычно проводит консультации с одним или обоими родителями, еще с кем-то из членов семьи.
И когда родители приходят на консультацию и спрашивают: «Что происходит на сессии?», «Что означала эта реакция ребенка после сессии?», «Почему он расплакался?», «Почему он это сказал?» или «Почему дома он себя ведёт себя вот так и я не могу это объяснить?» — именно в рамках этого взаимодействия мы можем понять, что что происходит.
Мы можем обращать внимание на то, как выстраивается контакт с психологом, насколько психолог нас слышит и понимает, насколько он разъясняет ситуацию.
И ещё один важный момент: насколько разъяснения психолога, его видение и точка зрения соотносятся с нашими собственными.
Мы знаем, что психологи работают в разных подходах, у разных психологов могут быть разные основания их видения: например, у психоаналитиков одна, а у понимающих психотерапевтов другая.
Мы должны соотносить видение, предлагаемое психологом, с той реальностью, которую мы встречаем. Если мы замечаем, что то, о чем говорит психолог, никак не соотносится с тем, что наблюдаем мы — стоит задуматься, насколько компетентен специалист.
В этом случае можно обратиться к другому специалисту — либо вернуть вот эту внутреннюю несостыковку психологу, рассказать о ней и посмотреть, как эта проблема будет решаться. Но если внутреннее напряжение накапливается и нет ощущения, что с психологом установлены контакт и понимание, скорее всего, такая работа не будет долговременной и не принесет настоящей пользы.
#Людмила_Андрианова
Мы как родители ответственны за ментальное здоровье: собственное и своих детей. Это значит, что даже когда мы привели ребёнка к психологу, нам важно быть включёнными в этот процесс.
Чаще всего, работая с ребёнком, психолог обычно проводит консультации с одним или обоими родителями, еще с кем-то из членов семьи.
И когда родители приходят на консультацию и спрашивают: «Что происходит на сессии?», «Что означала эта реакция ребенка после сессии?», «Почему он расплакался?», «Почему он это сказал?» или «Почему дома он себя ведёт себя вот так и я не могу это объяснить?» — именно в рамках этого взаимодействия мы можем понять, что что происходит.
Мы можем обращать внимание на то, как выстраивается контакт с психологом, насколько психолог нас слышит и понимает, насколько он разъясняет ситуацию.
И ещё один важный момент: насколько разъяснения психолога, его видение и точка зрения соотносятся с нашими собственными.
Мы знаем, что психологи работают в разных подходах, у разных психологов могут быть разные основания их видения: например, у психоаналитиков одна, а у понимающих психотерапевтов другая.
Мы должны соотносить видение, предлагаемое психологом, с той реальностью, которую мы встречаем. Если мы замечаем, что то, о чем говорит психолог, никак не соотносится с тем, что наблюдаем мы — стоит задуматься, насколько компетентен специалист.
В этом случае можно обратиться к другому специалисту — либо вернуть вот эту внутреннюю несостыковку психологу, рассказать о ней и посмотреть, как эта проблема будет решаться. Но если внутреннее напряжение накапливается и нет ощущения, что с психологом установлены контакт и понимание, скорее всего, такая работа не будет долговременной и не принесет настоящей пользы.
#Людмила_Андрианова
Audio
Живая речь. Ф.Е. Василюк
Соотношение ключевых категорий понимание и сопереживание. Пример.
#ФЕ_Василюк
Соотношение ключевых категорий понимание и сопереживание. Пример.
#ФЕ_Василюк
Живая речь: Ф.Е. Василюк
Соотношение ключевых категорий понимание и сопереживание. Пример.
ЧАСТЬ 1
Ещё последний вопрос, который я сегодня хотел поднять – это вопрос о соотношении ключевых категорий понимающей психотерапии.
На контрольной задается такой теоретический вопрос: описать соотношение категории понимания и сопереживании. Это каверзный вопрос, потому что студенты, не прочитавшие статьи, особенно студенты-психологии МГУ, которые верят, что они могут все сами поразмыслить, они начинают… ну, понимание, сопереживание….какой же разумный студент не расскажет, что он думает по этому поводу.
Тем не менее, ожидается вполне однозначный ответ, прямо записанный в каких-то текстах, которые они должны почитать: сопереживание – это деятельность терапевта, а понимание – метод этой деятельности. И все.
И вот я хочу проблематизировать: все ли и можем ли мы на этом остановиться?
В качестве такого модельного примера, на котором хочу построить своё размышление. При всем богатстве в психотерапии и супервизии такие очень лаконичные примеры встречаются довольно не часто. Которые в себе разместили какой-то ключевой смысл, такой полевой эксперимент, который сама природа этого процесса провела.
Эпизод такой. Занятия вечерней группы. И предполагается, что терапевт будет делать стоп-кадры, прежде чем продолжать сеансы. Студенческая ситуация. Клиент жалуется на то, что когда в его поле появляется какой-то авторитет, авторитетная фигура, профессор, который уважает, он замечает, что начинает, так сказать, умничать, хвост павлиний распускать. Но в общем проявляет демонстративность. И это ему очень не нравится. Он пытался с этим что-то сделать. Но жалуется на то, что все это повторяется.
Терапевт берет стоп-кадр, поворачивается к супервизору и говорит: я все понимаю, что было сказано. Могу ответить какой-то репликой уже обученной техники – эмпатия, кларификация, майевтика. Все это уже освоил. Но говорит, что я ничего не чувствую. Мне этот опыт не знаком.
И, глядя на неё, такой шизоидный, углублённый человек, с философской установкой. И чувствуется, что на самом деле ей этот опыт не знаком - опыт демонстративности, истероидностью в ней и не пахнет. И она в растерянности. Она знает, что такое бывает с людьми, но как почувствовать – она не понимает.
Поэтому она ощущает, что если она сейчас скажет фразу какую-то, то это будет сейчас сухо – не от неё. Будет какое-то формальное техническое исполнение.
Супервизор ей говорит: скажите, пожалуйста, вы не замечали таких тенденций, чтобы быть заметной, как бы понравиться, показать себя. Может быть, вам знаком такой опыт, что вы чего не хотите, то делаете? А чего хотите – того не делаете. Супервизор почувствовал, что он цитирует апостола Павла. И он не успел даже закончить эту цитату - она все поняла.
Она тут же отвернулась от супервизора и, «да, да, я все поняла», и с воодушевлением (это важно!), с воодушевлением продолжила сеанс. Сказала, что вот вы боретесь с этим, ничего не можете сделать. Все время это повторяется. А вы этого не хотите. А вас равно не получается…
Что произошло? Она поняла сказанное… если мы обратимся к модели структуры образа сознания, пройдёмся полюсам…. она поняла предметную ситуацию: вот как всегда бывает – появляется авторитет. Студент начинает так-то и так-то себя вести. Предметно ситуацию она вполне поняла.
Она поняла значение этой ситуации. Ему важно быть, выглядеть очень важным. И в то же время он оценивает это как нежелательное поведение. Она поняла все слова, которые там были сказаны – словесную ткань поняла.
#ФЕ_Василюк
Соотношение ключевых категорий понимание и сопереживание. Пример.
ЧАСТЬ 1
Ещё последний вопрос, который я сегодня хотел поднять – это вопрос о соотношении ключевых категорий понимающей психотерапии.
На контрольной задается такой теоретический вопрос: описать соотношение категории понимания и сопереживании. Это каверзный вопрос, потому что студенты, не прочитавшие статьи, особенно студенты-психологии МГУ, которые верят, что они могут все сами поразмыслить, они начинают… ну, понимание, сопереживание….какой же разумный студент не расскажет, что он думает по этому поводу.
Тем не менее, ожидается вполне однозначный ответ, прямо записанный в каких-то текстах, которые они должны почитать: сопереживание – это деятельность терапевта, а понимание – метод этой деятельности. И все.
И вот я хочу проблематизировать: все ли и можем ли мы на этом остановиться?
В качестве такого модельного примера, на котором хочу построить своё размышление. При всем богатстве в психотерапии и супервизии такие очень лаконичные примеры встречаются довольно не часто. Которые в себе разместили какой-то ключевой смысл, такой полевой эксперимент, который сама природа этого процесса провела.
Эпизод такой. Занятия вечерней группы. И предполагается, что терапевт будет делать стоп-кадры, прежде чем продолжать сеансы. Студенческая ситуация. Клиент жалуется на то, что когда в его поле появляется какой-то авторитет, авторитетная фигура, профессор, который уважает, он замечает, что начинает, так сказать, умничать, хвост павлиний распускать. Но в общем проявляет демонстративность. И это ему очень не нравится. Он пытался с этим что-то сделать. Но жалуется на то, что все это повторяется.
Терапевт берет стоп-кадр, поворачивается к супервизору и говорит: я все понимаю, что было сказано. Могу ответить какой-то репликой уже обученной техники – эмпатия, кларификация, майевтика. Все это уже освоил. Но говорит, что я ничего не чувствую. Мне этот опыт не знаком.
И, глядя на неё, такой шизоидный, углублённый человек, с философской установкой. И чувствуется, что на самом деле ей этот опыт не знаком - опыт демонстративности, истероидностью в ней и не пахнет. И она в растерянности. Она знает, что такое бывает с людьми, но как почувствовать – она не понимает.
Поэтому она ощущает, что если она сейчас скажет фразу какую-то, то это будет сейчас сухо – не от неё. Будет какое-то формальное техническое исполнение.
Супервизор ей говорит: скажите, пожалуйста, вы не замечали таких тенденций, чтобы быть заметной, как бы понравиться, показать себя. Может быть, вам знаком такой опыт, что вы чего не хотите, то делаете? А чего хотите – того не делаете. Супервизор почувствовал, что он цитирует апостола Павла. И он не успел даже закончить эту цитату - она все поняла.
Она тут же отвернулась от супервизора и, «да, да, я все поняла», и с воодушевлением (это важно!), с воодушевлением продолжила сеанс. Сказала, что вот вы боретесь с этим, ничего не можете сделать. Все время это повторяется. А вы этого не хотите. А вас равно не получается…
Что произошло? Она поняла сказанное… если мы обратимся к модели структуры образа сознания, пройдёмся полюсам…. она поняла предметную ситуацию: вот как всегда бывает – появляется авторитет. Студент начинает так-то и так-то себя вести. Предметно ситуацию она вполне поняла.
Она поняла значение этой ситуации. Ему важно быть, выглядеть очень важным. И в то же время он оценивает это как нежелательное поведение. Она поняла все слова, которые там были сказаны – словесную ткань поняла.
#ФЕ_Василюк
Живая речь: Ф.Е. Василюк
Соотношение ключевых категорий понимание и сопереживание. Пример.
ЧАСТЬ 2
Все полюса структуры образа были закрыты, кроме одного – полюса личностного смысла. Она не могла, поскольку у неё такого опыта не было, в этом месте она не могла почувствовать, как это.
Супервизорская реплика разделила внутри целостного опыта клиента две части.
Одна часть – собственно демонстративность. Такая эмпирическая часть. А вторая часть – личностная, рефлексивная. То, как он к этому относится, то, как он это в себе не любит. Навязчивые действия, отношения между личностью и типичной реальностью поведения – вот на что обратил внимание супервизор.
И вот этот личностный опыт борьбы с нежелательным населением и капитуляция перед ним, и новой борьбы - для неё был знаком лично. Поэтому личностный смысл оказался для неё доступен. Не на том поле – демонстративном, а на более обобщённом поле, борьбы с собой, когда я пытаюсь что-то поменять в моей жизни, в моих переживаниях.
Мы вчера говорили о полноте сопереживания. Вот в данном случае модель структуры образа – одна из моделей полноты.
Если вся полнота элементов опыта понята, то тогда возможно полное сопереживание, вовлечение, соучастие, присутствие – со-бытийное присутствие в ситуации клиента. Это некоторое описание.
Завершая, я бы хотел вдуматься на этом примере о соотношении категории понимания и категории сопереживания.
Ещё раз проследим мысленно за тем, что происходило в сознании терапевта. Значит, она слышит жалобу клиента, все, о чем шла речь, понимает. Но откуда это её недоумение, откуда ощущение, что как будто сухость.
От того, что внутренний поиск в своей душе опыта похожего, аналогичного, ассоциированного с опытом клиента – он не успешный. Она не знала, на что опереться своей собственной душе.
И когда супервизор осветил этот опыт, возникло воодушевление. Она узнала. Она узнала своё сходство, сходство опыта. И она узнала своё переживание.
То есть, это был не просто некоторый опыт – опыт борьбы, опыт совладания, опыт переживания.
И вот коль он возник, начинает присутствовать на терапии особым образом.
Я не просто переживаю это, свою борьбу, нежелательные для меня действия. Я переживаю этим. То есть, это мое переживание, из моей жизни, из моей биографии, становится органом, инструментом понимания другого человека, понимания его переживаний.
И вот моё переживание, коль скоро оно начинает выполнять (вообще-то бессмысленную переживанию функцию, функцию понимания чужого сознания, чужого переживания) в той мере, поскольку оно становится со-переживанием, оно становится именно органом со-переживания, органом понимания.
И в этом смысле мы можем говорить о двух таких концептах – о со-переживающем понимании и понимающим со-переживании.
Смотрите. У меня, терапевта, в этой ситуации было понимания, до того когда возникло воодушевление? Да, было. Не полноценно, но когда у нас, собственно говоря, бывает полноценное.
И если бы она действовала на основе этого понимания, то процесс как-нибудь бы шел, но как-то не так. Это было не вовлечённое, отстраненное понимание.
А вот когда включился опыт моего переживания, знакомство с моим переживанием, то это понимание стало со-переживающим.
#ФЕ_Василюк
Соотношение ключевых категорий понимание и сопереживание. Пример.
ЧАСТЬ 2
Все полюса структуры образа были закрыты, кроме одного – полюса личностного смысла. Она не могла, поскольку у неё такого опыта не было, в этом месте она не могла почувствовать, как это.
Супервизорская реплика разделила внутри целостного опыта клиента две части.
Одна часть – собственно демонстративность. Такая эмпирическая часть. А вторая часть – личностная, рефлексивная. То, как он к этому относится, то, как он это в себе не любит. Навязчивые действия, отношения между личностью и типичной реальностью поведения – вот на что обратил внимание супервизор.
И вот этот личностный опыт борьбы с нежелательным населением и капитуляция перед ним, и новой борьбы - для неё был знаком лично. Поэтому личностный смысл оказался для неё доступен. Не на том поле – демонстративном, а на более обобщённом поле, борьбы с собой, когда я пытаюсь что-то поменять в моей жизни, в моих переживаниях.
Мы вчера говорили о полноте сопереживания. Вот в данном случае модель структуры образа – одна из моделей полноты.
Если вся полнота элементов опыта понята, то тогда возможно полное сопереживание, вовлечение, соучастие, присутствие – со-бытийное присутствие в ситуации клиента. Это некоторое описание.
Завершая, я бы хотел вдуматься на этом примере о соотношении категории понимания и категории сопереживания.
Ещё раз проследим мысленно за тем, что происходило в сознании терапевта. Значит, она слышит жалобу клиента, все, о чем шла речь, понимает. Но откуда это её недоумение, откуда ощущение, что как будто сухость.
От того, что внутренний поиск в своей душе опыта похожего, аналогичного, ассоциированного с опытом клиента – он не успешный. Она не знала, на что опереться своей собственной душе.
И когда супервизор осветил этот опыт, возникло воодушевление. Она узнала. Она узнала своё сходство, сходство опыта. И она узнала своё переживание.
То есть, это был не просто некоторый опыт – опыт борьбы, опыт совладания, опыт переживания.
И вот коль он возник, начинает присутствовать на терапии особым образом.
Я не просто переживаю это, свою борьбу, нежелательные для меня действия. Я переживаю этим. То есть, это мое переживание, из моей жизни, из моей биографии, становится органом, инструментом понимания другого человека, понимания его переживаний.
И вот моё переживание, коль скоро оно начинает выполнять (вообще-то бессмысленную переживанию функцию, функцию понимания чужого сознания, чужого переживания) в той мере, поскольку оно становится со-переживанием, оно становится именно органом со-переживания, органом понимания.
И в этом смысле мы можем говорить о двух таких концептах – о со-переживающем понимании и понимающим со-переживании.
Смотрите. У меня, терапевта, в этой ситуации было понимания, до того когда возникло воодушевление? Да, было. Не полноценно, но когда у нас, собственно говоря, бывает полноценное.
И если бы она действовала на основе этого понимания, то процесс как-нибудь бы шел, но как-то не так. Это было не вовлечённое, отстраненное понимание.
А вот когда включился опыт моего переживания, знакомство с моим переживанием, то это понимание стало со-переживающим.
#ФЕ_Василюк
Живая речь: Ф.Е. Василюк
Соотношение ключевых категорий понимание и сопереживание. Пример.
ЧАСТЬ 3
С другой стороны, можно представить этот процесс, идущий из другого источника.
То, что я писал - источник понимания. Пытаюсь что-то понять, осуществить понимание этой полноты. И вот, наконец-то находится резонирующее мое сопереживание с его личностным смыслом. Тогда понимание становится со-переживающим.
С другой стороны, мой личный мой терапевта личный опыт - опыт моего переживания борьбы с тем, что делаю то, чего не хочу и не делаю то, чего хочу – и это повторяется. Не то что это ошибка. А вижу, что какая-то поражённость в моей душе есть.
Опыт этого переживания он является, гегельянским языком выражаясь: в себе для себя принимающим бытием, субстанцией.
Я переживаю это переживание внутри себя, оно работает на себя, на меня, занимается моим.
А тут, в ситуации, когда есть другой, вот осознание другое, другая драма, мое переживание начинает раскрываться к тебе. И моё переживание начинает выполнять вот эту функцию, о которой говорили, функцию орудия, инструмента, органа понимания. И оно становится не просто переживанием, а понимающим переживанием, то есть понимающим со-переживанием.
Конечно, мы только аналитически можем разделить эти вещи. Но это важное теоретическое разделение, чтобы мы лучше понимали динамику процесса и динамику нарушений.
Потому что наше сопереживание никогда не может быть готовым, заранее заданным.
Мы не можем войти в терапевтический кабинет, готовыми на психотерапию. Никогда. Сколько бы мы не прошли курсов. Сколько бы у нас не было сертификатов.
Потому что в этой уникальной ситуации мы должны будем совершить творческий акт поиска в себе такого опыта, такого переживания, который может войти в резонанс с моим опытом. И вот этот опыт мой будет посвящён тебе. Он может быть совсем несовершенный, но он будет живой, будет мой. Один автор про детство написал: у меня было нищее детство, но моё. Так это может быть нищие переживание, но моё, оно тебе посвящается.
Вот, мне кажется, такой важный вывод о том, что понимание и переживания, эти два слова, которые дали имя всей системе – со-переживающая психотерапия на английском она звучит. И понимающая психотерапия. Вот здесь встречается в этом феномене – сопереживающее понимание и понимающее сопереживание.
#ФЕ_Василюк
Соотношение ключевых категорий понимание и сопереживание. Пример.
ЧАСТЬ 3
С другой стороны, можно представить этот процесс, идущий из другого источника.
То, что я писал - источник понимания. Пытаюсь что-то понять, осуществить понимание этой полноты. И вот, наконец-то находится резонирующее мое сопереживание с его личностным смыслом. Тогда понимание становится со-переживающим.
С другой стороны, мой личный мой терапевта личный опыт - опыт моего переживания борьбы с тем, что делаю то, чего не хочу и не делаю то, чего хочу – и это повторяется. Не то что это ошибка. А вижу, что какая-то поражённость в моей душе есть.
Опыт этого переживания он является, гегельянским языком выражаясь: в себе для себя принимающим бытием, субстанцией.
Я переживаю это переживание внутри себя, оно работает на себя, на меня, занимается моим.
А тут, в ситуации, когда есть другой, вот осознание другое, другая драма, мое переживание начинает раскрываться к тебе. И моё переживание начинает выполнять вот эту функцию, о которой говорили, функцию орудия, инструмента, органа понимания. И оно становится не просто переживанием, а понимающим переживанием, то есть понимающим со-переживанием.
Конечно, мы только аналитически можем разделить эти вещи. Но это важное теоретическое разделение, чтобы мы лучше понимали динамику процесса и динамику нарушений.
Потому что наше сопереживание никогда не может быть готовым, заранее заданным.
Мы не можем войти в терапевтический кабинет, готовыми на психотерапию. Никогда. Сколько бы мы не прошли курсов. Сколько бы у нас не было сертификатов.
Потому что в этой уникальной ситуации мы должны будем совершить творческий акт поиска в себе такого опыта, такого переживания, который может войти в резонанс с моим опытом. И вот этот опыт мой будет посвящён тебе. Он может быть совсем несовершенный, но он будет живой, будет мой. Один автор про детство написал: у меня было нищее детство, но моё. Так это может быть нищие переживание, но моё, оно тебе посвящается.
Вот, мне кажется, такой важный вывод о том, что понимание и переживания, эти два слова, которые дали имя всей системе – со-переживающая психотерапия на английском она звучит. И понимающая психотерапия. Вот здесь встречается в этом феномене – сопереживающее понимание и понимающее сопереживание.
#ФЕ_Василюк