Не сердце, а пустынный ловец ветра -
Пропускает жизнь,
Позволяя ей нестись дальше,
Неприметно,
Как базарному вору с успешной кражи,
Скользнувшему мимо спящих стражей.
Говорят, любовь живёт три года,
Но всё это - эквилибристика на расшатанных нервах.
Мы прошли её за шестую часть срока -
Очень спешили, наверное.
Спустили время, как случайный приз - беспечно,
Будто любовь - это что-то вечное,
А не переходящее из уст в уста
Словно выжирающая сердце зараза.
Мы были как сверхновая,
Разорвавшаяся над городом.
Но чувства, заключённые в вакуум,
Распадаются на атомы.
Слишком быстро
От искры до затмения,
От рассветов до осуждений,
Брошенных друг другу в лицо и в спину.
Любовь похожа на глубоководную мину,
Небрежно вынесенную на мелководье
Выжидающую и в ожидании становящуюся арт-объектом,
Поводом для сэлфи с объедком сердца.
Любовь не гранит, не титан, не сверхстойкий сплав.
Иногда она проходит лишь слегка наследив
На входе, в прихожей, пылью на проводах,
Тянувшихся от груди к груди.
Она - терновник, раздирающий кожу.
Она - повод бежать быстрее
По полосе препятствий с повышенным уровнем сложности
В гонке с высоким шансом потерь.
Но это не повод совсем не любить,
Скорее, причина ярче жить,
Усваивая каждый новый урок.
Подниматься, в очередной раз свалившись с ног -
Это ли не безумие, вдохновляющее на подвиги?

Когда в мечети будешь делать дуа,
Передай Аллаху - я своё отскандалил
Не растеряв ни дури, ни упорства духа,
Выскребаю дурные стихи на бумажных скрижалях.
Я сказал бы спасибо всем богам сам,
Но ноги не заносят ни в один храм
Пьяный то от жизни, то от вина
Пусть не болит за меня твоя голова.
Давным-давно я выбрал себе пророка -
Никак не запомню даже его уроки.
Там было десять заповедей -
Среди них не кради, не убей,
И, вроде, не седлай чужих лошадей.
Из остального - инструкция, как стоит жить
И главный совет, кажется, любить

Воистину
Вой истины
Выстоять
Не погасив искры
Надежды и понимания
Как прежде
Не будет
Внимание
Рассыпается на истошные вскрики птиц
На пожар, скованный каньоном улиц
Липнет к искусанным пальцам сахарных облаков вата
Пока люди идут смотреть
на распятие заката

Оцепеневший
Истощённый
Воспалённый
Губительный
Измождённый
Извращённый
Обессиленный
Выцветший
Выпотрошенный
Стерильный
Выжженый
Вывернутый
Изломанный, как форзацы любимых книг
Оставленный
Пропущенный, как скучный праздник
Каждый миг важен,
Пусть не в каждом есть счастье.

Заперт в глухом калейдоскопе дней
С дешёвой бижутерией затёртых смыслов
Давление с каждым днём сильней и сильней,
Всё настойчивей вызов
Будильником доносящийся из глухого ничто
С вопросом:
"И вот до этого ты докатился?"
Отстань.
Я усталый, укутанный в пальто никто,
Замерший перед пустой страницей.
В зябком оцепенении, в ужасе,
Как ребёнок, боящийся темноты за дверью,
Я заглядываю в себя и глазам не верю -
Внутри пульсирующая пустота
Поглощает истины
Простые как дважды два.
Она таращится в ответ несуществующими глазами
Встревает рассвет
Между гранями
Неприручённых, но вполне послушных кошмаров.
Отключиться, уйти с радаров - совсем не выход
Город выдыхает в лицо дымный выхлоп
Улыбается неровным оскалом высоток
И вдруг произносит ясно и чётко:
"Гори так ярко, чтобы вселенной стало не по себе
Знай
Сталь не закаляется на медленном огне".

От улыбки - больного оскала
Немеют и будто крошатся зубы
По заброшенным зданиям
Ветер вбивает твоё имя
в водопроводные трубы

И хочется вызвериться в холодную пустоту улицы,
Вбивая кулаки в обветшалые стены
Но улыбка прилипла к лицу -
Моя личная часть синдрома отмены

Нарезано полотно города
Штрихами косых дождей
Трамбуется разочарование по углам плотней, тесней
Под сбивчивый аккомпанемент усталости
Безумие вьёт гнездо
И где-то в нём тускнеет отравленное веретено

Вторичное, пластиковое настоящее,
Покрытое заплесневевшим дежавю
Корчится, морщится, устало таращится
Разбавленное коктейлем из терафлю
И сериалов про недосупергероев
Недо - как главная суть всего
Недо- талантлив
Недо- свободен
Недо- кого.

Я не знал, что смогу так любить,
Чтобы твоего существования
в этом городе
было достаточно,
чтобы жить
Не привязывая и не привязываясь.
Прячусь, укутываюсь в воспоминания -
От них мучительное тепло.
Расстояния в расставания
Превращаются слишком легко.
Не думая, дважды в ту же реку бросаться
Было слегка надменно.
Энтропия путей судьбы
С множеством переменных
Сводит когда захочет, и я даже этому рад
Надеюсь, следующий будет счастливый случай,
А не предательств парад.
На граале выбито
Чем чище мечты - тем глубже их ад

Проткнуто московское небо
Сталинскими штыками.
И под ним, опасаясь будущего,
Бреду. Вымеряю одиночество неустойчивыми шагами,
С робкой надеждой на лучшее.
Расчерчиваю город линиями запутанных как мысли маршрутов
Я - мальчишка, потерявшийся в балагане -
растягиваются ледяные минуты
В вульгарном шуме незатихающей ночи,
В сумрачной иллюзии безопасности
Из колонок диджейские гимны возносят
Культ беззастенчивой радости.
Напейся, излейся, отдайся -
Завтра никогда не настанет.
А для меня без тебя завтра -
Камень, который к земле тянет.
Плечом нащупываю дно - вылизанную прикосновениями стойку бара
Медитирую на прогульщика Уокера
В старом гранёном стакане.
Чья-то чужая нежность впивается в руки,
Пытается вытянуть, спасти
И расползается под моими пальцами
на бесчувственные лоскуты.
Стучится в виски рассвет,
Сумраком улиц разливается под ногами.
Выхода нет.
День расписан делами,
Как стены в подворотне
Бессмысленными автографами.
И ты знаешь, никак не усвою истину
Открытую с десяток попыток назад:
Чем чище мечты, чем они искренней -
тем глубже их безжалостный ад.

Шершавость бетона под пальцами
Тихий рокот дорог за окном
Я принимаю реальность
Больше похожую на дурдом
Большими таблетками аспирина,
Шипящими в лицо со дна стакана
Эта была любовная мина,
Разорвавшаяся слишком рано.
Из-под пальцев сбивчиво
Сердце истекает словами
Бумага всё впитывает
И не забывает.
Впечатывает реальность
Безразличными к чувствам строчками
Любовные мифы написаны
Для одиночек одиночками.

На руинах всегда находится место
Для новых развалин
Свален, подавлен
Изнутри переплавлен наживую,
Освободив простор для отчаяния
Большие ошибки часто нечаянны
Недолюбленно, недонежненно
Раздавал себя, небрежно
Раскидывался каждому по куску
Превращая тоску в пустоту.
В ней билось раньше огромное, неугомонное,
Словно вселенная
Сердце
вырвано
медленно
Как недобитого зверя собаки
Разрывают сомнения, опоздавшие страхи
Вгрызаются в горло
Грязным следом по белому снегу
Воспоминания тянутся,
Блестят красным, как шары новогодние
И между ними
Непригодный,
Неготовый к чему-то новому
Собираюсь мозаикой
Стекло к стеклу на бетон ещё раз
Гадая, когда
Иерихонские трубы споют свой последний джаз

Агенты новогоднего настроения
Поздравлениями плюются
Выстреливают надежды в небо
Тысячами пороховых поллюций
Деды морозы щурятся
Из подсвеченных снежных витрин
Растаявшие улицы
Словно наброски картин
Разорванных вклочья открыток
Передозировка чувств
И перебор попыток
В которых ещё варюсь
Снимая с себя ответственность,
Отбрасывая вину
Чтобы проснуться прежним
В якобы новом году.
Вдохнуть по-новому свежий воздух
Устаревающий - не успеешь моргнуть
И выдохнуть всё взрослое
Чтобы спокойно уснуть.

Я горел.
Я томился на тихом огне.
Замерзал от безразличия.
Наступал на горло чужим и себе.
Неприлично.
Скандалил
и скандалы тушил,
Уходя, оставлял дверь открытой.
Ночью, когда вокруг ни души,
Был собой и собой разбитым.
Череду любовей сквозь себя пропустил -
Была ли из них хоть одна настоящей?
И вот сейчас я смотрю на тебя
Сердце снова бьётся чуть чаще.
Не хочу ни историй, ни страсти, ни драм
- вероятно, насытился ими по горло.
Я устал ходить по своим же следам,
Упорно
Убеждая себя, что ещё чуть-чуть
Ещё немного и чудо случится.
Я готов помечтать,
Готов тратить слова
и сочинять небылицы.
Хочешь верь.
Хочешь - нет.
Я скажу о любви, не смакуя ненужных подробностей.
Она как маяк - то слепит, то меркнет.
О ней всё перепето до омерзительной пошлости.

Как дождь на выжженый песок,
Как сладкий ветер после затянувшегося штиля,
Предчувствие грозы под сталью облаков
Как перекур среди дорожной пыли
Как морфий на дрожащий оголённый нерв
Как слабость после долгого забега
Невинность, лёгкость, звонкий нежный смех
Как исцеление. Как радость от побега.
С тобой как будто бы не существует ран.
И мира извращённая жестокость - ущербных шуток бешеный канкан
И будто между ними и тобой чернеет пропасть.
Не разобраться на какой я стороне
Восточным ветром дышится всё легче
Ножами ощетинился хребет
И между ними прошлое трепещет
Всё ждёт, когда я оступлюсь.
Когда реальность в горле встанет комом.
Но вот - с тобой я искренне смеюсь,
Забыв, что был совсем недавно сломан

Не думая выставлял на свет хрупкое,
Личное
Забывался и забывал,
Не сменял обличий.
Дориан, застрявший в амальгаме зеркал
Надрывался:
"Завязывай! Ты ходишь по кругу!"
Связанные,
образы липнут друг к другу
Ожогами,
келоидными рубцами срастаются
как сиамские близнецы.
Из рук валится будущее
И его пустые страницы
Всего-то месяц назад блуждал,
Подбирая сердцу подходящую вьюгу
Выбирал ему глубже каньон,
Чтобы наверняка выбросить.
Вырванное, мечтающее о Брюгге,
Оно снова растёт,
Путается под ногами, просит
Аккуратнее быть, бережнее,
Спокойнее
Но как с ним иначе себя вести?
Оно проворно
Находит лазейку в новые неприятности.
Называет их приключениями.
Уговаривает:
Размеренность - признак старения.
Говорит: насмотренности слишком мало,
Что шагнуть в пропасть - не признак провала.
Провал - это когда ты опустил руки.
Только мёртвые дни не жаль пожертвовать скуке.
"Успокойся, Дориан", -
Выдыхаю в ребро бокала.
Подумаешь, ещё один круг...
Где наше не пропадало?

Регулярное жертвоприношение
Регулярно остающееся без ответа
С его временной видимостью,
Как видят мираж в пустыне
Фата-моргана любви
С объятиями пустыми
С теплом и сладостью в уголках губ
С отпечатанным образом на сетчатке
Выгоревший, воздух на запахи скуп
Сердце - десятая часть в сухом остатке -
Ощетинившееся, дрожит в хрустальном шаре
Нарывается на новые раны,
Будто ещё чуть-чуть и заживёт,
Нарастёт, как свежая кожа
Счастье.
Тоска уйдёт.
И кто-то бережно положит его,
Обернёт хрустящей бумагой,
Прошепчет аккуратно:
"Больно не будет".
А после разобьёт за ненадобностью.
Пронесётся над осколками.
Оставив еле живой кусок и из воспоминаний головоломки